Перечень учебников

Учебники онлайн

1. МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКИЙ ПОДХОД И ОСНОВНЫЕ ИТОГИ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ИЗУЧЕНИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ В СССР: ОТ "ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ” ДО "ПЕРЕСТРОЙКИ” М.ГОРБАЧЕВА

Совершенно очевидно, что изучение международных отношений и внешней политики в СССР после Великой Отечественной войны, как и в предвоенный период, определялось официальной идеологией советского государства - марксизмом-ленинизмом. Также вполне понятно, что до смерти И. Сталина в марте 1953 г. труды по международной и внешней политике освящались не только именем В.Ленина, но и именем "отца народов".
Ему приписывалось соавторство в разработке марксистской теории империализма, названной "ленинско-сталинской''. Со смертью И. Сталина не случились и не могли случиться какие-либо внезапные и радикальные перемены в советской идеологии и политике, в частности внешней.
В послесталинский период постепенно спадал психоз "холодной войны". В 1954 г. на совещании министров иностранных дел СССР, КНР, США, Великобритании и Франции, состоявшемся в Женеве 26 апреля - 21 июля, были приняты соглашения, положившие конец длившейся с января 1945 г. войне Франции против Вьетнама, Лаоса и Камбоджи. Начался период отношений между Западом и СССР, который назвали "оттепелью".
Этот процесс в исторической и политической литературе обычно связывается с именем преемника И.Сталина - Н.Хрущевым. Его секретный доклад с критикой И.Сталина на XX съезде КПСС в феврале 1956 г., произведший на делегатов эффект разорвавшейся бомбы, положил начало "десталинизации" советского общества, т.е. смягчению репрессий, форм партийной диктатуры и т.л.
В области внешней политики послесталинское руководство СССР стало выдвигать на первый план "ленинский принцип мирного сосуществования". Конкретизируя этот принцип применительно к условиям ядерной эпохи, советское руководство на XX съезде КПСС заявило о возможности предотвращения мировой войны. Соответственно, тема мирного сосуществования стала ведущей в работах советских международников". Вместе с тем официальная теория внешней политики СССР в хрущевский период, отраженная в третьей программе КПСС, принятой на XXII съезде партии в 1961 г., гласила, что мирное сосуществование государств с различным общественным строем является "специфической формой классовой борьбы на международной арене". Учитывая, что целью этой программы провозглашалось строительство в СССР коммунизма, формула "классовой борьбы" в международных отношениях обесценивала подобный принцип "мирного сосуществования".
Эмоциональное, импульсивное поведение Н.Хрущева, бросившего в одной из своих речей реплику "Мы вас закопаем!", обращенную к международной аудитории, тем более подрывало доверие к внешнеполитической идеологии советского правительства.
После отстранения Н.Хрущева от власти в октябре 1964 г. руководство КПСС и СССР во главе с Л.Брежневым избрало курс на разрядку международной напряженности. Идея "разрядки" выдвигалась на Западе реалистически мыслящими государственными деятелями, например Ш. де Голлем. В СССР эта формула была возведена в ранг государственной доктрины.
Несомненно, что в основе такого явления в отношениях двух противостоявших военно-политических блоков (НАТО и Варшавского договора) в 60-е - 70-е годы лежали весьма сложные объективные, геополитические и другие причины. Разрядка была феноменом мировой политики. В изложении же советских руководителей и специалистов-международников она представала прежде всего как результат осуществления ленинских принципов мирного сосуществования. Тем не менее, двойственность марксистско-ленинской теории внешней политики, изначально проистекавшая из сочетания ленинской идеи "мировой революции" и прагматического "мирного сожительства", была присуща и советской доктрине "разрядки" брежневского периода.
С одной стороны, в Конституции СССР 1977 г. говорилось, что внешняя политика СССР направлена на "последовательное осуществление принципа мирного сосуществования государств с различным социальным строем" (ст.28). Но с трибуны XXV съезда (1976) Л.Брежнев заявил, что разрядка ни в коем случае не отменяет идеологической и классовой борьбы. Советские международники так или иначе должны были следовать официальной идеологической установке о непримиримости идеологических противоречий между капитализмом и социализмом в сфере международных отношений.
Таким образом, если идея "мировой революции" уже давно была предана забвению как революционно-утопическая, то ее дух, стиль мышления и общая схема продолжали диктовать марксистско-ленинский теоретический подход к изучению международных отношений и внешней политики. Скованное постулатами марксизма-ленинизма изучение международных отношений в СССР все больше отставало от зарубежной науки.
Тем не менее неверно сводить весь спектр, всю совокупность исследований советских международников к марксистско-ленинскому подходу.
