Перечень учебников

Учебники онлайн

Концепция кооперативной безопасности

Будучи основанной на постулатах либерально-идеалистической парадигмы, данная концепция имеет несколько разновидностей. Наиболее распространенными являются две из них. Одна апеллирует к международным институтам и правовым нормам и, соответственно, относится, по терминологии М. Уайта, к «гроцианской» (или «рационалистской») традиции. Другая настаивает на универсальности моральных норм и соблюдении прав личности как основном критерии безопасности и тем самым соответствует «кантианской» (или «революционаристской») традиции. Различия между ними настолько велики, что, по существу, речь идет о двух разных концепциях. Поскольку в первой из них уделяется значительное внимание необходимости создания самого широкого сообщества безопасности, в котором могли бы принять участие все заинтересованные страны, то эта разновидность рассматриваемой концепции иногда называется еще «партиципативной безопасностью». Во второй версии сообщество безопасности фактически ограничено достаточно узким кругом его членов.
«Гроцианская» концепция кооперативной безопасности
Можно без преувеличения сказать, что у истоков разработки данной концепции с конца 1980-х гг. стояли ученые из Брукингского университета США, сообщество которых нередко называют «брукингской группой». Приведем основные элементы содержания кооперативной безопасности, отстаиваемой этими учеными.
«Кооперативная безопасность, — пишут они, — это механизм сдерживания агрессии через создание встречных угроз и нанесение поражения тому, от кого она исходит» (Carter el alii. 1992. P. 7). Меры, направленные на достижение кооперативной безопасности, должны формироваться скорее на основе согласия, чем навязываться силой, а сама система кооперативной безопасности должна исходить из таких предпосылок, которые могли бы восприниматься широкой общественностью как легитимные. Такие меры должны быть также инклюзивными в том смысле, что все страны имеют право на присоединение к ним. Эти страны должны, в свою очередь, соответствовать духу кооперативной безопасности и участвовать в установлении ее правил.
Авторы особо подчеркивают, что кооперативная безопасность не должна принимать форму отдельного всеобъемлющего политического режима или соглашения по контролю вооружений. Так же она не должна стремиться к созданию международного правительства. Кооперативная безопасность, в понимании «брукингской группы», не претендует на то, чтобы уничтожить все вооружения, предотвратить все фермы насилия или гармонизировать все политические ценности. В фокусе ее интересов — предотвращение накопления средств для серьезной, преднамеренной, организованной агрессии. «Сосредоточиваясь на сокращении организованных военных приготовлений, кооперативная безопасность сама по себе не адресуется непосредственно к субгосударственному насилию, которое является главным источником хронических конфликтов и человеческой нищеты в мире. Но кооперативная безопасность дает международному сообществу основу — действительно необходимую основу — для организации ответов на гражданское насилие» (там же. Р. 11). Далее авторы перечисляют основные компоненты кооперативного порядка. Это такие компоненты, как опыт ядерного устрашения, и кооперативная денуклеаризация; оборонительная конфигурация обычных сил; согласованный между народный ответ на агрессию; снижение военных инвестиций и распространение ОМП; транспарентность всех мер.
Отмечая, что понятие «кооперативной» или «партиципативной безопасности» получает все более широкое распространение, французский международник Д. Коляр видит ее суть в том, что «...идя сверху, она делает акцент на предупреждении конфликтов, на разумной достаточности, на стабильности и мерах транспарентности, доверия и контроля» (Со1агс1. 1998. Р. 197). В рамках данной концепции термин «сообщество безопасности» включает в себя всеобъемлющую систему коллективной безопасности (содержание которой было описано выше) и сопровождается правилами поведения, вырабатываемыми в процессе переговоров (см., например, кодекс военно-политического поведения, одобренный Будапештским саммитом в декабре 1994 г.), а также «нормативной основой» (представленной, в частности, Заключительным Актом СБСЕ 1975 г., Парижской Хартией для новой Европы 1990 г. и ДР)-
Близкие взгляды высказывает австралийский исследователь Д. Дыюитт (/)с\\'/и. 1994). Опираясь на инициативы, выдвинутые в сентябре 1990 г. на собрании ГА ООН представителем Канады Дж. Кларком, Д. Дыоитт считает главным для системы кооперативной безопасности наличие трех элементов: во-первых, направленность не на устрашение агрессора, а на создание твердых гарантий предупреждения агрессии; во-вторых, альтернативность политике союзов или, как крайний случай, сосуществование наряду с ними и, в-третьих, продвижение в области не только военной, но и невоенной безопасности. Важно отметить, что в представлении автора система кооперативной безопасности должна охватывать не только государственных, но и негосударственных, транснациональных акторов. Не нуждаясь в специальных формальных институтах или механизмах, она и не исключает возможности их создания, если этого хотят ее участники. Наконец, формирование системы кооперативной безопасности предполагает, что участвующие в ней государства «обязательно должны уделять внимание улучшению своей внутренней ситуации» (там же. Р. 8).
По утверждению Д. Коляра, «совокупность мер, предлагаемых данной концепцией, может вылиться в подлинный режим безопасности», главной миссией которого должна стать диагностика потенциальных кризисов и подготовка превентивной дипломатии, а также необходимых публичных или гуманитарных действий (Со1агё. 1998. Р. 197). Он считает также, что реорганизация системы безопасности на Старом континенте должна руководствоваться новыми подходами, с тем чтобы избежать впадания в некое подобие иного варианта холодной войны, включающего систему блоков, равновесие террора, сферы влияния и т.п. Путь к созданию подобной системы был открыт процессом СБСЕ еще в 1975 г. (там же. Р. 198).

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com