Перечень учебников

Учебники онлайн

3.4. Арбитражная практика

В этом разделе приводятся ответы на некоторые вопросы, возникающие при исполнении процедуры банкротства, и описываются ситуации, ставшие предметом рассмотрения арбитражными судами.

Ситуация 1. Может ли арбитражный управляющий одновременно быть назначен в нескольких организациях-банкротах?

Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» не содержит каких-либо ограничений на возможность работы арбитражного управляющего в нескольких организациях. Требования, предъявляемые к арбитражному управляющему, установлены в ст. 19 данного Закона.

Во-первых, арбитражным управляющим может быть только физическое лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя. Во-вторых, арбитражный управляющий должен иметь лицензию, выдаваемую ФСФО России в порядке, установленном названным Законом и иными нормативными правовыми актами. Порядок и условия выдачи лицензии определяются Положением о лицензировании деятельности физических лиц в качестве арбитражных управляющих, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 25 декабря 1998г. № 1Б44. В Законе о банкротстве названы основания, препятствующие назначению в качестве арбитражного управляющего (п. 1 и 3 ст. 19). Так, арбитражным управляющим не могут быть назначены лица:

? заинтересованные в отношении должника и кредиторов;

? осуществлявшие ранее управление делами должника — юридического лица, за исключением случаев, когда с момента отстранения указанного лица от управления делами должника прошло не менее трех лет;

? в отношении которых имеются ограничения на осуществление деятельности по управлению делами и (или) имуществом других лиц(дисквалифицированные лица);

? имеющие судимость.

Законом о банкротстве (ст. 18) определяется перечень лиц, относящихся к заинтересованным лицам в отношении должника и кредиторов, а также иных лиц, которые не могут быть назначены арбитражным управляющим в отношении конкретного должника.

Закон о банкротстве наряду с получением лицензии предусматривает для отдельных категорий арбитражных управляющих получение аттестата. Так, в соответствии со ст. 149 Закона о банкротстве арбитражный управляющий, участвующий в деле о банкротстве профессионального участника рынка ценных бумаг, наряду с лицензией арбитражного управляющего должен иметь аттестат, выдаваемый государственным органом Российской Федерации по регулированию рынка ценных бумаг.

Обязательное получение квалификационного аттестата Центрального банка Российской Федерации арбитражным управляющим предусмотрено в ст. 6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» (порядок получения указанного аттестата установлен Положением Банка России от 25 марта 1999г. № 71-П«0 порядке выдачи и аннулирования Банком России аттестатов руководителя временной администрации по управлению кредитной организацией и арбитражного управляющего при банкротстве кредитной организации».

К уже перечисленным требованиям следует отнести также положение п. 4 ст. 19 Закона о банкротстве, согласно которому лица, получившие лицензию арбитражного управляющего, должны зарегистрироваться хотя бы в одном арбитражном суде, по назначению которого они обязуются исполнять функции арбитражного управляющего. Данное требование не исключает возможности регистрации арбитражного управляющего с его согласия в нескольких арбитражных судах для исполнения функции арбитражного управляющего в отношении должников, расположенных на территории различных субъектов.

Таким образом, законодательством о несостоятельности (банкротстве) не предусматривается каких-либо ограничений, связанных с возможностью осуществления арбитражным управляющим своих функций в нескольких организациях-должниках. В связи с этим требование антимонопольного органа о запрете такого совмещения неправомерно [4].

Ситуация 2. В соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» определением арбитражного суда в отношении предприятия-должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). Задолженность конкурсным кредиторам предприятия была определена на 1 июня 1998 г.

Является ли коммерческий банк конкурсным кредитором предприятия по кредитному договору, если срок возврата кредита наступает позже 1 июня 1998 г.?

В абзаце 7 ст. 2 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы определены как кредиторы по денежным обязательствам, за исключением граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни и здоровью, а также учредителей (участников) должника — юридического лица по обязательствам, вытекающим из такого участия. На первый взгляд подразумевается, что после вынесения арбитражным судом соответствующего определения практически любой кредитор, связанный гражданско-правовым обязательством с юридическим лицом, в отношении которого возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), становится конкурсным кредитором. Однако это не так. Следует обратить внимание на то, что в абз. 4 ст. 2 Закона о банкротстве упомянутое денежное обязательство определяется как обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовому договору и по иным основаниям, предусмотренным ГК РФ. Таким образом, определяющее значение приобретает понятие «должник». Иными словами, необходимо установить, является ли данный субъект надлежащим должником, исходя из смысла и требований как ГК РФ, так и Закона о банкротстве.

Согласно абз. 3 ст. 2 этого Закона под должником понимается гражданин, в том числе индивидуальный предприниматель, или юридическое лицо, не способные удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение срока, установленного указанным Законом. В соответствии же с п. 2 ст. 3 данного Закона юридическое лицо считается не способным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанности не исполнены им в течение трех месяцев с момента наступления даты их исполнении.

На основании изложенного в качестве конкурсного кредитора может рассматриваться лицо, по отношению к которому юридическое лицо — должник оказалось не способным удовлетворить требование по денежному обязательству в течение трех месяцев с момента наступления даты его исполнения. В нашем случае на указанную дату предусмотренные Законом о банкротстве условия еще не наступили и, следовательно, коммерческий банк не являлся конкурсным кредитором данного предприятия.

Следует подчеркнуть, что само по себе начало судебной процедуры по делу о несостоятельности (банкротстве) не рассматривается в Законе о банкротстве как обстоятельство, заведомо препятствующее должнику выполнить свои денежные обязательства. Подобная оценка применима лишь в отношении завершающей стадии этой сложной и длительной процедуры — собственно банкротства и открытия конкурсного производства.

