Перечень учебников

Учебники онлайн

Средневековый город

Ранний европейский феодализм обходился без городов и городского хозяйства. Города возникают в XI в. и начинают быстро расти. В первую очередь оживают города, построенные римлянами: Лондон, Париж, Марсель, Кельн, Генуя, Венеция, Неаполь. Будущий Кельн к началу XI в. представлял собой значительное пространство, обнесенное римскими крепостными стенами. Рядом с этими стенами на берегу Рейна появилось крошечное ремесленное поселение. Потом за короткий срок город вырос до размеров, втрое превосходивших прежний римский город, и был обнесен новыми стенами.

Причиной возникновения и быстрого роста городов было разделение ремесла от земледелия. С одной стороны, развитие ремесла шло по пути его специализации. Раньше деревенский кузнец был мастером на все руки: подковывал лошадей, делал серпы, ножи и даже оружие для дружины феодала. Ему хватало работы в феоде. Но теперь появляются мастера оружейники, которые не будут подковывать лошадей, мастера по изготовлению доспехов, которые не умеют делать мечи. И этим "узким специалистам" уже не хватает работы в феоде. Им нужен рынок.

С другой стороны, растет спрос феодалов на предметы роскоши. Потому и появляются "узкие специалисты" в ремесле, что феодала уже не удовлетворяют грубые изделия домашних ремесленников. Он не желает больше ходить в домотканом полотне и овчинной шубе, ему требовались тонкие шерстяные ткани, а их производство нельзя было наладить в каждом феоде.

И теперь ставший ненужным феодалу ремесленник, чтобы совершенствоваться в своем деле и изготовлять те изделия, на которые повысился спрос, покидает деревню и селится в таком месте, куда стекается много народа, где он может найти много покупателей и заказчиков на свои изделия, — на пересечении дорог, под стенами крупного монастыря, куда стекается много паломников. На этом месте и начинает расти город.

В города бегут крепостные крестьяне. Тогда существовала пословица: "Городской воздух делает свободным": по законам, принятым повсеместно (любопытно, что, несмотря на феодальную раздробленность, законы и обычаи были почти везде одинаковы), крестьянину достаточно было прожить в городе один год и один день — и он становился свободным.

В условиях феодализма, когда рынок еще оставался узким, ремесленник и в городе не сразу находил достаточное количество покупателей. Поэтому первое время горожане продолжали заниматься и сельским хозяйством, имели огороды и поля. Внутри Парижа еще в XIII—XV вв. были не только огороды, но и пахотные поля, а о городе Майнце говорили, что он частью заселен, частью засеян.

В городах часто свирепствовали эпидемии холеры и чумы. Но города давали свободу, и люди сюда стремились.

Правда, первое время город находился под властью того феодала, на земле которого он вырос. Иногда феодалы далее сами старались "организовать" города на своей земле, чтобы потом можно было облагать их высокими налогами: ведь горожане были богаче крестьян, а город приносил гораздо больший доход, чем деревня с полями, занимавшими такую же площадь. Иногда феодал пытался хозяйничать в городе, как в своей вотчине.

Но в том же XI в. повсеместно начинается борьба городов за свою независимость от феодалов. В этой борьбе, как правило, побеждали города. Крепостные стены города не уступали стенам феодального замка, а сплоченные вольнолюбивые горожане сами готовили оружие, в том числе и для феодалов. К тому же города часто выступали в союзе с королевской властью: короли стремились ослабить могущество крупных феодалов.

Города добивались независимости, становились городами-коммунами, городами-государствами. Управлялся такой город выборным магистратом, заключал договора с другими государствами, вел войны, чеканил свою монету, т. е. действительно наступал как самостоятельное государство. Такими городами-государствами стали Генуя, Венеция и Флоренция в Италии, многие города Франции и Германии.

Но вернемся к ремеслу. Западноевропейское ремесло — цеховое. Цех был корпорацией ремесленников определенной специальности (пекарей, башмачников, ткачей). Такие объединения были необходимы для защиты ремесленников от конкуренции со стороны, для достижения равенства между ремесленниками, для защиты его членов от остального мира.

Как уже говорилось, в средние века человек сам по себе чьей-либо защиты, оказывался вне закона. В городе он мог существовать только как член какой-то корпорации, которая его защищала. Своя корпорация была даже у нищих. Поэтому социальный строй средневекового города иногда называют корпоративным. А цеха могли защищать своих членов. Каждый цех о ил в то же время боевым отрядом. Он имел свое знамя, свое цеховое здание, где проводились собрания и торжественные акты. Во главе стоял выборный магистр.

Цех не был производственным объединением. Каждый мастер, член цеха, имел свою мастерскую (обычно в своем доме), где работал с несколькими подмастерьями и учениками.

