Перечень учебников

Учебники онлайн

Экономика Италии в V—XV вв.

Вторжения германцев на территорию Италии ускорили крушение Западной Римской империи. Но в денежной сфере германский король Теодорих не стремился к независимости от Восточной Римской империи. Монеты, которые он приказал чеканить, на одной стороне имели монограмму императора, а на. другой — его изображение. После вторжения лангобардов вновь последовал период грабежей, но в конце их господства расширилась чеканка монет. Монетные дворы стали чеканить золотой солид и тремиссе. При Каро- лингах и позднее (до XI в.) главной монетой были монеты города Павии, где находился финансовый центр королевства. На монетном дворе Милана чеканились миланские денарии (denarios mediolanenses). Их проба и вес соответствовали пробе и весу денариев Павии. После XI в. Венеция была первой, кому удалось создать новую серебряную монету — это «большая венецианская» монета 2,2 г. Вскоре после 1237 г. Флоренция последовала примеру Венеции. В 1252 г. Флоренция первой из городов-коммун стала чеканить золотые монеты. У нее сохранялись неизменными высокая проба и вес в отличие от византийского солида, который был подвержен порче. Золотой флорин завоевал всеобщее доверие, обращался на всех рынках и пользовался большим спросом. Позднее был выпущен золотой венецианский дукат. Вскоре эти монеты стали международными деньгами. Чеканка монет официально была правом короля или императора. Но города-коммуны все больше отвоевывали разными способами это право для себя, чтобы получать доход. Высшей счетно-денежной единицей по-прежнему оставался фунт серебра (libra). Фунт делился на 20 солидов, или сольдо (soldi), по 12 денариев (dena- ri) в каждом сольдо. Вес денария непрерывно уменьшался, и проба его понижалась. Во второй половине XII в. денарии Пизы и Лукки содержали около 0,6 г чистого серебра, а в начале XIII в.— только 0,25 г. Содержание серебра в денарии Генуи снизилось за это время с 0,5 до 0,35 г, денарии Венеции и Вероны содержали менее 0,15 г серебра.
Главной причиной девальвации монет были финансовые интересы высших и местных органов власти. Короли, князья и правители городов считали право чеканки монет средством увеличить свои доходы без ущерба для налогоплательщиков, что, безусловно, было ошибочной денежной политикой. Номиналистическая теория денег, популярная в то время, оправдывала эту политику. В соответствии с этой теорией монета имела ту стоимость, которую ей предписывал приказ государя. Наоборот, реалистическая теория денег считала стоимость монеты зависимой от стоимости содержащегося в ней драгоценного металла.
Поэтому в конце XII — начале XIII в. началась чеканка монеты очень высокой пробы — серебряного гросса (grosso). Гросс стал широко использоваться в международной торговле. Примерно в 1202 г. Венеция стала чеканить «большой денарий» (denaro grosso), или гросс, весом 2,18 г (в том числе 2,103 г чистого серебра). Старая монета стала теперь называться «малым денарием» (denaro piccolo). Отношение гросса и малого денария было 1:26. Гросс применялся в крупной торговле и в крупных кредитных операциях. Малый денарий применялся в местной торговле и в торговых связях с городами материковой Италии. Указанное отношение между гроссом и малым денарием оставалось неизменным 60 лет. Но по истечении этого времени усилилась девальвация монеты. Малый денарий начал обесцениваться в 1269 г. Уже в 1282 г. гросс относился к малому денарию как 1 : 32. Такая политика вела к обесцениванию монет и инфляции, поэтому была введена третья разновидность денег — условная единица лира в гроссах (lira a grossi), а во Флоренции лира во флоринах (lira a florini). Она применялась при платежах в казну и при уплате налогов, а также в сделках, требовавших точного определения цены товара.
Расширение международной торговли потребовало создания еще более крупной по достоинству монеты, чем гросс. Император Филипп II в 1231 г. приступил к чеканке монеты августал (augustalis), весившей более 6 г чистого золота. Но его чеканка быстро прекратилась. Флоренция в 1252 г. начала чеканить флорин, весивший 3,5 г золота. Эта монета быстро стала главной на рынках Средиземноморья и Западной Европы. Золотой флорин стоил вначале один фунт серебряных денариев, но уже в 1271 г. он стал дороже — 29 сольдо. Почти одновременно Генуя стала чеканить золотую монету — дженоино (genoino). Венеция также в 1284 г. выпустила свою золотую монету — дукат (ducato d'oro). Позже она стала называться цехином (zecchino) и весила 3,5 г. Отношение дуката к гроссу было установлено как 1 : 18. Так в Венеции была введена биметаллическая денежная система, уже существовавшая в Генуе и Флоренции. Биметаллизм создал настоящий хаос в денежном мире, обесценилась мелкая разменная монета: за 100 лет она потеряла 60% своей стоимости по отношению к гроссу и дукату. Частые колебания стоимости монет и их отношений тяжело отражались на торговых связях итальянских городов с другими странами.
Итальянцам уже в те времена были известны бумажные деньги, но ни один итальянский банкир не выпускал банковских билетов, ни одно итальянское правительство не прибегало к выпускам таких денег. О бумажных деньгах итальянцы узнали в Китае, но их применение, по мнению итальянцев, было возможно только в большом государстве с деспотическими законами. Первым о бумажных деньгах в Китае в конце XIII в. сообщил Марко Поло. По его словам, таких денег было выпущено в обращение столько, что не хватило бы всей казны для уплаты по ним. Под страхом смерти никто в Китае не имел права отказываться от приема бумажных денег. Все это показалось итальянцам неприемлемым.
Лангобардская Италия имела торговые связи с Востоком через итальянские города, находившиеся под властью Византии. Но первоначально отсутствовал слой профессиональных торговцев. Все же постепенно появление городских рынков и развитие речного транспорта вызвало подъем слоя торговцев — негоциаторов {negotiators). Уже в середине VIII в. торговцы имели значительное социальное влияние. Византийская Италия через порты южной Италии осуществляла активную торговлю с Сицилией, побережьем Эгейского моря и Константинополем. Наиболее быстро развивалась торговля таких городов, как Равенна, Неаполь, Комаккьо, а также Бари, Амальфи и Гаэта. Амальфи, Неаполь и Гаэта занимались внутри Италии торговлей с Римом, Кампанией и герцогством Беневент, на их территориях активно развивалась рыночная экономика. Город Рим и папская курия проявляли интерес к различным предметам роскоши, поэтому часть ввозимых в Рим товаров была подарками для курии из Европы и от византийского императора, но это было небольшой частью ввоза. Остальное ввозилось в качестве товаров итальянскими купцами. Процветали в торговом отношении и города южной Италии ввиду их тесных торговых связей с африканскими сарацинами. Особое положение в византийской Италии занимала область лагун, известная под римским названием как провинция Венеция. Уже в начале VI в. жители Венецианской лагуны занимались рыболовством и перевозкой грузов в открытом море. В начале IX в. здесь возник город Риальто, который около 1200 г. стал называться Венецией. Главную роль в хозяйстве города играла торговля солью. В VIII—IX вв. с Венецией торговали Сицилия, Греция и Египет, иногда венецианцы сами приезжали в эти страны.
В связи с арабским завоеванием морских путей и прекращением торговли по Дунаю из-за вторжения венгров в IX в., приморские города Италии стали главными посредниками в торговле между Востоком и Западом, особенно греческие города Южной Италии — Бари на берегу Адриатического моря и Амальфи на берегу Тирренского моря. С X по XII в. Амальфи был на первом месте по торговле среди портов побережья Тирренского моря. В это же время утверждалось торговое и морское могущество Венеции: Договоры между византийским и франкским императорами гарантировали Венеции сбыт ее товаров в Паданской равнине. Это обеспечило развитие ее торговли в Адриатическом море и с Востоком. В 992 г. император Василий даровал венецианцам свободный доступ в гавань Константинополя и полную свободу торговли в этой гавани. В 1082 г. венецианцы добились в торговле с Византией монопольного положения. Император Алексей I гарантировал им свободу торговли по всей империи, освобождал от всех торговых пошлин, разрешал открывать лавки и торговые склады в Константинополе и иметь в гавани собственные пристани.
