Перечень учебников

Учебники онлайн

2.7. Древний Китай и зачатки демократической мысли

Однако, чтобы сформировать целостную картину социально-политических преобразований в мировом обществе в эпоху древнейших цивилизаций, нам необходимо рассмотреть ситуацию в Древнем Китае, как ещё одном значимом государстве древности.
Расцвет общественно-политической мысли Древнего Китая относится к VI-III вв. до н.э. В. этот период в стране происходили глубокие экономические и политические изменения, обусловленные появлением частной собственности на землю. Рост имущественной дифференциации внутри общин повлёк за собой возвышение зажиточных слоёв, ослабление патриархальных клановых связей и углубление социальных противоречий. Возникла ожесточённая борьба за власть между имущественной и наследственной аристократией. Чжоуская монархия, державшаяся благодаря авторитету родовой знати, распалась на многочисленные враждующие между собой государства.
В поисках выхода из него идеологи противоборствующих классов выдвигали программы мероприятий, которые позволили бы упрочить положение представляемых ими слоёв. В общественно-политической мысли складывались различные направления. Наиболее влиятельными социально-политическими учениями Древнего Китая являлись даосизм, конфуцианство, моизм и легизм.
Возникновение даосизма связывается с именем полулегендарного мудреца Лаозы, жившего по преданию в VI в. до н.э. Ему приписывают составление канонического трактата «Дао дэ цзин» («Книга о дао и дэ»). Идеология раннего даосизма отражала воззрения общинной верхушки и части знати, их протест против чрезмерного обогащения правителей, усиления чиновничьего аппарата и расширения государственной деятельности. Утратившие своё былое влияние, эти слои добивались реставрации патриархальных порядков.
В основе учения лежит понятие «Дао» (путь). Оно было заимствовано из традиционных китайских верований, где означало правильный жизненный путь человека или народа, соответствующий велениям неба. Переосмысливая это понятие, основатели даосизма стремились развенчать идеологию правящих кругов и в первую очередь официальный религиозный культ с его догмами о «небесной воле» и «государе – сыне неба», дарующих законы дао народу. Человеку Дао предстаёт в виде сверхъестественного закона, управляющего миром. Перед лицом этой всепроникающей силы человеку остаётся лишь осознать своё ничтожество и попытаться путём освобождения от страстей продлить себе жизнь.
В социально-этическом плане лейтмотивом даосизма проходят осуждение гордыни, проповедь среднего достатка и умеренности. «Кто много накапливает, – учил Лаоцзы, – тот потерпит большие убытки. Кто знает меру, у того не будет неудачи». «Хороший купец, имея полные амбары, делает вид, что они у него пусты». В «Дао дэ цзин» нашли отражение широко распространенные среди общинного крестьянства представления об имущественных переделах в пользу бедных. «Небесное дао, – говорится в каноне, – отнимает лишнее и отдаёт отнятое тому, кто в нём нуждается. Небесное дао отнимает у богатых и отдаёт бедным то, что у них отнято».
Свои надежды на восстановление естественной простоты человеческих отношений Лаоцзы связывал с умными вождями из числа наследственной знати, которые смогли бы увидеть «чудесную тайну Дао» и повести за собой народ. «Если знать и государи могут его (дао) соблюдать, то все существа сами становятся спокойными. Тогда небо и земля сольются в гармонии, наступят счастье и благополучие, а народ без приказания успокоится».
Мудрый государь, поучали даосы, правит страной при помощи метода недеяния, то есть, воздерживаясь от активного вмешательства в дела членов общества. Лаоцзы порицал современных ему правителей за то, что они слишком деятельны, устанавливают много налогов и запретительных законов. Он призывал знать и правителей «селиться ближе к земле», восстановить порядки, существовавшие в древности, когда люди жили небольшими разрозненными селениями, отказаться от использования орудий труда и отучить народ от знаний. «В древности те, кто следовал дао, не просвещали народ, а делали его невежественным Трудно управлять народом, когда у него много знаний».
Социально-политическая концепция даосизма представляла собой реакционную утопию. Её практиковали те слои родовитой знати и общинной верхушки, положение которых было подорвано растущим имущественным и социальным расслоением. Не обладая реальной силой для борьбы с новой аристократией, эти слои претендовали на роль хранителей священной мудрости, недоступной другим. Одновременно они стремились поправить и свои имущественные дела, сравнять с аристократией богатства, используя для этого и общинные традиции взаимопомощи.
Наиболее влиятельной доктриной в истории политической и правовой мысли Китая являлось конфуцианство. Родоначальник этого направления Конфуций (551-479 гг. до н.э.) в книге «Лунь юй» («Суждения и беседы»), созданной из его изречений, защищал интересы слоёв, стремившихся примирить имущественную и наследственную знать.