Как уже сказано, одной из задач цехового устройства было постижение равенства между мастерами. Чтобы не было конкуренции, чтобы все мастера были обеспечены работой и каждый имел "приличное его положению существование", цеховые уставы строго регламентировали производство, ограничивая его размеры. Ограничивалось количество учеников и подмастерьев, которых мог держать один мастер. Каждый мастер мог приобретать лишь ограниченное количество сырья. Если он превышал; норму, лишнее должен был передать товарищам по цеху. Цена продукции также определялась уставом.

Дело в том, что рынок сбыта был еще узким, и поэтому, если бы один мастер смог произвести и сбыть больше продукции, то другой мог оказаться без покупателей, т. е. без работы. Поэтому цеховые уставы регламентировали и технику производства. Ведь если кто-то изобретет техническое усовершенствование, он получит преимущество перед другими членами: цеха. Поэтому все технические нововведения запрещались, и' цеха стали тормозить технический прогресс. Это был первый; недостаток цехового устройства.

Был и другой. Мы отметили, что одной из задач цеха была защита своих членов от конкуренции со стороны. Поэтому вся- ; кий человек, который хотел заниматься ремеслом, был обязан вступить в цех. А для этого он должен был сначала несколько лет работать учеником у одного из мастеров, затем еще несколько лет работал за плату подмастерьем. Только после этого его могли Принять в мастера. Но для этого он должен был изготовить шедевр— отличное изделие, т. е. сдать экзамен на звание мастера; устроить пир членам цеха; предъявить определенную сумму денег, которая считалась достаточной для организаций своего дела. Со временем препятствия на пути в мастера увеличивались: удлинялся срок ученичества, а сумма денег, необходимая для вступления в цех, становилась все больше. Появляются "закрытые" цеха, которые уже не принимают новых членов. Только сын мастера после смерти отца мог занять его мест0. Появляются "вечные подмастерья", которые уже не имеют надежды стать мастерами. В сущности, это были простые рабочие, работавшие за плату. И даже в своей борьбе за повышение; заработной платы они использовали рабочую форму забастовок. Как мы видим, принцип равенства в цехах отнюдь не распространялся на подмастерьев.

В отдельных случаях цеховое ремесло перерастало в капиталистическое производство. Например, во Флоренции в XIV в. членам цеха суконщиков были не ремесленники, а купцы, которые закупали шерсть и продавали сукно. В мастерской, которая принадлежала такому купцу-мастеру, работало несколько десятков наемных рабочих — "чомпи", которые промывали и чесали шерсть. Очищенная шерсть затем поступала в руки прядильщиц из деревенских женщин, потом пряжа переходила к ткачам, а готовая ткань — к красильщикам. Все они работали у себя по домам, получая плату от суконщиков, и в состав цеха, как и "чомпи", не входили. Так, в XIV в. во Флоренции возникли первые в Европе капиталистические мануфактуры. Но это было исключение, потому что были нарушены все цеховые принципы.

С ростом городов развивалась и торговля. Обычно ремесленники сами продавали свои изделия или работали на заказ. Но со временем начинается географическое разделение труда: по всей Европе расходились шерстяные ткани Флоренции, металлические изделия ремесленников Золингена и Нюрнберга. Но ведь не мог человек, когда ему требовалось сшить новое платье, ехать за сукном во Флоренцию, а когда сломался нож, ехать за новым в Золинген. Доставкой товаров к местам потребления, занимались купцы.

Но и для купца объезжать города Европы для закупки то наров было задачей непосильной. Поэтому главкой формой средневековой торговли были ярмарки, куда в определенное время собирались со своими товарами торговые люди из разных городов и стран. На ярмарке, таким образом, собирался полный ассортимент товаров с огромной территории. В этом случае купцу уже не надо было ехать за сукном во Флоренцию или и железными изделиями в Золинген.

Самыми крупными в Европе были Шампанские ярмарки. Ярмарка, как прежде церковь, служила местом убежища: здесь нельзя было даже преследовать человека за действия, совершенные вне ярмарки. В средние века на чужаков было приняло смотреть как на вероятных врагов и относиться к ним с подозрением. Ярмарка, куда собирались люди из разных стран и все здесь были друг другу чужими, приучала к мирному помещению. Не случайно слово "торговать" служило антонимом лову "воевать".

Но торговля в средние века была опасным занятием. Пираты на море, разбойники на суше были явлением обычным. (существовало "береговое право": если судно разбивалось у берегов, то спасенные товары считались законной добычей хозяев берега.

Но главным препятствием для торговли была высокая пошлина, которая бралась с товаров при переходе границы каждого маленького государства, так что цена товара (даже за короткий путь) иногда вырастала в несколько раз. Сухопутная перевозка товаров становилась почти невозможной.

Чтобы защитить свои интересы, купцы объединялись в гильдии. Гильдия строила в городах торговые дворы — фактории, обеспечивала безопасность приехавших в город купцов. Фактория представляла собой огороженный крепкой стеной; участок, где были гостиницы, склады и церкви. Для защиты от разбойников гильдия снаряжала караваны с вооруженной охраной.

