Перечень учебников

Учебники онлайн

4.4. Механизмы реализации политики безопасности на уровне исполнительной власти

В последнее время назрела необходимость перестройки, а точнее, принятия решений по вопросам обеспечения безопасности. Это связано с существенным возрастанием масштабов и технической сложности деятельности в этой области. В скором времени она станет требовать еще больших бюджетных затрат и исключительно четкой координации усилий вовлеченных в нее российских ведомств.

Состояние дел. В настоящее время этими вопросами занимаются различные ведомства, которые имеют соответствующие подразделения в своей структуре. Однако координация их деятельности ведется несистемно и в основном лишь на рабочем уровне. Отсутствие организации этого процесса как в политической сфере, так и в принятии военно-технических решений уже сейчас ведет к неоправданному распылению государственных средств.

В бывшем СССР существовал координационный механизм выработки позиций страны в этой области – межведомственная комиссия при ЦК КПСС (так называемая «пятерка»), которая готовила проекты решений руководства по основным вопросам национальной безопасности. После распада СССР ничего даже близкого по эффективности у нас создано не было. Причины здесь следует искать и в межведомственных распрях, и в низком уровне исполнительной дисциплины, и в том, что мы находимся лишь в самом начале становления российской государственности, и во многом другом. Сами же ведомства, ничего кроме идеи возродить «пятерку», не предлагают. Но ведь ясно, что для того, чтобы восстановить прежний порядок, существовавший в СССР, надо ни больше ни меньше как восстановить в России прежний коммунистический режим и Политбюро ЦК КПСС. К счастью, это совершенно невозможно. Однако такая констатация, к сожалению, проблемы координации не решает.

Предпринятые в последние годы попытки создать соответствующий механизм – будь то в рамках Совета Безопасности или вне его – были заблокированы ведомствами. Создаваемые же межведомственные комиссии по различным проблемам не решают этой задачи: они приводят лишь к дальнейшему распылению усилий, параллелизму в работе и в конечном счете – к росту безответственности и снижению эффективности государственной политики в этой области. Межведомственные комиссии Совета Безопасности, которым по статусу предписано заниматься согласованием позиций по вопросам безопасности, оказались не в силах взять на себя процесс подготовки и принятия решений, координации деятельности министерств и ведомств в этой сфере. С функциями координатора по вопросам внешней политики не справился и МИД. В итоге сложилась ситуация, когда координацией на государственном уровне сейчас по существу не занимается никто.

О Совете Безопасности РФ. Совет Безопасности был задуман как основной механизм системы исполнительной власти по выработке, принятию и выполнению важнейших решений в области национальной безопасности – как внутри-, так и внешнеполитических. Создавался он в первую очередь на основе опыта США, в которых с 1945 года успешно функционирует Совет национальной безопасности.

Еще в декабре 1990 года были внесены изменения в Конституцию СССР в интересах совершенствования государственного управления, предусматривавшие создание Совета Безопасности СССР. Функции у него были значительно скромнее, чем нынешнего Совета Безопасности РФ. Они ограничивались вопросами государственной, экономической, экологической безопасности, преодолением последствий стихийных бедствий и других чрезвычайных ситуаций, обеспечением стабильности и правового порядка в обществе. До августа 1991 года успел начаться процесс образования Советов Безопасности и в ряде союзных республик СССР.

В РСФСР первое упоминание Совета Безопасности появилось в принятом в апреле 1991 года Законе «О Президенте РСФСР», а в мае 1991 года были внесены изменения в Конституцию РСФСР, предусматривавшие создание такого органа. В июле 1991 года при Президенте РСФСР была создана Комиссия под руководством Ю.В. Скокова, которой была поручена подготовка проекта закона «О безопасности».

Сформированный сравнительно немногочисленный аппарат Совета Безопасности проработал под руководством Ю.В. Скокова около года. За это время был подготовлен и проведен через Верховный Совет РСФСР Закон «О безопасности», в котором утверждались функции, полномочия и компетенция Совета Безопасности как основного координирующего органа в области национальной безопасности, подготовлены Основные положения военной доктрины и первый проект Концепции по национальной безопасности. В 1993 году Ю.В. Скоков ушел с поста секретаря СБ, выразив свое несогласие с экстремистскими намерениями демократов первой волны из окружения Президента.

