Перечень учебников

Учебники онлайн

Тема 10.
Развитие государственных и правовых институтов Российской Империи в первой половине XIX в

Вопросы:

  1. Реформирование органов центрального управления: министерства, Кабинет министров. Государственный совет. Собственная его Ими. Величества Канцелярия.
  2. Кодификация законов. Полное собрание законов. Свод законов Российской империи.
  3. Гражданское право в СЗРИ.
  4. Уголовное право по Уложению о наказаниях уголовных и исправительных.

Первая половина XIX в. включает в себя два царствования: Александра Павловича I (1801–1825 гг.) и Николая Павловича I (1825–1856 гг.).

В этом периоде Российскому правительству пришлось решать несколько задач, которые в значительной степени определили дальнейшее развитие государственных и правовых институтов.

Первая задача возникла в связи с разразившейся во Франции в конце XVIII в. буржуазно-демократической революцией, которая свергла с престола династию Бурбонов и казнила короля Людовика XVI . Под влиянием этих событий в Европе зашатались другие троны, стали активно распространяться либеральные идеи: свободы (индивидуальной и политической), равенства, конституции, борьбы с тиранами и т.п. В России это влияние выразилось в движении декабристов, которые 14 декабря 1825 г. вывели войска на Сенатскую площадь в Петербурге под лозунгами уничтожения самодержавия и введения конституционного правления.

Закономерным явлением во внутренней политике российского правительства становится задача стабилизации монархической власти и ее частичное реформирование с целью укрепления государственности. Решить ее пытались оба императора и в особенности Николай I , который пришел к власти в разгар событий 14 декабря 1825 г., лично вел следствие по делу декабристов и сумел извлечь из него некоторые уроки.

Вторая задача органично вытекала из первой, но была поставлена экономикой, формирующимися в стране капиталистическими рыночными отношениями. Развитие товарно-денежного хозяйства сдерживалось наличием крепостного права. Пагубное влияние крепостничества сказывалось, во-первых, в том, что у производителей отсутствовали стимулы к повышению производительности труда, к накоплению средств. С другой стороны, прикрепление крестьян к земле не способствовало формированию рынка свободной рабочей силы. Рынок же не может развиваться без капиталов и наличия свободных рабочих рук.

Проблема отмены крепостного права, вставшая во весь свой рост ещё при Екатерине II , досталась по наследству ее внукам. Решить ее окончательно им не удалось, но значительные шаги в направлении ее решения ими были предприняты. О том свидетельствуют законы, с помощью которых социальные отношения приспосабливались к рынку: 1801 г. «о предоставлении купечеству, мещанству и казенным поселянам права приобретать покупкою земли» ; 1803 г. – «Об отпуске помещиками своих крестьян на волю по заключении условий, на обоюдном согласии основанных» : 1842 г. – «О представлении помещикам права заключать с крестьянами договоры на отдачу им участков земли в пользование за условленные повинности» ; 1848 г. – «О предоставлении крестьянам помещичьим и крепостным людям права покупать и приобретать в собственность земли, дома, лавки и недвижимое имущество» и др.

На протяжении почти всей первой половины века российскому государству пришлось решать ещё одну, связанную с первой, задачу, которая отвлекала его от проблем внутренних. Это борьба с французской экспансией в Европе и собственная российская экспансия на всех направлениях: западном, восточном и южном. Россия была непременной участницей всех коалиций западных стран, пытавшихся сдержать распространение революционной французской «заразы» на континенте и унять непомерные амбиции императора французов – Наполеона Бонапарта.

Россия в этой борьбе пережила ряд блистательных побед, особенно в ее финальной части, но ещё больше было поражений и унижений (достаточно вспомнить поверженную и сожженную Москву). Тем не менее борьба завершилась победой, что резко подняло авторитет российского императора не только на внешней, но и на внутренней арене. Используя его, Россия продолжила наращивать свою территориальную мощь, превращаясь в огромную мировую державу (Польша, Финляндия, Молдавия, Кавказ, Средняя Азия, Казахстан вошли в этом периоде в ее состав). Правительство России было вынуждено в своей политике учитывать интересы наций, влившихся в состав империи, а с другой стороны, бороться со всякими центробежными тенденциями, распространять государственное право империи на новые территории и национальные окраины. Это была одна из сложнейших задач, с которой российское государство успешно справилось.

Итак, как реформировалась государственная система России? Что нового, достойного быть отмеченным, появилось в этом периоде?

8 сентября 1802 г. Александр I подписал манифест «Об учреждении министерств», которым было положено начало реформированию исполнительной власти. Манифест окончательно утвердил в России отраслевой принцип организации управления. Этот принцип вообще характерен для буржуазного общества, построенного на рыночном механизме. Для России его принятие являлось простым подражанием Западу, ибо здесь не мог действовать главный принцип буржуазной государственности – ответственности министров перед парламентом. Министры, входившие в правительство, назначались монархом и были ответственны перед ним. Правда, поначалу предполагалось, что будет введена «контрасигнатура», то есть скрепление министерскими подписями императорских указов, но это введение не состоялось.

Но и в таком виде учреждение министерств вместо коллегий было шагом вперед, ибо 1) они действовали более оперативно, 2) усиливалась персональная ответственность руководителей и исполнителей, 3) расширялось значение канцелярий и делопроизводства. Функции министерств (сначала 8-ми, с 1811 г. – 13-ти) были обширными и часто выходили за рамки их названий. Так, Министерство внутренних дел кроме организации и поддержания общественного порядка управляло ещё промышленностью и строительством. Министерство просвещения кроме руководства образовательными учреждениями (от начальных училищ до университетов), управляло музеями, типографиями, библиотеками, занималось подготовкой кадров для госаппарата, осуществляло цензуру.