Согласно п. 1 ст. 98 Закона о банкротстве с момента принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства срок исполнения всех денежных обязательств должника, а также его отсроченных обязательных платежей считается наступившим. Как видим, в данном случае соответствующее предписание Закона выражено прямо и недвусмысленно. До указанного момента основной задачей арбитражных управляющих должно стать восстановление платежеспособности должника как участника экономических отношений при условии осуществления предусмотренных Законом о банкротстве мер контроля за его деятельностью [5].

Ситуация 3. При принятии заявления о признании должника несостоятельным арбитражный суд проверяет, является ли обратившееся с таким заявлением лицо кредитором но смыслу Закона о банкротстве [6].

Гражданин обратился с заявлением к конкурсному управляющему банка и попросил его признать кредитором организации-банкрота с определенным объемом требований. Конкурсный управляющий отказал гражданину в принятии его претензии и определении очередности погашения ему долга, сославшись на то, что это физическое лицо не является кредитором банка.

Арбитражный суд, куда гражданин обратился с жалобой на действия конкурсного управляющего, поддержал точку зрения управляющего. При этом было установлено, что гражданин должен был получить в банке определенную сумму, которую ему перечислил на сберегательную книжку его работодатель — юридическое лицо, являющееся клиентом банка-банкрота.

Спорная сумма была списана банком со счета юридического лица — работодателя, однако на счет гражданина не зачислена, поскольку в это время банк обанкротился.

Арбитражный суд первой инстанции посчитал, что конкурсный управляющий обоснованно не признал гражданина, предъявляющего такие претензии, кредитором. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации подтвердил как обоснованность действий конкурсного управляющего, так и законность судебного акта. При этом гражданину было разъяснено следующее.

В отношении денежных средств клиента, снятых по его поручению с расчетного счета, однако не перечисленных по назначению банком, в последствии признанным банкротом, право требования остается у клиента, давшего банку соответствующее поручение. То обстоятельство, что юридические или физические лица, которые должны были получить, но не получили соответствующие средства, не дает указанным лицам права считать себя кредиторами банка. В этих случаях они не лишены возможности обратиться к клиенту банка с требованием о выполнении своих обязанностей перед ними.

Применительно к данному делу это означает, что гражданин вправе предъявить работодателю требование о выплате денежных сумм. Работодатель не лишен права открыть для этих целей счет в другом банке.

Ситуация 4. Реорганизационная процедура может быть назначена арбитражным судом лишь при наличии реальной возможности восстановить платежеспособность должника.

Один из кредиторов обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его должника несостоятельным (банкротом).

При рассмотрении дела суд установил, что у должника имеется еще ряд кредиторов, в том числе Пенсионный фонд, Фонд занятости населения, а также существует задолженность в бюджеты различных уровней. Суд исследовал баланс организации-должника и, установив превышение долгов над стоимостью имущества, принял решение о признании его несостоятельным.

Это решение обжаловал кредитор, инициировавший процесс банкротства: он обратился с ходатайством о назначении реорганизационной процедуры в форме внешнего управления имуществом должника. Суд отклонил ходатайство, сославшись на непредставление заявителем доказательств того, что восстановление платежеспособности должника возможно.

Законность судебного акта проверяли апелляционная и кассационная инстанции, а также ВАС РФ. Решение суда первой инстанции было оставлено без изменения по следующим основаниям.

Изучение доводов заявителя и материалов истребованного дела показало, что при принятии решения и подтверждении его законности суды всех инстанций тщательно проанализировали представленные как кредиторами, так и должником документы.

Факт своей неплатежеспособности должник-заявитель не оспаривает, однако считает, что суд необоснованно отклонил ходатайство одного из кредиторов о назначении реорганизационной процедуры.

Как указывалось во всех судебных актах, доказательств реальности восстановления платежеспособности должник не представил. Приведенные в заявлении о принесении протеста доводы о наличии нового бухгалтерского баланса, в котором кредиторская задолженность значительно уменьшилась, могут служить основанием для постановки вопроса о пересмотре решения суда первой инстанции по вновь открывшимся обстоятельствам, но не о принесении протеста на этот акт. Утверждение заявителя о том, что иностранный банк согласился выделить должнику 20 млн. дол. и подтверждение этому имеются в материалах дела, не соответствуют действительности. В деле есть лишь переписка, свидетельствующая о возможном выделении этих средств при условии представления банку для утверждения сетевых графиков выполнения работ по конкретным объектам. Представленная суду справка о погашении в течение года, предшествовавшего процессу банкротства, части долгов отдельным кредиторам как самим должником, так и от его имени третьими лицами не была принята во внимание, поскольку суммы погашенных долгов весьма незначительны по сравнению с общей суммой задолженности. Кроме того, не известно, на каких условиях перечислялись денежные суммы задолжника третьими лицами.

Суд слушание дела неоднократно откладывал, однако доказательств реального получения денежных средств от иностранного инвестора, а также других документов, подтверждающих возможность улучшения финансового положения должника, не представил.

Доказательств реальности ввода в действие телефонной станции на 20 тыс. номеров, а также аналогичных доказательств относительно незаконченного строительством комплекса зданий, принадлежащего должнику, в материалах дела нет.

Решение о признании должника банкротом может быть пересмотрено в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

Оспаривая законность решения суда первой инстанции, организация-банкрот указывала, что апелляционная и кассационная инстанции при пересмотре этого судебного акта не учли следующие обстоятельства. Баланс организации претерпел изменения. Арбитражный суд признал недействительным решение собрания акционеров организации-банкрота, по которому часть имущества была отчуждена некредиторам. В результате этого сделка, совершенная должником в предвидении банкротства, была признана недействительной, а имущество возвращено на баланс должника.

Таким образом, указывалось в заявлении, стоимость активов увеличилась, и это должно было быть учтено при решении вопроса о банкротстве, поскольку суд обязан сопоставить долг с размером имущества должника.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации рассмотрел заявление должника и указал следующее. Эти обстоятельства, как и то, что изменения в бухгалтерские документы своевременно не вносились по вине прежнего руководителя, который в настоящее время переизбран, по существу являются вновь открывшимися обстоятельствами, не обсуждавшимися при принятии оспариваемого решения. В связи с этим заявитель-должник не лишен права обратиться с соответствующим заявлением в суд первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 23 АПК РФ.

