Перечень учебников

Учебники онлайн

ПРЕДИСЛОВИЕ

Последнее десятилетие XX в. и первое десятилетие XXI в. ознаменованы глубокими изменениями в глобальном устройстве, которые охватывают буквально все аспекты жизни мирового сообщества. В совокупности они получили название процесса глобализации, которая несет с собой невиданное ранее взаимодействие и переплетение экономических, социальных, культурных связей различных стран, достаточно свободное перетекание через государственные границы товаров, финансов, людей, создание транснациональных корпораций и международных организаций. Все это в той или иной степени, несомненно, оказывает влияние на жизнедеятельность любого общества или отдельного региона. Каждая страна, связанная множеством видимых и невидимых нитей с другими странами, уже не всегда может поступать только по своему усмотрению, и вынуждена считаться с международным сообществом. Прежде всего, необходимо постоянно соответствовать последним достижениям научно-технического прогресса, чтобы не отстать от уровня мирового развития, что особенно актуально для развитых стран.

В целом можно сказать, что глобализация поставила мир перед целым рядом вызовов нового типа, которые проявляются в экономике, политике, культурной и социальной сферах. В наибольшей степени глобализация затронула экономику. Некоторые экономические проблемы приобретают глобальный характер и уже не могут быть решены в рамках одной или даже нескольких стран. Например, перетекание финансовых потоков, и, как правило, уже неподконтрольные национальным правительствам ранее эффективные механизмы контроля и регулирования экономики перестают работать. В политической сфере заключаются не только двусторонние и многосторонние соглашения, но и создаются международные организации, союзы и институты. Однако реальная политика во многом еще связана и находится в рамках национальных структур. Особенно явно эти рамки характерны для социопсихологических и культурных особенностей каждой нации. В этих условиях каждая нация дает свой ответ на вызовы глобализации, темпы которой набирают скорость.

Япония столкнулась с особой природой вызовов, на которые она должна дать ответы. Являясь все еще фактически единственной промышленно развитой азиатской страной, она пережила наряду со специфическими проблемами кризиса в Азии конца XX в. и структурный кризис, свойственный всем развитым странам. Япония начала коренное реформирование практически всех сфер жизни общества, и в этой связи можно говорить о новой, третьей волне реформ, которая «накрыла» Японию в конце 90-х годов. Как известно, в истории Японии выделяют три периода интенсивного реформирования, усвоения завоеваний Запада, которые называются «тремя интернационализациями». Именно в эти периоды происходили знаменательные изменения в политических, экономических и социальных структурах, идеологии и всего образа жизни, проверялись на прочность японские традиционные системы. До настоящего времени Япония следовала модели «догоняющего развития», когда имеются уже готовые схемы развития других промышленно развитых стран, продвинутые технологии, когда можно заимствовать доказавшие свою эффективность экономические институты. Теперь, как высокоразвитая страна, Япония сама должна предложить миру лучшую модель развития, для чего необходимо задействовать все не востребованные ранее, находящиеся в латентном состоянии силы. Нужна новая социально-экономическая концепция, поскольку ни японская патерналистская система при руководящей роли государства, ни безусловное заимствование американской разновидности капитализма уже не соответствуют динамичной предпринимательской культуре в условиях бурного развития высоких технологий. Третья интернационализация совпадает с современным процессом глобализации. При этом, как всегда, Япония даже в условиях глобализации сохраняет свое право на «суверенное» решение: что из опыта Запада подходит для нее и что стоит использовать.

Авторы данного проекта, прежде всего, постарались показать, что нового происходит в стране и как она вписывается в новую картину современного мира периода глобализации. Одиннадцать глав монографии, разделенные на два смысловых блока, объединены общим подходом, который состоит в том, чтобы показать, как глобализация влияет на ситуацию в стране и обществе и какой ответ получает на свои вызовы. Новаторским в подходе авторов к раскрытию заданной темы является их стремление рассматривать ту или иную частную проблему в общем контексте, о чем свидетельствуют отсылки авторов к работам друг друга в формате данной монографии, например, во второй и третьей главах. Просматривается также логическое развитие, но уже в другом аспекте темы, затронутой в третьей главе, в частности, в седьмой и восьмой главах говорится о значении инноваций. В седьмой, восьмой, девятой и десятой главах при рассмотрении различных проблем авторы обращаются к теме взаимного значения и притяжения Японии и региона Восточной Азии в различных сферах. Такой подход позволяет не только выделять новые проблемы для дальнейших исследований, но и создать единое, «тканое» полотно жизни японского общества в эпоху глобализации.

В первом блоке рассмотрены тесно связанные между собой темы, которые позволяют посмотреть с различных сторон на значимые проблемы в духовном секторе жизни японского общества на этапе глобализации. Речь идет, прежде всего, о самоидентификации Японии, уточнения которой требуют вызовы глобализации; об истории трансформации национальной идеи, которая в настоящее время обретает понятие бренд «Япония»; об определения страной своего места в мире и моделировании современного имиджа. Здесь же рассматриваются такие значимые, и пока малоизученные проблемы жизни общества, как толерантность межконфессиональных отношений в стране, которая традиционно была присуща японскому обществу, и на этом фоне показано проникновение ислама в страну; глобализация в языковой сфере, а именно рассмотрено какое место в жизни современных японцев занимает английский язык, который претендует стать lingua franca в XXI в. Пожалуй, впервые ставится вопрос о том, может ли современная Япония претендовать на место глобального центра массовой культуры.