В 1811 г. под руководством М. М. Сперанского был издан документ «Общее учреждение министерств», который определил правовой статус этих органов. Власть министров обозначалась в нем как высшая исполнительная, непосредственно подчиненная императору. Аппарат министерств делился на департаменты (присутствия) по направлениям деятельности и канцелярии, в которых велось делопроизводство. В 1812 г. основан Комитет министров (Кабинет), в который помимо министров вошли председатели департаментов Государственного совета, Государственный секретарь (глава Госсовета) и назначенные царем некоторые высшие сановники империи. При Николае I в состав Комитета министров входил наследник престола.

Комитет рассматривал законопроекты, отчеты министерств, решал кадровые проблемы. Все его решения утверждались императором, кроме разного рода мелких дел (назначения пенсий, пособий и пр.). Комитет министров заменял императора в его отсутствие, а при нем осуществлял надзор за высшими органами управления. Таким образом, в лице Комитета министров Россия получила в начале XIX в. высший административный законосовещательный орган, который был упразднен только в апреле 1906 г. в связи с учреждением Государственной думы.

При Александре I были предприняты также попытки реформирования законодательной власти. Сначала предполагалось наделение законодательными правами реформированного Сената, но в 1810 г. после привлечения к разработке проектов государственных реформ М. М. Сперанского, в качестве аналога западных парламентов был создан Государственный совет (просуществовал до 1917 г.) с числом членов от 40 до 90 (в разные годы). Но это не был выборный орган. Члены Госсовета назначались императором из высших чиновников империи, а сам император председательствовал на его заседаниях и утверждал принятые им законы.

Основная работа по подготовке законопроектов осуществлялась в Первом департаменте законов, укомплектованном профессиональными юристами. Остальные четыре департамента руководили военными делами, делами гражданскими и духовными, экономикой. Пятый департамент управлял делами Царства Польского. При Александре 1 Госсовет главенствовал над системой министерств.

При Николае I всю систему центральных отраслевых органов государственного управления возглавила Собственная Его Императорского Величества канцелярия. Госсовет и Комитет министров вынуждены были уйти в тень. С.Е.И.В. Канцелярия состояла из шести отделений, деятельность которых охватывала все сферы государственной жизни. Первое контролировало министерства, ведало назначением и увольнением высших чиновников. Оно обладало законодательной инициативой и разрабатывало проекты законов. Второе Отделение осуществляло кодификационные работы, обобщало юридическую практику. Третье Отделение руководило борьбой с государственными преступлениями, с «революцией», осуществляло контроль за деятельностью религиозных сект, вело надзор за некоторыми категориями граждан, в том числе за неблагонадежными персонами, наблюдало за местами лишения свободы. Третьему Отделению подчинялась полиция и созданная в 1827 г. жандармерия. Оперативная работа велась в семи жандармских округах, на которые была поделена Российская империя. В губернских и портовых городах действовали команды жандармов, в задачу которых входило «усмирение буйства и восстановление нарушенного повиновения», а также «рассеяние законом запрещенных скопищ».

Четвертое Отделение С.Е.И.В. Канцелярии занималось организацией благотворительной деятельности и женского образования. Пятое Отделение подготовило и провело реформу управления государственными крестьянами. В Шестом Отделении сосредоточивались кавказские дела. В целом С.Е.И.В. Канцелярия фактически стояла над всем аппаратом управления, а права ее отделений не отличались от прав министерств.

При Александре I по инициативе Сперанского была предпринята также попытка реформировать процесс продвижения государственного чиновничества по служебной лестнице. До 1909 г. это продвижение до чина статского советника (5 класс – низший генеральский чин) осуществлялось по принципу выслуги. Прослуживший необходимое число лет чиновник получал следующий чин независимо от места, которое занимал, и от своих реальных заслуг. Вверх продвигались все: и нерадивые, и невежды. Особо стараться исполнять долг не было стимула, ибо вступивший в службу раньше, пусть не столь способный и нечистый на руку, был недосягаем для шедших после него.

По указу 1909 г. для гражданских чинов был введен образовательный ценз. Начиная с коллежского асессора (8 класс – низший штаб-офицерский чин), необходимо было иметь высшее университетское образование или сдать соответствующий экзамен. Для производства же в статские советники требовался ещё 10-летний стаж службы, в том числе 2 года на ответственных должностях.

Экзамен предполагал «грамматическое знание русского языка и правильное на нем сочинение», «знание по крайней мере одного языка иностранного и удобность перелагать с него на русский», «основательное знание прав естественного римского и частного гражданского с приложением последнего к российскому законодательству», «сведения в государственной экономии и законах уголовных», «основательное знание отечественной истории», истории всеобщей с географией и хронологией, «первоначальных оснований статистики» и «знание по крайней мере начальных оснований математики и общие сведения о главных частях физики». Все эти знания должны были способствовать не только совершенствованию умственных и деловых качеств чиновников, но и нравственности. И хотя этот ненавидимый косной чиновничьей массой закон был отменен в 1834 г., он сыграл свою роль в выработке критериев, которым должен был отвечать облеченный властью и исполненный чувства долга ответственный государственный человек. По авторитетному мнению современников он способствовал повышению культурного уровня чиновников.

Кодификация права

Попытки кодификации законов в Российской империи были начаты ещё в XVIII в. и продолжались при Александре I . Но только Николаю I , который привлек к кодификационной работе М. М. Сперанского, возглавившего Второе отделение С.Е.И.В. Канцелярии, удалось осуществить это начинание. Второе отделение провело огромную работу по розыску, сличению и упорядочению отдельных законодательных актов и правительственных распоряжений и подготовило два крупных издания. В 1830 г. вышло 46-томное (с несколькими томами указателей) Полное собрание законов Российской империи (ПСЗ), которое вобрало в себя свыше 80 тысяч актов, начиная с Соборного Уложения, которым открывался 1 том, и заканчивая законами 1825 г. (концом царствования Александра I ), помещенными в последнем томе. Законодательные акты располагались в нем в хронологическом порядке (то есть по мере выхода).