Ситуация 5. Требования таможни по таможенным платежам, не перечисленным банком-банкротом в федеральный бюджет, относятся к пятой группе очередности погашения кредиторской задолженности.

Арбитражный суд удовлетворил требования таможни о взыскании с коммерческого акционерного банка свыше 27 млрд. неденоминированных рублей и выдал исполнительные листы на эту сумму.

В процессе исполнения этого решения тот же суд признал банк банкротом. В связи с этим конкурсный управляющий неисполненные исполнительные документы учел как кредиторскую задолженность пятой очереди.

Это решение конкурсного управляющего таможня обжаловала в суде, который признал его недействительным, указав следующее.

В соответствии со ст. 111 Таможенного кодекса Российской Федерации и Законом РФ «О таможенном тарифе» товары, перемещаемые через таможенную границу России, подлежат обложению таможенной пошлиной. Согласно п. 2 ст. 17 Закона о таможенном тарифе таможенные платежи вносятся в федеральный бюджет.

В силу договора банковского счета между таможней и банком последний перечислял в федеральный бюджет таможенные платежи, поступавшие от участников внешнеэкономической деятельности.

В нарушение условий договора банк не исполнил принятые на себя обязательства по перечислению таможенных платежей в бюджет.

Таким образом, денежные средства, не перечисленные банком в бюджет, нельзя признать денежными средствами таможни; они являются лишь средствами, направляемыми через счет таможни в доход федерального бюджета России.

Исходя из этого арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанная задолженность неправомерно отнесена конкурсным управляющим к пятой, а не к четвертой очереди.

Апелляционная инстанция суда отменила это решение, считая действия конкурсного управляющего правильными по следующим основаниям.

Согласно ст. 64 ГК РФ к четвертой группе очередности относится задолженность самого банка-банкрота по обязательным платежам в бюджет и внебюджетные фонды.

Между тем, как видно из материалов дела, таможня была клиентом банка, заключив с ним договор банковского счета. В связи с неисполнением банком ее поручений по перечислению средств в федеральный бюджет таможня взыскала с должника остаток денежных средств и проценты за пользование чужими средствами. Значит, данная задолженность является задолженностью банка-банкрота перед своим клиентом, т.е. перед обычным конкурсным кредитором, а потому должна быть отнесена к кредиторской задолженности пятой очереди.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, куда таможня обратилась с заявлением о принесении протеста, не нашел оснований для удовлетворения просьбы заявителя, разъяснив следующее.

При принятии постановления апелляционная инстанция суда обоснованно исходила из того, что таможня, будучи клиентом коммерческого банка, хотя и получает на открытый в банке счет таможенные платежи, является обычным конкурсным кредитором, который в силу ст. 64 ГК РФ относится к кредиторам пятой очереди.

Ситуация 6. Налоги, обязанность по уплате которых возникла после признания налогоплательщика несостоятельным и открытия в отношении него конкурсного производства, подлежат уплате в порядке, установленном налоговым законодательством Российской Федерации.

Открытое акционерное общество в лице конкурсного управляющего обратилось в арбитражный суд с иском к государственной налоговой инспекции о признании не подлежащими исполнению нескольких инкассовых поручений на бесспорное списание налоговых платежей, в том числе пеней.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен.

Апелляционная и кассационная инстанции суда оставили это решение без изменения.

На эти судебные акты был принесен протест, который рассмотрен Президиумом ВАС РФ.

Как видно из материалов дела, ОАО решением арбитражного судя было признано несостоятельным (банкротом) и находилось в состоянии конкурсного производства. Госналогинспекция выставила на расчетный счет общества-банкрота инкассовые поручения на списание в бесспорном порядке налоговых платежей (в том числе пеней).

Принимая решение об удовлетворении иска, судебные инстанции исходили из следующего. Требования об уплате текущих налоговых платежей должны предъявляться должнику в соответствии со ст. 18 Закона о банкротстве.

Согласно названной норме одним из последствий открытия конкурсного производства в отношении должника, признанного банкротом, с момента принятия судебного акта об этом все претензии имущественного характера могут быть предъявлены должнику только в рамках конкурсного производства.

Это предполагало, по мнению судебных инстанций, рассматривавших спор, обращение налоговой инспекции к конкурсному управляющему с соответствующей претензией и внесение управляющим этих требований в список признанных претензий. В дальнейшем эти требования налоговой инспекции подлежали удовлетворению в порядке очередности, установленной законодательством.

Выставление инкассовых поручений для списания в бесспорном порядке этих сумм задолженности нарушало, как считали арбитражные суды указанных инстанций, очередность удовлетворения требований кредиторов, предусмотренную п. 1 ст. 64 ГК РФ.

Однако данные судебные инстанции не учли, что по смыслу Закона о банкротстве правовой режим удовлетворения требований кредиторов в процессе конкурсного производства различен в зависимости оттого, вытекает право требования долга из обязательств, возникших до или после открытия конкурсного производства. Это правило применяется также при расчетах должника с бюджетом и внебюджетными фондами.

Налоги и другие обязательные платежи в бюджет и во внебюджетные фонды, обязанность по уплате которых возникает после открытия конкурсного производства, относятся к расходам, связанным с продолжением работы организации-должника, которые покрываются из конкурсной массы вне очереди (п. 1 ст. 30 Закона о банкротстве).

В данном случае налоговые платежи, на бесспорное списание которых выставлены инкассовые поручения, образовались после открытия конкурсного производства.

При таких обстоятельствах у судебных инстанций оснований для признания не подлежащими исполнению инкассовых поручений на бесспорное списание налоговых платежей не было.

