Перечень учебников

Учебники онлайн

12.2. Зоны «особых интересов». Районы Крайнего Севера

Зона Крайнего Севера и альтернативы ее развития. Районы Европейского ядра и Южно-Сибирской полосы.

Экономические зоны второго типа выделяются с целью дифференциации государственной региональной политики. Так, в связи с экономическими и стратегическими интересами большое внимание государство оказывает находящейся в экстремальных условиях зоне Крайнего Севера - районам Европейского Севера, автономным округам Сибири и Дальнего Востока, Республике Саха (Якутия), Магаданской и Сахалинской областям, северным территориям Урала, Красноярского края, Иркутской, Читинской, Амурской областей, Республики Бурятия, Хабаровского края (в зону включаются и приравненные к Крайнему Северу районы). Вызвано это тем, что Север представляет собой высокоширотную часть территории страны с суровыми природно-климатическими условиями и повышенными затратами на производство продукции и жизнеобеспечение населения.

Территория зоны - около 12 млн км2, или 70%, Российской Федерации, население - всего 12 млн человек, или 8%, но объем промышленной продукции достигает 1/6 в стране.

Из-за экстремальных условий Крайнего Севера важное значение приобретают принципы и методы государственного регулирования его социально-экономического развития.

К ним относятся:

• государственный протекционизм (поддержка), создание для населения и значительной части хозяйства льготного режима развития;

• оказание первоочередной помощи организациям, обеспечивающим государственные нужды и участвующим в решении социальных задач;

• создание условий для гармоничного развития производства, социальной сферы и населения;

• обеспечение бережного использования природных ресурсов, сохранения окружающей природной среды, защиты традиционных основ хозяйствования и образа жизни коренных малочисленных народов Севера;

• опережающее развитие объектов инфраструктуры, в первую очередь связи и транспорта, включая Северный морской путь;

• сохранение и развитие коренных малочисленных народов Севера;

• оптимизация численности населения на Севере.

Государственная поддержка на Севере реализуется посредством механизмов: предоставления гарантий и компенсаций населению по возмещению дополнительных затрат на проживание и осуществление трудовой деятельности в экстремальных условиях; компенсации повышенных затрат в производстве организациям, обеспечивающим государственные нужды; финансовой поддержки завоза продукции (товаров) в районы с ограниченными сроками транспортной деятельности; поддержки социально-экономического развития коренных малочисленных народов Севера; установления щадящего режима природопользования, обеспечивающего рациональное использование природных ресурсов; участия в реализации федеральных и региональных целевых экономических, социальных и экологических программ развития Севера; льготного кредитования перспективных производств; выделения субсидий, а также ссуд и кредитов на льготных условиях на строительство (приобретение) жилья для лиц, выезжающих с Севера.

С целью активного трудосбережения, исключения дорогостоящего содержания излишних трудовых ресурсов на Севере целесообразно практиковать не только использование высокопроизводительной техники, но и прогрессивные направления организации хозяйства и производственной деятельности - выборочное освоение природных ресурсов, сужение отраслевой структуры производства, отказ от создания крупных городов, вахтовый метод труда и т. п.

Социально-экономическое развитие северных районов Российской Федерации основано на трех важнейших предпосылках:

• ключевых позициях в экономике страны по запасам и разработке основных видов минерального топлива и сырья. При 8% населения России здесь производится 100% алмазов, кобальта, платиноидов, апатитового концентрата, 9/10 природного газа, меди, никеля, 3/4 нефти, 2/3 золота, половина продукции лесной и рыбной промышленности;

• усилении значения российской Арктики, особенно после разрушения СССР, как морских ворот для выхода страны на мировые рынки и транзитной трассы сообщений по Северному морскому пути;

• глобальной стратегической роли Северной зоны, расположенной в Евразии на кратчайшем расстоянии от Американского континента, в обеспечении национальной безопасности и геополитических интересов государства.

С начала радикальных реформ экономическое и социальное положение российского Севера резко осложнилось. Хотя он дает 3/5 всех валютных поступлений страны, имеет положительное сальдо межбюджетных потоков, и спад в промышленности здесь меньше, чем в среднем, однако снижение реальных доходов населения и уровень безработицы гораздо выше, чем у россиян в целом. Состояние региональных бюджетов самых северных территорий постоянно ухудшается, несмотря на то, что они формируют значительную долю федеральных доходов. Острой остается проблема «северного завоза», решаемая каждый год с большим напряжением.