Во втором блоке показаны различные аспекты экономики Японии и проанализировано, как отдельные ее составляющие отвечают на вызовы глобализации. В частности, обозначено место Японии в глобальной экономике; рассмотрены серьезные подвижки в японо-американских отношениях в контексте глобализации; проанализировано положение в сельском хозяйстве страны, которое испытывает серьезное давление со стороны внешних факторов именно в настоящее время. Не обойдены вниманием такие важнейшие проблемы современности как политика страны в сфере энергосбережения и успехи страны в области высокотехнологичных инноваций, которые тоже дают свои ответы на вызовы XXI в. Обо всем этом подробно говорится в соответствующих главах монографии. В предисловии дается лишь общее представление об их содержании.

Специально приглашенным гостем данного проекта профессором университета Хосэй (Токио) Симотомаи Нобуо написана статья, в которой говорится о проблеме «северных территорий» в японо-российских отношениях в контексте периода «холодной войны» в Восточной Азии.

* * *

Япония является одной из ведущих индустриальных демократий и полноправным членом западного сообщества, оставаясь при этом частью азиатского мира. В такой ситуации вполне естественно японцы задумываются о том, какова их национальная самобытность, что они представляют собой как культурная общность, т.е. речь идет о «самооценке», самоидентификации нации. Не только отнесение себя к определенной цивилизационной общности, но и видение своего места в системе межгосударственных отношений входят в понятие самоидентификации. В новых условиях глобализации Япония стремится уточнить свою идентичность, о чем и говорит в первой главе, открывающей первый блок, С. В. Чугров. Необходимость такого уточнения вызвана тем, что японцы принадлежат как Западу, так и Востоку. Япония представляет собой симбиоз западной политической и восточной конфуцианско-буддийской идентичности, чему способствовало адаптивное мировосприятие японцев, уходящее корнями в национальную религию. В Японии сложилась двуединая идентичность: внешняя (институциональная) - западная и внутренняя (духовная) - дальневосточная. При этом глобализация сдвигает акценты в определении идентичности. Большинство японцев традиционно ассоциируют себя с культурно-цивилизационной общностью, но глобализация ведет, прежде всего, к более тесному взаимодействию и переплетению разных цивилизаций. Включение в глобальное сообщество, в частности, ряда азиатских стран происходит путем их участия в экономических и политических процессах, что стимулируется собственным самосознанием и собственной культурой, но может происходить и так, что принимается глобальная культура, происходит ее соединение с национальными культурными традициями, как это было в Японии. Этот процесс получил название «глокализация», т.е. синтез модернизации локальных культур с достижениями формирующейся глобальной мультикультурной цивилизации. Другими словами, идет процесс взаи- мообогащения культур. Япония как раз представляет собой типичный пример успешной глокализации. Таким образом страна отвечает на вызовы глобализации, которая, несомненно, грозит обезличить национальное культурно-цивилизационное своеобразие.

Во второй главе рассматривается положение национальной идеи в официальной идеологии современной глобализирующейся и глобализируемой Японии. По мнению автора главы В. Э. Молодякова, японская элита не отрицает необходимости национальной идеи, которая в прошлом зарекомендовала себя как мощный мобилизующий фактор.

Но важно то, в чем именно эта идея должна заключаться, и как она корреспондирует с реалиями и догмами нынешнего витка глобализации. Поражение во второй мировой войне стало для Японии политическим, идейным и духовным крахом. Послевоенное «перевоспитание» деформировало национальное сознание японцев. Патриотизм и национальная гордость оказались вне закона, национальные традиции были преданы забвению как «реакционные». С обретением полного суверенитета на первый план выдвинулись такие добродетели, как труд и прилежание, высокий мобилизационный потенциал, направленный на восстановление. Комплекс несостоявшегося лидера в военно-политической области предлагалось компенсировать «моральным лидерством» в борьбе за мир и против ядерного оружия. После реабилитации в собственных глазах японцы для ощущения полноценной национальной самоидентификации реабилитировали себя в глазах окружающего мира путем успехов в экономике, менеджменте и социальной сфере. Вся послевоенная история Японии (восстановительный период, период высоких темпов экономического роста, период спекулятивной «экономики мыльного пузыря») прошла под знаком экономически ориентированной или экономически насыщенной национальной идеи.

Достигнув экономических успехов, Япония захотела стать «культурной сверхдержавой», поскольку не могла поменять свой политический статус. Реакцией на недостаток признания современной японской культуры в 60-70-е годы стали распространяться различные теории, называемые «культурным национализмом». Основанные на тезисе об уникальности японской цивилизации и культуры, эти теории не стали государственной идеологией, но заняли в национальной идее пустовавшую духовную нишу и повлияли на сознание японцев. Кризис, переживаемый Японией с начала 90-х годов, прямо отразился на национальной идее. В политике она остается сателлитом США. В экономике она удерживает второе место, но не безупречность ее экономической модели ныне очевидна для всех. Великой культурной державой современности Япония не стала. И она выдвигает в качестве национальной идеи - бренд «Япония». Японские имиджмейкеры осознали, что «Япония» - бренд с хорошей репутацией и до сих пор «продаваемый». Продавать под ним предполагается национальную кухню, туризм и масс-культуру в виде манга и анимэ. Последнее направление объявлено особенно перспективным, поскольку масс-культура имеет низкий порог восприятия и, предполагается, широкое поле для развития на чужой почве. Упрощенная культура анимэ не требует специальной подготовки для восприятия и способна понравиться даже людям с неразвитым эстетическим вкусом и интеллектом. В дальнейшем имеется в виду привитие через анимэ интереса к более сложным формам японской культуры.