Учитывая изложенное, Президиум ВАС РФ отменил все состоявшиеся по делу судебные акты и принял новое решение об отказе открытому акционерному обществу в лице конкурсного управляющего в иске о признании не подлежащими исполнению инкассовых поручений государственной налоговой инспекции.

Ситуация 7. Действия арбитражного (внешнего) управляющего не могут быть признаны неправомерными, если они соответствуют нормам законодательства, в том числе регулирующего вопросы банкротства, и совершены в пределах его полномочий, подтвержденных решениями собрания и комитета кредиторов.

В один из арбитражных судов обратился кредитор должника, в отношении которого была введена процедура управления его имуществом в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Истец просил признать недействительной сделку, совершенную арбитражным управляющим в ходе осуществления плана внешнего управления имуществом должника. Суть сделки заключалась в создании на базе части имущества должника дочернего общества, в уставный капитал которого было передано почти все оборудование, принадлежащее основному обществу.

Истец считал, что основанием для признания этой сделки недействительной является нарушение ст. 79 Закона об акционерных обществах, ибо такая крупная сделка требовала решения общего собрания акционеров, на котором за совершение этой сделки должны были проголосовать не менее 3/4 акционеров. Поскольку такого решения не было, истец просил удовлетворить его требования и применить последствия признания данной сделки недействительной в виде двусторонней реституции. В этом же исковом заявлении содержалось требование о признании недействительной регистрации созданного таким способом закрытого акционерного общества — дочернего общества. Однако до рассмотрения спора по существу в отношении последнего требования истец отказался от иска.

Рассмотрев дело, суд первой инстанции установил, что факты создания нового ЗАО на базе имущества должника (совместно с другими учредителями — юридическими лицами) и регистрации его в установленном порядке действительно имели место.

Решение о создании дочернего общества должника принято арбитражным управляющим, назначенным арбитражным судом в связи с введением определением этого суда по делу о банкротстве процедуры внешнего управления имуществом должника.

Согласно ст. 12 Закона РФ о несостоятельности (банкротстве) предприятий 1992 г. арбитражный управляющий распоряжается имуществом общества-должника.

Планом внешнего управления организации-должника, утвержденным собранием кредиторов, предусмотрено, что арбитражный управляющий имеет право принимать под контролем комитета кредиторов решения о создании новых юридических лиц с наделением их высвобождающимися активами предприятия.

Сделка, связанная с учреждением должником дочернего общества, одобрена кредиторами, сумма требований которых составляет более 50% общей суммы обязательств акционерного общества.

В силу того что действия кредиторов и арбитражного управляющего соответствовали требованиям ст. 12 названного Закона, судне нашел оснований для признания договора о создании ЗАО недействительным (ничтожным) и для применения двусторонней реституции по данной сделке.

В кассационной жалобе на решение суда первой инстанции кредитор сообщал, что арбитражным управляющим совершены действия, не предусмотренные планом внешнего управления имуществом должника.

Исследовав материалы дела, кассационная инстанция опровергла доводы заявителя по этому вопросу, указав следующее.

Планом внешнего управления имуществом должника, утвержденным арбитражным судом, предусмотрено создание новых юридических лиц под контролем комитета кредиторов.

Общество-должник выступило одним из учредителей ЗАО — дочернего общества, которое зарегистрировано в установленном законом порядке.

Решением комитета кредиторов одобрены изменения плана внешнего управления именно в части создания новых структурных подразделений и учреждения закрытого акционерного общества.

Изменения плана внешнего управления утверждены определением арбитражного суда.

Внесение имущества в уставный капитал вновь образуемого юридического лица в период внешнего управления не противоречило ст. 12 названного Закона, предусматривающей право арбитражного управляющего по распоряжению имуществом должника.

Однако кредитор не согласился с доводами судов и обратился в Высший Арбитражный Суд Российской Федерации.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации не нашел оснований для удовлетворения просьбы заявителя о принесении протеста, дав при этом следующие разъяснения.

Принимая решение и подтверждая его законность, суды всех инстанций обоснованно исходили из того, что при совершении действий по образованию дочернего общества организации-должника и его регистрации арбитражный управляющий действовал в рамках полномочий, предоставленных ему Законом, и не вышел за их пределы, поскольку его действия соответствовали утвержденному собранием кредиторов плану внешнего управления имуществом должника.

В пункте 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 7 августа 1997 г. № 20 указано, что полномочии арбитражного управляющего по распоряжению имуществом должника не ограничены рамками полномочий, установленных для руководителя организации должника. Поэтому .арбитражный суд правомерно исходил ил MI о, что управляющий вправе совершать сделки по отчуждению имущества без согласия соответствующего органа акционерного общества, в данном случае — общего собрания акционеров. Поэтому доводы о нарушении арбитражным управляющим требований ст. 79 Закона об акционерных обществах не могут быть признаны обоснованными.

При решении вопроса о правомерности действий арбитражного управляющего должны применяться не только общие нормы гражданского законодательства, регулирующие вопросы отнесения сделок к незаконным, но и нормы специального законодательства, т.е. законодательства о банкротстве, поскольку данная сделка совершена в период, когда отношения между кредиторами и должником регулировались этим специальным законодательством.

Утверждение кредитора-заявителя о том, что действия арбитражного управляющего не соответствовали плану внешнего управления имуществом должника, который к тому же не был утвержден арбитражным судом, не может быть признано правомерным.

Как установлено судами обеих инстанций, этот план предусматривал возможность образования на базе имущества должника новых юридических лиц. Организационно-правовая форма и размер уставного капитала дочернего общества, созданного таким образом, были определены кредиторами, решением комитета которых одобрен соответствующий план.

Статья 12 Закона о несостоятельности (банкротстве) предприятий обязывала арбитражный суд утвердить лишь изменения плана внешнего управления имуществом должника (п. 9), что и было сделано определением суда, но не устанавливала обязанность суда утверждать сам план (п. 7).

Что же касается доводов о том, будто стоимость имущества, переданного в уставный капитал, занижена в несколько раз, то это обстоятельство не может служить основанием для признания сделки недействительной либо для постановки вопроса об отмене судебных актов, правильных по существу.