Во-первых, практические интересы в сфере международной политики, обеспечение государственной безопасности СССР требовали как применения современных научных методов, так и обращения к накопленному политической историей опыту и представлениям, не вмещавшимся в рамки официальной идеологии.
Во-вторых, с расширением международных связей, развитием современных технологий было невозможно отгородиться "китайской стеной" от зарубежных научных школ.
Кстати, начиная еще с 50-х годов в СССР издавались переводы зарубежных международников, в основном специалистов по вопросам национальной безопасности и военно-политической стратегии. В ведущих советских исследовательских центрах, таких, как Институт мировой экономики и международных отношений, постепенно осваивался опыт западной науки международных отношений.
В этом смысле наиболее значительной стала уже цитированная коллективная работа ИМЭМО "Современные буржуазные теории международных отношений", подготовленная под руководством профессора В.И.Гантмана. Совершенно ясно, что ее авторы должны были разоблачать политическую и методологическую "несостоятельность" всех "буржуазных" школ в области международных отношений, которые, по их утверждению, "не выдержали "очной ставки" с историей", "показали свою оторванность от реальной почвы, неадекватность историческим процессам, неспособность дать объективный анализ и прогноз их закономерностей, тенденций и перспектив их развития". Ирония заключается в том, что издание работы, в сущности опровергало эту идеологическую установку. До сих пор коллективный труд ИМЭМО остается ценным источником, дающим весьма широкое представление о западной науке международных отношений. Несмотря на обязательные ссылки на марксистско-ленинскую теорию, зарубежный опыт оказывал все более заметное влияние на советских международников. Возникал вопрос о теоретическом изучении международных отношений, публиковались работы по социологии международных отношений, в частности по международным конфликтам, американской, французской внешнеполитической мысли.
Советский ученый-международник Э.А.Поздняков опубликовал в 1976 г. работу "Системный подход и международные отношения", в которой можно видеть своеобразное соединение традиции "реализма”, системного подхода и марксисткой теории общества и политики.
Эта публикация отметила существенный рубеж в развитии советских теоретических исследований международных отношений. Принятие советским международником части теоретического наследия "реалистов" проявилось в его работе в том, что он считал силовые отношения основополагающими в образовании исторических систем международных отношений.
Вместе с тем, подвергнув критике категорию "силы" как некую суммарную величину параметров "государств-наций", Э.А.Лоздняков выдвинул положение о том, что инвариантом (т.е. неизменной при всех условиях величиной, качеством) структуры международных отношений являются не "сила", а центросиловые отношения, т.е. отношения между крупнейшими в каждую историческую эпоху державами, чьи взаимоотношения играют доминирующую роль. Автор исходил из того, что "сила" не есть "статическое" качество государств, а что она формируется и проявляется в динамике.
Центросиловые отношения, образующие структуру-инвариант межгосударственных отношений в качестве "внешней среды" имеют, с точки зрения Э.А.Позднякова, мировую социально-экономическую систему, т.е. исторически определенные общественно-экономические формации.
Таким образом, системный подход вписывался в марксисткую теорию общественно-историческою развития.
В конце 70-х - начале 80-х годов системные представления, методы системного анализа стали весьма характерными, если не преобладающими как в научных разработках советских международников, так и немногих учебных пособиях.
Параллельно проводились исследования с использованием количественных методик, математического моделирования с помощью ЭВМ: в Центральном институте математических исследований, в Проблемной лаборатории МГИМО под руководством М.А.Хрусталева, в Дипломатической академии СССР и в других институтах и научных центрах.
Некоторые из них проводились в закрытых для научной общественности или секретных учреждениях. Имея в виду это обстоятельство, советский международник Р.Н.Долныкова высказала в одной из откровенных дискуссий, ставших возможыми в период "перестройки", свое мнение о состоянии теоретических исследований международных отношений за рубежом, в частности в США и в СССР: "Я бы не сказала, что американские теоретики, хотя и обладают разными техническими чудесами, в мыслительном или теоретическом отношении находятся заметно впереди нас. Я не знаю какой-либо серьезной работы, которая в теоретическом смысле опережала бы нас, была бы впереди наших разработок”. Но все-таки очевидно, что государственная идеология марксизма-ленинизма сильно затормозила развитие международных исследований в СССР, что выяснилось уже в годы "перестройки" и "нового политического мышления".

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com