Перечень учебников

Учебники онлайн

4.7 The Fall of China

Китай является наиболее опасным геополитическим соседом России на Юге. В чем-то его роль аналогична Турции. Но если Турция является членом НАТО откровенно, и ее стратегический атлантизм очевиден, то с Китаем все обстоит сложнее.



Геополитика Китая изначально была двойственной. С одной стороны, он принадлежал к rimland, «береговой зоне» Тихого океана (с восточной стороны), а с другой никогда не становился талассократией и напротив, всегда ориентировался на континентальные архетипы. Поэтому существует устойчивая политическая традиция называть Китай «Срединной Империей», а этот термин характеризует как раз континентальные теллурократиче ские образования. При этом от Индийского океана Китай отделен Индокитайским полуостровом, на котором расположено соцветие государств с откровенной талассо кратической ориентацией.



В ходе освоения (колонизации) Западом Востока Китай постепенно превратился в полуколонию с марионе точным проанглийским правительством последние поколения императоров династии Цин. С начала XIX века вплоть до 1949 (победа КПК над Гоминданом) геополитика Китая следовала чисто атлантистским тенденциям (при этом Китай выступал не как самостоя тельная талассократия, а как евразийская береговая база Запада). Победа Компартии изменила положение дел, и Китай на короткое время (1949 1958) переориенти ровался на евразийскую прорусскую политику. Однако в силу исторических традиций евразийская линия была вскоре оставлена, и Китай предпочел «автаркию». Оставалось дождаться того момента, когда евразийская ориентация ослабнет настолько, что потенциальный атлантизм и геополитическая идентичность Китая как rimland'а станет очевидной. Это произошло в середине 70-х, когда Китай начал активные переговоры с представителями мондиалистской «Трехсторонней комиссии». Это означало новое вхождение Китая в структуру атлантистской геополитики.



Не отрицая возможности Китая при определенных обстоятельствах снова вступить на путь Евразийского Альянса, на это особо рассчитывать не следует. Чисто прагматически Китаю намного выгоднее контакты с Западом, нежели с Россией, которая не сможет способство вать технологическому развитию этой страны, и такой «дружбой» только свяжет свободу геополитических манипуляций Китая на Дальнем Востоке, в Монголии и Южной Сибири. Кроме того, демографический рост Китая ставит перед этой страной проблему «свободных территорий», и земли Казахстана и Сибири (почти не заселенные) представляются в этой перспективе в высшей степени привлекательными.



Китай опасен для России по двум причинам как геополитическая база атлантизма и сам по себе, как страна повышенной демографической плотности в поисках «ничейных пространств». И в том и в другом случае heartland имеет в данном случае позиционную угрозу, местонахождение которой в высшей степени опасно Китай занимает земли, расположенные южнее Lenaland.



Кроме того, Китай обладает замкнутой расово-куль турной спецификой, и в исторически обозримые периоды он никогда не участвовал в евразийском континенталь ном строительстве.



Все эти соображения независимо от политической конкретики делают Китай потенциальным геополитическим противником России на Юге и на Востоке. Это следует признать как геополитическую аксиому. Поэтому геополитическая задача России в отношении самого восточного сектора своего «внутреннего» южного пояса заключается в том, чтобы максимально расширить зону своего влияния к югу, создав как можно более широкую «пограничную зону». В перспективе Евразия должна распространить свое влияние вплоть до Индокитая, но достичь этого путем обоюдовыгодного союза практически невероятно. И в этом принципиальное отличие Китая от исламской Азии (за исключением Турции) и Индии. Если евразийский альянс с другими южными секторами Евразии должен основываться на учете взаимных интересов, т.е. быть следствием сознательного и добровольного союза, основанного на осознании общности геополитической миссии, то в случае Китая речь идет о силовом позиционном геополитическом давлении, о провокации территориальной дезинтеграции, дроблении, политико-административном переделе государства. Тот же самый подход касается и Турции. Китай и Турция потенциальные геополитические противники. Ирак, Иран, Афганистан, Пакистан, Индия, Корея, Вьетнам и Япония потенциальные геополитические союзники. Это предполагает использование двух различных геополитических стратегий. В случае противников следует стремиться причинить вред, в случае союзников надо выявить общность геополитических целей.



