Перечень учебников

Учебники онлайн

Формирование многополюсного мира

Развал СССР и Организации Варшавского Договора привели к разрушению прежнего мирового геополитического порядка. Сегодня мир находится в переходном состоянии. Идет поиск новой модели геополитической стабильности, учитывающей новые реалии и новый баланс сил на планете. Некоторые аналитики говорят о современной структуре мира как о “неустоявшейся многополярности”140. Другие о сложной структуре, сочетающей однополярность в военном отношении – доминирование США после войны в Персидском заливе трехполярности, в экономическом отношении – США, Япония и Германия и пятиполярность в организационно-политическом США, Россия, Китай, Англия и Франция141.

Не секрет, что в современных переходных условиях многие “центры силы” стремятся упрочить свое положение за счет ослабевшей России, активно проникая в геополитические зоны, традиционно контролировавшиеся нашей страной. Достаточно приглядеться к политике США в Восточной Европе, вслушаться в пантюркистские призывы, раздающиеся в Стамбуле, проанализировать развитие конфликтов на Кавказе, чтобы понять: “вытеснение” России из мировой политики идет полным ходом. [c.234]

Каждый из “центров силы” пытается обеспечить в новой расстановке сил на планете свои интересы. Какая же модель геополитической структуры мира в наибольшей степени соответствует интересам России? Ведь именно обеспечение геополитических интересов нашего государства наряду с сохранением стабильности международной системы являются двумя главными принципами, на которых должно строиться участие России в создании нового мирового порядка.

Теоретически возможны три модели будущего мироустройства: однополярная, биполярная и многополярная. Все они имеют свои плюсы и минусы с точки зрения интересов России и задач сохранения стабильности мировой политической системы.

Пожалуй, можно согласиться с теми, кто считает биполярную модель мироустройства оптимальной для сохранения стабильности современною мира. Такую точку зрения еще в 70-е годы отстаивал американский политолог К.Уольтц. В своей работе “Теория международной политики” (1979 г.) он видел значение биполярности в том, что она минимизирует неопределенность, ибо число участников конфронтации в этой модели резко ограничено142.

Схожей точки зрения придерживается известный русский ученый, декан исторического факультета Санкт-Петербургского университета профессор И.Я.Фроянов. Он считает, что “в условиях современного взаимопроницаемого мира наличие многих центров силы может привести к хаосу: раз много точек, много интересов; следовательно, много столкновений. Баланс сил, динамическое равновесие могут быть, только когда на весах две равновеликие чаши. И залог спокойствия планеты заключен в возвращении к двухполярному миру, где одна сторона уравновешивает другую”143. [c.235]

Еще один наш соотечественник, профессор В.Б.Тихомиров полагает даже, что “на глобальном уровне мировая общественная система всегда была и остается в нервом приближении биполярной, что проявляется в ее структуре-инварианте”. По мнению ученого, однополюсность вообще противоречит законам природы. Мир просто обречен быть биполярным, ибо полюса “должны дополнять друг друга в рамках единства противоположностей”144.

Действительно, с точки зрения задачи сохранения и поддержания международной стабильности биполярная модель мирового устройства представляется наиболее приемлемой. Однако с точки зрения интересов России эта модель не выглядит столь привлекательной.

Ослабленная, разоренная псевдореформами, Россия сегодня просто не в состоянии стать вторым полюсом мировой структуры. Мы должны смотреть горькой правде в лицо: в современных условиях любая попытка играть по правилам сверхдержавы является полнейшей авантюрой. С одной стороны, у нас нет для этого сил. С другой – такая попытка была бы сейчас лишь на руку нашим геополитическим соперникам. Она позволила бы им – под новыми лозунгами – восстановить единый антироссийский фронт по образцу антисоветскою блока времен “холодной войны”.

Впрочем, в последнее время все чаще на страницах серьезных научных политологических изданий появляются публикации, в которых прогнозируется скорое выдвижение на роль второго полюса еще одной объективно антизападной силы – Китая145. Однако нам вряд ли стоит всерьез рассчитывать на то, что такая возможность ослабит давление Запада на Россию.

Во-первых, если Китай и станет реальным конкурентом западноевропейской цивилизации в глобальном [c.236] масштабе, то случится это отнюдь не в самом близком будущем.

Во-вторых, при любом варианте развития ситуации Китай вряд ли сможет самостоятельно стать вторым полюсом нового биполярного мира. Не нужно забывать, что полноценная биполярная модель мироустройства, какой она была, начиная с середины XX века – это не просто раздел мира между противостоящими идеологическими и социально-политическими центрами. С геополитической точки зрения это еще и раздел мира между “морской” и “континентальной” державами. Но ведущей континентальной державой мира была и пока остается контролирующая Евразию Россия.

В-третьих, реальным противовесом геополитической диктатуре США и НАТО мог бы стать лишь долговременный стратегический союз между Россией и Китаем. Но в таком союзе – учитывая, что китайская экономика на подъеме, а российская развалена, китайская армия укрепляется, а наша гибнет, – нынешняя Россия вряд ли способна играть роль полноценного партнера.