Венецианцы привозили в Италию такие восточные товары, как пряности, благовония, шелковые и хлопчатобумажные ткани из Сирии, вино и оливковое масло из Греции, сандаловое дерево, красящие вещества, фрукты и произведения искусства. В обмен они вывозили из Европы строительный лес, железо и медь, а также рабов — особенно из славянских стран. Венецианцы установили очень хорошие отношения с Византией. Венецианские дожи (правители) старались укрепить торговые связи с мусульманскими князьями. Дож Пьетро Орсеоло (991 — 1009) послал с этой целью посольства ко всем мусульманским правителям в Сирии, Египте, Северной Африке и Сицилии, чтобы добиться торговых льгот для венецианских купцов, и ему удалось этого достичь. В 1000 г. дож Орсеоло подчинил республике разбойничье население побережья Датмации, тем самым было облегчено регулярное плавание по Адриатическому морю. В 1084 т. император Византии Алексей Комнин в благодарность Венеции за помощь в борьбе против норманнского герцога Роберта Гюискара даровал венецианским купцам право беспошлинной торговли во всей Византийской империи. Значительно позднее, чем города византийской Италии, достигли торгового могущества два портовых города лангобардской Италии — Пиза и Генуя. После ланго- бардского завоевания морская торговля этих городов не была полностью уничтожена, хотя темпы ее развития замедлились. Пиза начала возрождаться раньше, чем Генуя. Возрождение Генуи началось в середине X в. и шло очень быстро. Пиза и Генуя превратились в морские державы и завязали торговые связи с приморскими городами южной Италии. Флот и торговля обеспечили Генуе и Пизе настоящий расцвет в XI в. В Пизе возникает слой могущественной буржуазии — судовладельцев и купцов, складывается обычное морское право; в Пизу и Геную приезжали купцы из далеких внутренних областей Италии.
Городские рынки развивались прежде всего в городах, лежащих вдоль дорог, идущих с Альпийских гор в Павию и Рим, вдоль судоходных рек (особенно вдоль реки По) и вблизи от них. На границах были устроены таможни. Купцы платили на таможнях сбор в размере 10% от стоимости товаров, привезенных в королевство на продажу. Этими товарами были лошади, рабы, суконные и полотняные ткани, оружие (мечи). Милан, Асти и Вер- челли возвысились ввиду своего выгодного положения на пересечении торговых путей, идущих с альпийских долин и из
Беллинцоны и Кьявенны. Расцвет Вероны объяснялся ее расположением на реке Адидже у выхода из Альп, Пьяченцы — местоположением на пересечении реки По с дорогой, шедшей с Альпийских гор. В Пьяченце уже в IX в. рынок функционировал четыре раза в год по восемь дней. С 896 г. здесь проходила большая ярмарка в течение 17 дней в году. Возвышение Лукки объяснялось тем, что она находилась на той же дороге, что и Пиза. Луккские купцы забрали в свои руки торговлю с населением Паданской равнины и странами к северу от Альп. Они стали посредниками в этой торговле и действовали до Рима включительно. Они получили от Генриха IV освобождение от уплаты пошлин на всех рынках, лежащих между Павией и Римом. Сухопутные дороги для перевозки людей и товаров находились в очень плохом состоянии. Поэтому чаще всего товары перевозились по рекам. Но речные перевозки тоже были длительными и стоили довольно дорого. Государство считало реки своей собственностью и запрещало их свободное использование. Реки были источником доходов и могли отдаваться церковным учреждениям и частным лицам на откуп, поэтому путешествующие по рекам были обязаны отдавать государственным и частным агентам часть своих товаров или денег как таможенный сбор. Профессиональные купцы перевозили по рекам соль, рабов, цепные ткани, пряности, лекарства, украшения и другие редкие товары. Первоначально купцы с побережья Адриатического моря поднимались вверх по реке и привозили эти товары в поместья и на рынки внутренней Италии. Позднее этим путем стали пользоваться купцы южноитальянских городов, чтобы добраться до столицы лангобардов. Самым важным торговым центром Паданской равнины в VIII—X вв. оставалась Павия (она стала приходить в упадок только в начале XI в., уступив свое место Милану). В Павии сухопутные дороги, шедшие с Альпийских гор, пересекались с речным путем по реке По. Павия была экономическим центром королевства. Из группы купцов Павии выделился слой богатых1, могущественных и пользующихся почетом людей. Купцы Павии находились под защитой королевской власти, имели особые привилегии, а следовательно, были вне конкуренции при заключении любой сделки.
В XI—XV вв. торговля интенсивно развивалась. Быстрый рост внешней торговли обеспечил независимость и свободу итальянских городов-коммун. Первый крестовый поход обеспечил Италии господство на Средиземном море, итальянские приморские республики достигли в это время высшего могущества и процветания, города Италии получили в результате этого похода часть богатой военной добычи и добились от новых христианских правителей Востока больших привилегий, чем они получали со стороны византийцев и арабов. Генуя оказала существенную помощь крестоносцам при осаде Антиохии, и после взятия города получила в виде вознаграждения 30 домов на городской территории, рынок и водный источник. Пиза за содействие в осаде Иерусалима получила целый квартал в порту Яффы, который стал главным посредником в торговле между Западом и Палестиной. Венеция в 1100 г. также поддержала крестоносцев своим флотом и в качестве вознаграждения получила в каждом захваченном крестоносцами городе церковь, место для рынка, освобождение от налогов и от «берегового права» в Иерусалимском королевстве. Поэтому уже в первой половине XII в. почти во всех приморских городах Сирии и Палестины и в некоторых внутренних городах были основаны колонии венецианцев, генуэзцев и пизанцев, во главе которых стояли виконты, а позднее консулы. Эти правители колоний были совершенно независимы от местной власти и имели почти полную юрисдикцию по отношению к колонистам и туземным жителям на территории колонии. Итальянские колонии стали центрами торговли между Западом и Востоком.
Итальянцы по-прежнему привозили в Европу такие восточные товары, как пряности (особенно перец), шелковые ткани, благовония, драгоценные камни, слоновая кость, хлопок и красящие вещества. Итальянские купцы проникли в Азию до Монголии и Китая, иногда итальянцы бывали в Каире, но чаще всего — в египетской Александрии. В этих портах восточные товары стоили дешевле, так как привозились морским путем из Индии и Малайзии. В Египет итальянцы ввозили строительный лес, смолу и металлы. В Александрии пизанцы и венецианцы сумели добиться таких же привилегий, как и в портах Сирии. Активно развивались торговые связи с приморскими городами Туниса, Алжира и Марокко, где пизанцы и генуэзцы закупали шерсть. В конце XII в. к ним присоединились венецианцы и провансальцы. Так, за 100 лет торговые колонии трех крупных городов Италии обосновались на территории от Сирии до Гибралтарского пролива. Но положение итальянцев в Константинополе долго было неустойчивым. Только после создания Латинской империи в 1204 г. Венеция получила полное торговое и морское господство на всем побережье империи. Под ее властью оказалось три восьмых всей территории империи. Торговля Венеции увеличилась до огромных размеров и впервые распространилась на бассейн Черного моря. К XIV—XV вв. Венеция стала главным торговым центром всего Запада. Сюда приезжали купцы из материковой Италии, Австрии, южной и западной Германии и Нидерландов. Первоначально торговля Венеции с Западной Европой шла по сухопутным дорогам через шампанские ярмарки и немецкие рынки верхнего Дуная и верхнего Рейна. В начале XIV в. Венеция стала снаряжать морские корабли для перевозки грузов в Западную Европу. Из Венеции эти корабли шли в порты южной Испании и в Лисабон.
В проливе Ла-Манш корабли разделялись. Два корабля шли в Са- утгемптон (Англия) и два — в Брюгге (Нидерланды). Но этот новый морской путь все же не выдержал конкуренции с сухопутными дорогами.
Сфера влияния Пизы охватывала территорию от залива Голь- фо ди Специя до Монте Арджентаро, включая острова Тосканского архипелага. Она разделяла с Генуей господство над Корсикой, а со второй половины XII в. распространила свое влияние и на Сардинию, с которой Пиза вывозила серебро и другие металлы и где создала базу для своих кораблей. После Первого крестового похода расцвели пизанские колонии в Сирии и Египте, пизанцы вытеснили других итальянцев из Туниса и Алжира, им удалось основать колонию в Мессине, создать большую колонию в Кальяри и ввозить туда шерстяные ткани. В городах южной Франции имелись целые кварталы, принадлежащие пизан- цам. Поражение в войнах и потеря Сардинии ослабили влияние Пизы. Но окончательно подорвала экономику Пизы конкуренция со стороны Флоренции. Генуя постепенно стала крупнейшей морской державой западного Средиземноморья. В XI в. влияние Генуи распространялось только на Корсику, Сардинию, Прованс и Каталонию. Со временем она захватила Сицилию, Мальту, побережье Марокко. После 1261 г. Генуя получила преобладание на берегах Эгейского моря, в проливах и на берегах Черного моря. С XIII в. Генуя вела оживленную торговлю со Швейцарией и через нее — с Рейнской областью. Высшего могущества Генуя достигла в конце XIII в., когда старые соперники (кроме Венеции) были повержены, а новые еще не появились. Начались войны Генуи и Венеции, разорявшие Генуэзскую республику. Военные действия велись за счет частных лиц. Наиболее доходные статьи были переданы кредиторам республики в лице Банка Св. Георгия в начале XV в. Богатство некоторых частных лиц достигло баснословных сумм, в то время как центральная власть переживала период упадка.