Теперь легко вывести приоритеты «внутренней геополитики» России на пространстве от Бадахшана до Владивостока.



Основной моделью здесь является отрыв североки тайских территорий от более южных земель. Геополити ческий анализ сразу же дает для этого серьезные основания. Северо-запад Китая приходится на Синьцзян, древнейшую страну, имеющую долгую историю политической автономии. Здесь исторически существовали многочис ленные государства, сменявшие друг друга. Более того, в данный момент эти земли населены уйгурами тюркским этносом, исповедующим ислам. Китайцы поддерживают контроль в этих областях за счет прямого силового давления, прямой колонизации, угнетая местное население и подавляя все его попытки отстоять религиоз ную и этническую автономию. Идеи присоединения Синьцзяна к России существовали уже у русских императо ров в рамках проекта освоения Сибири. К этой линии следует вернуться. Южнее Синьцзяна простирается Кунь-Лунь и Тибет, где мы снова сталкиваемся с аналогичной ситуацией Тибет отдельная страна с особым населением, специфической религией, древнейшими политиче скими и этническими традициями. Власть Пекина здесь также искусственна и основана на прямом насилии, как и в Синьцзяне. Россия геополитически прямо заинтере сована в активной поддержке сепаратизма в этих сферах и начале антикитайской национально-освободительной борьбы во всей этой области. В перспективе все эти территории гармонично вписались бы в евразийскую континентальную федерацию, поскольку их с атлантизмом не связывает ни география, ни история. Синьцзян и Тибет должны войти в пояс теллурократии. Это будет самым позитивным геополитическим решением и создаст для России надежную защиту даже в том случае, если Китай не откажется от антиевразийских геополитических проектов. Без Синьцзяна и Тибета потенциальный геополитический прорыв Китая в Казахстан и Западную Сибирь становится невозможным. При этом не только полное освобождение этих территорий от китайского контроля, но даже первые этапы дестабилизации обстановки в этих регионах уже будут стратегическим выигрышем России.



Восточнее идет сектор Монголии стратегического союзника России. Здесь важно действовать превентивно и не допускать самой возможности усиления прокитай ского фактора в монгольской политике. Монгольские степи и пустыни прекрасно защищают Южную Сибирь от Китая. При этом следует активизировать связи Монголии с Синьцзяном и Тибетом, чтобы создать предпосыл ки для новой конфигурации всего региона с ориентацией на постепенное вытеснение Китая и его геополитическо го влияния. Для этой цели можно выдвинуть проект Монголо-Тибетской федерации, куда могли бы войти также Бурятия, Тува, Хакассия и Алтайская Республика. Единство ламаистской традиции этих народов для Москвы является важным инструментом для антикитай ской геополитической стратегии.



Последней зоной южного пояса является Манчжурия территория, расположенная на северо-востоке Китая. И здесь мы сталкиваемся со слабым (для Китая) геополитическим звеном. На этой территории также существовали древние государства, имеющие традицию политической независимости. Уже в XX веке Япония снова воссоздала Маньчжурское государство со столицей в Харбине, которое было континентальным плацдармом для вторжения Японии в Китай. Для России существование в Манчжурии особого политического государства, не подконтрольного Китаю, в высшей степени желательно. Так как сама Япония входит в число потенциальных геополитических союзников Евразии, то в этом вопросе можно было бы соединить усилия.



Тибет Синьцзян Монголия Манчжурия составляют вместе пояс безопасности России. Основная задача в этом регионе сделать эти земли подконтрольны ми heartland'у, используя при этом потенциальных геополитических союзников России Индию и Японию, а также страдающее от Пекинского диктата местное население. Для самого Китая этот пояс является стратегиче ским плацдармом для потенциального «рывка на Север», в Казахстан и Сибирь. Это земли, вплотную примыкающие с юга к Lenaland, вокруг которой с неизбеж ностью будет разворачиваться позиционное геополити ческое противостояние ведущих мировых сил. Россия должна оторвать этот плацдарм от Китая, отбросить Китай к югу и предложить ему в качестве геополитической компенсации развитие по оси Север Юг в южном направлении Индокитай (кроме Вьетнама), Филиппины, Индонезия, Австралия

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com