Перечень учебников

Учебники онлайн

СМИ и терроризм

Проблемные вопросы - способы и средства доведение информации о терроре до населения страны и региона; эмоциональные комментарии журналистов, должны ли они быть; взаимоотношения СМИ и руководителей контртеррористической операции: диалог или цензура; управление информационными потоками: необходимость или недопустимость. Особенностью современного терроризма является активное использование информационно-психологического воздействия как важного элемента манипуляции сознанием и поведением людей, с использованием возможностей глобальных коммуникаций. Действия террористов рассчитаны не только на нанесение материального ущерба и угрозу жизни и здоровью людей, но и на информационно-психологический шок, воздействие которого на большие массы людей создает благоприятную обстановку для достижения террористами своих целей. Одновременно террористы учитывают особенности информационной эпохи, связанной с существованием глобальных СМИ, готовых оперативно освещать “террористические сенсации” и способных с помощью определенных комментариев (К) к происходящим событиям эффективно воздействовать на общественное мнение в любой стране мира. Сегодня однозначно можно обозначить одной из важнейших, роль, оказываемую телевидением, радио, периодическими печатными изданиями, Интернетом на общественную мысль, мораль, мировоззрение сегодня, в век информационного бума. Способность доносить любые сведения до миллиардов людей за секунды делает средства массовой информации уникальными механизмами информационно-психологического воздействия на население. Это воздействие становится еще более массированным, глубоким и эффективным, если СМИ находятся “в руках” профессионалов, владеющих пером и словом, умело сочетающих в процессе контакта со своей аудиторией рациональную и эмоциональную составляющие преподносимой информации. В этой ситуации последняя воспринимается не только на уровне сознания, но и на более тонком, глубинном, психологическом подсознательном уровне, что гарантирует более полное ее усвоение и длительное воздействие на мировосприятие и поступки человека. Сегодня средства коммуникации, оперирующие, трансформирующие, дозирующие информацию, являются главным инструментом политического влияния в современном обществе. Способность СМИ быть эффективным средством формирования общественного климата давно подмечена, оценена и максимально используется людьми, пытающимися решать проблемы достижения своих политических, экономических, национальных, религиозных, социальных и иных целей опосредованным путем влияния на группы и слои граждан.

при добавлении к информационному сообщению (ИС) о совершенном или подготавливаемом акте террора комментария (К), последовательно варьирующего свой характер от очень позитивного до очень негативного, мы определенно получим отношение той или иной социальной группы в том же диапазоне. За видимой простотой данной информационной технологии, скрывается и масса нюансов. Другими словами, один и тот же комментарий (это понятие тождественно манипуляции) способен вызвать диаметрально противоположное отношение к событию (самим террористам, декларируемым ими целям), либо подготовить мировосприятие к дальнейшей переоценке в различных социальных группах, в случае его преднамеренной подачи. Все это в полной мере нашло место в новейшей российской истории. Типичный пример такой технологии - захват террористами заложников в г. Буденновске (составляющая формулы ИС). Объект атаки - районная больница и роддом. Информационно-психологическая истерика (наиболее емкое определение) в СМИ, особенно на телеканале – НТВ (Д). Мелькающие на телеэкране заложники, рассказывающие о “добрых к ним террористах”. Заявления (абсолютно ложные) о том, что Ш. Басаева можно понять, поскольку “вся семья его погибла под русскими бомбами”, и вообще он “борец за свободу своего народа” (К). Шокирующее заявление тогдашнего Председателя Правительства России В.Черномырдина, фактически капитулировавшего перед преступниками, с одновременным широким освещением его заявлений национальными электронными СМИ. В результате таких действий среди военнослужащих объединенной группировки войск (СГ) в Чечне стало прогрессировать убеждение (О) о наличии сговора между верховной властью в стране и террористами. Данные получены в ходе опросов российских военнослужащих представителями армейских воспитательных структур в период после разрешения буденновского кризиса. Следует учесть, что в тот период СМИ тщательно обходили молчанием следующее обстоятельство. Демонстрируемые, только что освобожденные из рук террористов, люди испытывают так называемый “синдром заложника”, когда последние через некоторое время начинают чувствовать себя более привязанными к террористам, чем к спасателям. Отметим, что “синдром заложника” обычно испытывают только около 20% заложников, т.е. подбор персонажей для репортажа велся скорее целенаправленно и в интересах террористов. Это обстоятельство однозначно говорит о том, на кого в конечном итоге работали указанные СМИ. Кроме того, установленный факт - якобы “погибшая семья” Ш.Басаева на тот момент отдыхала на о. Кипр. Нельзя не упомянуть о выборе г. Буденновска еще и потому, что там проходит магистральный газопровод, который находился в фокусе геополитических интересов. Указанные меры информационно-психологического воздействия создавали соответствующий фон для геополитических шагов А. Масхадова и его окружения, которые апеллировали к НАТО, доказывая нарушение Россией прав человека, призывая вмешиваться в вопрос урегулирования взаимоотношений Чеченской Республики и Российской Федерации в соответствии с существующими нормами международного права и нового миропорядка, устанавливаемого Североатлантическим блоком. В обращении к Генеральному секретарю НАТО Дж. Робертсону А. Масхадов утверждал, что “происходящее сегодня в Чечне является посягательством на демократию, права человека и вызовом всем международным организациям, призванным отстаивать идеалы мира и добра”. Примечательно, аргументом необходимости скорейшего “международного вмешательства” в вопрос урегулирования ситуации в республики, чеченские бандформирования в 1996 году выставляли собственные угрозы провести теракты с использованием радиоактивных элементов и химических веществ. К сожалению, указанная антигосударственная практика в деятельности отдельных журналистов полностью не изжита и в 21 веке. Во время событий, связанных с захватом террористами в октябре 2002 года заложников в театральном центре на Дубровке (г. Москва) и после них, в ряде телепрограмм канала “НТВ” (“Намедни”, от 27.10.2002 г., “Итоги” от 03.11.2002 г., “Свобода слова” от 14.02.2003 г.) достаточно отчетливо на наш взгляд был обозначен вектор на формирование общественного мнения в заданном ракурсе.