В целом в торговых городах купцы занимали положение, среднее между земельной аристократией и низшими трудовыми классами. В самых развитых городах купцы участвовали в городском управлении наравне с аристократией. В других городах купцы составляли основное ядро буржуазии, то есть народа іророіо). В конце XII в. купцы и ремесленники стали проникать в аппарат городского управления. Во второй половине XIII в. цехи и корпорации взяли власть в свои руки и стали избирать должностных лиц только из своей среды.
В XI в. после упадка Павии крупнейшим торговым центром Ломбардии и всей Паданской равнины стал Милан. Он находился на пересечении важных торговых путей из Швейцарии, Франции и Германии с итальянскими путями из Генуи и Тосканы, из
Венеции и с южного берега Адриатического моря. В Милане рано возникло производство шерсти, ориентированное на экспорт, но наибольшее значение имело производство оружия. В связи с бурным развитием торговли богатела Сиена. Сиенские купцы рано завязали торговые связи с папским двором и со странами к северу от Италии, включая Англию, стали финансовыми посредниками между папским двором и другими европейскими странами. Но главным источником богатства сиенских семей стали банковские операции. Это были крупные сиенские компании Буонсиньори, Пикколомини, Салимбене, Толомеи, у которых брали займы папы, короли, иностранные аристократы и прелаты, а также итальянские города-коммуны. После краха знаменитой компании «Большой банк Буонсиньори» Сиена отступила перед своим конкурентом — Флоренцией. Флоренция богатела с развитием торговли и промышленности. Ведущую роль в городе играли торговцы суконными тканями. Эти купцы превратили производство шерсти в крупную промышленность, и для нее потребовался ввоз шерсти из-за границы. Около 1300 г. флорентийские купцы стали покупать шерсть у английских и шотландских монастырей, а также на ярмарках центральной Европы, в Испании, северной Африке, Греции и в других областях Италии. В 1202 г. из цеха купцов-суконщиков выделился цех менял (сатЫо), который занимался обменом денег и торговлей драгоценными металлами и камнями. Он производил также мелкие депозитные и ссудные операции. Богатые флорентийские банкиры с конца XIII в. занимались крупными кредитными операциями во всех странах мира. В Англии они ссужали королю и крупным землевладельцам большие суммы и в качестве гарантии иногда получали право сбора таможенных пошлин и привилегии при экспорте сырья. Крупные флорентийские компании действовали также во Франции, Нидерландах, Каталонии, Кастилии и в восточных странах. Основная часть доходов от этих операций попадала во Флоренцию.
Сохранялись еще препятствия для развития торговли. Одним из них был институт репрессалий. От эпохи Римской империи сохранилось громадное количество таможенных, дорожных и рыночных пошлин, сборов за торговые сделки. Все эти пошлины преследовали чисто фискальные цели и не имели протекционистского характера. Крупные города заключали между собой договоры и добивались снижения или полной отмены дорожных и уменьшения ввозных и рыночных пошлин. Италия вышла на первое место в мире по степени развития торговли. Развитие международной торговли потребовало, в свою очередь, модернизации правовых и хозяйственных институтов, более рациональной организации сельского хозяйства и появления крупных предпринимателей современного типа. Деятельность итальянских купцов распространилась на весь известный им мир. Крупные торговые города Италии превратились в центры мирового хозяйства. С XII в. стали улучшаться средства сообщения. Постепенно дорожная сеть крупных городов смыкалась с дорожной сетью соседних городов, охватывая целую область, однако все еще не было дорог для связей со странами к северу от Альп. В равнинных районах торговля шла в основном по речным путям. При путешествии на шампанские ярмарки, в Париж или во Фландрию купцам приходилось по суше добираться до Генуи, а оттуда морем до Ниццы, Марселя или Нима. Затем купцы поднимались вверх по Роне и Соне по пути в Бургундию, Шампань или Нидерланды. Риск финансирования морских путешествий обычно делился между многими лицами. Корабль никогда не принадлежал одному владельцу, а был собственностью членов ассоциации, которая обычно делилась на 16 долей, и каждый из совладельцев этой собственности владел одной или несколькими долями. Так распределялся риск и прибыль от товаров. Богатые люди часто давали подобным ассоциациям ссуды. Широкое распространение этих ссуд привело к возникновению с начала XIV в. морского страхования. В XIII в. появился компас, стали возможны более долгие путешествия в открытом море, и тоннаж кораблей стал увеличиваться. В начале XV в. грузоподъемность торговых кораблей Венеции превысила 750 т.
В итальянских городах было две группы купцов. Мелкий торговец проводил целый день в лавке и продавал в розницу товары узкому кругу покупателей. Его контролировали цех и должностные лица на рынке. Он не имел права свободно изменять цены, торговать продолжительнее по времени, чем положено, конкурировать с другими торговцами. На ежедневных и еженедельных рынках торговали мелкие торговцы и производители из окрестных деревень. Ежедневные рынки проводились для продажи продовольствия горожанам и продажи тканей, обуви, одежды и металлических изделий сельскому населению. В XIII—XVI вв. большие торговые города Италии (особенно Генуя, Венеция, Милан и Флоренция) превратились в крупные и постоянные ярмарки. Итальянские ярмарки связывали мелкую итальянскую и крупную международную торговлю между собой. Международная торговля была сферой деятельности высшего слоя итальянских купцов. В некоторых городах существовал цех купцов (тегсШогез). В него входили торговцы сукном и другими тканями. В Венеции и Генуе крупные купцы не создавали корпораций, а контролировали уже существующие цеха торговцев и ремесленников.
Торговые фирмы имели довольно сложную организацию. Компания Барди имела филиалы по всей Италии: в Анконе, Ак- виле, Бари, Барлетте, Кастеле дель Кастро, Генуе, Неаполе, Ницце, Орвието, Палермо, Пизе й Венеции; на Востоке: на Кипре, в Константинополе, Иерусалиме и на Родосе; на Западе: в Брюгге, Лондоне, Париже, Марселе, Авиньоне, на Майорке, в Барселоне, Севилье и в Тунисе. Компания Барди имела международный характер. Каждый из ее 25 филиалов руководил множеством операций с большим оборотом капитала и товаров. Цели и образ жизни крупного купца были почти полностью противоположны целям и образу жизни мелкого розничного торговца. Крупного купца отличали страсть к бродячей жизни, знакомство с обычаями дальних стран, знание отдаленных рынков. Опасности и трудности его профессии развивали в нем совершенно новые организаторские и административные способности. Именно деятельность крупных купцов способствовала развитию в Италии XIV—XV вв. торгового счетоводства и бухгалтерского дела, рациональной организации фирм, способов торговли и торгового права, что позднее переняла вся Европа. При расширении деятельности купец находил среди родственников, друзей или других крупных торговцев человека, который вкладывал в данную торговую операцию свой капитал или вступал с этим торговцем в компанию на определенный срок. Именно эти способы объединения капиталов вызвали бурный рост торговой деятельности. Подобные объединения принимали различные организационные формы. В приморских городах, например, они были двух видов:
1) эти объединения давали ссуды купцам на морскую торговлю;
2) создавалась комменда (соттепс1а), которую в Венеции называли еще коллеганцей (соИе^аща). С XIII в. комменда превратилась в наиболее удобное средство получения доли доходов от морской торговли для множества людей. Известны два вида комменды: двусторонняя и односторонняя. Двусторонняя комменда в Генуе, например, еще называлась компанией (ьо^аБ). Из этих маленьких объединений в начале XII в. в Венеции и Генуе выросли торговые компании. Торговая компания получила широкое распространение в XIII в. Она состояла из двух и более лиц, вносивших одинаковые или различные доли капитала. Все компаньоны участвовали в работе по организации фирмы и вместе несли полную ответственность перед третьими лицами за свои операции. Прибыли и затраты делились между участниками по доле внесенного ими капитала. Торговые компании господствовали в экономике внутренних городов Италии. В число компаньонов вскоре стали попадать посторонние лица со своими капиталами. Поэтому капитал компаний стал быстро увеличиваться, достигая иногда 100 тыс. золотых флоринов, тем не менее его все же не хватало, и компаниям приходилось принимать депозиты у компаньонов и посторонних лиц и выплачивать вкладчикам твердо установленный процент. Этот тип компании был хорошо приспособлен для финансирования промышленности, сухопутной торговли и особенно к предоставлению займов государям и коммунам. В XIII—XV вв. этот тип компании господствовал в сфере крупной торговли. В Сиене наиболее известными компаниями были Буонсиньори, Пикколомини, Салимбене, Толомеи, Сансе- дони, Уголини, Каччамонти, Фини, Галлерани, Маффеи, в Асти действовали компании Альфиери, Скарампи, Малабайла, в Лук- ке — компании Бурламакки, Ченами, Гиниги, Рапонди, Ричарди, в Пистойе — компании Амманати, Канчельери, Панчатики, в Пьяченце — компания Маньявакка. Во Флоренции в 1329 г. действовало 80 компаний, большая их часть входила в цех Кали- мала: это известные компании Альбицци, Буондельмонти, Черки, дель Бене, Фрескобальди, Моцци, Пацци, Портинари, Пульчи, Строцци. Калимала также объединяла компании Альберти, Джан- фильяцци, Скали, Спини, прежде всего Аччаюоли, Барди и Пе- руцци, которые за первые 40 лет XIV в. имели характер настоящих мировых фирм. С нарастанием числа дел и ростом их масштабов компании стали регистрировать операции. Вскоре начали переносить операции из книги памятных записей (мемориал) в книгу — «журнал» (giornale). В журнале эти операции регистрировались в хронологическом порядке и разделялись на две части — дебет и кредит. Вскоре наряду с журналом завели «главную книгу» (libro maestro), в которой каждый корреспондент компании получал особый счет, занимавший, как правило, одну страницу. Главные книги долго велись по системе простой бухгалтерии, то есть путем описания сделок. С XIV в. в Италии появилась система двойной бухгалтерии, в которой каждая операция' записывалась дважды в один и тот же регистр — в дебет и в кредит. Теперь в качестве дебиторов и кредиторов стали выступать не только лица, но и предметы.