В третьей главе, написанной А. Е. Кулановым, рассказывается о том, как Япония пытается совместить тягу к глобализации с позиционированием своей уникальности. В последнее время политическая и интеллектуальная элиты Японии озабочены созданием позитивного имиджа страны, поисками новых идеалов, что идет вполне в соответствии с поисками национальной идеи.

Вступая в XXI век японцы с разочарованием осознали, что Европа, США, Китай (наиболее интересующая Японию часть мира) все еще не изменили в корне мнения о них и их стране. До недавнего времени Япония могла позволить себе не обращать на это внимания, так как в направлении имиджевого строительства была сосредоточена на преодолении возникшего в период индустриального бума имиджа страны, как «экономического животного», на развенчании образа «экономического гиганта на карликовых политических ногах», которые к тому же передвигались лишь по команде США. Но, если в последнее время место экспансионистски развивающегося экономического гиганта занял Китай, то восстановить свой политический имидж Японии все равно не удается. Токио пытался успокоить соседей, озабоченных ростом его экономической мощи, сосредоточивая усилия на таких проблемах, как изменение климата или соблюдение прав человека. Япония стала главным, после США, спонсором ООН, внося около 20% бюджета этой международной организации. Япония очень долго готова была платить везде и за все. Но едва ли не все усилия оказались потрачены впустую.

События трех последних лет показывают, что сегодня Токио круто меняет курс своей внешней политики, открыто признавая у себя существование армии, создавая разведку, начиная активно участвовать в военных операциях с явным вектором в сторону принятия участия в боевых действиях, и, одновременно, предпринимая усилия по созданию положительного образа Японии. Токио пока не может сделать выбор между уникальным и глобализационным путем своей самопре- зентации в мире. Учитывая сильное желание хотя бы участвовать в процессе глобализации не на последних ролях, если уж нет возможности его возглавить, Японии приходится бросаться то на один участок глобализационного фронта, то на другой, каждый раз объясняя заинтересованным странам новый образ Японии и роль в мире.

Отсюда и проистекают странные, на первый взгляд, тенденции в формировании японскими специалистами имиджа своей страны на

Западе. Вынужденная искать компромисса между собственными глобализационными идеями, чаяниями Запада и реалиями Востока японская политическая мысль находит выход в создании максимально обезличенного и неамбициозного варианта - в формировании нового имиджа не Японии, но Японца, точнее говоря, в образе «Классного японца» (Cool Japanese), т. е. того варианта, который в соответствии с требованиями глобализации и изложенными выше условиями восприятия устроил бы всех и сразу. Поиски этого выхода были долгими и мучительными, и стали примером уникального процесса трансформации национальной идеи в стратегию имиджмейкинга. Они основывались не только на констатации необходимости изменения современного восприятия Японии в мире, но и изучали возможности сохранения японской национальной уникальности и, как обязательное условие, idee fix всей японской дипломатии - распространение и пропаганду этой идентичности во всем мире. Этим объясняется и весьма запутанное сочетание основных направлений развития японской культурной дипломатии - законодательно закрепленной политики государства в области создания имиджа Японии за рубежом с помощью государственных и негосударственных учреждений.

Немаловажную роль в создании и закреплении положительного образа Японии в мире может сыграть плюрализм религиозной жизни в стране, которой свойственна удивительно широкая панорама религиозной жизни и толерантность населения. Эта проблема рассматривается в четвертой главе, автором которой является Э. В. Молодякова. Как известно, на протяжении всей истории человечества религия являлась непосредственным участником различных политических, экономических, социальных и культурных процессов. Она не может исчезнуть, поскольку занимает важное место в жизни любой цивилизации и культуры. Как раз в настоящее время нельзя не отметить стабильную тенденцию к усилению влияния религиозных факторов на все стороны жизни обществ в различных регионах мира. В частности, наблюдается тенденция возвращения религии в мир политики, происходит своего рода «религизация» политики. В современном мире наиболее активную позицию на глобальной арене занимает ислам - самая молодая из мировых религий. Она стала реальной силой, которая участвует в значительном числе ключевых политических событий во многих регионах мира и с которой нельзя не считаться.

В Японии сосуществование религий уходит в глубокую древность. В основе религиозного сознания японцев лежит национальная религия синто, которая представляла собой мозаику разнообразных верований, культов, ритуалов и этических норм. Пришедший в V в. в контексте континентальной культуры буддизм не был воспринят как абсолютно чуждый элемент, поскольку, вовлекая людей в свою орбиту, не требовал отказа от прежних верований. Две религии поделили между собой жизненный цикл человека: рождение и жизнь идут по синтоистским канонам, а похороны - по буддийским. Буддизм укрепился в стране без классических религиозных войн и привел к формированию синто- буддийского синкретизма. Одновременно в стране получили распространение даосизм и морально-этическое учение конфуцианство. Позже в эту картину вписалось христианство. Возникшие в основном в XX в. так называемые новые религии инкорпорировали многие прежние религиозные воззрения и верования и добавили к ним вновь созданные доктрины. Вот в такую религиозную ситуацию в Японии во второй половине XX в. постепенно начинает «вписываться» ислам.