Поэтому, как правильно подчеркивается в разработанной бывшим Госкомсевером России Концепции государственной поддержки экономического и социального развития районов Севера в новых экономических условиях, «сложившаяся обстановка, долговременные интересы жизнеобеспечения народного хозяйства и населения страны, масштабный, общенациональный характер северных проблем требуют активного воздействия государства на процессы, протекающие в регионе».

Существуют две принципиально различные альтернативные стратегии хозяйственного освоения Севера, в том числе развития Северного морского пути.

Первая — традиционная стратегия предполагает продолжение экстенсивного наращивания производительных сил Севера при неизменных в основном организационно-производственных и технических условиях.

По-прежнему предусматриваются форсированная эксплуатация старых и новых месторождений минерального топлива и сырья, их поставки в больших количествах на экспорт в сыром виде, для чего продолжает высокими темпами расширяться и без того огромная сеть магистральных трубопроводов. Сохраняется сплошной и «комплексный» характер освоения природных богатств, требующий привлечения для работы в тяжелых, экстремальных и дискомфортных природно-климатических условиях огромных контингентов рабочих и специалистов и чрезмерно высоких затрат на их обустройство и содержание (с семьями).

Совершенно несхожим путем идут, например, США, которые не только избегают щедро «кормить» своими природными ресурсами другие страны, но и предпочитают зарезервировать их для своего будущего, а текущие потребности покрывать в значительной мере за счет импорта (нефть, цветные металлы и др.). На зарубежном Севере обходятся малыми трудовыми ресурсами с высокой технической вооруженностью, не создают гигантские центры перерабатывающей промышленности и крупные города, а развивая различные виды транспорта, перевозят добытое сырье для переработки в более благоприятные для жизни и труда районы.

Наша же архаичная практика «северного освоения» ресурсо-расточительна и особенно высокотрудозатратна. Не случайно плотность населения в российской части Арктики (0,1 -0,2 человека на 1 км2) в 3—7 раз выше, чем в зарубежной (0,03). При большой численности лишних людей на Севере предоставленные им дорогостоящие льготы ложатся тяжелым бременем на госбюджет.

Эта стратегия находится в полном отрыве от общеэкономических и геополитических задач России и мировых тенденций постиндустриального развития — всемерного форсирования высоких, ресурсосберегающих и высокопроизводительных технологий. У нас энергоемкость народного хозяйства втрое превосходит показатели передовых стран Запада («зачем экономить, если ресурсов хватает»).

При такой стратегической позиции, консервирующей устаревшие экономические отношения по использованию естественных и людских ресурсов Севера, не имеют широких перспектив и смежные отрасли экономики, в частности транспорт, и в первую очередь Северный морской путь. Север, продолжая оставаться привлекательным сегодня «валютным цехом» страны, становится

навечно сырьевым придатком развитых стран, тормозом поступательного движения России вперед и генератором бесчисленных проблем.

Вторая —новая стратегия основана на широкой интенсификации хозяйственного освоения Севера исходя из его оптимальных направлений и масштабов на базе всемерного внедрения передовых достижений научно-технического и организационного прогресса. Она предполагает получение максимального эффекта при наименьших затратах (в том числе в «кооперационных» с северными районами) от добычи и использования естественных богатств.

Живой труд на Севере — самый ценный ресурс. По некоторым расчетам, нормативное превышение затрат на трудовые ресурсы над вложениями в основные производственные фонды составляет в районах Северо-Запада, Центра и Юга России 1,37 раза, Сибири и Дальнего Востока — 1,44, а в районах Севера — более 1,5 раза (дореформенные данные). То есть самая высокая эффективность замещения живого труда техникой свойственна районам Востока и Севера.

Поэтому, выдвигая всестороннюю экономию ресурсов главным отправным моментом рационального хозяйствования, его приоритетным направлением на Севере надо считать проведение активной трудосберегающей политики.

Следует внедрять самые высокопроизводительные методы добычи полезных ископаемых, но главное — перестроить организационно-производственную и технологическую структуру хозяйственного комплекса в направлении жесткого ограничения перерабатывающих производств. В отличие от обжитых, старопромышленных районов, где сопряженность добывающих и обрабатывающих отраслей в территориально-производственных комплексах является фактором высокой экономии затрат общественного труда, на Севере дело обстоит иначе: выгоднее дробить такие комплексы и размещать раздельно их составные части. Ибо эффект агломерации с избытком перекрывается перерасходом затрат на обустройство и содержание рабочей силы (с семьями).