В дальнейшем ПСЗ было продолжено и выпущено ещё два издания. Второе издание (54 тома) вобрало в себя законодательные акты 1826 — 1881 гг. Третье издание (16 томов в 18 книгах) обобщило законодательство, начиная с 1881 г. и заканчивая 1913 годом.

Наряду с ПСЗ было подготовлено и в 1832 г. издано ещё одно собрание – Свод законов Российской империи . В нем увидели свет действующие законы, объединенные в 15 томов и расположенные в них уже не в хронологической последовательности, а по тематическому принципу.

В основу структуры Свода положено деление права на публичное и частное, идущее от западноевропейских буржуазных концепций и восходящее к римскому праву. Сперанский называл эти две группы законов государственными и гражданскими. В первой группе располагались Основные государственные законы, в которых характеризовалась организация публичной власти (высшие органы власти, учреждения центральные и местные, устав о государственной службе). Затем шли законы, характеризующие организацию управления и устройство казны ( уставы казенного управления, о повинностях, таможенный, монетный, горный и др.). Третью группу составляли законы об организации сословного строя (о состояниях). В четвертую входили уставы государственного благоустройства (кредитный, торговый, промышленности, путей сообщения, сельскохозяйственный, почтовый, телеграфный и др.).

В особую группу выделялись Уставы благочиния, объединявшие законы о народном продовольствии, общественном призрении, организации врачебной помощи и др. Сюда же относились помещенные в отдельном томе (14-м) уставы о паспортах, о цензуре, о ссыльных, о беглых и др., определявшие законодательное поле деятельности полиции.

Наконец, впервые в российском законодательстве были отделены друг от друга помещенные в разных томах законы гражданские (т. 10) и законы уголовные (т. 15) .

Такой принцип соединения воедино разрозненных законов (инкорпорация) сохранялся на протяжении всех последующих переиздании Свода (в 1842, в 1857 гг.). В 1885 г. в Свод был введен ещё 16 том. содержащий процессуальное законодательство. Кроме того, в 1845 г. 15 том Свода, то есть законы уголовные, с некоторыми изменениями и дополнениями были изданы как «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» . которое можно рассматривать как первый уголовный кодекс России.

Юридическая техника Свода законов основывалась на методике Ф. Бэкона, апробированной в кодексе Юстиниана. Статьи Свода, основанные па одном действующем законе (указе), излагались словами указа без изменений. Статьи, основанные на нескольких указах, излагались словами главного указа с дополнениями и пояснениями из других. При этом под каждой статьей давались ссылки на указы, в нее вошедшие. Многосложные тексты сокращались, а из противоречащих друг другу выбирался лучший с точки зрения составителей или более поздний.

Так, в первой половине XIX в. была оформлена система российского права, дожившая в своей основе до последних дней империи.

Гражданское право по Своду законов Российской империи

Как уже было сказано, впервые в русском законодательстве сфера гражданского права была выделена как особая отрасль права (т. 10 – законы гражданские и межевые). Правда, часть норм, регулирующих обязательственное право, помещалась в торговых уставах (т. 11), часть других норм в законах о праве состояния (т. 9). В рамках данной темы мы рассмотрим две ее основные части: право собственности и наследственное право.

Право собственности

В Своде законов впервые было дано определение понятия собственности как «права лиц исключительно и независимо от лица постороннего владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом вечно и потомственно» .

Закон выделял несколько видов собственности, из которых два вида определялись как основные: собственность частная и собственность государственная. Частная собственность, в свою очередь, могла быть полной (право на владение, пользование и распоряжение имуществом без всякого постороннего участия) и неполной, то есть ограниченной другими посторонними. Ограничения могли быть в общих целях (право участия общего — проезд и проход по дорогам, рекам, запреты на строительство плотин, мельниц на судоходных реках и пр.) и в целях, уважения прав других частных лиц (право участия частного). В последнем случае речь шла о сервитутах, хотя сам термин в законе отсутствовал. Соблюдая закон, нельзя было пристраивать кухни и печи к стене соседнего дома, лить помои или сметать мусор в соседний двор, выводить окна на соседнюю крышу, позволять деревьям свешивать свои ветви через забор соседа и т.п.

Полным могло быть право собственности на землю и на имущество. По праву полной собственности на землю владелец имел право «на все произведения на поверхности ее, на все, что заключалось в недрах ее, на воды, в пределах ее находящиеся, и, словом, на все ее принадлежности» (вширь, вглубь и вверх). Земли по берегам рек отграничивались серединой реки, во владение входил тальник, растущий на ее берегу, клад, найденный в земле владельцем, принадлежал ему целиком, половина, если нашел чужак, и т.п.

По праву полной собственности на имущество владельцу принадлежали все плоды, доходы, прибыли, извлеченные из него «трудом или искусством».

Имущество могло быть недвижимым и движимым. Эти понятия появились ещё в XVIII в., но теперь закон предусматривал и более дробное их деление. Так, недвижимое имущество считалось нераздельным или подлежащим разделу. К нераздельному закон относил фабрики, заводы, лавки, золотосодержащие прииски, переданные из казны для разработки в частные руки, участки земли до 8 дес. у государственных крестьян, майоратские и заповедные имения в западных губерниях страны. Дворы в городах могли делиться только по разрешению полиции.

Сохранялось деление недвижимого имущества на родовое и благоприобретенное (выслуженное, купленное и др.). Первое приобреталось только по праву законного наследования и подлежало праву родового выкупа.

Движимое имущество составляли: 1) морские и речные суда, 2) книги, рукописи, картины, иконы и прочие объекты науки и предметы искусства, 3) домашние уборы, экипажи, земледельческие орудия, скот, хлеб (сжатый и молоченый), запасы, 4) все, извлеченное из земли (руды, минералы), 5) наличный капитал (деньги, векселя, закладные и прочие ценные бумаги). К движимому имуществу до отмены крепостного права причислялись права на крепостных людей без земли. Семейства крепостных (муж, жена, мать, отец, неженатые сыновья и незамужние дочери) считались неделимыми, их нельзя было дробить при дарении, продаже, залоге и других сделках. Разделить их можно было только при отпуске на свободу.