Ситуация 8. Основанием для признания должника несостоятельным согласно закону является превышение задолженности над стоимостью имущества должника.

При рассмотрении заявления кредитора о принесении протеста на судебные акты по делу одного из арбитражных судов ВАС РФ установил следующее.

Изучив приложенные к заявлению материалы, областной арбитражный суд вынес определение, которым назначил на 18 месяцев внешнее управление имуществом открытого акционерного общества, являющегося должником заявителя.

Постановлением апелляционной инстанции того же суда определение отменено и производство по делу прекращено со ссылкой на отсутствие у заявителя права на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку заявитель не является по мнению суда, кредитором в смысле закона (кредитор получил свои права по договору цессии).

Постановлением федерального арбитражного суда постановление апелляционной инстанции отменено и в удовлетворении требовании заявителя о признании должника несостоятельным отказано со ссылкой на то, что имущество должника значительно превышает размер его задолженности.

Просьба заявителя об отмене постановлений апелляционной и кассационной инстанций и оставлении без изменения определения суда первой инстанции удовлетворению не подлежит, поскольку из приложенных к заявлению судебных актов следует, что факт наличия у должника имущества в размере, превышающем его задолженность (и не только этому кредитору), доказан.

Таким образом, постановление кассационной инстанции является правильным и соответствует закону.

Вместе с тем заявитель не лишен права вновь обратиться с заявлением о признании должника банкротом при появлении соответствующих признаков, предусмотренных законом.

Ситуация 9. Права кредиторов и конкурсного управляющего в процессе конкурсного производства.

В 1994 г. двое граждан получили в коммерческом банке, в котором они работали, кредиты в размере 15 млн. неденоминированных рублей каждый. Кредиты необходимо было вернуть в 1997 г. В начале 1995 г. оба сотрудника были уволены в связи с сокращением штата. Так как ко дню окончания срока действия трудового договора денежных средств в банке не было, совет коммерческого банка принял решение о списании сумм выданных этим работникам кредитов, сделав таким образом зачет в погашение задолженности банка по выплате выходного пособия и причитающейся заработной платы.

Спустя месяц банк принял решение о добровольной ликвидации и создал ликвидационную комиссию, которая, однако, не завершила свою работу, поскольку в 1997 г. по заявлению одного из кредиторов арбитражный суд возбудил дело о признании банка несостоятельным и было открыто конкурсное производство. Назначенный арбитражным судом конкурсный управляющий, формируя конкурсную массу, обратился с заявлением о признании недействительным решения совета коммерческого банка о списании сумм кредитов, считая, что это нарушило права и интересы кредиторов.

При рассмотрении спора суд первой инстанции установил, что на момент принятия советом банка решения о списании сумм кредитов у этого банка в установленном порядке была отозвана лицензия на совершение банковских операций, а затем принято решение о его добровольной ликвидации в связи с несостоятельностью.

В этих условиях решение совета банка о списании и зачете выданных ссуд было расценено судом как акт, оформляющий неправомерные действия должника, которые привели к нанесению ущерба интересам других кредиторов, а также сокрытию части имущества должника, поскольку срок исполнения обязательств по возврату ссуды истекал только в 1997 г.

В решении суда отмечалось, что сокрытая таким образом часть имущества могла и должна была быть истребована и в дальнейшем распределена между кредиторами в порядке погашения очередности, установленной ст. 64 ГК РФ.

Это решение было принято арбитражным судом в отсутствие ссудополучателей — физических лиц, что послужило основанием для обращения их с соответствующими жалобами в апелляционную и кассационную инстанции, а затем в Высший Арбитражный Суд Российской Федерации.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации не нашел оснований для принесения протеста на судебные акты по этому делу, разъяснив заявителям следующее.

Жалоба основывалась главным образом на том обстоятельстве, что дело в первой инстанции рассматривалось судом без вызова и участия ссудополучателей.

Однако доводы относительно существа спора были заслушаны и обсуждены на заседаниях апелляционной и кассационной инстанций. В отношении них сделаны определенные выводы, изложенные в соответствующих постановлениях.

При этих условиях оснований для отмены решения, правильного по существу, не имеется, хотя доказательства извещения ссудополучателей о заседании суда первой инстанции в порядке, установленном АПК РФ, отсутствуют.

Погашение же банком задолженности по выплате заработной платы может быть учтено судом общей юрисдикции при рассмотрении им иска конкурсного управляющего о возврате погашенных сумм.

Вместе с тем ссудополучатели не лишены права предъявить конкурсному управляющему претензию о выплате заработной платы в порядке, установленном законодательством о банкротстве.

Ситуация 10. Действующее законодательство о банкротстве не содержит запрета на замену временного управляющего.

Арбитражный суд, приняв к производству заявление кредитора, ввел процедуру наблюдения и назначил временного управляющего организации-должника, кандидатура которого была предложена данным кредитором. Вскоре после этого в суд обратились другие кредиторы с ходатайством о замене назначенного судом временного управляющего. Рассмотрев и оценив приведенные в обоснование позиции этих кредиторов доводы, арбитражный суд нашел возможным удовлетворить ходатайство, произведя замену и назначив кандидатуру, представленную лицами, заявившими ходатайство.

Кредитор, предложивший кандидатуру первого управляющего, обратился в ВАС РФ с заявлением о принесении протеста, поскольку возможность обжалования определений о назначении этих должностных лиц законодательством о банкротстве не предусмотрена.

В заявлении указывалось, что при замене временного управляющего арбитражный суд допустил нарушения требований ст. 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку у лица, предложенного на эту должность, отсутствовал аттестат антикризисного управляющего. Кроме того, по мнению кредитора, законодательством не предусмотрена возможность замены временного управляющего в силу непродолжительности срока действия процедуры наблюдения, тогда как она должна проводиться обычно в течение одного — трех месяцев.