Пятая глава посвящена новым тенденциям, которые обозначились в японской массовой культуре, и в связи с этим ее автор Е. JI. Катасо- нова вполне справедливо задается вопросом, может ли Япония стать новым центром такой культуры в эпоху глобализации. Определенные предпосылки для этого существуют. В частности, у творцов японской культурной дипломатии появляется осознание того, что путь к желаемому лидерству лежит не через пропаганду исключительности своей культуры, трудной и малодоступной для широкого понимания, а, главным образом, через массовую культуру, которая, похоже, становится главной составляющей глобализационных процессов в этой сфере. Масс-культура в значительной степени отодвигает на второй план и элитарную, и народную, и традиционную культуры. Но при этом она включает их в систему культурной циркуляции, адаптируя к массовому сознанию и превращая в продукты массового потребления.

Можно говорить о том, что намечается тенденция к превращению Японии в так называемый «специализированный» центр культурной глобализации, который ориентируется на широкий спектр продуктов культурной индустрии: от манга (комиксов) до современной музыки. Однако наиболее востребованными статьями культурного экспорта стали японские мультфильмы, мода и национальная кухня. И, как уже говорилось во второй главе данного издания, Япония стремится на этой базе создать свой бренд.

В настоящее время страна вполне откровенно демонстрирует намерение вовлечь азиатские государства в сферу распространения своей массовой культуры. И, судя по всему, Япония сегодня готова играть и роль регионального центра культурной глобализации, успешно сочетающего возможности новейших технологий с креативным содержанием продукции во всех областях - от манга и анимэ до телевизионных сериалов и музыки.

Достаточно сказать, что японская культурная продукция занимает в ряде государств региона до 60% рынка, а в некоторых его сегментах эта цифра еще выше. Таким образом, идет процесс активного завоевания массовой культурой новой аудитории, прежде всего, молодежной. Японии стремится стать своего рода мостом между западной и азиатской культурами, а также адаптировать продукт западной массовой культуры к объективным требованиям азиатского рынка.

Одновременно идет встречный процесс, а именно создаваемые в Японии культурные проекты, в частности в сфере анимэ и манга, становятся серьезным фактором культурного экспорта на Запад, занимая там все большее место в индустрии развлечений. Национальный японский продукт успешно адаптируется для местных рынков и становится, по сути, глобальным продуктом. Теперь он воспринимается не через призму страны-производителя, а как универсальный продукт.

Япония являет собой удачный пример глокализации, когда, как уже упоминалось, происходит синтез национальной культуры с глобальной культурой и при внешних изменениях все же сохраняется свое ценностно-смысловое ядро. Одновременно в настоящее время Япония уже сама готова давать конкурентоспособные продукты в сфере массовой культуры.

Малоисследованной проблеме места английского языка в жизни японцев, особенно в связи с тем, что этот язык претендует стать lingua franca, посвящена шестая глава, подготовленная М. В. Алпатовым. По мнению автора, проблема глобализации в языковой сфере связана с использованием английского языка в разных странах и его влияния на другие языки. В Японии же эти две составляющие никогда не шли параллельно друг другу. После реставрации Мэйдзи английский язык сразу же приобрел наибольшее значение среди иностранных языков. В то время для некоторых деятелей японской культуры европеизация казалась неотделимой от овладения западными языками. В ряде университетов преподавание вплоть до начала XX в. частично или даже полностью шло на иностранных языках. Несмотря на это в Японии не только не сложилось массовое двуязычие, но и само знание иностранных языков стало уделом узкой прослойки интеллектуалов. В соответствии с японской культурной традицией произошло усвоение заимствованных знаний в области английского языка и включение их в контекст национальной культуры. Новые понятия выражались не на иностранных языках, а на родном японском языке, или через создание кальки в дословном переводе, либо через заимствование, которое с тех времен обозначается словом «гайрайго», что означает «слова, пришедшие извне». Гайрайго живут своей особой жизнью, не связанной с владением иностранного языка.

Основная масса гайрайго, естественно, пришла из английского языка, а в послевоенный период в основном из американского варианта этого языка, что в немалой степени связано с американизацией почти всех сторон жизни японского общества. Английский язык очень престижен в стране, но это вовсе не означает хорошее владение им населения. По уровню владения этим языком Япония среди 152 стран занимает четвертое место от конца. Автор подробно рассматривает причины такого положения дел и приходит к выводу, что главное - это отсутствие мотивации изучения английского языка, а также существенные культурные барьеры между Японией и, прежде всего, США. Япония всегда была открыта для восприятия различных элементов других культур, но при этом она была закрыта для межличностных контактов. Более того, для большинства японцев проблема общения с иностранцами совсем не актуальна, а потому им достаточно своего родного языка. Однако руководство страны обеспокоено таким положением дел в глобализирующейся Японии, и старается стимулировать и расширять владение английским языком.