Второй основной вид собственности — собственность государственная. Это все, что не принадлежало частным лицам и не составляло других видов собственности. Сюда входили казенные земли (населенные и ненаселенные), морские берега, судоходные реки, большие дороги, леса, публичные здания и пр. Казенным имуществом считались все подати, пошлины и иные сборы, составлявшие доход казны.

Из других видов собственности следует назвать собственность удельную (земли и крестьяне императорской семьи), дворцовую (имущество императорского дома). Последняя существовала в двух ее формах: собственность царствующего императора, которая не могла быть завещана, поделена на части или отчуждена другими способами (Зимний и другие дворцы, Царское село, Петергоф и другие загородные имения) и личная собственность императорского дома, которая могла быть отчуждаемой (Ораниенбаум, Гатчина, Павловское и др.).

«Собственностью разных установлений» (учреждений) владели церковь, монастыри, научные и учебные заведения, кредитные, богоугодные и прочие заведения. Шестой вид – собственность общественная (дворянских, городских и других обществ). ещё один вид собственности – собственность казачьих иррегулярных войск. Плоды интеллектуального труда составляли собственность литературную, музыкальную, художественную.

Способы приобретения и прекращения собственности. 1. Дарственные и безмездные (пожалования, выдел, дар, завещание) . 2. Наследство . 3. Обоюдные (мена и купля) . 4. Другие договоры и обязательства (залог, заклад, аренда и т.п.). Существовало и принудительное отчуждение права собственности, о котором следует сказать особо.

Принудительное лишение права собственности требовало вмешательства власти и могло осуществляться тремя способами: 1) по судебному постановлению: 2) в виде экспроприации; 3) в виде конфискации. Судебные постановления лишали права собственности при обращении взыскания на имущество и при разделе общего имущества. При обращении взыскания на движимое имущество оно подвергалось аресту (описывалось и опечатывалось) и продавалось с молотка (то есть с публичного торга).

При обращении взыскания на недвижимое имение на него накладывался запрет (на рубку леса, вывоз или отчуждение чего-либо). По истечении известного срока (как правило, 2 месяца), при неоплате долгов, имение описывалось и распродавалось через опросные листы, в которые каждый мог вписать свою цену. Вписавший самую высокую цену приобретал недвижимость.

Экспроприация – это отчуждение или ограничение права собственности, предполагавшее принуждение, а если нужно, то и насилие. Могла иметь место экспроприация собственности в пользу сервитута. Такая экспроприация всегда требовала справедливого и приличного вознаграждения убытков, эквивалентного цене потерь. Это могли быть деньги или натура, к примеру, новый участок земли в другом месте. Обязательно учитывалась и так называемая несостоявшаяся прибыль, то есть убытки в результате последствий отчуждения. Существовала и чётко разработанная процедура её оценки.

Как правило, за вознаграждение отчуждалась собственность для государственных нужд: изъятие земель под железнодорожное строительство, хлебных запасов во время голода, лошадей для военных нужд и пр. Могло быть и безвозмездное изъятие, к примеру зачумленных животных во время эпизоотии.

Конфискация — это отчуждение собственности государственной властью в виде наказания, как правило, в результате совершенного преступного деяния. Конфискация касалась отдельных вещей (контрабанды, орудий преступления и пр.). Конфискация всего имущества по русскому законодательству XIX в. неизвестна. Она могла иметь место, очевидно, только по специальному распоряжению правительства в случае участия в бунте или заговоре.

Наследственное право

Нас интересует наследование по закону, ибо наследование по завещанию ко времени составления Свода законов предполагало полную свободу завещателя, кроме тех исключений, о которых шла речь и которые были связаны с родовым или неделимым имуществом.

По закону к наследованию, как и прежде, допускались лица, связанные с умершим кровным родством. По круг родственников заметно расширился. В наследовании участвовали иностранцы, дети, ещё не рожденные, а лишь зачатые до смерти отца и находившиеся в утробе матери, лица, имевшие физические недостатки (глухие, немые, безумные и т.п.). Только дне категории населения России не имели права наследования: лишенные всех прав состояния и монашествующие как отрекшиеся от мира.

К наследованию допускались вес члены роди, как мужчины, так и женщины, зачатые в законном браке (то есть церковном).

Близость родства определялась линиями и степенями. Существовало несколько линий: нисходящая (прямые потомки), боковая ('братья и сестры и их потомки), восходящая (родители и их предки), побочная (дядья и тетки и их потомки и предки,). Степень составляла внутри линии связь одного лица с другим посредством рождения (в нисходящей линии, к примеру: сын – первая степень, внук – вторая степень, правнук – третья степень и т.д.).

Порядок наследования по закону был таков: ближайшее право имела нисходящая лилия, а в ней – ближайшая степень, которая исключала дальнейшую (сын при живом отце не мог наследовать за дедом). Это правило действовало и в других линиях: ближайшая степень исключала последующую. Из нисходящих, таким образом, призывались к наследству сыновья, после их смерти – внуки, затем правнуки и т.д. Эти наследники делили имущество (за выделом частей вдове или вдовцу и дочерям) в равных частях.

Законная жена после смерти мужа, как при живых детях, так и без них, получала из недвижимого имущества 1/7, а из движимого – 1/4 часть (если нет завещания, по завещанию могла получить всё). Сюда не включалось приданое и собственное имущество жены, приобретенное как до брака, так и в браке, ибо супруги владели имуществом раздельно. Дочери получали в половину меньше жены (1/14 часть недвижимости и 1/8 часть движимого имущества). Но закон предполагал, что сыновья не могли получить меньше выдела дочерям; если за выделом им оставалось меньше имущества, то все делилось поровну. Муж наследовал, как и жена.