Банковское дело в Италии возникло после широкого распространения и развития торговли и промышленности. Первоначально банковское дело имело задачу установить порядок в денежном обращении. До появления слова «банкир» употреблялось слово «меняла» (campsor). На городских площадях, ярмарках и рынках — повсюду стояли лавки менял. Менялы сидели около стола (banco), покрытого зеленым сукном. На столе лежали мешки с монетами и реестр заключенных договоров. В лавке постоянно были люди, желавшие разменять свои монеты. Первые менялы появились в Италии в X в., имели редкие и мало распространенные знания, поэтому их доходы превышали доходы обычных граждан. Менялы создавали корпорации, имевшие свои собственные уставы и своих консулов. Другим способом улучшения денежного обращения было создание условных «банковских» денег. С конца XII в. в некоторых итальянских городах, и особенно в Генуе, менялы принимали депозиты с обязанностью возврата по требованию, переводили платежи по приказу своих клиентов и давали им ссуды на текущие счета. С последних лет столетия эти менялы проводили платежи не только между своими собственными клиентами, но и между клиентами различных банков. Превращаясь в настоящих банкиров, они создавали огромные компании, которые приносили богатство в их родные города и были одной из движущих сил в развитии большого бизнеса XIII в.
В контрактах и бухгалтерских книгах применялась условная монета — условное количество грамм золота или серебра. Наличие условной монеты, которая редко соответствовала монете в наличном денежном обращении, позволило упростить платежи и облегчить перевод денег в дальние страны. Первое было достигнуто созданием жиро — банков, а второе — путем появления переводного векселя. В торговых городах Италии, на больших французских и фландрских ярмарках итальянские банкиры записывали в своих книгах суммы, которые переводились со счета одного купца на счет другого. В Венеции крупные купцы встречались на площади Св. Джакомо в Риальто около столов банкиров и могли производить крупные денежные выплаты путем устного распоряжения. Эти расчеты с помощью банка создали большое безналичное обращение, которое имело существенные преимущества в сравнении с обращением наличных денег: можно было сэкономить на подсчете, оценке и перевозке огромного количества различных монет, а кроме того, была создана условная единица для расчетов — банковая монета, равная лире гроссов. Эта условная монета обращалась не в форме чека или иной другой материальной форме. Банкиры часто давали своим клиентам маленькие записки — удостоверения об их кредите в данном банке. Правда, в Венеции эти записки не применялись в качестве платежного средства, в этом качестве они стали использоваться позднее в банках Сицилии. Банкир должен был по распоряжению владельца текущего счета производить выплаты в данном банке до исчерпания счета, но все чаще банкиры отступали от этого правила для важных клиентов и для государства — так появилось настоящее кредитное обращение без закрытия счета.
Переводной вексель применялся еще более широко. Первые простые генуэзские векселя появились в 1155 г. В них содержалось обязательство уплатить определенную сумму «по причине перевода», оформленное нотариусом. Дебитор одновременно с этим векселем посылал своему корреспонденту письмо (настоящий переводной вексель, или тратта) с приказанием уплатить долг по предъявлении данного письма. Самый ранний образец такого письма был подписан в Генуе в 1248 г. (не исключено существование переводного векселя и до этого года). Тратта (переводной вексель) с XIII в. очень широко распространилась в международной торговле. При передаче векселя третьему лицу требовалась формальная доверенность. Вексель еще до появления передаточной надписи превратился в ценный документ, заменявший деньги. Вексель предполагал кредит. В XIV—XV вв. договор о переводе денег скрывал иногда ссудно-ростовщические операции, запрещенные церковным правом. Векселя создали кредитное обращение, которое в крупных торговых городах порой превышало наличное денежное обращение.
Существование и развитие денег вызвало появление группы лиц, специально занимавшихся ими. Эта профессия всегда существовала в таких городах, как Рим. С начала XII в. роль менял (банкиров) стала быстро нарастать. В крупных городах слова меняла и банкир (ЬапсЪепиз) употреблялись как синонимы для названия лиц одной и той же профессии. Банковское дело находилось под жестким контролем государственных органов и было четко отграничено от ссудно-ростовщической деятельности. Иногда настоящие банкиры занимались ссудными операциями и давали займы государям, коммунам и частным лицам, но это считалось опасным отклонением от их основной деятельности. Для предотвращения этого государство принимало различные суровые меры. Деньги под проценты ссужали не менялы, а купцы. Итальянцы занимались банковской деятельностью в небольших масштабах — в виде мелкого кредита на повседневные нужды. Эти мелкие банкиры значительно отличались от крупных торговцев-ростовщиков. Некоторые крупные торговые компании специализировались на кредитных операциях. Такой была компания «большого стола» Буонсиньори в городе Сиена в XIII в. Большинство компаний совмещало банковскую деятельность с торговой и промышленной. Представители этих крупных компаний выезжали в другие страны Западной Европы и давали кредит государям, крупным светским и церковным аристократам и городам. Крупные ссуды государям первоначально помогли компаниям в вывозе английской шерсти, фландрских и французских суконных тканей. Операции компаний быстро расширялись, поэтому стала ощущаться нехватка капиталов. Компаниям приходилось привлекать средства населения на депозиты. Депозиты в банковских домах делились на две категории. Первый вид депозитов вносился как бы на текущий счет и использовался для перевода сумм с одного счета на другой. Процентов такие депозиты не приносили, и купец иногда даже доплачивал банкиру за операции перевода. Использование таких депозитов в интересах банка строго запрещалось как злоупотребление. На другой вид депозитов вкладчики требовали высоких процентов, что означало согласие на использование их средств в рискованных операциях.
Самыми прибыльными операциями банковских компаний были ссуды под проценты. Коммуны были вынуждены обращаться к своим и иностранным кредиторам для размещения своего неконсолидированного долга и с целью получения краткосрочных займов. Средний уровень дохода от займов в XIII—XIV вв. составлял 7—8% и иногда поднимался до 12 и 18%. При принудительных займах доход составлял 5%. В годы финансовых потрясений процент по таким займам значительно понижался, и заем пытались превратить в налог. При ссудах частным лицам требовали гарантии в виде залога движимости и недвижимости и обязательств поручителей. Такие ссуды выдавались под более высокие проценты. В Венеции в XII в. ссуда выдавалась сначала без процентов, на короткий срок, а по истечении этого срока взимались 20% годовых, что считалось законным процентом. Штраф при неуплате долга в установленный срок всегда был равен удвоенному размеру ссуды и процентов. В договорах о морской ссуде процент колебался между 20 и 25% и взимался за время плавания. Но иногда, при повышенном риске, он достигал 33, 40 и даже 50%. Процент по обычным ссудам во Флоренции в начале XIV в. колебался от 10 до 15%, так как выросло количество денег в обращении и ужесточились законы против ростовщичества. В конце XIV в. в банках Флоренции процент удерживался на уровне 20—30% и ниже, если банковские операции проводили евреи.