Второй блок монографии открывает седьмая глава, автор которой И. JI. Тимонина обозначила место Японии в глобальной экономике, обрисовав ее современное положение и перспективы на будущее. Вероятно, уже сейчас можно наблюдать некоторые результаты глобализационных процессов, в частности, формирование новой глобальной экономической системы, в которой существенно меняются роли отдельных стран, групп стран и регионов, становятся не столь очевидными роли мировых экономических лидеров.

В этих условиях борьба за сохранение и упрочение своих позиций в мировой экономике, за возможность в наибольшей мере использовать все преимущества современной ситуации и за право участвовать в формировании нового экономического порядка приобретает для стран-лидеров особенное значение. Возможно, в наиболее сложном положении оказалась Япония, которая вынуждена принимать вызовы нового века, еще не совсем отказавшись от наследия периода «догоняющего» развития и не вполне достигнув стабильности после длительной депрессии 90-х годов.

Несмотря на снижение количественных показателей участия в мировой экономике в период 1990-х - начала 2000-х годов, в целом, Япония сохранила свое место в группе мировых экономических лидеров. В то же время создается впечатление, что это происходит во многом за счет потенциала, созданного ранее. В начале нового столетия Япония оказалась перед необходимостью определения контуров новой модели экономического развития, которая позволила бы стране создать базу устойчивого экономического роста в условиях глобализации, повысить свою международную конкурентоспособность, сохранить и упрочить позиции в мировой экономике в качестве одного из мировых лидеров.

Содержание новой комплексной долгосрочной экономической стратегии Японии свидетельствует, что и правительство, и деловые круги осознают глубину и масштабность задач, которые необходимо решить для выхода страны на новый виток экономического роста в условиях развития процессов глобализации.

Стержневым направлением комплексной стратегии стало развитие инноваций как основы повышения национальной конкурентоспособности. Выдвигается концепция создания «виртуального цикла» инноваций и спроса, предполагающая, что в перспективе Япония должна стать мировым инновационным центром и в качестве такового предлагать новые товары и технологии на мировой рынок, т. е. создавать «виртуальный цикл» в глобальном масштабе и, в первую очередь, на основе сотрудничества с азиатскими странами. Важным моментом новой экономической стратегии стало то, что проблемы устойчивого роста японской экономики рассматриваются в ней не просто с учетом, а в единстве внутренних и внешних аспектов развития. Речь идет не просто о выживании в глобализирующемся мире и приспособлении к нему, а об извлечении из новой ситуации максимума выгод. Япония, как представляется авторам стратегии, должна превратиться в активного субъекта глобализационного процесса, открывая свой рынок и даже в определенном смысле «расширяя» его границы на основе реализации стратегии «соразвития» в Восточной Азии. Япония видит себя в качестве «стержня», соединяющего глобальные рынки и экономическую систему Азии.

В развитие затронутой в седьмой главе проблемы внедрения инноваций как основы повышения национальной конкурентоспособности Ю. Д. Денисов в восьмой главе оценивает высокотехнологичные инновации как ответ на вызовы XXI в. В наши дни среди наиболее серьезных вызовов, требующих незамедлительной адекватной реакции, особое место занимает старение японского общества. Это порождает серьезные препятствия на пути достижения Японией ее приоритетных общенациональных целей. Главным средством их преодоления считаются научно-технические и организационные инновации. Предполагается активизировать усилия на следующих четырех направлениях. Первое из них - обеспечение экономики более производительными средствами труда и дальнейшее совершенствование трудосберегающих технологий. Второе направление - создание техники и технологий, которые бы позволяли эффективно задействовать дополнительные трудовые ресурсы. Третье направление, на котором следует искать решение проблем «стареющего общества», - это обеспечить активное долголетие в масштабах всего населения, т. е. отодвинуть возрастной рубеж наступления старости. И, наконец, четвертое направление, на котором требуются приложить дополнительные усилия в сфере науки и техники, - это создание в помощь долгожителям различных средств, способных в какой-то степени смягчить проблемы старости.

Начиная с 70-х годов, в стране проводится политика, направленная на всестороннее оздоровление жизнедеятельности общества на основе новейших научных достижений. В этот период активизировались исследования по выяснению механизма жизненных процессов и биологических функций, установлению объективной взаимосвязи между человеком и биосферой, развитию исследований в области умственной деятельности человека, обеспечение совместимости между промышленными и живыми системами и др.

Также были сформированы новые направления в развитии японской робототехники, в частности, стали разрабатываться особо «продвинутые» типы роботов, т.е. «человекообразных» конструкций, в которых воспроизводится схема человеческого тела и на основе новейшей электроники реализуются их «очувствление» и некоторые интеллектуальные функции. Конечная цель заключается в создании роботизированной инфраструктуры повседневной жизни.

Базовый закон о науке, технике и технологиях, принятый 15 ноября 1995 г., является важнейшим официальным документом, в котором сконцентрированы организационные принципы научно-технической деятельности Японии. В нем отражены практически все факторы, на которых основывается современный научно-исследовательский процесс, и указано, что они должны быть в центре внимания государственных структур и общества в целом. В то же время в законе подчеркнута необходимость существенно повысить общественный интерес к науке и ее результатам.

В 2001 г. в Японии была сформирована национальная стратегия в области инновационного развития. В ее основе - придание ранга базового национального приоритета фундаментальным исследованиям и выделение двух крупномасштабных приоритетных областей. Первая из них включает в себя четыре раздела: науки о жизни, информатику и телекоммуникации, нанотехнологии и материалы, экологию. Вторая область, преимущественно прикладной ориентации, представлена такими разделами, как энергетика и ресурсы, промышленные технологии, производственная и социальная инфраструктура, Земля и космос.