За последние пятнадцать лет сменилось не менее десяти секретарей Совета Безопасности. Одним досталось несколько лет работы – другим – несколько месяцев. Каждый приходил со своей командой. Аппарат СБ был в основном занят адаптацией к очередной смене ситуации и к проводимым ежегодно, а иногда и чаще, реорганизациям, сопровождавшимся каждый раз выводом всех сотрудников за штат. К тому же руководители силовых министерств и ведомств, координировать работу которых по положению призван был Совет Безопасности, сделали все, чтобы это не допустить. Президент же, которого вполне устраивали прямые контакты с «силовиками», ничего не сделал для того, чтобы укрепить Совет, председателем которого он являлся.

Одним из характерных примеров отношения Президента к Совету Безопасности стало назначение на пост секретаря СБ А.И. Лебедя и одновременный вывод из-под его влияния всего «силового блока», ради чего был образован Совет обороны РФ во главе с Ю.М. Батуриным. В должности секретаря СБ А.И. Лебедю позволили пробыть всего четыре месяца, а Совет обороны просуществовал два года. За это время его аппарат сделал немало полезного, но работа аппарата СБ была практически дезорганизоана. Таким образом, ни на одном из этапов своего существования Совет Безопасности не имел возможности выполнять возложенные на него полномочия и функции. Следствием этого является отсутствие государственного управления в области национальной безопасности, а следовательно, в стране в целом. Государственное управление свелось к оперативно принимаемым решениям, продуманным на полшага вперед даже тогда, когда они ведут к долговременным последствиям. Эти решения отражают главным образом субъективный, опирающийся лишь на конъюнктурные соображения, взгляд руководителя, принимающего эти решения.

Особо катастрофическое положение сложилось во внешней политике. Отсутствие в этой чрезвычайно деликатной сфере национальной безопасности эффективного механизма координации процесса выработки, принятия и выполнения важнейших государственных решений привело к тому, что каждое ведомство стало проводить чуть ли не самостоятельную внешнюю политику, а на высшем политическом уровне непродуманные решения приводили к крайне противоречивым заявлениям и действиям, прямо-таки изумлявшим наших зарубежных партнеров. Достаточно вспомнить наши метания по таким важнейшим вопросам как расширение НАТО, урегулирование югославского кризиса, Договор по ПРО, вступление в ВТО, ближневосточный конфликт, наконец, разоружение Ирака. Все это нанесло и продолжает наносить серьезный ущерб национальным интересам и внешнеполитическим позициям России, которая остается в глазах зарубежных коллег по-прежнему непредсказуемым, а следовательно, ненадежным партнером.

В этих условиях резко упала (да и не могла не упасть) государственная дисциплина выполнения внешнеполитических решений. Стало очевидным, что Совет Безопасности оказался неспособным организовать эффективный механизм принятия и выполнения решений в этой сфере.

О механизме принятия и реализации решений в сфере внешней политики и международных отношений Российской Федерации. Повышение эффективности внешней политики требует специального закона о механизме разработки, принятия и реализации внешнеполитических решений, который обеспечивал бы четкую координацию деятельности министерств и ведомств в этой области под руководством Президента РФ в целях проведения единой линии Российской Федерации в отношениях с иностранными государствами и международными организациями.

Общая схема такого механизма, как представляется, могла бы выглядеть следующим образом:

Принятие политических решений в соответствии с Конституцией страны по принципиальным вопросам внешней политики осуществляется Президентом Российской Федерации.

Для представления Президенту РФ предложений по этим вопросам требуется их согласование между должностными лицами, имеющими непосредственное отношение к внешней политике. Это Председатель Правительства, Секретарь СБ, руководители МИД, Минобороны, ФСБ, СВР, Председатели Совета Федерации и Государственной Думы Федерального Собрания РФ. Перечисленные лица образуют Совет (Коллегию) по внешней политике и международным отношениям при Президенте Российской Федерации в качестве ее постоянных членов. При необходимости в обсуждении участвуют руководители других министерств и ведомств (Минэкономразвития, Минфина, Минатома, Минпромнауки и др.). При невозможности достичь согласия в ходе рассмотрения вопроса в Коллегии, позиция министерства (ведомства) может быть оформлена как особое мнение и направлена Президенту РФ для принятия окончательного решения.

Рабочим органом Совета (Коллегии) является его аппарат, функционирующий в тесном взаимодействии с аппаратами министров и руководителей ведомств, представленных в Коллегии, а также Председателей Комитетов Совета Федерации и Государственной Думы Федерального Собрания по международным делам, по обороне и безопасности (по согласованию) или их полномочных представителей, и при необходимости создающий различные межведомственные комиссии на постоянной, либо временной основе. Руководит этим процессом секретарь Совета (помощник Президента РФ), который имеет полномочия докладывать вопросы непосредственно Президенту РФ. Аппарат Совета проводит согласование позиций по вопросам концептуального и стратегического характера и готовит проекты решений и другие материалы для Совета (Коллегии). В случае возникновения разногласий в ходе работы вопрос выносится на Совет (Коллегию) и далее, в случае необходимости, направляется Президенту РФ для принятия окончательного решения.

