Перечень учебников

Учебники онлайн

1.1 Цивилизационных стихий только две

Связь цивилизационной структуры с доминацией той или иной стихии Суши и Моря является осью концепции Карла Шмитта и ее наиболее сильной и впечатляющей стороной. При этом важно подчеркнуть, что речь идет не просто об абстрактном приложении сакральной теории 4 элементов к культурно-историческому анализу, но о вычленении фундаментального исторического (а не только природного) дуализма двух стихий Суши и Моря, Земли и Воды, причем этот дуализм становится действительно историческим фактором лишь тогда, когда он осознается и интеллектуально переживается человеческим обществом. Чтобы пояснить, что, собствен но, мы имеем в виду, укажем на отсутствие упоминания об огненной стихии и ее философского, культурного и цивилизационного анализа у Шмитта (об этом речь пойдет ниже). А относительно воздушной стихии, связанной с эпохой воздухоплавания, Шмитт утверждает, что она не породила собственного "номоса", собственного цивилизационного типа, будучи техническим продолжени ем исторической траектории, утвержденной цивилиза цией Моря. Аэрократия и еще более актуальная эфирократия, т.е. воздухоплавательные и космические стадии развития техники не спровоцировали таких глобальных перемен в ходе человеческой истории, какие принесли с собой открытие Мирового Океана и его вызов.

Гениальная интуиция Шмитта совершенно верно подсказывала ему, что космос не несет в себе ни настоящего вызова, ни исторического ответа, а космические исследования в условиях "эфирократии" лишь демонстриру ют агонию закабаляющей, но не освобождающей технократической цивилизации. На первый взгляд, кажется, что такой подход к исторической диалектике стихий у Шмитта, если учесть его имплицитно антиталассокра тические симпатии, должен стать базой сугубо консервативной доктрины с подчеркнуто экологической подоплекой. Возникает соблазн именно так понять заключительные слова из его статьи о "Планетарном напряжении между Востоком и Западом":

"Новые пространства, откуда появится новый вызов, должны находиться на нашей земле, а не вне ее в открытом космосе".

Так чаще всего и поступают последователи Шмитта, учитывая при этом и его консервативные взгляды в политике. Но, на наш взгляд, это было бы слишком просто. Если новый вызов есть не что иное, как возврат к сухопутной ориентации после революционной эпохи доминации "раскрепощенной техники" и океанической цивилизации, даже из-за страха перед технологической или экологической катастрофой, тогда духовное напряжение исторической диалектики теряет свое драматическое измерение, становится почти природным циклизмом, отождествляется с тем статично-полярным напряжением, на преодолении которого, согласно самому Шмитту, основана вся сугубо человеческая духовная история. Цивилизационный дуализм Суша-Море должен разрешиться как-то иначе.

Шмитт склонен считать переход к аэрократии и далее, к эфирократии, лишь естественным развитием стратегии Моря, а не знаками новых революционных эпох. Таким образом, можно сказать, что стихия Воды в своей универсалистской экспансии, осуществляющейся как раз за счет Суши и пространств, ей традиционно подчиненных, ставит на службу себе две другие стихии воздух и эфир (вакуум), которые, с физической точки зрения, суть не что иное, как все более разряженные состояния материи. Иными словами, водная стихия моря проявляет себя через подчиненные стихии воздуха и эфира, продолжая свою цивилизационную тенденцию к "разжижению"; при этом напомним, что именно эта тенденция и породила историческую диалектику "морского существования" и связанные с ним раскрепощение техники и этапы промышленной революции.

Как объяснить в таком случае успехи в воздухопла вательной и космической сферах такой сухопутной сверхдержавы, как СССР последнего по времени планетар ного выражения геополитического Бегемота, сил континентальных масс и сухопутного Номоса? Точно так же, как гениально объяснил сам Шмитт историческую функцию марксизма в России: это было концептуальное вооружение доктриной второй промышленной революции альтернативной элиты, сумевшей волевым и сознатель ным образом превратить архаическую сухопутную страну в гигантский индустриально-технический бастион, способный 70 лет успешно противостоять многоплановому напору океанической цивилизации. Использование аэрократии и эфирократии Восточным блоком было продолжением марксистской стратегии промышленной революции для сопротивления буржуазной цивилизации Запада.

Итак, один член исторического дуализма Море включил в себя в процессе своего планетарного утверждения другие стихии. Если во времена написания Шмиттом статьи "Планетарная напряженность" 1959 год этот процесс был в зародыше, то к 80-м годам он стал прозрачным и очевидным для всех. Море освоило Воздух и Космос.

Тут мы подходим к важнейшей точке новейшей истории, которая является пробным камнем для подавляю щего большинства идеологий и социально-политических доктрин, считавшихся вполне приемлемыми вплоть до самого последнего времени.

Мы имеем в виду крах Восточного блока и перестройку.

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com