Жизненные реалии наглядно показали японцам, что серьезным тормозом инновационного развития являются нерешенные проблемы, связанные с интеллектуальной собственностью, причем, предметом особых забот стало оформление прав на интеллектуальную собственность, относящуюся к национальным приоритетам инновационной политики Японии. Большое внимание было также уделено ускорению внедрения результатов исследований и разработок в промышленность. Этому способствовало введение в действие законов о трансферте технологий из университетов в промышленность, о специальных мерах по оживлению промышленности и о совершенствовании промышленных технологий.

Конечная цель, на достижение которой в Японии в настоящее время направляются основные усилия, состоит в том, чтобы сформировать существенно улучшенную в качественном плане, а именно, более креативную модель инновационного развития, которая смогла бы обеспечить стране, как минимум, сохранение прочных позиций среди мировых лидеров в области инноваций.

Из прогнозных оценок, выполненных экспертами японского Национального института научно-технической политики, следует, что японцы смогут добиться особенно значительных успехов при создании новых материалов на основе нанотехнологий, при реализации ряда биологических процессов на наноуровне, а также в нанотехнологиях для производственных и экологических целей. Весьма прочные позиции Япония будет занимать и в таких областях, как высокопроизводительные компьютерные системы, средства хранения и отображения информации, оптоэлектроника и фотоника, беспроводная техника связи. По- прежнему будут высоко котироваться японские энергосберегающие технологии, системы переработки отходов, не загрязняющие окружающую среду, робототехника и многие научные и инженерные достижения.

Таким образом, прогресс в области высокотехнологичных инноваций, с которыми все более тесно связывается образ современных мировых лидеров, безусловно, становится серьезным и убедительным ответом Японии на вызовы нового столетия.

В набирающих все большую силу процессах глобализации мировой экономики Япония и США играют особую роль. Это связано не только с масштабами экономической мощи этих стран, но и с тем, что они являются одними из наиболее активных участников международной торговли, крупнейшими инвесторами и кредиторами мира, лидерами мирового научно-технического прогресса, основными донорами международных организаций и т. д. Глобализация не только способствовала расширению и углублению всех форм японо-американских экономических отношений, но и привела к заметным сдвигам в их внутренней структуре. Однако и сейчас основной их формой остается торговля, хотя в 90-е годы и, особенно, в текущем десятилетии в этой области произошли знаменательные перемены. Этим проблемам посвящена девятая глава, автором которой является И. П. Лебедева.

США пока остаются крупнейшим торговым партнером Японии. Однако, если для японского экспорта США по-прежнему являются крупнейшим рынком, то в качестве поставщика товаров в Японию они еще в 2003 г. уступили лидерство Китаю, и сейчас на них приходится порядка 12% японского импорта (на Китай - 21%). В целом же в период 1990-х - начале 2000-х годов позиции США в качестве торгового партнера Японии - не только по импорту, но и по экспорту - заметно ослабли.

За снижением доли США в японском экспорте и импорте стоят огромные изменения, происходящие в системе внешнеэкономических связей Японии под влиянием глобализации. Прежде всего, это формирование мощной производственной базы японской промышленности в Восточной Азии, сопровождающееся бурным ростом торговли Японии с этим регионом. При этом значительная часть продукции, выпускаемая созданными здесь японскими предприятиями, экспортируется в третьи страны, в первую очередь США. Иными словами, США по- прежнему являются крайне важным рынком для Японии, но прямой экспорт все больше заменяется поставками с зарубежных филиалов.

Объемы японского импорта из США существенно уступают объемам ее экспорта в эту страну. Размеры дефицита США в торговле с Японией не могут не поражать. В 1991-2006 гг. они колебались в пределах 50-80 млрд. долл. При этом главный источник дефицита - дисбаланс в торговле продукцией машиностроения, в середине текущего десятилетия составлявший порядка 70 -80 млрд. долл. Несмотря на заметное ослабление позиций США в японском импорте поставки целого ряда товаров по-прежнему имеют чрезвычайное значение для Японии. Прежде всего, - это продовольствие, самолеты, сверхмощные компьютеры, ядерные реакторы, сверхсложная медицинская техника, лекарства.

В эпоху глобализации все большую роль в экономических отношениях приобретают потоки капиталов, прежде всего в форме прямых инвестиций. Японские инвестиции в США стали быстро нарастать со второй половины 80-х годов, когда в результате резкого роста курса иены стала очевидной целесообразность замены экспорта организацией производства за рубежом. Что же касается США, то они начали активно вкладывать деньги в японскую экономику с конца 90-х годов, поскольку к этому времени в результате проведения ряда реформ (прежде всего реформы государственного регулирования финансовой системы) привлекательность предпринимательской деятельности в Японии заметно возросла.