После трагедии на Дубровке, в ходе диалога российской властью с представителями национальных СМИ, были найдены формы взаимодействия для борьбы с терроризмом. Но самоуспокоенность в данной ситуации чревата. Несмотря на казалось бы, позитивно выстроенные отношения власти со СМИ в вопросах антитеррора, в ходе трагедии в Беслане и после нее, отдельные журналисты продолжали попытки осуждать не действия террористов, а критиковать спецслужбы и власть. Совершенствование работы на данном направлении заключается: в формировании у общественности твердых убеждений об обязательности непримиримой борьбы с терроризмом, с использованием всех возможностей государства; информационной поддержке участвующих и поддерживающих контртеррористические операции. Такая работа уже ведется. И события в Нальчике показали, что в этом направлении сделаны определенные позитивные шаги. Террористы, а также властные государственные структуры и сами представители масс-медиа видят функции, роль и ответственность СМИ при освещении событий, связанных с актами терроризма, с разных и порой диаметрально противоположных позиций. Эти позиции иногда определяют групповое поведение во время террористических актов, часто давая тактическое и стратегическое преимущество террористам и терроризму в целом. В таком случае, возникает задача, как для государственных структур, так и СМИ осмыслить динамику этих позиций и разработать варианты информационной политики, служащие общегражданским и государственным интересам. Власть в ходе антитеррора должна умело управлять информационными потоками, наладив конструктивное сотрудничество со СМИ, в стремлении ограничить ущерб, наносимый террористами обществу. На принципах системности и многоуровневости должна быть построена информационная антитеррористическая деятельность Российского государства на федеральном, региональном и международном уровнях. Власть должна уметь эффективно применять преднамеренные утечки государственными структурами в масс-медиа т.н. “сенсационной информации”, по отдельным элементам борьбы с терроризмом. Суть подобной обоюдовыгодной “сделки” заключается в создании, посредством подобных публикаций (репортажей), благоприятного имиджа государственных институтов призванных противодействовать данному социальному злу. Целесообразно своевременно информировать представителей отдельных СМИ соответствующими государственными структурами, в отношении сведений, касающихся планируемых террористических актов, а также о лицах их подготавливающих, ставших известными в ходе оперативных мероприятий. Кроме того, в крайних случаях, когда позволяют обстоятельства и речь идет о сохранении человеческих жизней и интересах национальной безопасности, спецслужбы должны иметь возможность распространять через СМИ заведомо ложную информацию, которая способна предотвратить, нейтрализовать или отодвинуть террористические акты. Свобода творчества журналиста в ходе теракта должна быть ограничена. Профессиональное стремление журналистов исполнить свою работу как можно ярче и захватывающе, при освещении террористических актов непроизвольно играет “на руку” террористам. Серьезной проблемой является другой символический аспект терроризма - воздействие показа СМИ актов насилия на потенциальных террористов. Коммуникативное внимание служит катализатором последующего поведения: кадры о многочисленных жертвах действуют на зрителей возбуждающе, особенно на тех, кто склонен к жестокости и преступлениям, по пути подталкивая их на определенные шаги. СМИ не должны “давать трибуну” террористам ни при каких условиях. Свидетельством пособничества терроризму явилось то, что британский телеканал "Channel 4" показал 3 февраля 2005 года интервью террориста Шамиля Басаева. СМИ не должны содействовать террористам в получении оперативной информации. Последний российский пример такого рода - освобождение заложников, захваченных террористами в Театральном центре на Дубровке (г. Москва, 2002 год), когда бандиты имели возможность следить за размещением и перемещениями спецподразделений на телеканалах “ТВ-6” и “НТВ”. Недопустимость двойных информационных стандартов. То, как мировые СМИ отражали события вокруг терактов в Лондоне, говорит о наличии двойных информационных стандартов, по сравнению с теми трагедиями, что многократно происходили в России. Договор между властью и СМИ по проблемам антитеррора.Он может быть заключен и на предмет установления определенных рамок, в которых будет осуществлять свою деятельность пресса, освещая террористические акты (примерный кодекса поведения, который добровольно обязуются соблюдать редакторы и журналисты).

Обязательным условием организации информационного противодействия террору является создание специального государственного органа, функционально призванного решать стратегическую задачу организации информационного противодействия террору и координации информационных действий всех задействованных в антитерроре государственных структур. С учетом прогрессирования угрозы терроризма в общемировом масштабе, российское государство на международном уровне должно предпринимать шаги, направленные на наращивание правоустанавливающей нормативной базы по совершенствованию борьбы с террором на “информационном поле”

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com