Главными противниками взимания процентов являлись схоластическая философия и каноническое право. Схоластики следовали учению Аристотеля, который считал деньги непроизводительными. На этом основании он считал, что деньги не рождают денег, поэтому нельзя требовать от должника процентов. Каноническое право, слишком широко трактуя Евангелие, требовало давать деньги взаймы без вознаграждения за это, то есть без процентов. Поэтому папа Александр III в 1179 г. осудил взимание процентов и объявил, что виновные будут лишены причастия и христианского погребения. Преемники папы в своих декретах еще более ужесточили наказания. В Италии такие запретительные законы издавали даже городские общины. В Пизе в 1286 г. было запрещено заниматься денежными оборотами. В Вероне в статуте 1450 г. решено было уничтожить «ядовитую змею», «прожорливого зверя», то есть ростовщичество. Последствием таких гонений была попытка скрыть процентные ссуды под видом сделок о купле и продаже — под вексельными договорами. Ставки процентов при этом достигали огромных размеров. Личное доверие было подорвано. Кредит мог теперь развиваться только под видом ссуд под залог. Но вскоре светские власти, учитывая требования коммерческой жизни, стали вводить максимум ставки процента, не прислушиваясь к протестам папы.
За границу Италии выезжало множество итальянских торговцев. Некоторые из них открывали маленькие банки и принимали денежные вклады итальянских торговцев, однако это было рискованным занятием. Итальянские кредиторы были изгнаны, например, из Франции Людовиком Святым, который дал им всего три месяца для сбора долгов и для ликвидации счетов. Затем они были изгнаны Филиппом Красивым в 1291 г. из Франции по требованию монахов францисканского ордена, которые хотели оставить за собой право вести денежные дела во Франции. Из Англии итальянцы-банкиры были изгнаны в 1240 г. Генрихом III, но в 1250 г. итальянцы вновь были допущены в Англию по требованию папы, который нуждался в то время в деньгах и желал расположить к себе банкиров. Однако через несколько лет итальянцы подверглись новым преследованиям и были вновь изгнаны. В Брабанте герцог Генрих III потребовал изгнания из своих владений ломбардцев и евреев. Были и другие способы давления на банкиров. Во Франции был особый налог на итальянских банкиров, который назывался «ломбардерией». С итальянских банкиров взимались принудительные займы. Множество генуэзских частных банков было учреждено в других странах. Они специализировались на вексельных операциях. При необходимости они давали займы королям и князьям. Французские бароны, при отправке в крестовые походы, заключали у них договоры займа. Генуэзские банкиры, например, дали взаймы Людовику Святому (для крестовых походов 1250, 1251 и 1253 гг.) 48,2 тыс. туринских лир, 280 провансальских лир и 1224 византийских монет (сараци- нов). В Тунисском княжестве в XIII в. пизанцы ссудили бею значительные денежные суммы и взяли на откуп взимание налогов и таможенных сборов.
Крупные банковские дома давали большие ссуды правителям некоторых государств в надежде на быстрый и значительный прирост капитала. Однако в тяжелом положении короли обычно отказывались возвращать долги. Банкиры при таком моратории по долгам или полном отказе королей платить по обязательствам часто терпели полное банкротство. Поэтому самые крупные банковские компании обычно существовали недолго. Банк Буонсиньори в Сиене обанкротился в конце XIII в., так как вложил большую часть капиталов в ссудные и депозитные операции и не имел больших сумм наличными деньгами. В 40-х гг. XIV в. разорились банки Барди и Перуцци из-за банкротства английского короля и экономического кризиса во Флоренции и Неаполитанском королевстве. В XV в. процветали новые крупные банкирские дома — Медичи, Пацци, Питги и Строцци. Банки всех остальных итальянских государств постепенно приходили в упадок. Вместо частных банков вперед вышли государственные банки: сначала в Сицилии, по образцу банка в Каталонии (Испания), а позднее — в Неаполе, Риме, Генуе, Милане и Венеции. Борьба против мелкого ростовщичества и евреев привела к созданию в Италии кредитно-благотворительных учреждений (Monti di Pieta).
Банковское дело было первоначально свободным. Первый банковый закон в Венеции появился в 1270 г. Закон обязывал банкиров вносить торговому консулу залог суммой 3 тыс. лир. В 1318 г. залог увеличился и стал равняться 5 тыс. лир. Еще более тяжелыми были законы 1374 г., запрещавшие банкирам слишком рискованную торговлю Железом, медью, сталью, серебром и шафраном. Этот закон был отменен в 1380 г., но и после отмены банкирам запрещалось торговать медью и серебром. На этом государство не остановилось. В 1403 г. новый закон давал банкирам право вести морскую и сухопутную торговлю на сумму, не превышавшую более чем в 1,5 раза сумму денежных ссуд, данных ими правительству. Этим законом также пытались принудить банкиров выдавать республике значительные денежные суммы, что и удалось достигнуть: банкиры стали отдавать большую часть вкладов своих клиентов взаймы правительству. В XV в. правительство вмешивалось во все детали банковского дела. В 1455 г. залог для банкиров был увеличен до 20 тыс. дукатов, в 1523 г. — до 25 тыс. дукатов. Все эти постановления не обеспечили порядка в банковском деле, а способствовали окончательному упадку венецианских частных банков. Причинами упадка банков были рискованные операции банкиров в торговле и огромные ссуды банкиров правительству Венеции.
В аграрной сфере, когда в V в. германцы появились в Италии, они нашли там крупную земельную собственность, безземельные массы населения и многочисленный класс колонов, находившихся в зависимости от землевладельцев. По закону V в. колон в империи окончательно превратился в неотделимую часть поместья. По этому закону всякий свободный человек, отработавший на данном участке 30 лет, сохранял личную свободу, но навсегда прикреплялся к этому участку. Рабы отпускались на волю и сразу прикреплялись к земле.
Очень рано в Италии произошло личное освобождение крестьян. Для освобождения крестьян огромное значение имел ран- ,ний и быстрый рост городов. Уже в первой половине XIII в. города Лукка, Пиза, Флоренция, Сиена, Ассизи выступили на защиту крестьян-беглецов, которых в городах признавали немедленно свободными, в связи с чем у крестьян появилась возможность покинуть сеньора и искать убежище в городе. По формальному заявлению итальянских городов была отменена сеньориальная власть и сеньориальный суд, наследование сеньорами имущества крестьян, барщина, штрафы и всякие другие произвольные сборы. С XI в. разрушалась традиционная организация поместья и почти полностью исчезла домениальная собственность на землю. Произошла настоящая аграрная революция, причинами которой стали такие факторы, как быстрое развитие рыночной экономики и денежного хозяйства, новый расцвет городов, рост населения, участие в средиземноморской торговле, война против арабов. Эта свобода обычно закреплялась соглашением с сеньором и выкупом при посредничестве города, что и произошло в XIII в. в Романье, Эмилии, Тоскане, в Болонье (1283), в Ассизи (1210),. в Парме (1266), во Флоренции (1289). Город производил саму операцию выкупа, определял денежную оценку крестьянских служб и платежей и заставлял сеньора принять тот или иной эквивалент. Если же феодал отказывался освободить виллана, то город сам выписывал ему вольную, но в таком случае беглец мог потерять свой участок земли, который оставался в руках феодала. В Пистое, Лукке, Романье отпуск на свободу часто происходил с наделом на основе наследственного держания за некоторый выкуп. Поэтому обезземеливание крестьян не достигло в Италии значительных размеров. Сеньоры предпочитали сдавать землю в аренду освобожденным крестьянам. Заменить арендаторов наемными рабочими не было возможности из-за сокращения населения после эпидемии чумы в 1348 г. Ли-* ца, арендующие землю, также становились лично свободными. В XIII—XIV вв. таким путем распространилось половничество, то есть аренда с уплатой половины урожая. При этом помещик давал арендатору необходимый рабочий инвентарь. Освободительный процесс начался в Ломбардии и Тоскане и в XIV—XV вв. перешел в другие местности Италии и позднее всего — в Венецию. Сеньоры отказывались от служб и повинностей, и крепостное право постепенно отмирало.