Прямые инвестиции американских компаний в Японии занимали до последнего времени довольно скромное место в общем комплексе японо-американских экономических отношений, но есть основания полагать, что в дальнейшем они будут прирастать довольно высокими темпами. Во-первых, доходность предпринимательской деятельности американских компаний в Японии весьма высока. При этом во многих отраслях уровень прибыли оказывается гораздо выше, чем в других развитых странах. Во-вторых, преодолев многолетнюю депрессию, Япония вошла в полосу устойчивого роста, что существенно повысило ее привлекательность как объекта инвестирования и усилило целый ряд ее конкурентных преимуществ. В-третьих, благодаря усилиям, предпринятым в последние годы и центральным правительством, и местными органами власти, условия деятельности иностранных фирм в Японии существенно улучшились.

Помимо прямых инвестиций Японию и США связывают интенсивные потоки портфельных инвестиций. На конец 2006 г. накопленная сумма таких инвестиций Японии в США составила 93,678 трлн. иен, или 33,6% от общей суммы ее зарубежных портфельных инвестиций. На тот же период накопленные портфельные инвестиции США в Японии составили 68,320 трлн. иен, или 32,6% от общей суммы американских портфельных инвестиций. Эти цифры говорят не только о значимости сторон друг для друга, в качестве источника средств инвестирования в экономическое развитие, но и о высокой степени доверия деловых сообществ обеих стран друг к другу.

В области взаимной торговли технологией также произошли заметные перемены. США и сейчас остаются для Японии и главным источником поступления иностранной технологии и главным покупателем японских технологий, однако баланс поступлений и платежей в двусторонней торговле технологией теперь складывается в пользу Японии.

Таким образом, под влиянием глобализации в структуре японоамериканских экономических отношений происходят заметные изменения. Значение торговых связей несколько снижается, а роль прямых и портфельных инвестиций, напротив, возрастает. Эти изменения способствуют некоторому сглаживанию остроты проблемы огромного дисбаланса во взаимной торговле, поскольку на макроуровне, т.е. на уровне межстрановых расчетов, отток средств из США из-за торгового дефицита компенсируется их притоком в форме прямых и портфельных инвестиций.

Состояние двусторонних экономических связей по-прежнему сохраняет свое значение, наличие в них дисбалансов и перекосов может существенно осложнять межгосударственные отношения, но в эпоху глобализации главными субъектами международных экономических отношений становятся уже не государства, а крупные транснациональные корпорации. Если в двусторонних японо-американских экономических связях наблюдается явный перевес на стороне японских компаний, то в противоборстве на глобальном уровне они пока уступают своим американским конкурентам. Японские компании удерживают сильные позиции в мировом промышленном экспорте, но что касается торговли услугами и объемов прямых зарубежных инвестиций, то не только по абсолютным, но и по относительным показателям (т.е. по отношению к размерам ВВП) они пока проигрывают американским фирмам. Однако для укрепления позиций, для ответа на вызовы глобализации Япония имеет мощные внутренние резервы, к которым она может добавить и внешние (прежде всего, в форме иностранных прямых инвестиций). Насколько успешно она воспользуется этими возможностями - покажет время.

Высокая степень уязвимости в отношении изменений внешней среды, чреватых сбоями в поставках энергоносителей, заставляет Токио уделять традиционно повышенное внимание так называемой ресурсной дипломатии, направленной на долгосрочное обеспечение стабильных поставок энергии. Этой важнейшей для экономики страны теме посвящена десятая глава, написанная Д. В. Стрельцовым.

Анализ достигнутого Японией позволяет сделать вывод о том, что страна заняла прочную позицию «инкубатора технологий» в сфере энергосбережения. Высокий авторитет Японии дает повод говорить о ней как о «великой энергетической державе», опыт которой в решении собственной энергетической проблемы стал своего рода «путеводной звездой» для стран, лишенных собственной базы энергетических ресурсов, и в первую очередь государств восточноазиатского региона, вступивших на стадию интенсивного индустриального развития. Для самой же Японии, традиционно занимающей нишу «технологического донора» этих стран, задача активизации помощи в сфере энергосбережения приобрела особую актуальность на рубеже двух тысячелетий в условиях лавинообразного повышения мировых цен на углеводородное сырье.

Япония исходит из того, что политика энергосбережения позволяет развивающимся странам сократить потребление энергии и обеспечить высокий уровень энергетической безопасности, что в конечном счете отвечает интересам и самой Японии, внешние условия существования которой оказываются более стабильными в условиях предсказуемого спроса на энергоносители. Немаловажно и то, что энергосбережение является важной частью задач сохранения окружающей среды и предотвращения мирового потепления, решение которых в нынешних условиях неотделимо от целей экономического развития.

Повышение значимости международных аспектов политики энергосбережения отражают основные программные документы, принятые японским правительством в сфере энергосбережения в первом десятилетии XXI в. Например, в «Основном плане», в частности, предусматриваются шаги по развитию и распространению технологий энергосбережения в тех странах Азии, которые имеют низкую эффективность энергопотребления при больших его объемах. Важнейшим инструментом международного сотрудничества Японии с азиатскими странами в сфере энергосбережения является официальная помощь развитию (ОПР).

Особое место среди международных усилий Японии в сфере энергосбережения занимают проекты, предпринимаемые в рамках усилий по сокращению эмиссии парниковых газов. Особенностью подхода Токио к сфере сотрудничества с азиатскими странами в сфере энергосбережения является достаточно тесная увязка предпринимаемых в этой области шагов с принятыми Японией по Киотскому протоколу обязательствами по сокращению эмиссии парниковых газов. По мнению Японии, помощь в сфере энергосбережения создает дополнительные возможности устойчивого развития этих стран, а также способствует решению задачи борьбы с глобальными изменениями климата.