При отсутствии сыновей и нисходящих от них в наследство вступали дочери и нисходящие от них. Сводные дети наследовали только имущество своего родителя.

При отсутствии нисходящих в наследство вступали боковые линии: братья и их потомки. Если братьев не было, наследовали незамужние сестры. При отсутствии последних – замужние сестры и их нисходящие. При этом имущество отца переходило в его род, имущество матери – в её род.

При отсутствии боковых наступал черед ближайшей побочной линии: дядей и теток и нисходящих от них. Следующей была дальняя побочная линия: братья и сестры дедов и бабок. И в последнюю очередь наследовали восходящие: отец и мать, деды и бабушки. В этом исследователи единодушно усматривали большую несправедливость российского наследственного права.

Если после умершего владельца не оставалось наследников или никто из них не являлся в течение 10 лет после опубликования вызова для получения наследства, или если из явившихся никто не доказывал своего права на наследство, имущество признавалось выморочным. Сначала оно поступало в опекунское управление «для сохранения», а затем при неявке наследников переходило в казну. Дома и строения при этом могли быть проданы управлением с торгов и обращены в капитал. Он помещался в кассу Приказа общественного призрения, и на него шли проценты.

Передача имущества или капитала «в казну» означала следующее: после членов университетов и чиновников учебного ведомства они переходили тем учебным заведениям, где трудились умершие; после духовных лиц – духовному ведомству; после монахинь монастырям, после городских жителей – в доход города; после казаков в пользу казачьего войска и т.д.

Существовал и особый порядок наследования отдельных имуществ. Так, при наследовании художественных произведений, книг и т.п., право это могло быть передано по завещанию третьим лицам (посторонним, не родственникам) только на 50 лет после смерти автора. Затем оно переходило к законным наследникам.

Панагии, кресты, украшенные драгоценными камнями, иконы и прочее имущество духовных лиц переходило к наследникам, за исключением «священных изображений», которые вынимались и оставлялись в местах, где служили умершие, а в конечном счете шли в монастырскую казну. Не христиане не могли наследовать по завещанию иконы и другие «святости». В шестимесячный срок они были обязаны передать их в руки православных или в православную церковь. В противном случае – отбирались.

Не имели силы завещания недвижимости в пользу евреев за чертой оседлости, поляков в некоторых западных губерниях и иностранцев в центральных губерниях и других особо оговоренных местах, где они не могли владеть недвижимым имуществом.

В западных губерниях существовал также особый порядок наследования дворянских имений, пожалованных на правах майоратов. Такие имения переходили в наследство по мужской линии и всегда к старшему сыну. Если потомство старшего сына пресекалось, они переходили ко второму сыну и т.д. Эти имения наследовались целиком, без дробления, без права остальных сыновей требовать за них вознаграждения. Таков же был порядок наследования заповедных имений.

Уголовное право по Уложению о наказаниях уголовных и исправительных

Уложение о наказаниях – это пересмотренный 15 том Свода законов или новый уголовный кодекс Российской империи, который вступил в действие в 1846 г. и который подвел итог всему предшествующему развитию уголовного права. Он солиден по размеру, в нем 2224 статьи в 12 разделах, делящихся в свою очередь на главы, отделения, отделы. Впервые в нем выделены общая и особенна» части. Общая часть состоит из 5 глав и содержит учение о преступлении и наказании. Она отличается достаточной юридической точностью понятий, свойственных праву нового времени. Но предложенная в ней система наказаний ещё типично сословная, феодальная. В особенной части (1 раздел) характеризуются группы преступлений (разделы 2– 12) . Их всего 11.

Итак, пройдемся сначала по общей части Уложения. В ней, во-первых, находим новое, более четкое, почти современное определение понятия «преступление». Под преступлением понимается «противозаконное деяние или неисполнение того, что под страхом наказания законом предписано», то есть совершение законом воспрещенного и несовершение законом предписанного.

Во-вторых, кодекс отделяет от преступления проступок, который влечет за собой не уголовное, а исправительное наказание. Под проступком закон понимает нарушение правил, которыми охраняются права и безопасность лиц. В отличие от Свода законов в Уложении различались эти два понятия уголовно-наказуемого деяния не по тяжести наказания, а по объекту посягательства.

Закон определял виновность как необходимое основание наступления ответственности. Знает он и форму вины, разделяя преступления на умышленные и неумышленные. Он точно указывал на причины, освобождающие от наказания. Это случайность, малолетство (до 10 лет – безусловная невменяемость, до 14 лет – условная), безумие, принуждение высшей непреодолимой силы, в том числе угроза смерти, необходимая оборона, добросовестное заблуждение относительно противозаконности деяния (ошибка вследствие обмана или случая).

В Уложении выделяются стадии преступления: умысел, приготовление к преступлению, покушение на преступление, совершившееся преступление. Признаками умысла считалось «изъявление на словах, или письменно, или иным каким-либо действием намерения учинить преступление». Под приготовлением к преступлению закон понимал «приискание средств» для совершения преступления, а под покушением на преступление – «всякое действие, которым начиналось или продолжалось приведение преступного намерения в исполнение».

Для каждой стадии устанавливалась соответствующая мера наказания, из которых самая малая – за голый умысел. Покушение на преступление, если зло не совершилось по непредвиденным для обвиняемого обстоятельствам, а сам он все приготовил для его совершения, наказывалось как вполне совершенное преступление. Собственный отказ от подготовленного преступления требовал снижения наказания на 2 степени.

Закон установил и ответственность за соучастие в преступлении (двух или более лиц). Виды соучастия: без предварительного согласия и в сговоре. В первом случае главные виновники отделялись от случайных участников. Во втором случае — в сговоре — закон выделял категории соучастников: зачинщиков, сообщников, подстрекателей. Знает он и других лиц, «прикосновенных к преступлению», как-то; попустителей, укрывателей, недоносителей. Мера наказания зависела от вида соучастия. Для последних наказание было менее строгим, чем для участников преступления. За недоносительство и укрывательство не подлежали наказанию лица, состоявшие с преступником в «брачном союзе» или в близких степенях родства и свойства, а также его «благодетели».