Собственник и колоны были заинтересованы в ускорении ликвидации господской земли, разделе ее на мелкие участки и обработке не путем барщины, а совместным трудом. В других случаях крупный собственник, в основном церковный, был вынужден передавать частным лицам, чаще всего горожанам, часть своей земли, поскольку он уже не мог извлекать из нее доход и приспособить свое хозяйство к новым условиям рыночной экономики. Передача земли проводилась в форме эмфитевтических, т. е. ливеллярных, договоров, заключавшихся на 29 лет, и пожалования в феод. По существу эти договоры сводились к отчуждению земли. Право владения землей полностью отделялось от права верховной собственности. Лицо, получившее землю во владение, приобретало полное право распоряжаться ею по своему усмотрению. Оно было ограничено лишь уплатой верховному собственнику ничтожного чинша. Во многих других случаях этот процесс начинался «снизу» и приводил к столкновениям между земледельцами и собственниками земли. Но и это, в целом, приводило к успеху — составлялись договоры, которые позднее превращались в статуты сельских коммун, по сути являвшиеся коллективными договорами. В этих договорах точно определялись повинности свободных земледельцев, которые освобождались от любых произвольных поборов и прежде всего от барщины. Теперь отношения между собственниками земли и земледельцами выражались в широком распространении аренды из части урожая, которая впоследствии почти во всей центральной Италии и частично к северу от Апеннин приняла форму половничества. Колон по договору об аренде должен был отдавать собственнику земли половину урожая, а получать от него скот, сельскохозяйственный инвентарь и средства на улучшение условий труда. Развитие городских коммун резко повышало спрос на продукты земледелия и способствовало интенсификации сельского хозяйства и дроблению пригородных земель на мелкие участки. Кроме того, образовался слой буржуазии, состоявший из земельных собственников. Но крестьяне, за редкими исключениями, по-прежнему являлись колонами, наследственно прикрепленными к земле. Пользование этой землей переходило от отца к сыну в течение многих поколений. Эта постоянная связь колонов с землей привела к застойному характеру сельского хозяйства. В земледелии господствовали традиционные методы, описанные еще древнеримскими авторами.
Возделывали те же культуры, что и в античности. Из зерновых злаков выращивали пшеницу, полбу, ячмень, овес, просо, в альпийских деревнях — дополнительно рожь. Рис начали культивировать в низинных районах Паданской равнины не ранее конца XV в. Из садовых культур наибольшее распространение получили виноград и оливковое дерево. Культура тутовых деревьев, заимствованная Сицилией у арабов, с 1200 г. распространилась на область Лукки и некоторые районы северной Италии. Тем не менее к 1300 г. шелковица занимала в большей части северной Италии очень незначительную площадь, поэтому в XIV и XV вв. большое количество шелка-сырца по-прежнему ввозилось из Леванта. В технике земледелия продолжала господствовать римская традиция. Лишь с середины XVI в. отмечались отдельные попытки отойти от традиции и использовать научные методы.
Шелковая промышленность в Средние века существовала только в итальянских городах, в Сицилию она была заимствована с Востока королем Роджером. В 1174 г. король переселил ткачей по шелковым тканям из Византии в Палермо, откуда шелковое производство распространилось в Лукку, а из Лукки — во Флоренцию, Венецию, Геную, повсюду приобретая форму скупочной системы. Сбытом тканей занимались торговцы, они же давали материал на дом ткачам и красильщикам. С XIV в. в разных североитальянских городах, Флоренции, Венеции, Генуе производство шерстяных тканей приняло характер экспортной промышленности. Во Флоренции компании торговцев входили в цех суконщиков и руководили процессом производства. Они приобретали шерсть в основном в Англии и сбывали готовые ткани в Европе и на Востоке. Вспомогательные работы в их мастерских выполняли поденные рабочие, зарплата которых была очень низка и подвергалась резким колебаниям. Другой группой рабочих были работающие на дому. Они распадались на прядильщиц и ткачей. Прядильщицами были деревенские женщины, которым присылали шерсть, ткачами были горожане, в основном тоже женщины. Привилегированное положение занимали красильщики. Центром итальянской шерстяной промышленности была Флоренция. Размеры флорентийских предприятий позволяли нанимать на среднее предприятие по 40 рабочих, из них 28 — домашних, а на крупное — до 200 человек.
Самые богатые месторождения железной руды находились в Тоскане и Сардинии. В Тоскане уже в XII в. велись обширные разработки железа на острове Эльба; серебряные, медные и железные рудники находились в области Масса Марритима, на территории Сиены, около Вольтерры. В Вилла ди Кьеза в Сардинии находились богатые залежи руды, где добывалось в основном серебро. В альпийских долинах от Доры до Пьяве добывалось небольшое количество золота в речных песках и в больших количествах серебро и железо. В Калабрии добывались железо и медь. Первоначально горные работы велись на поверхности, открытым способом. Но уже с XII в. они в основном переместились в штольни. Все эти работы требовали применения большого количества разнообразных инструментов и большого числа рабочих разных специальностей. Почти все рабочие приходили из Германии. Разработки делились на доли. В Сардинии и других местах каждая разработка неизменно делилась на 32 доли; каждый из участников компании мог владеть несколькими долями или даже частью доли, которая давала право получать часть от всей продукции рудника. Каждый участник компании обязан был участвовать в работах или посылать вместо себя других лиц для работы. Поскольку отдельные доли можно было передавать по наследству или отчуждать, то многие доли попали в руки лиц, не имевших возможности участвовать в горных работах. Все чаще доли в рудниках стали переходить к церковным лицам, земельным собственникам, купцам и ремесленникам, которые жили в городе. Они передавали разработку руды горным рабочим. Уже в XIII в. были четко разграничены участники компаний и рабочие, труд которых чаще всего оплачивался сдельно. В итальянских рудниках появились настоящие наемные рабочие.
Наиболее крупной отраслью металлургии было производство оружия. Наивысшего совершенства достигли оружейные мастера Милана. В Ломбардии были благоприятные условия для развития металлургии — в ее долинах в небольших количествах добывалась железная руда высокого качества. Вместо городских и феодальных ополчений стали возникать профессиональные войска, поэтому с середины XIII в. увеличился спрос на разные виды оружия. Это стимулировало работы по добыче и плавке железной руды многочисленных мелких предприятий. Полученное в кузницах железо частично подвергалось обработке на местах, частично—в городах или мелких сельских поселениях северной Ломбардии. В Милане в середине XIII в. было более 100 мастерских по изготовлению панцирей и множество других оружейных мастерских. С XIII в. активно развивалось судостроение. В Венеции с XIII в. судостроительная промышленность развивалась в двух формах: государственное кораблестроение, которое рано сосредоточилось в венецианском арсенале, и частное кораблестроение, проводившееся во всех лагунах, где имелось множество мелких и средних доков. До второй половины XV в. частное кораблестроение преобладало над государственным и существовало в форме ремесленного производства.
Но самой важней отраслью промышленности было текстильное производство. Оно было на первом месте по числу занятых лиц, объему используемого сырья и объему торговли текстильными товарами. Наименее важной отраслью текстильного производства было льняное производство. В XIII в. шелкоткацкое производство зародилось в некоторых городах Тосканы и северной Италии — во Флоренции, Болонье и Венеции. В Болонье в 1273 г. перед воротами города установили механическую прялку для сучения нитей шелка, которая приводилась в движение энергией воды и заменяла собой ручной труд 400 прядильщиков. Шелковое производство не имело своего цеха и было связано с купцами, торговавшими в розницу, а часто и зависело от этих купцов. Единственным городом, в котором шелковая промышленность получила большое развитие и достигла узкой специализации, была тогда Лукка. Лукка была настоящей родиной итальянской шелкоткацкой промышленности. В начале XIV в. по политическим причинам часть мастеров эмигрировала из города. Основной поток эмигрантов направился в Болонью и Венецию, а затем во Флоренцию и Геную. В Венеции в начале XIV в. изготовлением шелка занимались только представители луккской колонии. Главной отраслью текстильной и вообще всей промышленности было производство шерсти. Шерстяная ткань была нужна всем слоям населения. В начале XIV в. во Флоренции 300 предприятий ежегодно выпускали 100 тыс. кусков сукна. В 1380 г. в Венеции была впервые проведена протекционистская мера, которая должна была защитить местную промышленность от привозного сукна. Но под эти запреты не попали французское сукно, сукно из Фландрии и Брабанта и сукно из Англии, то есть эта протекционистская политика конкретно была направлена против промышленных городов в Венето, Ломбардии и Тоскане.