Изучив доводы заявления и судебные акты по этому делу, ВАС РФ не нашел оснований для принесения протеста, разъяснив следующее.

При назначении арбитражных управляющих, в том числе временных, арбитражные суды учитывают то обстоятельство, что в отличие от предыдущего Закона в Законе о банкротстве 1998г. по-новому формулируются требования, предъявляемые к кандидатам на эти должности, и содержатся иные запреты на занятие этих должностей.

Об ограничениях мы уже говорили: арбитражным управляющим не могут быть назначены дисквалифицированные лица и лица, имеющие судимость, а также лица, осуществлявшие ранее управление делами должника — юридического лица. Исключение составляют случаи, когда с момента отстранения указанного лица от управления делами должника прошло не менее трех лет.

Требования же к кандидатам на занятие должности арбитражного управляющего, как упоминалось ранее, следующие: это должно быть зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя физическое лицо, обладающее специальными знаниями и не являющееся заинтересованным лицом по отношению к должнику и кредиторам.

Понятие заинтересованных лиц содержится в ст. 18 Закона о банкротстве 1998 г. Лица могут быть заинтересованными в отношении должника (как юридического лица, так и гражданина), кредиторов и арбитражного управляющего. Само заинтересованное лицо может быть юридическим или физическим лицом, в том числе занимающим одну из должностей в организации-должнике.

Помимо уже названных требований к кандидатуре арбитражного управляющего в Законе о банкротстве 1998 г. указано, что это лицо должно обладать специальной лицензией, выдаваемой ФСФО России. Согласно п. 4 ст. 19 названного Закона лицо, получившее лицензию арбитражного управляющего, обязано зарегистрироваться как минимум в одном арбитражном суде, по назначению которого оно должно исполнять обязанности арбитражного управляющего.

Предложения о кандидатуре временного управляющего представляют лица, указанные в п. I ст. 59 данного Закона.

Как показывает практика, чаще всего с таким предложением обращаются кредиторы.

Кандидатуры внешнего и конкурсного управляющего представляются собранием кредиторов (ст. 65, 71, 99 указанного Закона).

Согласно п. 2 ст. 134 этого Закона при рассмотрении дел о банкротстве градообразующих организаций кандидатуру внешнего управляющего вправе предложить арбитражному суду орган местного самоуправления или привлеченный к участию в деле о банкротстве соответствующий федеральный орган исполнительной власти либо орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации, представивший поручительство по обязательствам должника.

В случае, когда собранием кредиторов не представлено ни одной кандидатуры арбитражного управляющего, арбитражный суд назначает управляющего по предложению иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, или из числа лиц, зарегистрированных в арбитражном суде в качестве арбитражных управляющих.

Если же не представлено ни одной кандидатуры арбитражного управляющего и нет возможности назначить управляющего из числа лиц, зарегистрированных в арбитражном суде в качестве арбитражных управляющих, арбитражный суд назначает управляющего из числа кандидатур, предложенных ФСФО России.

Довод заявителя по данному конкретному делу о том, что Законом 1998 г. не предусматривается возможность замены временного управляющего, не может быть признан правильным. Возможность отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего (в том числе временной управляющего) от исполнения им своих обязанностей установлена п. 2 ст. 21 Закона 1992 г. Кроме того, ст. 59 Закона 1998 г. также определены случаи, когда может быть проведена замена этого должностного лица.

Что же касается существа оспариваемого судебного акта, то он принят по результатам рассмотрения соответствующих ходатайств госналогинспекции области и областной администрации.

С учетом этих, а также иных обстоятельств данного дела о замени временного управляющего определение арбитражного суда отмене не под лежит.

Ситуация 11. Задолженность работникам организации-должника по заработной плате, срок выплаты которой наступил до открытия конкурсного производства, подлежит погашению во вторую очередь.

В арбитражный суд первой инстанции поступило заявление от работника организации, признанной решением того же суда банкротом, в котором оспаривались действия конкурсного управляющего, определившего этого кредитора во вторую очередь погашения задолженности. По мнению заявителя, долг по выплате ему заработной платы, наличие и размер которого подтверждены несколькими решениями суда общей юрисдикции, вступившими в законную силу, должен быть отнесен к задолженности, подлежащей погашению во внеочередном порядке.

При рассмотрении судом заявления было установлено, что этот работник был уволен, когда организация-работодатель находилась в предверии банкротства.

Работник обратился в суд общей юрисдикции с заявлением о восстановлении его на работе, требованием выплатить заработную плату за время вынужденного прогула и возместить моральный ущерб.

Положительное решение суда общей юрисдикции состоялось в период, когда в производстве арбитражного суда уже находилось заявление кредитора — юридического лица о признании организации-должника несостоятельной (банкротом), рассмотрение которого закончилось вынесением решения об удовлетворении данных требований кредитора — юридического лица, т.е. о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

В этот период кредитор — физическое лицо еще дважды обращался в суд общей юрисдикции, который своими решениями взыскал с должника заработную плату за последующий период и индексировал эту и ранее взысканные в пользу физического лица суммы.

Так как одно из последних решений суда общей юрисдикции вынесено после открытия конкурсного производства, работник организации-должника считал, что невыплаченные суммы должны быть возмещены ему немедленно во внеочередном порядке. При этом кредитор ссылался на п. 1 п. 30 Закона о банкротстве, которым определены расходы, покрываемые и.» конкурсной массы вне очереди. Согласно этой норме вне очереди покрываются расходы, связанные с конкурсным производством, выплатой вознаграждений арбитражному и конкурсному управляющему, а также с продолжением работы организации-должника.

Этот кредитор, ссылаясь на продолжение работы организации-должника (хотя бы и в процессе конкурсного производства), требовал от конкурсного управляющего немедленного производства соответствующих им плат.

Однако конкурсный управляющий отказался сделать это, уведомив кредитора о том, что тот включен в реестр требований кредиторов второй очереди с задолженностью по оплате труда лицам, работающим по трудовому договору (п. 1 ст. 64 ГКРФ).

