Перечень учебников

Учебники онлайн

Политический реализм

Политический реализм не только подверг идеализм сокрушительной критике, указав, в частности, на то обстоятельство, что идеалистические иллюзии государственных деятелей того времени в немалой степени способствовали развязыванию Второй мировой войны, но и предложил достаточно стройную теорию. Ее наиболее известные представители — Рейнхольд Нибур, Фредерик Шуман, Джордж Кеннан, Джордж Шварценбергер, Кеннет Томпсон, Генри Киссинджер, Эдвард Карр, Арнольд Уолферс и др. — надолго определили пути науки о международных отношениях. Бесспорными лидерами этого направления стали Ганс Моргентау и Реймон Арон. Так, работа Г. Моргентау «Политические отношения между нациями. Борьба за власть и мир» (см.: МощеМкаи. 1961), первое издание которой увидело свет в 1948 г., стала своего рода «библией» для многих поколений студентов-политологов как в самих США, так и в других странах Запада.
Общими для представителей политического реализма являются следующие ключевые положения парадигмального характера.
1. Главными участниками международных отношений являются суверенные государства. При этом государства рассматриваются как рационально действующие однородные политические организмы, унитарные образования, которые проводят единую политику в отношении Других государств — участников международных отношений. Только государства, через представляющие их правительства, имеют легитимные основания и располагают необходимыми ресурсами для заключения договоров, объявления войн и других действий, составляющих суть международной политики. Причем речь идет не обо ВСсх государствах, а только о наиболее крупных, конфликтные или кооперативные отношения между которыми и составляют существо международной политики. Как подчеркивал Ганс Моргентау, «не все государства одинаково вовлечены в международную политику... отношение государства к международной политике является динамическим качеством. Оно изменяется вместе с изменением силы государства, которая может выдвинуть его на передний край в международной политике, а может лишить его возможности активно действовать на международной арене» (Morgenthau. 1.961. Р. 28). Вслед за Фукидидом реалисты считают, что сильные государства делают то, что они могут, а слабые — то, что им позволяют сильные. Любое состояние международных отношений зависит от взаимодействий между немногочисленными великими державами. Заключая друг с другом союзы и коалиции, вступая в войну или иного рода конфликты, великие державы могут приносить в жертву позиции и интересы малых стран. Политических реалистов \не смущают несоответствия подобной позиции универсальным нравственным идеалам. По их мнению, только усилиями крупнейших и наиболее мощных участников международных отношений могут быть сохранены (если великим державам удастся согласовать собственные интересы) или нарушены (если они не сумеют достичь согласия) международная стабильность и мировой порядок (см.: Киссинджер. 1997).
2. Специфика международных отношений состоит в том, что они носят анархичный характер. Каждый участник руководствуется в своих действиях прежде всего своими собственными интересами. «Национальные интересы» — главная категория теории политического реализма, основной побудительный мотив и ключевой стимул политики государства на международной арене. В международных отношениях отсутствует верховная власть, которая обладала бы монополией на легитимное насилие. Поэтому основным принципом поведения государств на мировой арене является принцип «помоги себе сам».
Действующее в анархической среде на основе собственных интересов государство неизбежно сталкивается с тем, что его интересы вступают в противоречия с интересами других государств — участников международных отношений. Отсюда следует, что главным международным процессом, достойным внимания теории политического реализма, является межгосударственный конфликт и крайняя форма его проявления — война. Специфика международных отношений, по утверждению Р. Арона, состоит в том, что они .«развертываются в тени войны» (Агоп. 1982). Реалисты признают, что конфликты не являются единственным видом международных процессов, однако подчеркивают вторичную роль сотрудничества по отношению к конфликтам. С их точки зрения, первостепенным видом международного сотрудничества остаются военные и военно-политические союзы и альянсы, заключаемые государствами в целях совместной обороны (1962). Что же касается состояния мира между государствами, то оно в известном смысле является идеальным, ибо всегда, даже когда удается добиться длительной стабилизации международных отношений, имеет временный характер.
3. Анархический характер международных отношений предполагает, что они полны опасностей и угроз для государственных интересов. Вот почему основная цель государства в международной политике — обеспечение собственной безопасности. Естественно, великие державы обладают для этого большими ресурсами, чем все остальные. Однако и они никогда не могут чувствовать себя в безопасности и постоянно стремятся к наращиванию собственных ресурсов и совершенствованию их качества. Подобное наращивание является причиной существования в международных отношениях неразрешимой «дилеммы без опасности», выражающейся в том, что чем большей безопасности добивается для себя одна из великих держав, тем меньше ее у других. Тем самым международные отношения уподобляются игре с нулевой суммой, в которой выигрыш одной стороны означает прямо пропорциональный проигрыш другой.