В XIV в. итальянская продукция увеличилась в объеме и улучшилась по качеству. Этот рост объяснялся импортной (испанской и английской) шерстью, которая в больших количествах ввозилась при посредничестве Пизы, Генуи и Венеции. Серьезную роль в развитии промышленности сыграло также введение более совершенной техники и более высокой организации производства. Во главе организации стоял предприниматель, являвшийся одновременно собственником и управляющим (шерстяник, суконщик). Он последовательно передавал продукт в разные руки и получал его обратно. В основном шерстяник был купцом. Его главным занятием была торговля сукном и шерстью. Так в шерстяной промышленности установилась скупочная система.
Развивалось производство художественных изделий. В Венеции очень быстро развилось искусство мозаичной живописи, которое было заимствовано из Рима через Равенну. Уже в ХШ в. оно достигло высокого уровня. Наравне с мозаикой развивалась техника мраморных инкрустаций для украшения пола и других частей здания. Существенно выросло ремесло изготовления золотых и серебряных изделий, предметов из слоновой кости в крупных городах, особенно в Венеции и Пизе, а позднее — во Флоренции. Самые богатые патриции Венеции вели торговлю драгоценными камнями. С XII в. в Венеции существовало стекольное производство, заимствованное из Леванта, которое с конца XIII в. было сконцентрировано на острове Мурано. Техника этого производства осталась непревзойденной до XVII в., хотя производство носило характер мелкого ремесла. В Венеции имелось множество небольших стеклоплавильных печей. Только в конце периода городских коммун зародилось производство художественной керамики, родиной которой стала Умбрия, откуда производство перешло в Кастель-Дуранте, Урбино, Пезаро и особенно в Фаэнце, давшей имя фаянсу. Из Фаэнцы в XV в. керамическое производство быстро разошлось по разным областям Италии.
В эпоху лангобардских королей существовала государственная организация финансов, которая, с незначительными изменениями, сохранилась в каролингскую эпоху и в Итальянском королевстве, И существовала до развития феодальной системы. Управление государственными финансами до конца X в. сосредоточивалось в королевском дворце в Павии, куда поступали доходы с королевских поместий, налоги и таможенные пошлины. Во главе фиска (казны) находился казначей (сатегапш). Он ведал сбором поступлений и распределением расходов. Но потребности государства были еще скромными: казна несла издержки только на содержание двора, управление королевским доменом, взимание налогов, расходы на представительство и содержание личной охраны короля. Финансовая система в значительной степени носила частный характер, так как основой финансовой системы королей были доходы с их земельной собственности. Большой королевский домен состоял из многочисленных поместий, из них в фиск шли значительные поступления продуктами и деньгами.
На втором месте стояли доходы от «регалий» — права короля на доходы (или часть их) от некоторых видов деятельности. Самой важной регалией было право чеканки монеты. До XII в. даже в Милане монета по-прежнему чеканилась от имени императора. К регалиям относились также право рыбной ловли в реках домена, право добычи золота путем промывки речного песка, право производить горные изыскания и разрабатывать рудники, монополия на торговлю солью. В южной Италии существовала также монополия на металлы, на продажу шелка-сырца, на окраску шелка, на продажу пеньки, доход от продажи разрешений на вывоз зерна. С булочников, мясников, мельников, мыловаров, лодочников собирались натуральные и денежные сборы за возможность заниматься своим промыслом. Значительное место занимали судебные доходы, состоящие из доходов от конфискации имущества лиц, казненных за тяжелые преступления, и денежных штрафов за прочие преступления.
Купцы, вступая в пределы королевства, платили десятину. Для этого на северной границе было создано десять таможен. Купцы платили пошлины должностному лицу камерария, управлявшему данной таможней. Уже в X в. таможенные пошлины давали большой доход королевской казне. Англосаксонские купцы однажды даже пожаловались на чрезмерные таможенные вымогательства при вступлении на территорию Ломбардии. С купцов Венеции, Салерно, Амальфи и Гаэты взимались пошлины за право торговать на рынке Павии. Венецианцы платили 2,5% от стоимости всех торговых сделок, заключенных на рынке в Павии, и приносили подарки камерарию и его жене. Существовали также прямые налоги. Это были личное обложение с «очага» и поземельное обложение по размеру имущества. Прямые налоги еще не были периодическими и постоянными. По характеру они были чрезвычайными сборами.
С XI в. города стали добиваться полной финансовой самостоятельности. Уже в XIII в. крупные города Паданской равнины и Тосканы почти полностью достигли этой цели. В папском государстве финансовая самостоятельность городов была ограничена. В Южной Италии финансовая независимость городов была почти ликвидирована сильной центральной властью. В независимых городах Тосканы и Ломбардии финансовая система становилась все более сложной и получила новое содержание. Для бюджета всех городов была характерна резкая диспропорция между обычными и чрезвычайными статьями. В Венеции в бюджете 1262 г. на покрытие обычных расходов направлялась небольшая сумма в размере 3 тыс. лир малых денариев в месяц на все управленческие затраты. Остатки доходов шли в первую очередь на уплату процентов по государственному долгу (два раза в год), на военные расходы, а если еще оставались средства, — на погашение займов. Эти суммы были, конечно, недостаточны, и бюджет приходилось постоянно пересматривать: в 1349 г. бюджет был удвоен и достиг 6 тыс. лир малых денариев; в 1360 г. сумма доходов и расходов повышена до 7600 лир в месяц (статьи расходов: жалованье дожу и его советникам; милостыня для раздачи бедным на Рождество и Пасху; жалованье консулам Кипра, Тра- пезунда, Константинополя, Таны и Апулии, гастальдам, герольдам и звонарям; средства на содержание тюрем и тюремной стражи, на судопроизводство; это также жалованье надсмотрщиков за берегами и островами лагуны; жалованье нотариусов Большого совета, членов и нотариусов Совета сорока, врачей, судей и адвокатов курий при доже, главных консулов, курьеров для экстренных сообщений, должностных лиц республики в Леванте, оценщиков золота и весовщиков серебра; средства на рытье каналов; жалованье старшинам городских кварталов; средства на ремонт мостов и набережных на Лидо и Торчелло; жалованье управляющему Аквилеи, консулу Феррары, инквизитору суда над еретиками; должностным лицам, ответственным за снабжение города, цензорам, командирам военных пограничных постов, аудиторам суда, а также средства на мелкие расходы).
Все эти расходы было невозможно покрыть суммой обычных доходов. В середине XIV в. ежегодный доход составлял всего 72 тыс. лир (то есть 27,06 тыс. золотых дукатов), а общая сумма расходов официально оценивалась в 676,446 тыс. лир (или 260,17 тыс. дукатов). Кроме того, через 25 лет республике пришлось платить ежегодно только процентов по государственному долгу в размере 246,690 тыс. дукатов. Но в реальности обычные расходы бюджета были значительно выше сумм, записанных в бюджет. Это объясняется тем, что в республике отдельные административные органы покрывали расходы по своему содержанию за счет части получаемых ими доходов. Поэтому в казну поступали только излишки, оставшиеся после расходов. Существовали также чрезвычайные расходы. Они направлялись на отправку посольств в далекие страны, на прием иностранных послов, прелатов и государей, на проведение общественных работ, на войны и покрытие издержек от войн. Военные расходы стали огромными со второй половины XIII в., когда увеличились масштабы и продолжительность военных действий и наемные отряды стали вытеснять ополчение. Побеждало, как правило, государство, обладающее наибольшей финансовой мощью. В 1378 г. война с папой стоила Флоренции 2,5 млн золотых флоринов, три войны Флоренции против Висконти обошлись в 7,5 млн флоринов. В Венеции из-за войны 1378—1381 гг. не только увеличили налоги и потребовали от горожан крупных добровольных пожертвований, но и ввели принудительные займы на 5 млн золотых дукатов. Большая часть наемных войск получала жалованье только во время войны. Но наиболее богатые государства и в мирное время содержали небольшие наемные отряды или маленькое постоянное войско.