Была и еще одна трудность: в каждом маленьком государстве чеканилась своя монета, и разобраться в этих денежных системах было трудно. Кроме того, даже монеты одного государства не имели постоянной ценности: происходила так называемая порча монеты. Деньги чеканились примитивным способом — молотком, на котором было клеймо. Они не имели формы правильного круга, и часто клеймо полностью на монете не умещалось. По весу одна монета могла сильно отличаться от другой. Вес монет уменьшался: люди отпиливали монеты, проходившие через их руки, оставляя часть серебра себе. И когда наступало время новой чеканки, новая монета приравнивалась по весу к тем отпиленным деньгам, которые уже были в обращении, В результате тысячи монет можно было сдуть с ладони одним дыханием.

На помощь приходили менялы-банкиры, которые имели отделения в разных городах. Купец мог сдать банкиру деньги в одном городе, получить расписку-вексель, поехать в другой город без денег (чтобы не ограбили в пути) и по векселю получить там свои деньги. Купцы не расплачивались: по векселям в книгах банкиров суммы переписывались со страницы плательщика на страницу получателя.

Таким образом, у банкиров скапливались довольно крупные суммы денег, банкиры пускали их в рост, т. е. давала в долг под проценты. Проценты были огромными, потому что банкир часто рисковал: он мог не получить деньги обратно. Чтобы гарантировать возвращение долга, ссуды давались под залог имущества, А поскольку к ростовщикам обращались и монархи, в закладе оказывались короны, тиары, а император Фридрих II однажды заложил даже трон.

Крупным ростовщиком была католическая церковь (хотя христианское учение и запрещало заниматься ростовщичеством). Ростовщичеством занимался и сам папа Римский, и монастыри, и церковно-рыцарские ордена. Орден Тамплиеров, который давал кредиты для крестовых походов, скопил к XIV в. такие богатства, что это привело его к гибели: французский король решил эти богатства присвоить.

Поскольку в средние века сухопутной торговле препятствовали пошлины на многочисленных границах, товары предпочитали перевозить морем. Средневековая торговля — преимущественно морская. Было два морских торговых пути — северный и южный. Северный путь проходил по морям, омывающим Европу с севера. Этим путем везли из Англии шерсть и железо, из Новгорода и Скандинавии — сельдь, пушнину, лен, пеньку, корабельный лес. Часть этих северных товаров затем направлялась по Рейну на юг Европы. Рейн соединил южный и северный морские пути. В обратном направлении но Рейну с юга везли сукна, вина, пряности, и затем северным путем эти товары развозились по странам севера Европы.

Торговля по северному пути была монополией Ганзы — торгово-политического союза городов Северной Германии. Ганзейцы не допускали к морской торговле купцов, не входивших и их союз.

Поскольку ганзейцы торговали преимущественно товарами важного хозяйственного значения, а не предметами роскоши, при высоких пошлинах торговать ими было почти невозможно. Поэтому Ганза добивалась снижения, а в некоторых случаях и ликвидации пошлин в портовых городах севера. Если местный монарх отказывался снижать пошлины, ганзейцы начинали против него военные действия и добивались своего силой. Ганза была сильнее мелких государств.

Южный торговый путь проходил по Средиземному морю и не только обеспечивал связи между странами юга Европы, но и связывал Европу со странами Востока. Из Индии, Китая и других восточных стран по этому пути переправлялись предметы роскоши — шелковые ткани, экзотические плоды, пряности. Значительную роль в торговле играл перец.

Из Европы на Восток везли полотняные и шерстяные ткани и железные изделия. Европейская торговля с Востоком имена пассивный баланс: ввозили больше, чем вывозили. Разницу и ввоза и вывоза приходилось компенсировать золотом.

Эта утечка золота усиливалась монопольным характером торговли. Если на севере торговая монополия принадлежала Ганзе, то на юге она сначала была в руках купцов Генуи и Венеции, а потом — только венецианцев. Но венецианские купцы сами в Индию и Китай не ездили. Они покупали восточные товары у арабских купцов, которые доставляли их к берегам Средиземного моря знаменитым "шелковым путем", по которому шли караваны верблюдов. Арабские купцы продавали венецианцам товары в 8—10 раз дороже, чем эти товары стоили на Востоке. Венецианские купцы, пользуясь! своей монополией, при продаже, в свою очередь, повышали! цены в несколько раз.

В заключение следует сказать о месте средневекового города в системе феодального хозяйства. В сущности, города были явлением, чуждым феодализму. Здесь не было феодального землевладения и феодальной ренты. Если основой феодальных отношений было натуральное хозяйство, то города' были островками товарного производства и торговли. Города не случайно с самого основания противостояли феодалам: из городских бюргеров, из третьего сословия здесь вырастала буржуазия, которой суждено было прийти на смену феодалам.

Независимые города назывались "коммунами" (отсюда ело- ; во "коммунальный", например, "коммунальное хозяйство"). Здесь зрели идеи правового равенства граждан, находившие отражение в цеховых уставах и выборности правящих органов, те идеи, которые потом составят правовую основу буржуазных революций

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com