Межведомственная внешнеполитическая комиссия Совета Безопасности РФ при этом упраздняется ввиду изменения порядка разработки решений в сфере внешней политики и международных отношений.

Действующий аппарат Совета Безопасности РФ, соответственно, сокращается. Деятельность Совета (Коллегии) обеспечивается за счет специалистов МИД, Минобороны, других министерств и ведомств, входящих в Коллегию, в том числе из аппаратов Федерального Собрания России (Госдумы и Совета Федерации).

Следует подчеркнуть, что коллегиальность в подготовке решений в сфере управления международной деятельностью характерна для государств в целом, независимо от культурно-цивилизационных различий, их геополитического и геоэкономического положения. Это обстоятельство обусловлено, в первую очередь, тем, что, по сути, любая международная проблема - комплексна в своей основе. Как правило, она имеет взаимозависимые военно-политическую, экономико-финансовую, социальную, дипломатическую и другие составляющие и, соответственно, последствия как временного, так и длительного характера.

Следует иметь также в виду, что все экономически развитые страны мира располагают сегодня весьма разветвленной сетью государственных и неправительственных структур, профессионально занимающихся вопросами мировой политики.

Как показывает российский опыт прошедших десяти лет, наиболее приемлемым для нас примером является деятельность Совета национальной безопасности США, созданного в 1947 году, а с 1949 г. входящего в состав администрации американского президента со специальным статусом. В США Совет национальной безопасности – главный координационный инструмент в президентских руках в сфере внешней политики и международных отношений. В реальности это – своего рода Коллегия по управлению вопросами внешней национальной безопасности.

Именно в условиях сегодняшнего мира и места в нем России, а также положения внутри страны, главе государства требуется общенациональный коллегиальный орган управления (а не механизм для консультирования Президента) международной деятельностью страны. Нельзя в данном контексте не согласиться с прочно укоренившимся в США пониманием того, что ни одно государственное ведомство, какими бы формальными правами оно ни наделялось, не может быть лидером в сфере международной политики и ожидать от других заинтересованных ведомств, что они за ним последуют. Внешнеполитическая деятельность должна основываться в том числе и на новых возможностях по продвижению интересов страны через развитие международных связей всеми субъектами международной деятельности государства, в том числе российскими регионами.

Представляется, что эффективное функционирование вышеописанного механизма выработки, принятия и реализации внешнеполитических решений связано с тремя главными методологическими трудностями.

Во-первых, такой механизм не может быть механизмом выработки, принятия и реализации всех внешнеполитических решений. Речь идет лишь о ключевых решениях, которые связаны непосредственно с внешними аспектами национальной безопасности, имеющими отношение к жизненно важным интересам личности, общества и государства. Следовательно, основная методологическая сложность состоит здесь в том, чтобы отделить ключевые внешнеполитические проблемы от текущих и оперативны, которыми занимается Министерство иностранных дел РФ. Общее соображение здесь такое: ключевые решения – это решения, непосредственно связанные с национальной безопасностью, как она «прописана» в соответствующих официальных документах – Концепции национальной безопасности, Концепции внешней политики, Военной доктрине, а также в других подобного рода документах – концепциях экономической, информационной, продовольственной безопасности и т.д. Следует провести соответствующую инвентаризацию этих документов. Например, проблема вступления России в ВТО – это проблема, напрямую относящаяся к национальной безопасности (поскольку она затрагивает жизненно важные интересы граждан России), хотя она и не имеет прямого отношения к военно-политической проблематике.

Во-вторых, необходимо разграничить компетенцию различных ведомств. И в первую очередь – исполнительной и законодательной ветвей власти. Ведь мы ведем речь о механизме не только выработки и принятия, но реализации внешнеполитических решений. К реализации таких решений ни Совет Федерации, ни Государственная Дума, ни вообще законодательные органы власти, отношения иметь не могут. Ведь для того, чтобы выполнять такие решения, нужны соответствующие ресурсы, людской и материальный потенциал, чем законодатели не располагают. Реализация – это прерогатива исполнительной власти. Другой вопрос, что законодательные органы могут контролировать выполнение принятых с и участием решений путем различного рода депутатских запросов, организации слушаний с участие руководителей федеральных ведомств и т.д. Хотя опять же функция контроля должна быть строго разграничена между исполнительными (в частности, президентскими) и законодательными органами власти. Например, текущий регулярный контроль за президентскими решениям в области внешней политики (в том числе контроль за внешнеполитическими ведомствами, и в первую очередь МИД) должен, безусловно, осуществляться из аппарата Президента РФ.