Таким образом, с точки зрения интересов России биполярная модель будущего мироустройства представляется сегодня малоприемлемой. Да и с точки зрения современной расстановки мировых сил такая модель маловероятна.

Второй возможной моделью мироустройства является модель однополярного, или униполярного мира, что на практике означает глобальную американскую гегемонию.

В США под такой сценарий мирового развития уже давно подведена солидная научная база. Еще в 80-е годы американские ученые Р.Кохейн и Дж.Най разработали теорию “гегемонической стабильности”. При этом под гегемонией Р.Кохейн понимал такой порядок международных [c.237] отношений, когда одно государство (разумеется Соединенные Штаты) “является достаточно сильным, чтобы утверждать основные правила, регулирующие межгосударственные отношения, и обладает волей поступать таким образом”146.

Однако в то время на пути к вожделенной мировой гегемонии США стояли СССР и его союзники. Но после горбачевской перестройки мирового пространства в пользу США это препятствие было уничтожено. Такой подарок со стороны советской “пятой колонны”, по-видимому, поначалу ошеломил американское руководство, и первое время оно еще не решалось открыто взять курс на достижение мировой гегемонии.

Ныне всякие церемонии отброшены в сторону. Соединенные Штаты стали откровенно проводить политику, направленную на формирование однополярного мира. “В основе нашей стратегии, – пишет министр обороны США Уильям Коэн в своем докладе президенту и конгрессу за 1997 год, – лежит неоспоримый факт, что, являясь глобальной державой с глобальными интересами, которые необходимо защищать, США должны продолжать активно участвовать во всех мировых делах через дипломатическую, экономическую и военную деятельность”.

При этом высокопоставленные западные функционеры уже совершенно открыто пропагандируют неизбежность и благотворность такого сценария. Так, своеобразным манифестом, утверждающим претензии Запада во главе с США на господство над всем миром, является опубликованная на страницах журнала “Полис” статья координатора от США в Комитете НАТО по Восточной Европе и России Айры Страуса.

Фактически Страус развивает в области международных отношений пресловутый тезис Ф.Фукуямы о [c.238] наступлении “конца истории” в связи с победой институтов и ценностей западного либерализма во всем мире. Страус утверждает – ни более, ни менее, – что “униполярность представляет собой конечную точку эволюции”, а наступление эпохи однополярного мира просто “отмечено печатью неизбежности”147.

Американский автор настойчиво внушает читателям, что униполярный мир уже наступил, что абсолютно никакой разумной альтернативы господству Запада нет и не будет: единственная альтернатива – всеобщий хаос и глобальная дестабилизация. Анализируя отношение России к однополярному миру и возможные варианты ее поведения в будущем, он с сожалением констатирует, что во времена министерства “лучшего американца” Козырева Россия фактически признавала униполярность во главе с США, а вот в настоящее время все активнее выступает против. При этом г-н Страус совершенно уверен, что Россия все равно абсолютно ничего не сможет противопоставить однополярной модели мироустройства, так как “униполярная интеграция – основная реальность нового мирового порядка”148.

Однако самоуверенность американского чиновника носит все-таки напускной характер. Иначе он не обращался бы с увещеванием к представителям прозападно настроенной российской политической и интеллектуальной элиты. “Реакция против униполяризма находится в России еще на своих первоначальных этапах, – пишет Страус. – Она еще может оказаться обратимой, если умеренным россиянам удастся открыть Западу глаза на необходимость введения России в униполь”149. В переводе на обычный язык это означает: “умеренные россияне” должны убедить западных лидеров в том, что им необходимо обеспечить такие же стандарты жизни, как и “золотому миллиарду”, и тогда они [c.239] постараются подавить протесты остальных, “неумеренных” россиян, пока Запад будет переваривать огромное геополитическое наследство Российской Империи.

Каковы же причины этакого “униполярного зуда” американцев? Основным для США средством установления гегемонии является утверждение их военного присутствия по всему миру. в первую очередь – в ключевых геостратегических районах Европы и в Восточной Азии. Как отмечает известный специалист по геополитике, президент Русского Географического Общества профессор С.Б.Лавров, именно экономическое отставание США на фоне беспрецедентною экономического взлета Китая и новых индустриальных стран Восточной Азии, а также демографический взрыв в исламских государствах и все возрастающее неприятие западных ценностей остальным миром заставляет Запад, во главе США, делать ставку именно на военную силу, чтобы удержать мировое лидерство150.

Униполярная модель, т.е. мировой диктат США и НАГО, является для России наиболее невыгодной из всех возможных сценариев мирового развития. Этот тезис вряд ли нужно детально обосновывать. С ним согласны все серьезные политические силы нашего общества. К чему ведет столь любимый американцами униполь, мы видим на примере Сербии и Ирака. Кстати, согласие в неприятии американской диктатуры, существующее среди современной политической элиты России, лишь отражает тенденции изменения отношения к США и Западу в нашем обществе151.[c.240]

Третьей возможной формой нового мирового порядка является многополюсная модель мироустройства. Именно к такой модели в настоящее время, по мнению многих специалистов, движется человечество. На это имеется целый ряд объективных причин. Как отмечает один из экспертов, “в основе современного полицентризма, идущего на смену геополитическому противостоянию Восток – Запад, лежит прежде всего распадение мира на соперничающие зоны внутренней экономической интеграции Европейский Союз, Североамериканская зона свободной торговли (НАФТА), зона “большой китайской экономики”, Япония и группа стран АСЕАН”152.