При этом важнейшим совокупным ресурсом государства выступает власть, которая понимается в самом широком смысле: как военная и экономическая мощь государства, гарантия его наибольшей безопасности и процветания, славы и престижа, возможности для распространения его идеологических установок и духовных ценностей. Но главным признаком власти является способность контролировать поведение других участников международных отношений. В этой связи Г. Моргентау прямо указывает на то, что «международная политика, как и политика в целом, является борьбой за власть», которая всегда остается непосредственной целью (Моепйгаи. 1961. Р. 27). В то же время власть — это не только1 цель государства, участвующего в международной политике, но и одно из важнейших средств: «Каковы бы ни были материальные цели внешней политики, например, приобретение источников сырья, контроль за морскими трассами или территориальные изменения, они всегда подразумевают контроль за поведением других посредством воздействия на их волю» (там же. Р. 30).
4. Власть государства неотделима от его силы, выступающей одним из решающих средств обеспечения национальной безопасности на международной арене. «Угроза физического насилия, — писал Моргентау, — является органическим элементом политики... В между на родной политике военная сила, как угроза или потенциал, является важнейшим материальным фактором, обеспечивающим политическую мощь государства» (там же. Р. 29). Преодоление международной анархии невозможно путем кодификации универсальных нравственных норм и совершенствования международного права. «В обществе, где власть не поддается обсуждению, — подчеркивал Г. Шварценбергер, — первостепенная функция права состоит в том, чтобы помогать в поддержании превосходства силы и иерархии, установленной на основе властных отношений» (Шварценбергер. 1997. Р. 170). Государство обеспечивает себе власть с помощью военной стратегии (которая трактуется в духе Клаузевица, как продолжение политики насильственными средствами) и дипломатии.
6. Можно ли изменить природу международных отношений? Этот вопрос реалисты считают центральным при изучении международной политики. «Реалисты убеждены, — писал Моргентау, — что подобная трансформация может быть осуществлена только путем искусной манипуляции теми силами, которые влияют и будут влиять на политику...» (Моргентау. 1996. С. 197). Однако, по их мнению, до тех пор, пока существуют государства, они будут оставаться главными участниками международной политики, функционирующей по своим неизменным законам. Иными словами, по мнению сторонников политического реализма, можно изменить конфигурацию политических сил, смягчить последствия международной анархии, установить более стабильные и более безопасные межгосударственные отношения, однако природу международных отношений изменить невозможно.
Этот вывод вполне логично вытекает из основного исходного положения теории политического реализма о неизменности человеческой природы. «Человеческая природа, в которой коренятся законы политики, не изменилась со времен их открытия философами Китая, Индии и Греции», — пишет Г. Моргентау (там же. С. 191).
Концептуальная стройность реалистской парадигмы, стремление опираться на объективные законы общественного развития, беспристрастно и строго анализировать международную действительность, отличающуюся от абстрактных идеалов и основанных на них бесплодных и опасных иллюзиях, — все это способствовало расширению влияния и авторитета политического реализма как в академической среде, так и в кругах государственных деятелей различных стран.
Однако и политический реализм не стал безраздельно господствующей парадигмой в науке о международных отношениях. Этому препятствовали его серьезные недостатки.
Дело в том, что, исходя из понимания международных отношений как «естественного состояния» силового противоборства за обладание властью, политический реализм, по существу, сводит эти отношения к межгосударственным, что значительно обедняет их понимание. Более того, внутренняя и внешняя политика государства в трактовке политических реалистов выглядят как не связанные друг с другом, а сами государства — как своего рода взаимозаменяемые механические тела, с идентичной реакцией на внешние воздействия. Разница между ними лишь в том, что одни государства являются сильными, а другие — слабыми. Недаром один из влиятельных приверженцев политического реализма А. Уолферс строил картину международных отношений, сравнивая взаимодействие государств на мировой арене со столкновением шаров на биллиардной столе (1962). Абсолютизация роли силы и недооценка значения других факторов, таких, например, как духовные ценности, социокультурные реальности и т.п., значительно обедняет анализ международных отношений, снижает степень его достоверности. Это тем более верно, что содержание таких ключевых для теории политического реализма понятий, как «сила» и «национальный интерес», остается в ней достаточно расплывчатым, давая повод для дискуссий и многозначного толкования. Наконец, в своем стремлении опираться на вечные и неизменные объективные законы между народного взаимодействия политический реализм стал, по сути дела, заложником собственного подхода. Его сторонники не учитывали весьма важные тенденции мирового развития и уже произошедшие в нем изменения, которые все в большей степени определяют характер современных международных отношений в отличие от тех, которые господствовали на международной арене вплоть до начала XX в. Одновременно было упущено еще одно обстоятельство: то, что указанные изменения требуют использования, наряду с традиционными, и новых методов и средств научного анализа международных отношений. Все это вызывает критику в адрес политического реализма со стороны приверженцев иных подходов и, прежде всего, со стороны представителей так называемого модернистского направления, теорий взаимозависимости и интеграции, а также критического направления в ТМО1, одним из идейных источников которого является марксизм.

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com