Перечень учебников

Учебники онлайн

3. Роль средств массовой информации в политическом процессе

Политический порядок — это, прежде всего, ментальный порядок, и политические структуры существуют по большей части в виде социальных представлений, инкорпорированных в сознание людей. «Политика — это, прежде всего, символическая борьба, в которой каждый политический актор пытается монополизировать публичное слово или хотя бы стремится к победе своего представления о мире и его признании в качестве правильного и верного как можно большим числом людей», — отмечает французский социолог Патрик Шампань. Действительно, с момента возникновения института прессы (XVII–XVIII вв.). СМИ становятся активными непосредственными участниками политического процесса, являясь выразителями многообразных индивидуальных, групповых, государственных и национальных интересов. Не случайно государство и другие политические акторы всегда стремились к установлению контроля над СМИ, в свою очередь, сохранение их независимости и свобода информации — важнейшие признаки демократичности политического режима.

Средства массовой информации обычно определяются как структуры (учреждения, предприятия и организации), создаваемые с целью открытой публичной передачи с помощью специального технического инструментария различных сведений любым лицам. Их отличительные черты — публичность, т. е. неограниченный и надперсональный круг потребителей; наличие специальных технических средств; непрямое, разделенное в пространстве и во времени взаимодействие коммуникационных партнеров; однонаправленность воздействия от коммуникатора к получателю (реципиенту); невозможность перемены их ролей; непостоянный, дисперсный характер их аудитории, которая образуется от случая к случаю в результате общего внимания, проявленного к той или иной передаче или статье (В.П. Пугачев). В настоящее время без СМИ нельзя себе представить не только политику, но и повседневную жизнь. Еще в 40–60-е годы, ученые, исследуя влияние СМИ на массовое политическое поведение, постоянно задавали вопрос: не являются ли первые главным и определяющим фактором последнего? Хотя характер оценок и прогнозов менялся от десятилетия к десятилетию, признание СМИ в качестве важного актора политического процесса мало у кого вызывает сомнение.

Теоретически СМИ — пресса, радио, телевидение, кино, звуко- и видеозапись, а в последние десятилетия многочисленные системы спутниковой связи, кабельного телевидения, региональные и глобальные компьютерные сети относятся к техническому инструментарию коммуникации. В их задачу входит сбор информации по своим каналам, ее кодирование в соответствии со стилями, свойственными именно этим каналам, и, наконец, ее передача пользователям (зрителям, слушателям, читателям). Однако уже способ кодирования информации по-разному влияет на ее потребителей. Любое событие, отраженное в журналистской статье, радиорепортаже или телевизионном сюжете, имеет различную кодировку и, следовательно, представляют собой различные способы воздействия на аудиторию. Так, если радиосообщения и, тем более, газетные (журнальные статьи) о забастовке, демонстрации или военном столкновении связаны с непосредственным комментарием, отражающим точку зрения журналиста или «линию» редакции, то показ видеосюжета об этих же событиях, несмотря на то, что он сопровождается комментарием и зачастую монтируется, означает радикально иной способ кодировки информации, поскольку он переносит событие непосредственно в дом зрителя, создавая эффект присутствия, придавая тем самым информации большую достоверность и правдивость (часто вполне обманчивую). Избирательно «выхватывая» отдельные моменты из процесса, видеосюжет может создавать устойчивое единичное впечатление о событии, которое в дальнейшем трудно изменить при помощи комментария.

В свою очередь, газеты и журналы могут кодировать информацию и манипулировать ей при помощи размеров заголовков, форм шрифтов, специфики стилей, места размещения и т. д. Следовательно, учет таких факторов, как многообразие источников информации и способов ее кодирования, сложность и противоречивость окружающего мира, позволяет констатировать, что искажение реальности, ее неадекватное отражение, является практически неизбежным в процессе коммуникации, даже вне зависимости от намерений самих коммуникаторов.

Информационные институты обеспечивают не только социальную связь, но и модифицируют сознание своей аудитории, управляют ее поведением, то есть являются одним из творцов политики. По мнению немецкого социолога Н. Больц, наши знания о реальности опосредованы СМИ и стало бессмысленным отличать отображение от отображаемого явления. Что есть тот или иной политик или событие — это вообще можно понять лишь в их медиальной инсценировке. То, что реально происходит, становится общественным событием только через свое медиальное отображение.