Действия конкурсного управляющего были признаны правильными судом первой, апелляционной и кассационной инстанций.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, рассмотрев заявление кредитора о принесении протеста на эти судебные акты, не нашел оснований для удовлетворения просьбы заявителя, разъяснив ему следующее.

При вынесении определения и подтверждении его законности суды всех инстанций обоснованно исходили из того, что задолженность работодателя перед данным кредитором образовалась в связи с невыплатой заработной платы за период, предшествующий открытию конкурсного производства.

Обоснованность требований и размер задолженности были подтверждены соответственно решениями суда общей юрисдикции. Кредитор был восстановлен на работе (в организации-должнике) в соответствии с первым решением, в котором был определен размер подлежащих выплате сумм за вынужденный прогул с учетом возмещения морального ущерба. Согласно двум последним решениям эти суммы увеличены (взыскана заработная плата за последующий период) и индексированы с учетом инфляции.

Таким образом, первым решением суда общей юрисдикции подтверждается, что обязанность погашения задолженности возникла у банка до дня открытия конкурсного производства.

То обстоятельство, что размер требований был уточнен решениями суда, принятыми после открытия конкурсного производства, не означает, что эти требования перешли в разряд требований, подлежащих погашению во внеочередном порядке.

Ссылка на п. 24 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 7 августа 1997 г. № 20 не может быть принята во внимание, поскольку в нем речь идет об отнесении к внеочередным расходам только тех, которые связаны с обязательствами, срок исполнения которых наступил но еле открытия конкурсного производства.

Требования же данного кредитора являются долгом, срок уплати которого наступил до этого момента, значит, они не могут быть отнесены к текущим расходам должника в процессе конкурсного производства.

Учитывая изложенное, и конкурсный управляющий, и все инстанции арбитражного суда правильно определили задолженность к погашению во вторую очередь, как и предусмотрено ст. 64 ГК РФ.

Ситуация 12. Бывший работник организации-банкрота, имеющий право на возмещение вреда вследствие увечья, не согласился с тем, в каком объеме конкурсный управляющий признал его претензию.

Требования этого кредитора состояли из следующих частей:

? суммы непроизведенных выплат за определенный период (ко дню рассмотрения заявления конкурсный управляющий частично погасил основной долг);

? суммы убытков, понесенных кредитором в связи с несвоевременным производством ему выплат;

? компенсации за причинение морального вреда.

При определении размера понесенных убытков кредитор исходил из следующего. В качестве доказательства наличия задолженности он передал конкурсному управляющему решение суда общей юрисдикции о взыскании с организации-должника основной задолженности за период, предшествующий обращению в суд общей юрисдикции, и пеней, исчисленных по состоянию на день обращением с иском. Суд общей юрисдикции при рассмотрении иска гражданина учел тяжелое финансовое положение должника и со ссылкой на ст. 333 ГК РФ уменьшил сумму подлежащей взысканию пени до размера несвоевременно выплаченных сумм.

Разницу между суммой, указанной в исковом заявлении, и суммой, присужденной ко взысканию по решению суда, гражданин индексировал с учетом инфляции и отнес к убыткам, которые, по его мнению, должны были быть признаны и возмещены ему конкурсным управляющим.

Требования о возмещении морального вреда были определены гражданином в сумме 10 млн. неденоминированных рублей и предъявлены только в претензии, направленной конкурсному управляющему, который признал претензию кредитора в следующем объеме: по сумме основного долга включил в реестр требований определенную судом ко взысканию сумму за вычетом той части долга, которая была частично погашена ко дню получения претензии.

Кроме того, конкурсный управляющий самостоятельно определил сумму, которая должна быть выплачена данному кредитору за период со дня принятия решения судом общей юрисдикции по день принятия к рассмотрению претензии (впоследствии, при направлении отзыва в арбитражный суд конкурсный управляющий уточнил эту сумму, увеличив ее и рассчитав на день рассмотрения спора арбитражным судом), т.е. капитализировал платежи.

В части морального вреда конкурсный управляющий претензию не признал, указав, что за этот период заработная плата даже работающим на предприятии не выплачивалась, а затем большинство из них были отправлены в вынужденные отпуска, что стало, в частности, одной из причин снижения судом общей юрисдикции размера пеней за просрочку выплат заявителю и другим таким же кредиторам.

Арбитражный суд первой инстанции, рассмотрев заявление кредитора, принял следующее решение: признал правильными действия конкурсного управляющего относительно определения и включения в реестр требований суммы основной задолженности — но выплатам в возмещение вреда вследствие увечья; в отношении убытков, предъявленных кредитором, требования были отклонены.

Суд разъяснил следующее.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение ого имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Анализируя проведенный заявителем расчет, суд пришел к следующему выводу. Сумма, образовавшаяся в результате определения разницы между предъявленными и присужденными судом требованиями, не является ни реальным ущербом, ни упущенной выгодой, поскольку эту сумму можно было бы получить только в результате нарушения права физического лица на получение возмещения вреда, причиненного здоровью.

При этом суд учел, что конкурсный управляющий капитализировал платежи данному кредитору на 6 лет вперед( исходя из 70-летнего рубежа).

Вместе с тем суд первой инстанции счел возможным признать обоснованным заявление кредитора в части требования о возмещении морального вреда.

Решение было мотивировано ссылкой на ст. 25 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденных Постановлением ВС РФ от 24 декабря 1992 г. № 4214-1 (с изменениями, внесенными Федеральным законом от 24 ноября 1995 г. № 180-ФЗ), согласии которой моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Однако, по мнению суда, поскольку капитализации данного платежа не происходит, эти требования подлежат отнесению к пятой очереди погашения, хотя они и вытекают из причинения вреда здоровью.