Четко оговаривались в законе и обстоятельства, увеличивающие вину и меру ответственности. К ним относились: степень умысла, безнравственность побуждений к совершению преступления, жестокость, «гнусность или безнравственность способа совершения преступления», тяжесть его, особая активность и число привлеченных сообщников, «неискренность и упорство в запирательстве» при расследовании. «Совокупность» обстоятельств отягощала вину.

К отягчающим вину обстоятельствам относились также повторность и рецидив преступления, более высокое состояние, звание, степень образованности преступника, а также состояние опьянения, если оно достигнуто намеренно с целью преступления (со злым умыслом).

Закон выделял также обстоятельства, устраняющие наказуемость Это смерть преступника (кроме гражданского иска и казенных взысканий, которые обращались на имущество преступника и переходили к наследникам), примирение с обиженным (по делам частного обвинения), истечение срока давности, помилование. Примирение не могло иметь места при оскорблении начальства, в случае изнасилования и обольщения, по делам о незаконном вступлении в брак.

Срок давности зависел от преступления. Самый высокий – 10 пет действовал в отношении преступлений, которые влекли за собой наказание я виде лишения всех прав состояния и каторжные работы. В других случаях он мог составлять 8, 5 лет и 3 года. Срок давности не действовал в государственных преступлениях («злоумышлении против императора и его супруги», перекрещивании – переходе из православия в другую веру, незаконном присвоении сословных прав – чина, должности, ордена, почетного титула и т.п.).

Помилование было прерогативой императора и совершалось лишь в случаях, прямо предусмотренных указом о помиловании или указом об амнистии. Последняя касалась не отдельного преступника, а целой их категории, и объявлялась, как правило, по случаю некоторых торжественных актов (победы в войне, рождения наследника престола и т.п.).

Вступив в действие в 1846 г., Уложение не имело обратной силы, но только в статьях, смягчающих или отменяющих ответственность. Оно применялось ко всем российским подданным в пределах государства (кроме дел, подсудных духовным и военным судебным органам). Так, военно-уголовные дела определялись военно-уголовным кодексом 1839 г. Действия Уложения не распространялись на иностранно подданных, имевших дипломатический иммунитет, а также на Польшу, Финляндию, где действовали свои национальные кодексы, и на некоторые сибирские народы (чукчей, коряков и др.), где действовало родовое право.

Система преступлений в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных

Система преступлений, охарактеризованная в 11 разделах особенной части Уложения, оставалась традиционной, восходящей к известным нам законам: Соборному Уложению, Воинскому артикулу, указам Екатерины П. Однако здесь она более дробная, в ней некоторые известные нам группы преступлений подверглись делению на самостоятельные виды.

Как и ранее, на первом месте стоят преступления против веры. Теперь они четко разделяются на чисто религиозные (богохульство, отступление от веры, перекрещивание и др.) и направленные против священнослужителей (убийства, оскорбления и т.п.). Первое наказывалось лишением всех прав и каторгой, а для лиц из податных сословий ещё и плетьми, наложением клейма, второе могло иметь следствием смертную казнь. По-прежнему сохранялся запрет на переход из православия в другую веру. Преследовалось сектантство (хлысты, духоборы, молокане, жидовствующие), вовлечение в секты детей.

Вторую группу составляли государственные преступлении. Здесь помимо бунтов, заговоров, оскорбления императора и его семьи, известных нам, появляются новые составы преступления, как составление и распространение антигосударственных сочинений, создание тайных обществ. Это была реакция на требования времени. Вводится ответственность за шпионаж в условиях войны (в мирное время - гораздо позже, в 1892 г.). Государственные преступления влекли за собой суровые наказания, вплоть до смертной казни.

В третью группу были включены преступления и проступки против порядка управления (4 раздел). Это действия, препятствующие осуществлению правосудия и деятельности полицейских властей (вплоть до массовых беспорядков). Надо напомнить, что Уложение формировалось в царствование Николая Павловича, при котором был усилен полицейский режим. Преследовались оскорбления чиновников при исполнении, невыполнение предписаний, срывание объявлений, фальсификации правительственных указов, побеги из тюрем и пр.

Четвертая группа – преступления и проступки по службе государственной. Субъектами данных правонарушений являлись чиновники и государственные должностные лица. Составы преступлений у них таковы: бездействие, превышение полномочий, использование служебного положения в корыстных целях, незаконные действия (арест, обыск), растрата, подлог, нарушение норм материального права, мздоимство. Последнее наказывалось «вдвое против цены подарка» с обязательным отрешением от должности. В Уложении фигурировало ещё лихоимство, под чем подразумевалась взятка для решения незаконного дела, которая наказывалась помимо указанного выше ещё ссылкой в Сибирь или заключением в арестантские роты. За эти преступления полагалось также телесное наказание – розги.

Следующий раздел Уложения (шестой) посвящался преступлениям и проступкам против постановлений о повинностях, государственных и земских. В нем преследовалось, помимо прочего, уклонение от рекрутской повинности (нарушение очередности через подлог, дезертирство, самоизувечение, бегство, укрывательство дезертиров и т.п.).

О преступлениях и проступках против доходов казны – так назывался седьмой раздел Уложения. Его статьи предусматривали санкции за хищения и растрату казенной собственности, причинение ущерба государственному имуществу. Как и прежде, сурово преследовалось фальшивомонетничество. Это преступление влекло за собой лишение всех прав состояния, соединенное с каторжными работами в крепостях, телесные наказания. Не менее сурово наказывалась подделка ценных бумаг. Закон защищал государственные монополии, как традиционные (соляную, чайную, винную), так и новые (горный промысел, в том числе разработку золота на казенных землях), преследовал самовольную охоту в запрещенных местах и т.п.