В-третьих, в условиях становления в России по-настоящему многопартийной системы следует отработать четкий механизм принятия важнейших внешнеполитических решений с участием представителей правящей партии и оппозиции.

В-четвертых, следует разработать различные алгоритмы принятия решений, когда это необходимо делать в различные сроки. Например, долгосрочное (год) решение (например, политика России в отношении расширения НАТО); среднесрочная (месяц) ситуация (например, наша реакция на выход США из Договора по ПРО); срочное (сутки) решение (например, позиция по терактам в США).

В-пятых, – и это, пожалуй, главное – необходимо обеспечить сопряжение принимаемых внешнеполитических решений с имеющимися ресурсами, в первую очередь, экономическими ресурсами страны.

В США, например, просчитывается любой вид деятельности по реализации национальных интересов или Стратегии национальной безопасности. В этих подсчетах участвуют не только государственные или представительные органы, но и специально создаваемые по случаю группы, типа совещательной группы по присутствию за рубежом – overseas advisory panel.

Финансирование международной политики США закладывается в раздел Function 150 федерального бюджета, а точнее Function 150 Account. Поначалу этот раздел верстается в разделе ресурсов планирования политики Госдепа. Затем передается в администрацию президента, где самую важную роль играет служба по управлению бюджетом. После утверждения президентом проекта бюджета, документы передаются для обсуждения в конгресс. А часть по международной политике – в подкомитеты конгресса: внешние операции, коммерция и государство и др., а затем проекты вновь возвращаются в администрацию президента для доводки и подписания. Причем весь процесс строго расписан по срокам.

Финансирование международной политики распределяется по программам через четыре департамента: госдеп, минфин, Агентство по сотрудничеству в области оборонной безопасности, министерство обороны, министерство сельского хозяйства, а также через 7 независимых агентств, типа Агентства по международному развитию, международной торговли, Корпорации по зарубежным частным инвестициям, Корпуса мира, Агентства по торговле и развитию, Института мира или через ряд фондов, типа Фонда американского развития, Азиатского фонда и Межамериканского фонда.

Для того, чтобы правильно просчитать бюджет, в США разработана система категорий и понятий. Эта система прописана в документе The Budget Systems and Concepts. В нем объяснены все бюджетные термины. Причем надо иметь в виду, что финансирование международной политики не то же самое, что финансирование внешней политики. Понятие «цель» определяется через разные термины в зависимости от содержания. Например, «goal» – это принципиальная цель с нефиксированным временем ее достижения, а «objective» – конкретная цель с обозначением сроков ее выполнения. Например, «strategic goal». К этой категории относится уменьшение угрозы США и их союзников от оружия массового уничтожения или дестабилизирующего обычного оружия. «Operational goal» – это операционная цель. В качестве примера – ядерная самозащита на международной арене. В соответствии с документами США, национальные интересы состоят из 7 пунктов. Стратегические цели, «goals» в международных делах – из 16 пунктов и т.д. Весь бюджет «150» делится на 4 неравные части. Наибольшая сумма приходится на раздел «внешние операции», вторая по значимости часть расходов приходится на раздел «Коммерция и государство», в рамках которого финансируется и госдепартамент. В частности, расходы на функционирование госдепартамента составляют приблизительно 28% от всей суммы на внешнюю политику. Основная сумма расходов падает на содержание административного аппарата внутри страны и за рубежом, порядка 65%. Это международные организации и организация международных конференций – 24%. Расходы по другим частям относительно незначительны. Сельское хозяйство – там финансируется продовольственная помощь. Службу труда финансирует Институт мира США. Расчет расходов на внешнюю политику США учитывает даже такие детали, как выходные дни в стране пребывания для американских дипломатов. И если американский дипломат работает в выходной день в стране пребывания, ему положена дополнительная оплата и другие компенсации. Все это учитывается до дня и до доллара.