Указанную трансформацию производственной структуры целесообразно проводить не только при новом строительстве, но и реконструкции действующих предприятий (демонтаж старого оборудования без замены новым по истечении срока амортизации и даже раньше).

Надо решительно отказываться от сохранения возникших на Севере в других исторических условиях (строительство в системе ГУЛАГа и т. д.) громоздких «комплексов» основных и обслуживающих объектов и крупных городов. Вместо этого следует идти по пути формирования небольших промышленных центров добывающих отраслей с широким использованием вахтового и экспедиционного методов организации труда, вынося переработку разрабатываемого сырья (производство концентрата, выплавку металла и т. п.) в другие, более комфортные для жизни районы.

Север должен избавиться от лишних людей — не только пенсионеров и горняков выработанных рудников, как сейчас, но и от основной массы работников, занятых в перерабатывающих отраслях и раздутой инфраструктуре. При этом следует иметь в виду, что с развитием рыночных отношений будет постепенно снижаться привлекательность северных районов как мест получения высоких денежных доходов, ибо такие возможности появятся в обжитых центрах.

Структурно-перестроечные процессы в производстве вызовут повышение роли транспорта на Севере как важного фактора общего ресурсосбережения и особенно трудосбережения. Благодаря транспорту, в частности морскому и речному, обеспечивающему перевозку массовых промышленных грузов, становится возможным улучшить размещение производительных сил, сформировать эффективную систему центров добычи и центров переработки сырья и материалов, связанных между собой четко работающим транспортным конвейером. Относительно сократится «северный завоз», но возрастут «северный вывоз» и «северный транзит», а вместе с ними и общий грузооборот.

Необходимо покончить с расточительством в использовании полезных ископаемых, перейти к политике сдержанных темпов их добычи, ограничить проекты строительства новых магистральных газо- и нефтепроводов экспортного назначения, заменить поставки на экспорт сырой нефти, газоконденсата, необработанной древесины продажей на мировых рынках готовой продукции их переработки. Дело порой доходит до абсурда: получая из России дешевые нефть и газ, некоторые страны затем продают нам по мировым ценам, но уже дорогие, выработанные из этого сырья синтетические материалы.

Указанная стратегия хозяйственного освоения Севера потребует изменения экономических отношений по использованию природных ресурсов. По мнению некоторых ученых, основным источником государственных доходов у нас может стать дифференциальная рента от их эксплуатации. Действительно, из конституционного права государства как собственника земли и недр вытекает его юридическое право на полное присвоение горной ренты - дохода, не обусловленного трудовыми затратами. Если в настоящее время только небольшая часть ренты попадает в бюджет федерации и ее субъектов (через налоги), а основная часть присваивается собственниками горнодобывающих предприятий, то положение должно быть исправлено «с точностью до наоборот» .

В таком случае возникают условия для «бархатного» изменения форм собственности в добывающих отраслях. Уже сейчас в регионах Востока удельный вес государственной собственности выше, чем в других. На Севере в силу экстремальных условий жизни и труда это тем более правомерно.

Частные фирмы не добились здесь лучших результатов хозяйствования по сравнению с ранее достигнутыми государственными организациями и если не присваивали бы дифференциальную ренту, то стали бы вечными иждивенцами государства, не ступив и шага без его помощи. Государство же, имея колоссальный внутренний и внешний долг, лишается огромных доходов, которые принадлежат ему по праву, как естественному собственнику природных ресурсов Севера.

В связи с этим могут коренным образом измениться межбюджетные отношения. Возрастут возможности государственной поддержки нуждающихся отраслей и регионов Севера. Функционирующие отрасли обслуживания, включая транспорт (особенно Северный морской путь), обеспечивающие услугами базовые предприятия хозяйственного комплекса, значительно улучшат свое финансовое состояние.

Реализация второй стратегии возможна только в долгосрочной перспективе, так как Россия в силу острого кризиса и неустойчивого выхода из него еще не скоро откажется от нынешних методов хозяйствования на Севере, особенно от форсированного экспорта добываемых нефти, газа, цветных металлов и другого сырья. Однако подготовку к переходу на единственно выгодную для интересов государства ресурсосберегающую стратегическую концепцию нужно начинать уже теперь.