В XIV—XV вв. в крупных городах постепенно образовалась профессиональная бюрократия, на содержание которой уходило все больше государственных средств, поэтому крупные итальянские города стали ощущать недостаток финансов, что было совершенно неизвестно монархиям до X в. В связи с этим возникла система обычных и чрезвычайных сборов, которая фактически заложила основы современной финансовой системы. Доходы с доменов не составляли главной части финансов итальянских городов. Города имели в собственности леса и пастбища, но не пахотные земли. Больше доходов поступало от земель внутри города. Это были доходы от сдачи в наем помещений для лавок и мастерских на рыночных площадях и на улицах вокруг рынка. В Венеции уже в 1164 г. ежегодный доход с рынка составлял примерно 25 кг чистого серебра. Финансы городов базировались в основном на налогах. Покрыть растущие расходы города могли только путем роста налогового бремени, иногда принимавшего огромные размеры. Косвенные налоги были в основном те же, что и в предыдущую эпоху. В городах, где торговля играла второстепенную роль, преобладали налоги на продовольствие и особенно на вино, а также на предметы массового потребления. В крупных торговых городах более важное место занимали налоги на экспортно-импортную торговлю, на транзитную торговлю и на сделки на городском рынке. Первые таможенные тарифы Пизы, Генуи, Венеции и Флоренции появились в конце XII в. С налогами были связаны монополии. На первом месте была соляная монополия. Многие города использовали эту монополию как эффективное средство налогообложения и заставляли всех граждан независимо от возраста и социального положения приобретать определенное количество соли по завышенной цене. В середине XV в. в Венеции торговля солью приносила казне почти 25% от общей суммы доходов в 667,25 тыс. дукатов.
Прямой налог не являлся основой финансовой системы и сохранился в двух видах, оставшихся от Римской империи: личный налог с единицей обложения в виде очага и налог на имущество, зависящий от размеров дохода. В первом случае требовалась перепись семей, подлежащих обложению налогом. Владельцами очага считались только те, кто имел земельную собственность или арендовал землю. Крупный земельный собственник должен был платить столько долей налога, сколько участков у него имелось. Этот личный налог, в конце концов, превратился тоже в поземельный. Налог на имущество по мере роста городского богатства превратился в главный вид прямого налога. Он взимался после процедуры оценки имущества. Такая оценка проводилась во многих городах с конца XII в. В Пизе, Сиене и других итальянских городах при определении размеров имущества исходили из заявления самого налогоплательщика. Это заявление затем проверяла комиссия оценщиков, которая могла внести поправки в сообщенные сведения. Оценивалась недвижимость в городе, земельная собственность и движимое имущество семьи.
В годы расцвета торговых государств Флоренции, Генуи и Венеции правители предпочитали не взимать прямые налоги, а использовать добровольные или принудительные займы. Больше всех займы использовала Генуя. В XII в. здесь преобладала система добровольных займов под названием покупки. Кредиторы имели право несколько лет получать определенные государственные доходы до возвращения суммы, данной в долг государству, вместе с процентами. В некоторых случаях эти суммы достигали 15%. В начале XIII в. правительство Генуи перешло к принудительным займам, почти отказавшись от добровольных. Первоначально эти займы через какое-то время погашались, но вскоре они превратились в постоянные и не возвращались. Несколько раз пытались провести конверсию займов, то есть объединить несколько старых займов в один и установить новые ставки процентов. В 1340 г. дож Венеции Симон Бокканегра провел консолидацию займов и объединил их в единый заем на сумму 2,96 млн лир. На обеспечение этих займов были направлены доходы почти от всех косвенных налогов. С 1347 г. в Генуе стали создавать маоны (^группы капиталистов), то есть город получал займы у капиталистов и взамен отдавал им финансирование колониальных предприятий. Только в XV в. в Генуе удалось окончательно объединить все займы в один. Но для этого республике пришлось отказаться от финансового суверенитета. Почти все доходы перешли к кредиторам государства, объединенным в Банк Св. Георгия.
Во Флоренции и Венеции первоначально государственные займы почти не отличались от генуэзских. В XII в. эти города также использовали добровольные ссуды, а с начала XIII в. стала преобладать система принудительных займов. Во Флоренции эта система особенно развивалась с 1315 г. В 1347 г. здесь была проведена реформа по консолидации отдельных займов и их унификации, был создан единый заем с 5% годовых, облигации которого свободно покупались и продавались. В Венеции первый принудительный заем был выпущен в 1207 г. Система займов была полностью организована с 1262 г. Здесь принудительные займы также приносили за год доход 5%. Эти займы полностью заменили прямой налог и превратились в единственную форму государственного долга. Добровольные ссуды, которые еще сохранялись, имели временный характер и погашались доходами от принудительного займа. С 1262 г. государственный долг Венеции превратился в консолиди- 4 История экономики рованный, на погашение которого направлялись все государственные доходы за исключением небольших сумм на обычные расходы. До 1363 г. этот государственный долг погашался, при этом государство не определяло заранее срока его окончательного погашения. Но в 1363 г. государство прекратило возвращать капитал, а вместо этого была создана система свободного обращения облигаций займа. Облигации государственного займа свободно продавались и покупались. До 1379 г. их рыночная цена умеренно колебалась: от 60 до 102% от номинала облигаций. В 1424 г. их цена поднялась до 67%, а в 1474 г. вновь упала до 13% и выше этого уровня уже не поднималась. Держали эти облигации 2 тыс. человек при общей численности городского населения почти в 100 тыс. человек. Лица, обязанные давать заем республике, были обязаны покупать ценные бумаги на сумму в 1% стоимости их оцененного имущества, впоследствии на сумму в 2 и 3%. Поскольку оценке подвергалась только небольшая часть имущества, покупка облигаций была не слишком тяжелой обязанностью для этих лиц.
Подобная система могла успешно функционировать только при отсутствии злоупотреблений и при сокращении государственных расходов и росте доходов. Но в Венеции чрезвычайные расходы выросли непомерно, и правительство потребовало от налогоплательщиков суммы, уже превышавшие сумму оценки их имущества, а также отсрочило уплату процентов, что вызвало катастрофическое падение рыночной цены облигаций. Через 20 лет финансовые трудности повторились. И стало ясно, что займы и таможенные пошлины не помогут справиться с проблемой доходов и расходов. Налоги снижались иногда до 1,5%, и быстро падала ценность облигаций. Тяжесть этой системы обрушилась на мелких потребителей, сильно пострадавших от налогов на предметы первой необходимости, а также на крупных государственных кредиторов. Они были вынуждены при каждом новом займе оплачивать всю стоимость эмиссии, а затем перепродавать их за 20—25% от номинала новым богачам, еще не попавшим в списки налогоплательщиков. Вред этой системы стал очевиден, и назрела необходимость замены столь невыгодного займа налогом меньших размеров. Уже в 1378 г. была предпринята попытка временно вернуться к прямому налогу.
Тяжесть прямых налогов колебалась от 12 до 41% от стоимости имущества. Но городские финансы базировались в основном на косвенных налогах. Первоначально эти налоги не были слишком тяжелыми. До середины XIV в. таможенные пошлины были довольно высокими, однако не мешали ввозу иностранных товаров и приезду иностранных купцов. У власти в Генуе и Венеции стояли купцы, которые старались не допускать повышения этих пошлин. Налоги на предметы первой необходимости неоднократно повышались, но никогда не приводили к резкому повышению цен на продовольствие (цены на продовольствие были в те времена очень низкими). Финансовое положение изменилось, когда крупные города стали вести политику территориальных захватов. Это означало вовлечение их в частые и длительные войны, которые стоили очень дорого. С середины XIV в. от горожан требовали платить все больше налогов, и это крайне отрицательно отразилось на их экономическом положении. В 1380—1381 гг. дворцы некоторых венецианских патрициев продавались с аукциона в связи с неплатежеспособностью их владельцев. В мае 1381 г., после окончания войны, положение налогоплательщиков стало настолько тяжелым, что государству пришлось сократить размеры налога на 1500 тыс. венецианских лир. В 1453 г. Венеция одновременно вела войну с Висконти и с Франческо Сфорца. Это еще тяжелее отразилось на экономическом положении республики. Почти все государственные доходы были направлены на военные нужды. Уплата жалованья всем лицам, служившим государству, была отсрочена на год. Съемщиков домов, лавок и мастерских заставили единовременно внести в казну деньги на сумму 50% их арендной платы. Собственников этих домов, лавок и мастерских заставили внести 33% от получаемой ими арендной платы. Горожане Венеции и временно проживающие в ней люди были обложены чрезвычайным налогом в размере 50% от их доходов на материковой части Италии. С евреев, живших на территории республики, собрали подать в размере 16 тыс. дукатов. Резко выросли все налоги на предметы первой необходимости, на торговлю и на перевозку товаров по морю. Все эти меры в других формах повторились в свое время в Милане и Флоренции. Огромные богатства этих трех городов обеспечили им торговое и политическое могущество.
Финансовая реформа 1463 г. была проведена после полного краха системы принудительных займов. Эта реформа ввела новый постоянный налог на доход — десятину (йеста). В основу этого налога был положен аналитический кадастр, где были записаны все доходы от сдачи в аренду домов, рек, мельниц и другой недвижимости в городе и на островах лагуны, а также все доходы венецианских граждан от собственности на материковой части Италии

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com