Перечень учебников

Учебники онлайн

Глава 11
Обязательства из причинения вреда

Литература

  1. Лунц Л. А. Курс международного частного права. Особенная часть.— С. 356—379;
  2. Лунц Л. А., Марышева Н. И., Садиков О. Н. Международное частное право.— С. 213—222;
  3. Звеков В. П. Обязательства из причинения вреда в международном частном праве (некоторые коллизионные вопросы) // Очерки международного частного права.— М., 1963—С. 112—136.

§ 1. Коллизионные вопросы деликтных обязательств

Выбор закона в сфере обязательств из правонарушений (деликтных обязательств) приводит к установлению права, которым ре1улируются основания и пределы деликтной ответственности и которое обычно 'именуют статутом деликтного обязательства. Этот статут в различных странах не одинаков.

Основным коллизионным критерием в этой области является принцип закона места причинения вреда ( lex loci delicti ). Из этого принципа исходит законодательство ряда стран. Так, Закон о международном частном праве Венгрии 1979 года устанавливает следующие правила: 1) к ответственности за вред, причиненный вне договора, если данный закон не предусматривает иное, применяется .закон, действующий в месте и во время действия или бездействия лица, причинившего вред; 2) если это более выгодно для потерпевшего, то следует руководствоваться законом государства, на территории которого наступил вред; 3) если место жительства причи-нителя вреда и потерпевшего находится в одном и том же государстве, следует применять закон этого государства; 4) если по закону места совершения действия или бездействия лица, вызвавшего вред, условием ответственности является вина, способность к виновному действию может быть установлена либо по личному закону причинителя вреда, либо по закону места совершения правонарушения.

Закон Югославии 1982 года исходит из места причинения вреда. При этом допускается применение как закона места совершения причинившего вред действия, так и закона места наступления вредных последствий (с учетом того, какой закон более благоприятен для потерпевшего). Однако эти правила применяются тогда, когда в конкретном случае не было предусмотрено иное.

Специальная коллизионная привязка установлена в законах ВР и бывшей Югославии для определения противоправности деяния. Венгерский суд, согласно § 34 закона 1979 года, не вправе установить ответственность за такое поведение, которое по венгерскому закону не является противоправным. Согласно ст. 28 югославского закона, вопрос о том, противоправно ли деяние, решается по праву места совершения действия или места наступления его последствий; в случае совершения действия в нескольких местах достаточно применить право какого-либо одного из мест, где деяние признается противоправным.

В отношении деликтных'обязательств в КНР действует закон места совершения противоправного деяния. Если гражданство причинителя вреда и потерпевшего совпадает или они находятся в одном и том же государстве, то может применяться закон гражданства сторон или закон места пребывания. Если действие, совершенное за пределами КНР, не рассматривается законом КНР как противоправное, оно не служит основанием для возникновения деликтного обязательства (ст. 146 Общих положений гражданского права 1986 г.).

В договорах о правовой помощи, заключенных СССР с другими странами, имеются коллизионные нормы о деликтной ответственности (ст. 33 договора с СРВ, ст. 41-А договора с Польшей, ст. 38 договора с Чехо-Словакией). Эти нормы предусматривают применение права страны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда. Исключения из этого общего правила предусмотрены для случаев, когда причинивший вред и потерпевший являются гражданами одного и того же договаривающегося государства. В этих случаях подлежит применению закон страны гражданства.

Таким образом, при решении коллизионного вопроса применительно к деликтным обязательствам осуществляется выбор между двумя основными вариантами: применением права страны совершения вредоносного действия либо страны потерпевшего, то есть лица, которому был причинен вред. Традиционно применяется закон места причинения вреда, однако применение этого принципа по законодательству ряда стран корректируется возможностью применения права страны потерпевшего, если оно предоставляет лучшие возможности возмещения вреда.

Более сложная ситуация возникает в случаях, коща вредоносное действие совершается в одном государстве, а результат наступает в другом государстве (загрязнение окружающей среды, авария на атомной электростанции). При отсутствии международного соглашения у потерпевших, находящихся в разных странах, остается лишь возможность обращаться с исками о возмещении вреда в свои отечественные суды, что по ряду причин не может быть реализовано (о невозможности исполнения судебного решения см. гл. 17).