Охране общественного порядка посвящался 8 раздел Уложения — О преступлениях и проступках против общественного благочиния. Здесь содержалось все то, что составляло компетенцию общей полиции: надзор за санитарным состоянием городов, гостиницами, борьба с эпидемиями и пр. Закон, к примеру, преследовал бродяжничество. «Всякий беспаспортный или не могущий доказать свою гражданскую личность» объявлялся бродягой, забирался в солдаты или на исправительные работы с последующей ссылкой на Кавказ или в Сибирь. Запрещалось заниматься врачебной практикой без диплома или свидетельства, держать «притоны и шайки» (сообщества преступников более 3 человек) для разбоев, «зажигательства», игры в карты и пр. Закон предписывал также «во избежание голода» на случай неурожая заводить и содержать «общественные запасные хлебные магазины».

В 9 разделе – О преступлениях и проступках против законна о состоянии – содержались статьи, защищавшие основы сословного строя. Запрещались и преследовались порча или хищение документов о состоянии, похищение или подмена детей, продажа людей в рабство, присвоение наград, чинов, титулов, других прав состояния.

Один из самых больших разделов Уложения содержал нормы, защищавшие общество от преступлений против жизни, здравия, свободы и чести частных лиц. Самым тяжким преступлением здесь, как и ранее, считалось убийство. Однако теперь убийство, даже самое тяжкое, предумышленное, не наказывалось смертной казнью. Оно влекло за собой наказание в виде лишения прав состояния, бессрочной каторги и телесных наказаний (100 ударов плетьми). Закон жестоко преследовал убийство детей, в том числе аборты. Женщины за них подвергались лишению всех прав состояния, телесным наказаниям и ссылке в Сибирь. Но аборты были в те времена весьма редким явлением. По-прежнему одним из уголовных преступлений считалось самоубийство. Самоубийцу лишали христианского погребения и права на действительность всех его духовных завещаний. Не наказывались покушавшиеся или лишившие себя жизни в безумии, беспамятстве от болезни, женщины, спасавшие свою честь и целомудрие. Другие же попытки лишить себя жизни влекли за собой церковное покаяние; ссылка и плети, применявшиеся ранее, законом были отменены.

В особый раздел были выделены в Уложении преступления против прав семейственных. Впервые в светском законодательстве столь полно были сформулированы нормы семейно-брачного права. Уложение защищало права супругов, «союз детей и родителей», «союз родственников», преследовало противозаконное вступление в брак, многобрачие, нарушения прав личности супругов (увечья, побои, истязания). Не менее рьяно защищалась честь родителей от посягательств детей. За неповиновение родителям, развратную жизнь и другие пороки грозило заключение в смирительном доме до 6 месяцев, за нанесение им телесных повреждений – каторга до 8 лет, плети, клейма.

Заключал Уложение 12 обширный раздел – О преступлениях против собственности частных лиц. В нём находим много нового в сравнении с прежним законодательством, свидетельствующего об усилении защиты частной собственности. Отныне любые виды завладения чужим имуществом (домом, землей), даже без разбоя и других уголовных преступлений, переводились из гражданской в уголовную сферу и требовали наказания в виде лишения всех прав состояния. К тяжким преступлениям на этой почве относились поджог, взрыв газами, потопление имущества.

Система наказаний

Система наказаний в Уложении базировалась на сословном подходе к квалификации наказания и определению санкций в соответствии с установленными привилегиями (учитывалась принадлежность лица к тому или иному состоянию, изъятие или неизъятие от телесных наказаний, наличие чина, ордена и т.п.). Она была довольно сложной и громоздкой. Устанавливалась своеобразная лестница из 11 родов наказаний, разделенных на 35 степеней в убывающей прогрессии, начиная от смертной казни и заканчивая внушением. Суд не имел права применять иного наказания, кроме установленного законом, но он мог установить ту степень наказания, которую считал необходимой, не выходя при этом за его рамки.

Все меры ответственности подразделялись на общие (за любые преступления), особенные (за преступления и проступки по службе) и исключительные (за определенные, указанные в законе преступления). Общие наказания, в свою очередь, делились на главные, дополнительные и заменяющие. Главные наказания могли быть уголовными (за преступления) и исправительными (за проступки).

К наиболее тяжким уголовным наказаниям относились: 1) лишение всех прав состояния и смертная казнь; 2) лишение всех прав состояния и каторжные работы; 3) лишение всех прав состояния и ссылка на поселение в Сибирь или на Кавказ.

Лишение всех прав состояния вело к потере всех гражданских прав и сословных привилегий (потомственного и личного дворянства, духовного звания, прав городских обывателей) и сопровождалось отнятием чинов, чести, титулов, доброго имени, знаков отличия. Лишение всех прав состояния вело к потере имущества, которое переходило к наследникам, ибо на членов семей наказание не распространялось. Сын за отца и жена за мужа не отвечали, даже если следовали за ним в места, где преступник отбывал наказание. Но по закону потеря всех прав могла иметь следствием прекращение супружества (давала право на развод).

Смертная казнь применялась в двух случаях: за государственные преступления и за нарушение карантинных уставов во время эпидемий (например, за сокрытие больных чумой). Вид казни назначал суд, в практике же применялся один её вид – повешение. Наличие смягчающего обстоятельства вело к замене смертной казни каторгой без срока или на срок до 20 лет.

Каторжные работы имели несколько степеней тяжести: без срока, на срок от 4 до 20 лет. Наиболее тяжкой было каторга в рудниках, менее тяжкой – на заводах и в крепостях. Бессрочная каторга применялась крайне редко: за отцеубийство, за повторное убийство, убийство близких родственников, убийство священников во время богослужения, за составление подложных именных указов, поджог, потопление. Отбывали каторгу в Сибири, на Сахалине. По истечении известного срока каторжане «примерного поведения» переводились на более легкий режим содержания, увеличивалось время отдыха, ослабевал надзор. Со временем они могли строить собственные дома, обзаводиться семьями. Отбывшие каторгу переводились в 'категорию ссыльнопоселенцев и определялись на местожительства в отдаленные районы с соответствующей материальной помощью.