В современную эпоху газеты, радио, телевидение, компьютерные сети претендуют непосредственно на регулирование социального и политического поведения, психологического настроя и даже самого способа мышления своей аудитории.

В этой связи заговорили об информационной власти, которую связывают с управлением коммуникациями, их содержанием и направленностью посредством манипулирования информацией. Эта власть способна воздействовать на поведение людей, прежде всего, двумя способами:

? побуждая людей к определенным действиям, через навязывание их цели;

? предотвращая или блокируя возникновение нежелательных (антисистемных) общественных движений, протестов, действий.

Исследователи вычленяют следующие важнейшие политические функции, выполняемые СМИ:

? Информационная — получение, обработка и распространение информации о деятельности всех важнейших элементов политической сиcтемы. Для человека постоянная информационная связь с окружающим миром, социальной средой, является важнейшим условием нормальной жизнедеятельности. Общей тенденцией современного общественного развития является преобладание и резкое увеличение доли информации, получаемой посредством СМИ, а не из непосредственного опыта индивида и межличностного общения;

? Образовательная — сообщение сведений, дополняющих знания о политике и политическом процессе, которые граждане получают в образовательных учреждениях различного уровня;

? Политической социализации — усвоение политических норм, ценностей и образцов поведения, совместимых с нормальным функционированием политической системы;

? Критики и контроля — формирование мнений и взглядов на происходящее в сфере политики. Критика и контроль способствуют также артикуляции различных общественных интересов, мобилизации на политическое участие.

Повышению политической роли СМИ, прежде всего, способствовало, то, что средства массовой информации, особенно электронные, «перехватили» у партий функции политической социализации — распределенную теперь между семьей, школой и телевидением — и политической мобилизации, особенно в период избирательных кампаний. Причем СМИ выполняют эти функции гораздо результативнее партий. Достаточно вспомнить избирательные кампании Росса Перо в США (1992 г.), Бернара Тапи во Франции, Сильвио Берлускони в Италии (1994 г.) или Владимира Жириновского у нас в 1993 году; их успех был полностью обусловлен массированным и искусным использованием телевизионного эфира в политических целях. Следовательно, телевидение становится самым опасным конкурентом массовых партий, оставляя не у дел партийных активистов. Наиболее радикальные прогнозы предсказывают конец «века партий» как «организаций единомышленников, объединенных сходством политических принципов», на смену им идут команды политтехнологов, активно использующих TV для продвижения на рынок политического товара. Однако там, где важность информации определяется и оценивается ее рекламными качествами, неизбежно растет разрыв между реальным миром и миром в «инсценировке», предлагаемым СМИ. Составители и производители программ, преследуя цель придания им большей развлекательности, «театрализуют» политический процесс, отбрасывают «скучные» проблемы и соответственным образом подправляют и «упаковывают» факты, людей, события.

Французский социолог Ж.-П. Гурвич даже утверждает, что сегодня в странах Запада установилась «телекратическая государственная система», в рамках которой большая политика делается в телестудиях. Соответственно центр тяжести в предвыборной агитации окончательно переносится с партийных митингов на экраны телевизоров, с партийных программ на видеоряд и, прежде всего, на формирование привлекательного для избирателей имиджа партийных лидеров и кандидатов на выборные посты. Растущая в результате «персонификация» политики лишает ее программного «стержня» и делает игрушкой сиюминутных интересов и ситуативного соотношения сил.

Уже сегодня через СМИ устанавливается (спонтанно или целенаправленно) «политическая повестка дня» и происходит идентификация важнейших вопросов, обсуждаемых в обществе. Политические партии и лидеры привлекают внимание к своим программам и лозунгам, тем самым организуя диалог между политической элитой и основной массой населения.