На Северной морской трассе в настоящее время и в перспективе устойчиво формируются три основных вывозных потока грузов: металлургические, лесные и нефтяные. Деловое планирование и тарифная политика в отношении них должны исходить из целесообразности сочетания каботажных перевозок из районов добычи сырья в благоприятно расположенные центры переработки с дальнейшим вывозом в места потребления уже конечной продукции.

Технико-экономическими обоснованиями давно подтверждена эффективность переработки необогащенной медно-никелевой руды Норильского горно-металлургического комбината в центрах на двух транспортных «плечах» — юге Красноярского края и в Мурманской области. В настоящее время предпочтительным является второй вариант, поскольку в Мурманской области имеются два родственных предприятия - ГМК «Печенганикель» в г. Заполярном (переработка руды в концентрат) и ГМК «Североникель» в г. Мончегорске (выплавка металла).

Средне январская температура на севере Красноярского края составляет минус 30—36°, в Мурманской области — минус 8—13°. Для обслуживания металлургического производства в последней занято гораздо меньше работников; население г. Заполярного менее 20 тыс., г. Мончегорска - 65 тыс., тогда как г. Норильска 180 тыс. Еще в 70-х годах было доказано, что при их кооперации возможно с большой эффективностью значительно увеличить производство никеля. Поэтому в расчетах по перспективному грузообороту Севморпути следует, с позиции достижения общей суммарной экономии на производство и транспортировку продукции, не сокращать, а увеличивать перевозки необогащенной руды из Дудинки (с Норильского ГМК) в Мурманск (металлургическим предприятиям области).

Для стимулирования производственной кооперации и .перевозок полезно проработать механизм организационно-коммерческого (или договорного) объединения интегрируемых трех горно-металлургических предприятий и снижения транспортных тарифов при увеличении объема грузопотоков сырья. Одновременно следует установить для Норильска повышенную плату за трудовые ресурсы, а в Мурманской области такую плату не взимать, так как для государства создание дополнительной социальной инфраструктуры обходится здесь гораздо дешевле, чем в Норильске.

По договору трех комбинатов с государством в перспективном плане технического развития никелевой промышленности целесообразно предусмотреть мероприятия по свертыванию перерабатывающих мощностей на Норильском ГМК и их расширению в Мурманской области.

В предреформенные годы свыше 4/5 арктического экспорта приходилось на вывоз лесных грузов из Игарки и Тикси. По некоторым проектировкам, в перспективе предполагается сокращение этого грузопотока, что вряд ли оправдано. Спрос на лесоматериалы в Японии, странах Западной Европы и других высок.

Однако схему формирования лесоэкспортных поставок целесообразно перестроить. Представляется более обоснованным обеспечить преимущественный вывоз из Игарки и Тикси деловой древесины (а не пиломатериалов и проч.), причем сначала в лесо-перерабатывающие центры страны (Архангельская область, Хабаровский и Приморский края), и уже оттуда транспортировать на внешний рынок продукцию глубокой переработки древесины. Ранее выполненные в СОПСе расчеты показали высокую эффективность организации лесопереработки в европейских районах по сравнению с ЛПК Северной Сибири (вследствие гораздо меньших затрат на транспортировку необработанной древесины, чем на завоз и обустройство дополнительной рабочей силы для деревообрабатывающей промышленности Севера).

Намечаемый в перспективе большой вывоз по Севморпути в Японию и другие азиатские страны сырой нефти и газоконденсата нельзя признать рациональным. Целесообразнее вывозить нефть Западной Сибири на переработку в г. Комсомольск-на-Амуре, где действует нефтеперерабатывающий завод, а оттуда поставлять за рубеж нефте- и нефтехимические продукты. В западном направлении сильным конкурентом морских перевозок наливных грузов выступают магистральные нефтепроводы.

Кстати, водный транспорт в развитых странах Запада до сих пор играет важную роль в перевозках массовых грузов, особенно угля, руды, лесоматериалов. Например, в США и Канаде — по Великим озерам, в Германии — по Рейну и каналам Русского индустриального района и др.