Сотрудничество с азиатскими странами в сфере энергосбережения проводится Японией в рамках двусторонних и многосторонних соглашений, заключаемых на межправительственном уровне. Формат каждого соглашения подбирается в соответствии с особенностями промышленной и энергетической структуры страны-партнера, ее готовности принять японскую технологическую помощь, а также учитываются политические факторы (значимость той или иной страны во внешней политике Японии, уровень и характер двусторонних отношений и т.д.). Что касается многосторонних форматов сотрудничества в энергетической области в целом и в области энергосбережения в частности, то выделить следует три наиболее крупных международных структуры, в рамках которых наблюдается наибольшая активность японской энергетической дипломатии: Пятистороннее совещание министров энергетики с участием США, Китая, Японии, Индии и Южной Кореи; Восточноазиатский саммит; Азиатско-тихоокеанское партнерство в интересах чистого развития и сохранения климата (АРР, Asia-Pacific Partnership on Clean Development and Climate). Например, на втором Восточноазиатском саммите, который состоялся в филиппинском городе Себу в середине января 2007 г., с активным участием Японии была разработана и принята декларация стран Восточной Азии по энергетической безопасности. В 2007 г. был создан «Центр азиатского сотрудничества по вопросам энергосбережения», который призван стать по своему профилю головным информационным и методическим учреждением региона. Для финансового обеспечения программ международного сотрудничества было предложено активно использовать так называемые неновые кредиты, а также кредиты по линии Японского банка международного сотрудничества.

В одиннадцатой главе С. Б. Маркарьян обозначает глобальные вызовы, которые затрагивают японское сельское хозяйство, как отрасль народного хозяйства, и в целом жизнь сельских районов. Эти вызовы связаны с экономическими, экологическими, а также социокультурными проблемами. В этом секторе сталкиваются интересы либеральной и регулируемой экономики, крупных промышленных компаний и сравнительно неэффективного сельского хозяйства. Еще более остро стоит вопрос о ввозе относительно дешевой сельскохозяйственной продукции, чего требуют японские внешнеторговые партнеры по ВТО и что может грозить разорению японского фермерства.

Японское сельское хозяйство, хотя и представляет собой вполне современную отрасль экономики, по ряду причин неконкурентоспособно на внешнем рынке. Япония решает эту проблему по двум направлениям. Внутри страны для повышения эффективности производства она радикально меняет аграрную политику, переходя от методов административного регулирования к развитию рыночных отношений. На внешнем рынке Япония продолжает по мере возможности протекционистскую политику, защищая свой аграрный сектор высокими пошлинами, отстаивая концепцию многофункциональности сельского хозяйства, необходимость различного подхода к странам- импортерам и странам-экспортерам продовольствия.

Япония стремится активно участвовать в сохранении окружающей среды, в снижении возможностей потепления климата на планете. Страна придерживается «Концепции об устойчивом развитии сельского хозяйства», принятой в 1992 г. в Рио-де-Жанейро на конференции ООН по окружающей среде и развитию. Особое внимание обращается на то, чтобы удовлетворение текущих потребностей общества не наносило ущерб жизни будущих поколений. Речь идет о ведении сельского хозяйства с учетом поддержания гармонии с природой, т. е. экологически сбалансированного производства.

Одним из путей реализации «концепции устойчивого развития» является производство экологически чистых продуктов. Другое важное направление - разработка и распространение экологически ориентированных технологий. Это, - например, использование возобновляемых источников энергии с целью сократить потребление нефтепродуктов, снизить соответственно издержки производства и выбросы в атмосферу продуктов их переработки. Следуя общемировой тенденции, Япония начинает постепенно включаться в переработку биомассы, производство биотоплива и сокращение выбросов углекислого газа в атмосферу.

Глобализация захватывает японскую деревню в значительной мере в социальнокультурной сфере, поскольку именно здесь в большей степени поддерживаются национальные традиции. Именно деревня является хранительницей культурной традиции народа, его идентичности, материальных и духовных ценностей. Несмотря на огромные изменения, связанные с процессами урбанизации и техническим оснащением не только производства, но и быта, деревня продолжает сохранять многие черты прежней социальной жизни и традиций. Госу- дарство и власти на местах поддерживают различные движения за возрождение сельских районов и принимают программы, направленные на их выживание.

В условиях глобализации Япония старается, по мере возможности, учитывать свои национальные интересы, в том числе прилагать усилия для сохранения своей идентичности. Принимая во внимание низкий уровень конкурентоспособности сельского хозяйства, она всеми силами добивается отсрочки принятия в международных организациях негативных для этой отрасли решений до того, как сможет в какой- то мере противостоять натиску своих внешнеторговых партнеров.

В статье, написанной профессором Университета Хосэй Симотомаи Нобуо специально для проекта, очень тщательно, на основе большого количества источников и литературы прослежены перипетии японосоветских отношений, касающихся проблемы заключения мирного договора, показана история возникновения так называемой проблемы северных территорий в условиях «холодной войны». Автор очень аккуратно и объективно прослеживает политику обеих сторон по этим тесно связанным между собой проблемам, тщательно анализируя все доступные архивные материалы, которых в последнее время становится все больше и больше в связи с рассекречиванием многих фондов.
Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com