Перечень учебников

Учебники онлайн

Евразийское “сердце мира”

Не меньший вклад в становление науки геополитики внес известный британский географ, родоначальник англо-американской школы геополитики Халфорд Макиндер. Ему принадлежит авторство многих терминов, используемых сегодня в геополитических исследованиях. Круг его интересов был чрезвычайно широк. Некоторое время он преподавал географию в Оксфорде и Лондонском университете, затем возглавлял известную Лондонскую школу экономических наук, а в 1919-1920 годах – во время гражданской войны в России – был назначен верховным британским комиссаром по югу России.

25 января 1904 года Макиндер выступил в заседании Королевского географического общества с докладом “Географическая ось истории”, который очень скоро сделал его знаменитым. Он предложил фундаментальное деление мира на три части: “осевой регион” (pivot аrеа), страны “внутреннего полумесяца” (inner crescent) и страны “внешнего полумесяца” (outer crescent) (рис.2, с.282).

Термином “осевой регион” он обозначил просторы Евразии, утверждая, что именно ее континентальный [c.31] массив – “окаймленный льдами на севере, пронизанный реками и насчитывающий по площади 21.000.000 кв. миль” – есть та “географическая ось”, вокруг которой развивается исторический процесс27. А пограничные между сушей и морем регионы “внутреннего полумесяца” являются главной ареной борьбы между “разбойниками суши”, контролирующими континент, и “разбойниками моря”, господствующими на океанских просторах “внешнего полумесяца”. Такая борьба и является главным катализатором всех исторических изменений с древнейших времен.

Макиндера очень тревожило, что центральное стратегическое положение в “осевом регионе” занимает Россия, и “никакая социальная революция не изменит ее отношения к великим географическим границам ее существования”. “Трезво понимая пределы своего могущества, – говорил Макиндер, – правители России расстались с Аляской, ибо для русской политики является фактическим правилом не владеть никакими заморскими территориями, точно так же как для Британии – править на океанских просторах”.

Сегодня, после распада СССР, нельзя не отметить, что бездумное пренебрежение этим золотым правилом стало одним из главных факторов, предопределивших крах советского геополитического блока. Распыляя силы по всему миру в погоне за идеологическими миражами, советские лидеры не смоги обеспечить должного контроля над политическими процессами, протекавшими у них под самым носом – в Москве и Восточной Европе.

Большой “внутренний полумесяц”, согласно теории Макиндера, образуют Германия, Австрия, Турция, Индия и Китай. “Внешний полумесяц” включает в себя Британию, Южную Африку, Австралию, Соединенные Штаты, [c.32] Канаду и Японию. В различные исторические эпохи между этими странами могут возникать различные союзы, военные и политические комбинации. Но для глобальной политики это не имеет решающего значения, ибо, утверждал Макиндер, “с географической точки зрения они совершают нечто вроде круговращения вокруг осевого государства, которое всегда так или иначе является великим, но имеющим ограниченную мобильность по сравнению с окружающими пограничными и островными державами”28.

Внутренний регион евразийского континента Макиндер называл “сердцем мира” (heartland), ибо он, оставаясь недосягаемым для прямой экспансии океанских держав, представляет собой географическое пространство, исход борьбы за которое решает судьбы мира. Нетрудно заметить, что на протяжении по крайней мере трех последних столетий таким осевым государством являлась Россия, вне зависимости от того, была ли она самодержавной, коммунистической или, как сейчас, псевдодемократической.

Современные российские политики уже не раз отмечали, что призывы Макиндера ликвидировать “русское господство” над ядром Евразии чрезвычайно созвучны идеям нынешних ненавистников России, подобных Бжезинскому или Киссинджеру. Повторяя его тезисы о том, что Россия всегда будет стремиться к овладению прибрежными регионами континента с выходом в теплые моря, они видят в нашей стране главную угрозу благополучию торгового Запада, чья мощь зиждется на том, что именно он господствует над приморскими пространствами.

“С этой точки зрения, – вполне справедливо отмечает современный автор, – оптимальным путем решения проблем, которые вызывает у Запада само существование мощного российского государства, является его [c.33] постепенная дезинтеграция с поэтапным поглощением богатых ресурсами регионов Сибири, Урала и Дальнего Востока в сферы влияния новой евразийской государственной общности с центром в Западной Европе” или – добавим от себя – вообще за океаном29.

При том Макиндер считал, что значение “осевого региона” возрастает по мере научно-технического прогресса человеческой цивилизации.

Развитие железнодорожного транспорта, говорил он, делает континентальную державу не менее мобильной, чем морская. Это грозит нарушением баланса сил в пользу “осевого государства”. А если еще и Германия присоединится к России в качестве союзника, испуганно предупреждал британский геополитик, то “скоро перед нашим взором явится мировая империя”, которая сможет навсегда подорвать мощь “океанского геополитического блока” Англии и США30.

В 1919 году Макиндер опубликовал книгу “Демократические идеалы и реальность”, в которой несколько модифицировал и уточнил свою концепцию. Прежде всего для обозначения осевого региона он стал использовать предложенный его соотечественником географом Дж.Фейргривом термин Хартленд (Heartland), который стал с тех пор общепринятым.

В состав Хартленда он включил теперь еще Восточную и Центральную Европу. В этом сочинении он предложил знаменитую формулу: “Кто контролирует Восточную Европу – господствует над Хартлендом, кто господствует над Хартлендом – контролирует Мировой остров, кто контролирует Мировой остров – господствует над миром”31.

Господство же над Мировым островом (Евразийским континентом) может установить только континентальная [c.34] держава – Россия или Германия. Поэтому наиболее опасным Макиндер продолжал считать союз двух этих стран.

Чтобы воспрепятствовать такому сценарию мировой истории, он предлагал создать между Россией и Германией буферную зону из независимых государств. Это, кстати и было сделано решениями Парижской мирной конференции, подводившей в 1919-20 гг. итоги первой мировой войны. Сейчас та же идея реанимирована международными русофобами под маркой “черноморско-балтийского союза” пограничных с Россией стран, которые должны создать своего рода “санитарный кордон” между нами и “цивилизованной” Европой, консолидированной под “ядерным зонтиком НАТО”...

Последнюю переоценку своих взглядов Макиндер предпринял в разгар второй мировой войны в 1943 году в статье “Завершенность земного шара и установление мира”. В состав “Сердца мира” он теперь включил и Сахару, и Арктику, и субарктические территории Сибири и Северной Америки (рис.3, с.283). Северная Атлантика объявлялась Макиндером “средиземным океаном”. Геополитическое деление мира выглядело теперь иначе: не “континентальные – морские державы”, а “расширенный Хартленд – муссонные территории Индии и Китая”. Новую модель он назвал “второй географической концепцией”32.

Пересмотр Макиндером своей первоначальной концепции был связан, по-видимому, с двумя обстоятельствами. Во-первых, реальность мировой политики XX столетия не укладывалась в его схему: к обеих мировых войнах континентальные державы вступали в союз с морскими. Во– вторых, бурное развитие получила авиация, как важнейшее средство коммуникации равно морских и континентальных держав. А с развитием авиации Великобритания, к примеру, перестала быть островом в военном отношении. [c.35]

Интерес к геополитической концепции Макиндера в XX веке то затухал, то разгорался с новой силой. После развала СССР, судя по настойчивому продвижению НАТО в Восточную Европу, наступает очередной ренессанс его концепции. По крайней мере руководство Северо-Атлантического альянса действует в полном соответствии с идеями британского геополитика: установить контроль над Восточной Европой, чтобы контролировать Хартленд. а значит – господствовать над миром... [c.36]



< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com