Многосторонние соглашения (Парижская конвенция об ответственности в отношении третьих лиц в области атомной энергетики 1960 г.. Брюссельское соглашение об ответственности владельцев атомных судов 1962 г. и Венское соглашение о гражданско-правовой ответственности за ядерный ущерб 1963 г.) исходят из принципа компетентности судов страны, в которой произошло соответствующее действие. При этом должно применяться право страны суда. В Венском соглашении 1963 года более четко определено, что подлежит применению право страны суда, «включая правила этого права, относящиеся к коллизионному праву» (т. е., иными словами, предусматривается и применение коллизионных норм права страны суда). Многие государства, в том числе и СССР, не присоединились к. этим соглашениям. Имеются и отдельные двусторонние соглашения по этим вопросам. Так, согласно ст. 3 Соглашения между ФРГ и Швейцарией об ответственности перед третьими лицами в области атомной энергетики от 22 октября 1986 г., предусмотрена исключительная подсудность для рассмотрения таких исков судов страны места совершения действия».

§ 2. Причинение вреда в РФ

Основы гражданского законодательства устанавливают, что «права и обязанности сторон по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, определяются по праву страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда» (ч. 1 ст. 167).

При этом иностранное право не применяется, если действие или иное обстоятельство, служащее основанием для требования о возмещении вреда, по нашему законодательству не является противоправным (ч. 3 ст. 167). Это правило, введенное в закон в 1977 году, отразило практику судов, сложившуюся при рассмотрении дел о причинении вреда. Эта практика неизменно исходила из того, что правоотношения сторон по обязательству, если вред причиняется на территории СССР, регулируются советским законом независимо от гражданства причини-теля вреда и потерпевшего. Так, советская гражданка Немчикова была сбита в одном из городов Московской области автомашиной «Симка», принадлежавшей американскому туристу. В этом случае возникло обязательство по возмещению вреда.

При взыскании ущерба с иностранца (иностранного юридического лица), причинившего вред нашим гражданам, может иметь место возмещение ущерба не причи-нителем вреда, а страховой организацией в силу договора страхования гражданской ответственности. Такое страхование осуществляется специальной организаци- — акционерным обществом «Ингосстрах». Например,«Ингосетрах» был страхователем гражданской ответственности устроителей одной из иностранных выставок д в Москве. Когда на выставке был причинен вред здоровью нашего гражданина инженера Щукова, «Ингосстрах» возместил ущерб, возникший в результате потери части заработка потерпевшего за время его болезни.

Согласно российскому законодательству, в случае смерти потерпевшего право на возмещение ущерба имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, а также ребенок умершего, родившийся после его смерти.

Так, Московским городским судом в 1966 году было рассмотрено дело по иску гражданки США М. Лаадт к предприятию г. Владимира о возмещении ущерба в связи со смертью кормильца. Ее покойный муж Вильям Лаадт в Москве, на Красной площади, проводил киносъемку Кремлевской стены, находясь на автостоянке. В это время он был сбит автобусом, принадлежавшим автомобильному предприятию г. Владимира. Суд установил, что имела место грубая неосторожность потерпевшего, и в соответствии с правилами советского законодательства определил объем вины потерпевшего в 85%. Убыток вдове умершего был определен в 15%. На основе представленных истицей данных был установлен ущерб, причиненный смертью ее мужа, и суд обязал автопредприятие выплатить единовременное вознаграждение, а также ежемесячно переводить М. Лаадт как лицу, находившемуся на иждивении умершего, определенную сумму.

В советской литературе в связи с рассмотрением дел такого рода отмечалось, что квалификация понятий «нетрудоспособный», «иждивение», «право на получение содержания» в тех случаях, когда речь идет о возмещении вреда иностранцам, имеющим место жительства за рубежом, может быть осуществлена как в соответствии с советским законом, так и с учетом требований закона, которому были подчинены взаимоотношения потерпевшего и указанных лиц.

Таким образом, иностранцы в России в случаях возникновения деликтных обязательств приобретают права и несут обязанности, вытекающие из нашего закона, даже если такие права и обязанности не предусмотрены личным законом иностранцев. Вместе с тем иностранцам не предоставляются права и на них не возлагаются обязанности, которые хотя и предусмотрены их личным законом, но неизвестны нашему праву.

До введения в действие в РФ Основ гражданского законодательства 1991 года в СССР, а затем и в РФ иностранцам не возмещался так называемый «моральный вред», поскольку возмещение такого вреда не предусматривалось советским законодательством. Ситуация изменилась после введения в действие Основ 1991 года, поскольку, согласно ст. 131 Основ, предусмотрено возмещение морального вреда. Моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причините- лем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Это правило в полной мере подлежит применению и в случае причинения в России вреда иностранным гражданам.