А как обстоит дело в России? В Федеральном бюджете России многие статьи, имеющие отношение к внешней политике, или слишком общие, или засекречены. Из бюджета Росси можно понять, например, что внешняя политика означает международное сотрудничество, участие в миротворческой деятельности, реализацию международных договоров в рамках СНГ, международные, культурные, научные, информационные связи, экономическую, гуманитарную помощь другим государствам. Если по таким данным сравнить США, Японию, Англию и Россию, то окажется, что на внешнюю политику в США тратится 300 млрд долларов, в Японии – более 50 млрд долларов, в Англии – около 40 млрд долларов, а в России – около 8 млрд долларов. Даже если принять во внимание, что мы не все учли в бюджете из трат на внешнюю политику, соотношение сил более чем понятно. И в Англии, и в Японии значительно превосходят расходы России на внешнюю политику. При этом эти страны не ставят себе задачу, по крайней мере, на официальном уровне, стать великой державой. Россия же претендует на статус великой мировой державы, о чем свидетельствует Концепция внешней политики РФ. В ней поставлена, например, такая цель – «обеспечение надежной безопасности страны, сохранение и укрепление ее суверенитета и территориальной целостности, прочных и авторитетных позиций в мировом сообществе, которые в наибольшей мере отвечают интересам Российской Федерации как великой державы». Совершенно очевидно, что с таким финансированием Россия не добьется статуса великой державы, как бы мы не убеждали себя и других, что мы есть великая держава. Вот почему все разговоры о наших национальных интересах, о нашей национальной безопасности и внешнеполитических целях останутся пустой болтовней, если заранее не оговорить стоимость их реализации и финансовое обеспечение этой стоимости.

Поначалу надо научиться считать хотя бы теоретически. Видимо, необходимо использовать категорию, например, внешнеполитического потенциала, как суммарный ресурс, затрачиваемый государством на проведение внешней политики. Разделим, скажем, внешнеполитический потенциал на три части: «расходы на национальную оборону», «расходы на международную деятельность», «расходы на внешнюю экономическую деятельность». Эти три компонента, по-видимому, составят порядка 85–90% всего внешнеполитического потенциала. Будут, видимо, и другие позиции.

Наконец, необходимо составить алгоритм принятия решений в сфере внешней политики. Этот алгоритм будет, видимо, состоять из ряда блоков: постановка задач, стратегических и тактических; экономические расчеты; выработка политического курса; оценка программ, концепций; организация сбора данных; оценка данных; выбор вариантов решения; контроль промежуточных результатов; переоценка, переформулировка, уточнение решений на основании данных промежуточного контроля; оценка результатов; ответственность.

На самом деле, конечно, это должен быть не один универсальный алгоритм выработки внешней политики, а целый пакет алгоритмов. Алгоритм выработки концептуальных стратегических планов, алгоритм достижения тактических целей, алгоритм оперативного, срочного реагирования на изменение ситуации, алгоритм политических действий в чрезвычайных ситуациях, алгоритм финансового планирования, алгоритм контроля, алгоритм подведения итогов и возложения ответственности и т.д.

Общефедеральный механизм. Пора, наконец, навести элементарный порядок в подготовке и принятии политических решений, в том числе и по комплексу вопросов безопасности находящихся в ведении российских силовых структур. В этих целях необходимо четко разграничить компетенцию и ответственность между органами государственного управления. Так, для обеспечения межведомственной координации и согласования позиций надо более эффективно использовать уже существующий и, собственно говоря, специально созданный для решения этой задачи механизм – Совет Безопасности Российской Федерации и заложенные в его структуру соответствующие институты. Речь идет о межведомственных комиссиях (МВК) и создаваемых ими рабочих органах. При должной организации и кадровом обеспечении эти институты могли бы оперативно и на коллегиальной основе вырабатывать единые согласованные предложения по важнейшим вопросам стратегического и концептуального характера внутренней и внешней безопасности и обороны Российской Федерации для представления Президенту. Для этого при МВК следует создать постоянно действующие рабочие органы на уровне заместителей руководителей заинтересованных ведомств. На этот орган следовало бы возложить разработку и осуществление военной реформы.

Аналогичные функции в сфере внешней политики осуществлял бы Совет (Коллегия) по внешней политике Российской Федерации.

Координацию подготовки, принятия и выполнения решений по текущим и оперативным вопросам политики безопасности с участием руководителей соответствующих ведомств (МИД, Минобороны, СВР, ФСБ и т. д.) следует сосредоточить в Администрации Президента, в частности, в аппаратах Совета Безопасности Российской Федерации и Совета (Коллегии) по внешней политике Российской Федерации. Аппараты Советов должны быть эффективными и состоять из опытных специалистов. Руководителям ведомств следовало бы не мешать, а всемерно помогать деятельности этих президентских органов. Формально председателем Советов является Президент. Реально же работой их аппаратов могут руководить секретари Советов в ранге помощников Президента РФ.