Рациональные схемы взаимодействия Севморпути с отправителями и получателями грузов обеспечивают реализацию принципа трудосбережения на Севере и повышение конкурентоспособности базовых отраслей хозяйственного комплекса из-за существенного снижения издержек производства при переработке первичного сырья в условиях отсутствия удорожающих факторов. Это, в свою очередь, способствует расширению грузопотоков по Северному морскому пути и повышению результативности его транспортной деятельности.

На регионах Севера сильно сказываются недостатки бюджетного федерализма. В этих регионах, где зима длится 9 месяцев, взимаются такие же налоги, как в южных, а компенсирующие надбавки северянам предприятия платят из собственных доходов, увеличивая себестоимость продукции. Статьи федерального бюджета по поддержке Севера не относятся к защищаемым. До 1993 г. действовал принцип льготного кредитования завоза и возмещения из федерального бюджета половины учетной ставки Центрального банка и половины транспортных расходов. Позднее эти льготы отменили, что поставило большинство организаций, обеспечивающих «северный завоз», на грань банкротства.

К зонам «особых интересов» относятся также некоторые группы макрорегионов, весьма благоприятные по географическому положению, экономическому потенциалу и другим факторам для предпринимательской деятельности государства и частного сектора. Ведущее положение в Европейской зоне занимают районы Европейского ядра России - Центральный, Северо-Западный, Волго-Вятский и Поволжский, располагающие почти 2/5 ее экономического потенциала, в том числе 3/5 высокотехнологичных, наукоемких производств, огромным научным и информационным потенциалом (НИИ, вузы, КБ, проектные институты и т. п.). В них сосредоточены крупнейшие города — промышленные и культурные центры с мощной сетью коммуникаций, сформированным основным ареалом рыночных отношений и т. д. Этим районам принадлежит главная роль в реализации экономической реформы, в стабилизации и подъеме всего народного хозяйства, обеспечении его экономического роста и структурной перестройки. Они первенствуют в хозяйственной интеграции российских регионов, способствующей укреплению экономической безопасности и территориальной целостности государства, а также в упрочении хозяйственного единства стран - членов СНГ, особенно Союзного государства России и Белоруссии, отражая общие процессы глобализации.

Основные проблемы Европейского ядра касаются решения задач жизнеобеспечения и ресурсосбалансирования народного хозяйства, продвижения экономической реформы. Это:

• реструктуризация экономики (конверсия ВПК, оптимизация развития опорных районов и центров, подъем слаборазвитых и депрессивных территорий и т. д.);

• смягчение напряженности топливно-энергетического и водного балансов (проведение интенсивной энерго- и водосберегащей политики со сдерживанием развития гипертрофированных энергоемких и водоемких производств, усовершенствование поставок в разумных масштабах топлива и электроэнергии с Востока, использование собственного энергетического потенциала, реконструкция водного хозяйства и т. д.);

• оздоровление окружающей природной среды, особенно в крупных городах (меры по предотвращению загрязнения воздушного и водного бассейнов автомобильным транспортом, тепловой энергетикой, черной и цветной металлургией, химической, цементной и другими отраслями промышленности);

• проблемы демографии и социального развития (специальные меры, противодействующие депопуляции и эмиграции населения, снижению кадрового потенциала, в том числе программы социального возрождения села и малых городов и т. п.).

Ведущими направлениями перспективного развития Европейского ядра будут интенсивная мобилизация и использование высоких технологий развитых (опорных) регионов и активная государственная и частнопредпринимательская поддержка социально-экономического оздоровления слаборазвитых и депрессивных районов.

Главенствующую роль на Востоке призваны выполнять районы Южно-Сибирской полосы. Более эффективное развитие производительных сил восточных районов возможно только при опережающем росте по сравнению с сырьевыми перерабатывающих отраслей, потребляющих на месте большое количество дешевого топлива, электроэнергии и воды. Их размещение, не рациональное на Севере (из-за суровых природно-климатических условий, малолюдья и сильного удорожания производственных, транспортных и социальных затрат), целесообразно именно в Южно-Сибирской зоне. Благодаря этому разноширотные территории связываются эффективным производственно-технологическим «мостом» и образуют единую интеграционно-хозяйственную (кооперационную) систему. В результате произойдет эффективная перестройка нашего азиатского рынка, будет обеспечиваться преимущественная реализация на внутренний и внешний рынки не топлива и сырья, а отечественной продукции их переработки

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com