Уложение сохранило в качестве уголовных некоторые телесные наказания, в том числе плети (от 10 до 100 ударов) и в отдельных случаях клеймение. Но ушли в прошлое кнут и «рвание ноздрей». Для военных сохранялись ещё шпицрутены, но при экзекуции обязательно должен был присутствовать врач, который при необходимости прекращал ее. Существовало и негласное указание об ограничении числа ударов.

Исправительные наказания по своей тяжести подразделялись на 7 родов. Самыми тяжкими были лишение всех особенных прав и преимуществ и ссылка на житье в Сибирь с заключением или без него. Для людей, не изъятых от телесных наказаний, устанавливалось наказание розгами (от 50 до 100 ударов) и отдача на время (от 1 года до 10 лет) в исправительные арестантские роты гражданского ведомства. Лишение всех особенных прав и преимуществ состояло в отнятии почетных титулов, дворянства, чинов и всяких знаков отличия, права поступать на государственную или общественную службу, записываться в гильдии, быть свидетелем, опекуном и пр. То есть это было лишение не только прав состояния, но и прав и преимуществ, присвоенных «лично или по званию». Ссылка как принудительное поселение в отдаленных местах была бессрочной, но по Уставу о ссыльных они могли по истечении 10 лет пребывания в Сибири причисляться к крестьянам и поселяться по своему желанию в сибирских губерниях (для евреев существовало ограничение – стоверстное расстояние от границы). Ссыльные обеспечивались льготами на приобретение имущества, суточными, деньгами на отопление и т.п.

Следующим по тяжести исправительным наказанием была ссылка на житье в другие, кроме сибирских, губернии (с потерей особенных прав и с заключением или без него).

Видное место среди исправительных наказаний занимало лишение свободы. Существовало большое разнообразие мест заключения: смирительный дом, крепость, арестантские роты, рабочий дом, арестный дом. Главное отличие заключалось в подчинении их разным ведомствам. Так, рабочие и арестные дома находились в ведении полиции, арестантские роты – в военном управлении, тюрьмы подчинялись особой тюремной администрации Министерства внутренних дел. Самым легким было заключение в смирительном доме (от 3 месяцев до 3 лет). Сюда сажали за «не почитаемые совершенно лишающими чести преступления» (оскорбление родителей, разные виды порочной жизни).

Не влекло за собой лишения прав и заключение в тюрьме, сроки которого не были большими (от 3 мес. до 2 лет). Арестанты содержались в общем заключении, с разделением по полу и возрасту, с обязательным отделением подследственных от приговоренных, людей низшего сословия от дворян, чиновников, разночинцев и иностранцев. В тюрьме разрешалось иметь собственное платье, белье, постель, еду. Предусматривалось и использование труда заключенных (крестьян и мещан по распоряжению начальства, других сословий – по желанию).

В крепости сидели и без лишения прав (от 6 недель до 2 лет), и с лишением лишь некоторых прав и преимуществ (от 2 до 6 лет). Имел место кратковременный арест (от 1 дня до 3 мес.). Арестованные содержались в полиции, в тюрьме или на гауптвахте. Наконец, к исправительным наказаниям относились также выговор в присутствии суда, замечания и внушения от органов правительственных и судебных, денежные взыскания.

Дополнительными являлись наказания, которые следовали за главными. Это могло быть церковное покаяние, лишение некоторых прав, воспрещение жительства в определенных местах, в частности, в столицах, учреждение опеки, отдача под надзор полиции, опубликование имени в Ведомостях и т.п.

Заменяющими служили наказания, которые заменяли главные. Смертная казнь могла быть заменена политической смертью, заключение – телесным наказанием (по шкале соответствия, установленной Уложением), денежный штраф при отсутствии денег – работами в рабочем доме или тюрьме. Для высших сословий, дворян и чиновников, кратковременный арест в тюрьме мог быть заменен домашним арестом или арестом в помещении ведомства, где служил осужденный. Для лиц старше 70 лет каторга заменялась ссылкой в Сибирь. К заменяющим наказаниям относились также принудительное лечение, установление опеки.

Особенные наказания полагались за служебные преступления. К ним относились исключение из службы, отрешение от должности, понижение н должности, вычет из жалованья или из времени службы (лишение выслуги), выговор. Часть их назначалась в административном порядке, часть по приговору суда.

Исключительные наказания полагались за известные, определенные законом преступления. Это могло быть лишение христианского погребения за самоубийство, лишение права наследования имущества того родителя, вопреки воле которого виновный вступил в брак, церковное покаяние и др.

В целом система наказаний в Уложении отличалась недостаточной определенностью санкций, отсутствием чёткости в установлении возможной замены одних наказаний другими, казуистичностыо. Как и прежде, наказание преследовало разные цели. Определенную роль продолжало играть устрашение, исключение из жизни общества за неугодные государству деяния. В целом же государство всё более стремится к перевоспитанию преступников. Не случайно в России среди правоведов пользовалась наибольшей популярностью из всех школ уголовного права теория исправления и перевоспитания преступников на основе различных систем лишения свободы. В этой связи после принятия Уложения о наказаниях стал развиваться институт условного и условно-досрочного освобождения, легкие виды наказаний, краткосрочное заключение, амнистии. Этой же цели продолжало служить деление наказаний на основные, дополнительные и заменяющие. Только в исключительных случаях (бунт, заговор, покушение на жизнь главы государства) применялась смертная казнь.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, хотя и не представляло ещё собой достаточно четко и юридически точно разработанного уголовного кодекса, сделало значительный шаг вперед в совершенствовании прежнего уголовного законодательства России.

СодержаниеДальше
 
© uchebnik-online.com