Регламент работы Советов мог бы предусматривать регулярное (не реже раза в месяц) проведение его заседаний, обязательную подготовку им директив по отдельным направлениям политики. Эти директивы должны затем утверждаться Президентом (он же должен был бы разрешать остающиеся противоречия). Затем директивы должны приобретать характер закона ля всех представителей исполнительной власти. Только Президент мог бы принимать решения, отличные от заложенных в директивах. Нарушение директив должно наказываться самым жестким способом.

На аппарат Советов и их руководителей должна возлагаться задача по отслеживанию и координации претворения в жизнь решений, заложенных в директивах, а также иных решений Президента.

Предлагаемая модель функционирования координационного механизма, в частности, через выработку обновляемых директив принята и апробирована в международной практике (она близка тому механизму, который действует, например, в США). Ее внедрение в России позволит относительно быстро восстановить управляемость процессом принятия и выполнения внешнеполитических решений, координированность деятельности различных ведомств, а также начать процесс восстановления государственной дисциплины в этой сфере. В частности, в сфере внешнеполитической деятельности. Без ведома или разрешения Президента РФ как руководителя внешней политики России или без уполномочий Министерства иностранных дел Российской Федерации должностные лица, состоящие на федеральной государственной службе, были бы не вправе:

• выступать с официальными заявлениями по внешнеполитическим вопросам;

• совершать официальные визиты в иностранные государства и в международные организации;

• принимать в Российской Федерации официальные делегации иностранных государств или международных организаций;

• вести переговоры с представителями иностранных государств или международных организаций по вопросам, относящимся к внешней политике.

Данные ограничения не распространяются на межпарламентские связи, а также на реализацию Договоров о правовой помощи.

За нарушение названных выше ограничений должностные лица государственных органов исполнительной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, а также сотрудники Администрации Президента РФ подлежали бы освобождению от занимаемой должности; должностные лица, представляющие государственные органы законодательной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, отстранялись бы Президентом РФ от участия в процессе подготовки, принятия и реализации решений в сфере внешней политики и международных отношений. Лица, являющиеся членами Совета Безопасности РФ и Совета (Коллегии) по внешней политике РФ выводились бы из его состава по решению Президента РФ.

Для усиления интеллектуального обеспечения принимаемых решений, укрепления связей с научными и экспертными кругами целесообразно было бы предусмотреть создание при Советах научно-экспертных комиссий, состоящих из исследователей и независимых экспертов.

Политика безопасности должна выражаться осуществляемой по единому замыслу деятельности государства во всех сферах его ответственности, направленной на профилактику, выявление, блокирование, нейтрализацию всех видов внутренних и внешних угроз существованию и развитию личности, общества и государства.

В общем плане единый общефедеральный механизм выработки, принятия и осуществления решений в области политики безопасности мог бы выглядеть следующим образом.

1. Общие принципы и стратегические направления политики национальной безопасности разрабатываются указанными выше Советами, авторизуются Президентом Российской Федерации на основе предоставленных ему Законом полномочий и формулируются им в ежегодных Посланиях Федеральному Собранию. Президент через Совет Безопасности, Совет (Коллегию) по внешней политике, Министерство обороны, Министерство внутренних дел, Федеральную службу безопасности, Министерство иностранных дел, Службу внешней разведки и другие ведомства осуществляет руководство повседневной деятельностью в области национальной безопасности, которая должна быть направлена на воплощение в жизнь принятых Президентом политических решений.

2. Собственную роль в этой деятельности играют не только указанные выше ведомства, но и другие (по своей сфере компетенция), а также Правительство Российской Федерации в целом.

3. Общую координацию и контроль за осуществлением политики национальной безопасности министерствами и ведомствами в рамках выполнения принятых Президентом Российской Федерации решений в области внутренней политики, внешней безопасности и обороны осуществляет Совет Безопасности Российской Федерации; внешней политики – Совет (Коллегия) по внешней политике Российской Федерации. Им предоставлено право подготовки проектов нормативно-правовых документов, предназначенных для обеспечения реализации политики национальной безопасности Российской Федерации. Их межведомственные комиссии (МВК) и создаваемые ими рабочие органы на коллегиальной основе вырабатывают согласованные предложения по важнейшим вопросам стратегического и концептуального характера для представления Президенту Российской Федерации. Аппараты Советов возглавляют секретари Советов.

4. Оперативную координацию подготовки, принятия и выполнения решений по текущим вопросам национальной безопасности с участием руководителей соответствующих российских ведомств осуществляют секретари соответствующих Советов.