В формировании многополярности участвуют не только экономические, но и другие факторы. Ведь но сути каждая глобальная экономическая зона составляет также этноцивилизационную и культурную общность. Разрушение биполярной модели мироустройства вызвало, вопреки ожиданиям западных политиков, не стремление к единому центру, а как раз наоборот – активное возвращение к собственным цивилизационным корням. В последнее время по всему миру отчетливо проявляется тенденция к сближению государств, входящих в единые культурно-цивилизационные общности.

Многополярность становится реальностью современной мировой системы. Углубляется объединение Европы на основе Маастрихтского договора. Недавно на конференции в Анкаре была создана так называемая “исламская восьмерка” из числа ведущих стран исламской цивилизации. Усиливается интеграция государств АСЕАН, все больше стран Восточной Азии вовлекается в эту организацию.

Происходит усиление и отдельных государств – в основном таких, которые сами по себе есть целые цивилизации [c.241] или их крупнейшие представители. В первую очередь это относится к Китаю. Растет значение Индии. Все серьезнее заявляет о себе Бразилия. Словом, говорить о наступившей уже униполярности – значит выдавать желаемое за действительное.

Подчеркну еще раз – многополюсная модель мироустройства сегодня в наибольшей степени соответствует интересам России. Именно складывающаяся многополярность должна определять геополитическую стратегию нашего государства. Одни политологи называют такую оптимальную стратегию России “стратегией балансирующей равноудаленности”153, другие – “стратегией равноприближенности”154.

Впрочем, сути дела это не меняет. И та, и другая стратегии предполагают, что наилучшей политикой для России будет поддержание динамичного равновесия между основными центрами мировой силы. Только в таких условиях, при взаимном сдерживании этих центров силы, Россия получит возможности для достаточно большого внешнеполитического маневра.

Очевидно, что в нынешнем ослабленном состоянии Россия не может вступать в конфронтацию ни с одной из крупнейших мировых сил. Но в то же время мы ни в коем случае не должны попасть в одностороннюю зависимость от какой бы то ни было из них.

В отношениях с основными центрами силы нам следует перейти к прагматичной, спокойной и взвешенной политике балансирования между ними, сохраняя по возможности со всеми ровные, партнерские отношения. При этом необходимо четко разграничить сферы жизненно важных интересов и договорится о взаимном невмешательстве в эти сферы. Определить зоны взаимодействия по стратегическим [c.242] вопросам, представляющим долгосрочный взаимный интерес.

В целом политика России должна быть нацелена на упрочение многополюсной структуры мира, на противодействие формированию однополярности, т.е. фактической диктатуры США и НАТО. Россия должна поддерживать стремление Германии, Франции, Японии и других стран освободиться из-под опеки США, стать самостоятельными центрами силы, контролирующими цивилизационно близкие регионы.

К сожалению, некоторые аналитики выступают против многополярности, полагая, что она несовместима со стабильностью мировой системы. Противники данной модели даже утверждают, что исторический опыт – начиная с 1815 года, когда утвердилась первая многополярная модель, – учит: “Многополярное балансирование с абсолютно неизбежной закономерностью результатировалось в мировые войны”155.

Думается, однако, что исторический опыт учит и другому. К мировым войнам привело не многополярное балансирование, а неумение и нежелание определенных сил играть по правилам. Сам по себе баланс сил является объективной, неотъемлемой характеристикой функционирования мировой политической системы. Еще Уинстон Черчилль справедливо отмечал, что баланс сил “не имеет никакого отношения к тем или иным правителям или государствам”, что он есть “закон политики, а не простая целесообразность, диктуемая случайными обстоятельствами, симпатиями и антипатиями или иными подобными чувствами”156.

Кроме того, нельзя не учитывать, что в современных условиях мощным сдерживающим фактором для развязывания новой мировой войны является оружие [c.243] массового уничтожения. Его наличие гарантирует неминуемую гибель самим поджигателям войны. Так что, несмотря на то, что многополярная модель в сравнении с биполярной, несомненно, усложняет задачу поддержания стабильности в мире, она ни в коем случае не ведет с неизбежностью к тотальной дестабилизации.

Таким образом, сравнение трех возможных моделей мироустройства приводит нас к следующим выводам.

1. Биполярная модель будущего мира хотя и является наилучшей с точки зрения поддержания стабильности, но пока маловероятна и не отвечает в современных условиях интересам России.

2. Однополярная модель, к сожалению, более вероятна, но она не только противоречит интересам России, но и не даст стабильности миру.

3. Многополярная модель в наибольшей степени отвечает интересам нашего государства, но усложняет задачу поддержания стабильности на планете. [c.244]



< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com