Суд апелляционной инстанции изменил судебный акт, принятый первой инстанцией, в части требований о возмещении морального вреда. Он прекратил производство по делу в этой части, считая, что гражданином, подавшим жалобу на действия конкурсного управляющего, фактически заявлен иск о взыскании компенсации за моральный вред, а такие иски не должны приниматься как не подлежащие рассмотрению в арбитражном суде.

Кассационная инстанция и ВАС РФ согласились с этой точкой зрения. Кредитору было разъяснено следующее.

В отношении требований о взыскании с должника 10 тыс. руб. в качестве компенсации за моральный вред обоснованно прекращено производство по делу, поскольку вопрос об удовлетворении этих требований должен решаться судом общей юрисдикции. Соответствующий судебный акт о взыскании этой суммы отсутствует. Также обоснованно отклонены требования о взыскании разницы между заявленной и взысканной по решению суда общей юрисдикции суммой пеней.

Ни конкурсный управляющий, ни арбитражный суд не вправе принимать решение в этой части, поскольку поданному вопросу уже состоялось решение суда общей юрисдикции, которое имеет для указанных лиц преюдициальное значение.

По Закону о банкротстве 1992 г. требования кредитора к должнику, состоящие из основной задолженности и санкций, подлежат удовлетворению в одной и той же очередности погашения.

Ситуация 13. К конкурсному управляющему комбината обратился в порядке ст. 27 Закона о банкротстве кредитор — физическое лицо с претензией об удовлетворении его требований.

При рассмотрении претензии было установлено, что задолженность комбината возникла в связи с невыплатой в течение длительного времени бывшему работнику этой организации сумм в возмещение вреда, причиненного его здоровью вследствие полученного на производстве увечья. Факт наличия задолженности и размер требований были подтверждены решением суда общей юрисдикции — это суммы неполученных выплат и пеней (соответственно 37 и 55 млн. неденоминированных рублей). Пени были начислены в соответствии с п. 51 упомянутых Правил возмещения работодателями вреда. Согласно данной норме при невыплате сумм возмещения вреда в установленный срок работодатель обязан выплатить пени н размере 1 % невыплаченной суммы возмещения вреда за каждый день просрочки.

Рассмотрев эту претензию и признав ее обоснованной по существу, конкурсный управляющий включил обратившегося заявителя в реестр кредиторов, однако указал, что сумма основной задолженности отнесена им к первой очереди погашения, а пени — к пятой.

Не согласившись с подобными действиями конкурсного управляющего, кредитор обратился в арбитражный суде соответствующим заявлением.

Согласно ст. 27 Закона о банкротстве 1992 г. кредиторы вправе обратиться в арбитражный суде заявлением об удовлетворении отклоненных претензий или с заявлением об определении очередности их удовлетворения.

При рассмотрении этого заявления арбитражный суд руководствовался как упомянутым Законом, так и нормами ГК РФ.

Как мы уже говорили, согласно п. 3 ст. 65 ГК РФ при ликвидации юридического лица в связи с признанием его банкротом требования кредиторов удовлетворяются в очередности, предусмотренной п. 1 ст. 64 ГКРФ.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 64 ГК РФ в первую очередь удовлетворяются требования граждан, перед которыми ликвидируемое юридическое лицо несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей.

Исходя из анализа этих норм и учитывая то, что обоснованность требований кредитора в полном объеме подтверждена решением суда общей юрисдикции, вступившим в законную силу, суд первой инстанции в своем определении указал, что вся сумма задолженности комбината, включая пени как составную часть долга, должна погашаться в первую очередь.

Конкурсный управляющий обжаловал этот судебный акт. В жалобе, в частности, указывалось, что в абз. 2 п. 1 ст. 64 ГК РФ речь идет о платежах, подлежащих капитализации. Данная норма не содержит прямого указания на то, что к этим платежам относятся финансовые санкции, каковыми в данном случае являются пени. В состав средств, подлежащих капитализации, пени и штраф также не входят. По мнению конкурсного управляющего, следовало учесть, что в данном случае размер пеней значительно превышает сумму основной задолженности. Кроме того, подобных кредиторов у организации-должника несколько, а сформированная им конкурсная масса невелика. Отнесение пеней к первоочередным выплатам может привести, по мнению конкурсного управляющего, к тому, что останутся без удовлетворения требования кредиторов второй очереди. Поэтому конкурсный управляющий счел, что предложенный им принцип погашения задолженности соответствует духу и смыслу законодательства о банкротстве и позволяет обеспечить справедливое распределение не очень большой денежной суммы, составляющей конкурсную массу, между всеми кредиторами первой очереди.

Апелляционная инстанция суда не согласилась с доводами конкурсного управляющего.

Позицию суда поддержал ВАС РФ, отказавший в принесении протеста на судебные акты по данному делу, и разъяснил следующее. Согласно п. 17 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 7 августа 1997 г. № 20 конкурсный управляющий не вправе отклонить (полностью или частично) требования кредитора, основанные на решении арбитражного суда или суда общей юрисдикции, вступившем в законную силу.

При вынесении определения по данному делу и подтверждении его законности обе инстанции суда обоснованно исходили из того, что ни Закон о банкротстве 1992 г., ни ст. 64 ГК РФ, устанавливая очередность погашения требований кредиторов любой очереди, не разделяют их на основную задолженность и санкции и не предусматривают возможности их удовлетворения в различной очередности в зависимости от того, относятся они к основной задолженности либо к неустойкам (штрафам, пеням) или иным финансовым (экономическим) санкциям. Подобный подход к решению данного вопроса впервые установлен Законом о банкротстве 1998 г. и касается только кредиторов четвертой и пятой очереди (п. 3 ст. 110, п. 2 ст. 111). Поэтому при признании претензии кредитора первой очереди — физического лица относительно погашения задолженности в виде выплат за возмещение вреда, причиненного здоровью увечьем, и пеней за несвоевременную выплату указанных сумм все эти суммы правомерно отнесены судом к разряду подлежащих погашению в первую очередь

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com