Координация политики коллективной безопасности. Межгосударственная координация политики коллективной безопасности осуществляется на основании двусторонних и многосторонних международных договоров через создаваемые и действующие на их основе соответствующие межгосударственные рабочие органы. Межгосударственная координация государств-участников СНГ осуществляется через создаваемые механизмы экономической, политической и военной интеграции государств бывшего СССР в рамках Содружества Независимых Государств, в частности, через межгосударственный Договор о коллективной безопасности от 15 мая 1992 года, а также по двусторонним соглашениям со странами СНГ.

В целях совершенствования международной координации политики коллективной безопасности следовало бы принять следующие меры.

1. В интересах укрепления Содружества как института межгосударственного сотрудничества необходимо предпринять меры по реорганизации его структур. В этом контексте создать действующий на постоянной основе оперативный орган Содружества – Международный Секретариат, имеющий полномочия решать возникающие в период между встречами Совета Глав Государств (СГГ) вопросы, представлять Содружество на международной арене, а также руководить всей работой по подготовке заседаний СГГ и проведению различных встреч и совещаний в рамках СНГ. С этой целью реформировать нынешний исполнительный Секретариат. Набор кадров на руководящие посты производить на конкурсной основе с соблюдением принципа равного географического представительства и предпочтения наиболее хорошо подготовленных профессионалов.

Действующий в настоящее время Исполнительный секретариат СНГ для осуществления этих функций не подходит как по полномочиям и характеру формирования, так и по кадровому составу. Эти задачи может и должен выполнять представительный орган, в котором все государстве СНГ имеют равные возможности при принятии решений и формировании аппарата – Международный Секретариат Содружества.

2. Упорядочить вопросы, связанные с компетенцией и координацией работы Российских ведомств на направлении СНГ. Разработка и реализация внешнеполитических вопросов должна быть сосредоточена в Совете (Коллегии) по внешней политике, выполняющем соответствующие распоряжения Президента и Председателя Правительства Российской Федерации.

3. Провести структурную реорганизацию в МИД РФ. Всю работу сосредоточить в специально созданном с этой целью Генеральном секретариате по делам Содружества во главе с первым заместителем Министра (возможно, в ранге Министра) в составе трех территориальных департаментов и одного по общим вопросам (другой вариант– преобразовать существующие территориальные департаменты и создать на их основе три территориальных управления (европейское, закавказское и азиатское), подчинив их вместе с существующим ДСНГ первому заместителю Министра). В его ведение передать всю работу по урегулированию конфликтов в Содружестве. Вне зависимости от избранного варианта, создание аналитического и прогностического департамента, отслеживающего тенденции развития дел в трех территориальных – основа успеха реорганизации.

Стратегическое планирование. Никакой реалистичный и рассчитанный на успех политический курс не может быть избран и последовательно осуществлен без предварительной оценки ресурсов и просчета возможных вариантов действий, оценки положительных и отрицательных последствий тех или иных акций, их взаимосвязи с возможными, вероятными или иными предсказуемыми событиями и, наконец, их последовательности во времени. Именно к этому в конечном итоге и сводится суть стратегического планирования.

Нужно, однако, всегда иметь в виду, что такое планирование различается в зависимости от уровня поставленных перед ним задач, и, соответственно, обычно и осуществляется на различных управленческих уровнях. В том, что касается внешней и военной политики высший уровень политического планирования должен предусматривать систематическую разработку Стратегии развития и безопасности страны в мировом масштабе, определение соответствующих целей, средств и ресурсов их достижения. Разумеется, такой уровень стратегического планирования может осуществляться только в самом высшем эшелоне политической власти.

Следующий уровень стратегического планирования подразумевает диверсификацию и специализацию принятых решений, выработку тех или иных конкретных политических акций и прогнозирование их средне- и долгосрочных последствий. Эта работа осуществляется на следующем административном уровне – федеральных министерств и ведомств. Сказанное совсем не исключает и даже скорее предполагает, что при разработке стратегических планов министерства и ведомства постараются инкорпорировать в них прогнозы и предложения своих звеньев, занимающихся стратегическим планированием.

Существуют, как минимум, два возможных варианта выработки конечного продукта процесса стратегического планирования. Первый из них предусматривает, что в результате работы планирующего органа (о нем чуть ниже), вырабатывается некий единый, приемлемый для всех участников процесса курс, который и рекомендуется от имени этого органа ответственным за принятие решения. Положительной стороной такого подхода является то, что такая рекомендация получает поддержку всех заинтересованных государственных структур. Но, с другой стороны, чтобы добиться такого единодушия, требуется серия межведомственных компромиссов, в результате которых может быть предложен не самый оптимальный вариант решения и без альтернативы.