§ 3. Причинение вреда за рубежом

В случае рассмотрения судом или арбитражем в России исков из деликтов, совершенных за рубежом, наши суды также должны исходить из общего положения lex loci delicti путем применения законодательства страны места причинения вреда. Это правило обычно признавалось доктриной, и оно соответствует общей коллизионной норме ч. 1 ст. 126 4 Основ 1961 года и ч. 1 ст. 167 Основ 1991 года. В то же время советская доктрина международного частного права в особое положение ставила случаи причинения вреда за границей советским гражданином Советскому государству, его организациям и другим советским гражданам.

В действующем в настоящее время законе (ч. 2 ст. 167 Основ) установлено, что «права и обязанности сторон по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда за границей если стороны являются советскими гражданами и юридическими лицами, определяются по советскому праву».

В советской судебной практике рассматривались слуя| чаи возмещения вреда советским гражданам, причинен^. ного им за границей. Наиболее известным делом такого рода является дело Руднева.

При рассмотреиии Верховным судом РСФСР в 1960 году этогвб дела возник вопрос об ответственности иностранного предприятие за вред, причиненный им здоровью работника во время нахолоде-с имя его в заграничной командировке. Суд пришел к выводу, чтотсутствии специального соглашения об ответстиенвости иностранный предприятий за несчастные случаи с советскими специалистами ответственность должна нести советская организация.

В данном деле возник вопрос о том, кто, на каких условиях и в каком объеме иесет ответственность за причинение увечья или смерти командированному советскому специалисту во время его работы за границей, если в международном соглашении не содержится условий об ответственности в этих случаях.

Возможны два пути решения проблем такого рода. Во-первых, можно исходить из того, что условия и объем ответственносяв за причиненным вред определяются законами места совершения деликта ( lex loci delicti ), тогда обязанность возмещения ущерба возлагается на лицо, виновное в причинении вреда. Во-вторых, можно исходить из того, что принцип' закона места совершения деликта не применяется в тех случаях, коща речь идет о возмещении вреда, причиненного лицу в связи с выполнением работы по трудовому договору во время его командировки за 1равицу. Как видно из материалов дела, суд пошел по второму пути. За Рудневым было признано право получить от советского предприятия, с которым он состоял в трудовых отношениях, возмещение за вред, причиненный ему на работе в зарубежном предприятии, куда он был командирован.

Аналогичные решения были вынесены нашими судами и по ряду других дел.

Правилами, принятыми в 1984 году, было предусмотрено, что рабочим и служащим, получившим трудовое увечье в период их работы за границей, возмещение ущерба производится министерствами и ведомствами, направившими их на работу за границу.

Законодательство места причинения вреда не применяется и в некоторых особых случаях. Так, согласно ст. 124 Воздушного кодекса СССР, при перевозке пассажиров ответственность перевозчика за вред в отношении каждого пассажира ограничивается размером, установленным действующими международными соглашениями об ответственности при воздушных перевозках, заключенными с участием СССР.

Согласно Варшавской конвенции 1929 года и Гаагскому протоколу 1955 года (см. гл. 9), ответственность перевозчика за вред пассажиру, багажу, ручной клади и грузу ограничена суммой, размер которой составляет, например, в отношении вреда пассажиру 250 тыс. франков.

Статья 14 (п. 8) Кодекса торгового мореплавания СССР в отношении ограничения ответственности предусматривает, что правила этого кодекса должны применяться к «судовладельцам, суда которых плавают под Государственным флагом СССР».

Можно привести такой пример из практики Морской арбитражной комиссии (МАК).

По спору, возникшему в 1979 году, иностранный истец поставил вопрос о применении к ограничению ответственности советского судовладельца материального права Финляндии, поскольку спор был связан со столкновением судов в финских территориальных водах. При этом истец сослался на ст. 126 4 Основг гражданского законодательства 1961 года и ст. 566 4 ГК РСФСР, предусматривающие применение права страны места причинения вреда. МАК отклонила это^ требование, сославшись на то, что ст. 14 «имеет в данном случае приоритет перед названными общими коллизионными нормами советского права, так как они установлены, во-первых, специально для от- ' ношении, связанных с торговым мореплаванием, а не для любых имущественных отношений, а во-вторых, специально для ограничения! ответственности судовладельца, а не вообще для обязательств, воз-1 никающих вследствие причинения вреда».

Контрольные вопросы по теме

  1. Какой коллизионный принцип является основным в рассматриваемой области?
  2. Каким правом определяются обязательства сторон| при причинении вреда за рубежом, если стороны являются российскими гражданами и российскими юридическими лицами?
СодержаниеДальше
 
© uchebnik-online.com