В течение пяти последних десятилетий ученые предлагали различные теоретические модели, объясняющие воздействие СМИ на процесс формирования общественного мнения и, следовательно, на политический процесс. В 40–50-е гг. многие американские и западноевропейские аналитики полагали, что пресса и радио, контролируют процесс осмысления людьми политических проблем. Эти представления получили отражение в концепции, которая получила название модели максимального эффекта. В этой связи приводились следующие доказательства успешного применения средств массовой коммуникации:

? Успех пропаганды через СМК в первую мировую войну, которая дала пример первой систематической манипуляции массовым сознанием;

? Возникновение и стремительный рост индустрии «паблик рилейшнз», так уже в 1926 году контент-анализ газет «Нью-Йорк Таймс» и «Нью-Йорк Сан» показал, что 57% сообщений первой газеты и 46% второй имели своим источником работу специалистов этой сферы;

? Практика тотального информационного контроля и успешного «промывания мозгов» в нацистской Германии и СССР.

Однако в 60–70-е годы господствующим стал, скорее, противоположный взгляд на эту проблему: независимо от того — идет ли речь о прямом обращении СМИ к индивидам или же их косвенном воздействии (через семью, знакомых и т. д.), их влияние на формирование политических позиций, отношение к обществу в целом и сфере политики в частности имеет минимальный эффект. В результате возникла теоретическая модель минимального эффекта. Формированию этой модели способствовали следующие факторы:

? выяснение психологического механизма восприятия человеком информации, оказалось, что люди принимают лишь то, что совпадает с их мнением, и не воспринимают информацию, травмирующую сознание и не совпадающую с психологическими установками личности;

? переход к рассмотрению человека как социальной молекулы («ансамбля общественных отношений» — К. Маркс) от рассмотрения его как автономного социального атома;

? изменение поведения избирателей во время выборов, уже в 60-е годы исследователи электоральных процессов зафиксировали феномен «сопротивляющейся публики» (в связи, с чем делался вывод о невозможности изменения сформировавшегося стереотипа избирателя и необходимости борьбы за голоса тех, кто не имеет такового).

В последние полтора десятилетия маятник стал опять двигаться в противоположную сторону, и акцент был вновь сделан на признании весьма существенного влияния средств массовой коммуникации на политическую жизнь общества. По мнению французского исследователя Р. Дебре, который ввел в научный оборот термин «медиократия», СМИ сегодня выполняет функции, принадлежавшие в средневековой Европе церкви, где она принимала участие во всем.

В отличие от исследователей 40–50-х годов сегодня доминирующим является представление о том, что средства массовой информации сами по себе не осуществляют прямого контроля над обществом, в связи с чем внимание ученых фокусируется на более тонких формах взаимосвязей между СМИ, общественными группами и процессом разработки и реализации политических программ и решений.

В настоящее время можно говорить о двух основных теоретических моделях изучения политического влияния СМИ. Первая связана с исследованием воздействия массовых коммуникаций на индивидуальное поведение и на социальную жизнь в целом. Вторая, развивавшаяся в последние тридцать лет под влиянием культурной антропологии, структуралистских теорий, симеотики и других междисциплинарных научных направлений, была ориентирована на понимание связей между «текстами», индивидами и большими социальными группами. В научной литературе эти модели получили названия: модель «исследования воздействия» и модель «анализа текста».

Развитие технического прогресса, составной частью которого в конце ХХ в. стала «информационная революция», приведшая к появлению современных технологий и технических средств сбора, переработки и распространения информации, произвели революцию и в сфере политических коммуникаций. Возможным итогом социальных перемен, порожденных развитием и конвергенцией информационных и коммуникационных технологий, может стать создание общества нового типа — «глобального» и «информационного», в котором обмен информацией не будет иметь ни временных, ни пространственных, ни политических границ. Однако это только одна из возможностей.

На рубеже веков на Западе символом грядущего радикального возрастания роли средств массовой информации в жизни общества стала электронная 500-канальная супермагистраль, призванная обеспечить неограниченную интерактивность информационного обмена и повышенные возможности потребительского выбора. Для одних она «обещание свободы и выбора», для других же совершенный инструмент практической реализации антиутопии Джорджа Оруэлла — осуществления тотального контроля над обществом со стороны «большого брата» (государства)

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com