Другой вариант, который успешно использовали некоторые президенты США, предусматривает с самого начала работы планирующего органа подготовку двух, трех и более альтернативных вариантов действий с детальным просчетом требуемых ресурсов и всех их возможных последствий. В этом случае у лица или органа, принимающего решение, существует выбор, который должен быть им сделан. Предлагаемые решения могут быть весьма различными, возможно, даже противоположными, но, по мнению их авторов, оптимальными. Выбор зависит от политического опыта и интуиции принимающего решение. Поскольку формирование альтернатив является необходимым элементом принятия решений, различие между охарактеризованными вариантами сводится, в сущности, к тому, на каком уровне осуществляется их сопоставление и выбор окончательного решения.

В организационном плане процесс стратегического планирования может быть осуществлен различными методами в зависимости от его направлений и уровня потребителя его результатов. Если предусматривается, что таким потребителем станет Президент, а сам процесс будет охватывать не только вопросы безопасности, но все стороны жизни страны, по-видимому, наиболее целесообразным решением стало бы создание соответствующего подразделения в Администрации Президента. Например, группы стратегического планирования, состоящей из специалистов в различных областях, и осуществляющей координацию деятельности этого органа с иными властными структурами. Если же будет принято решение о внедрении стратегического планирования даже на самом высшем уровне только в области национальной безопасности, возможно, имеет смысл присмотреться к опыту США, где эта функция поручена Совету национальной безопасности. При наличии Совета Безопасности и Совета (Коллегии) по внешней политике такую работу могла бы осуществлять созданная специально для выполнения этой задачи межведомственная группа из достаточно квалифицированных и авторитетных специалистов и, возможно, независимых экспертов.

Алгоритм механизма реализации национальной безопасности. Алгоритм функционирования описанного механизма в кратком изложении выглядел бы следующим образом:

на основании развернутых на постоянной основе научных исследований и экспертных оценок осуществляется анализ интересов объектов обеспечения безопасности личности, общества и государства; конкретизация на данный момент жизненно важных интересов (с учетом неизбежного противоречия интересов объектов обеспечения безопасности – разных социальных групп, общественных организаций, государственных структур и т.д.);

вырабатываются рекомендации по основным направлениям деятельности государства в интересах обеспечения безопасности во всех сферах жизнедеятельности;

результаты исследований в сжатом виде излагаются в ежегодных Посланиях Президента и регулярных Посланиях Президента РФ по национальной безопасности (с периодичностью раз в 4 года) Федеральному Собранию РФ; в последних излагается политика национальной безопасности на очередной президентский срок;

в каждой сфере безопасности вырабатываются более детальные политики национальной безопасности (экономической, информационной, экологической и т.д. безопасности);

разрабатываются долгосрочные и среднесрочные программы и планы, четко привязанные к целям и обеспечивающим ресурсам, или вносятся изменения в ранее принятые программы и планы.

Необходимость внесения таких изменений очевидна: меняются внешние условия, финансовые возможности, внутриполитическая обстановка. Предложения по корректировке планов и программ вырабатываются в ходе формирования федерального бюджета на очередной год.

Таким образом, цикличность всего процесса привязывается к ежегодному Посланию Президента Федеральному Собранию, а концептуальная часть – к Посланию по национальной безопасности Президента Федеральному Собранию на предстоящие четыре года.

Значительная часть в организации всего этого алгоритма принадлежит межведомственным комиссиям Советов. Именно через них должна осуществляться трансформация концептуальных положений в конкретные пункты программ и планов и выработка предложений по их корректировке.

Этот алгоритм закладывает фундамент эффективного государственного управления процессами обеспечения национальной безопасности, управления страной в целом на демократической и строго научной основе. Он позволяет использовать весь положительный как отечественный (в том числе и советский), так и зарубежный опыт государственного планирования и управления. Речь идет о программно-целевом планировании, которое в наибольшей степени применялось в СССР в сфере военного строительства, а затем было взято на вооружение странами Запада, в том числе США. Это сфера, за которую в полной мере несет ответственность государство, т.к. это одна из наиболее затратных сфер, в которой и недостаток финансовых ресурсов, и их избыток опасны в равной степени. Избыточное финансирование угрожает экономической безопасности государства, а недостаточное – военной безопасности, суверенитету, государственной целостности. Именно в военной сфере США внедрили этот советский метод планирования. Россия же по непонятным причинам от него отказалась

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com