Управлять государством, согласно Конфуцию, призваны благородные мужи во главе с государем – «сыном неба». Конфуций утверждал, что деление людей на «высших» и «низших» не может быть устранено. Отличие его взглядов от воззрений наследственной знати состояло в том, что философ выделял благородных не по признакам происхождения, а по моральным качествам и знаниям. По этим критериям Конфуций предлагал выдвигать людей на государственную службу: «Если выдвигать справедливых и устранять несправедливых, народ будет подчиняться».
Идеи правления знатных у Конфуция носили ярко выраженный компромиссный характер: представления, типичные для идеологии наследственной знати – признание врождённых различий между людьми, их градация на «высших» и «низших» – сочетались у него с положениями, открывавшими доступ к государственному аппарату неродовитой общинной верхушке.
Главная задача благородных мужей – воспитать в себе и распространить повсеместно человеколюбие. В это понятие Конфуций вкладывал особое, не совпадающее с современным содержанием. Под человеколюбием понималось поведение, отвечавшее нравственным ценностям семейно-клановых коллективов и патриархальных общин. Человеколюбие включало в себя:
? попечение родителей о детях;
? сыновнюю почтительность к старшим в семье;
? справедливые отношения между теми, кто не связан родственными узами: «Почтительность к родителям и уважительность к старшим братьям – это основа человеколюбия». Общим принципом взаимоотношений между людьми был принцип «не делай другим того, чего не желаешь себе».
Эти принципы должны были послужить фундаментом системы управления. Её перестройку Конфуций предлагал начать с исправления имён, то есть с восстановления истинного, изначального смысла существующих в обществе титулов и вытекающих из них обязанностей: «Государь должен быть государем, сановник – сановником, отец – отцом, сын – сыном». Государю вменялось в обязанность относиться к подданным, как к своим детям. Он должен заботиться о достатке продовольствия в стране, защищать её оружием и воспитывать народ. В свою очередь, народ обязан проявлять сыновнюю почтительность к правителям, беспрекословно им повиноваться. Прообразом организации государственной власти для Конфуция служило управление в семейных кланах и родовых общинах (патронимиях).
Он осуждал правителей, делавших ставку на устрашающие правовые запреты, и выступал за сохранение традиционных религиозно-моральных методов воздействия на поведение китайцев. «Если руководить народом посредством законов и поддерживать порядок при помощи наказаний, народ будет стремиться уклоняться от наказаний, и не будет испытывать стыда. Если же руководить народом посредством добродетели и поддерживать порядок при помощи ритуала, народ будет знать стыд, и он исправится».
Однако Конфуций и его последователи не исключали, что для наступления счастливой поры потребуются карательные походы против непокорных. Главное в том, считали они, чтобы распоряжения о карательных походах отдавал благородный и любящий свой народ государь, а не правители уделов или сановники. Применять наказания нужно по-отечески, то есть с любовью к людям. Конфуцианское учение отвергало тем самым произвол администрации, особенно на местах, ограничивало своеволие государя определёнными моральными рамками.
Социально-политическая программа раннего конфуцианства в целом являлась консервативной, хотя в ней содержались и прогрессивные идеи. Проведённая на практике она способствовала закреплению патриархальных отношений, утверждению господства наследственной аристократии. Конфуцианские идеи обновления правящего сословия за счёт представителей непривилегированных слоёв не могли привести к радикальной перестройке в государстве, ибо последние, будучи воспитаны на древних традициях, сами превращались в активных защитников организации власти, которую отстаивала родовитая знать. Концепция выдвижения справедливых предполагала лишь ослабление конфликтов между старой и новой аристократией. К прогрессивным же положениям следует отнести идеи распространения моральных знаний и обучения людей независимо от их сословной принадлежности.
С критикой правления наследственной аристократии выступал Моцзы (479-400 гг. до н.э.) – основатель школы моистов. Его учение изложено последователями в книге «Мо-цзы». Моизм выражал интересы мелких собственников – свободных земледельцев, ремесленников, торговцев, низших чинов в государственном аппарате, социальное положение которых было неустойчиво и противоречиво. С одной стороны, они были близки к крестьянским массам и в известной степени восприняли их убеждения, а с другой – добившись определённого положения в обществе, стремились приблизиться к правящей Верхушке, требовали для себя привилегий высших сословий.
Воспроизводя некоторые представления социальных низов, моисты осуждали замещение государственных должностей по принципам происхождения и родства. Они доказывали, что все люди равны перед божественным небом: «Небо не различает малых и больших, знатных и подлых; все люди – слуги неба». На государственную службу следует выдвигать наиболее мудрых независимо от происхождения. Источником мудрости, указывал Моцзы, являются не врождённые добродетели и не чтение книг, а знания, почерпнутые из жизни простого народа. Управление государством не требует обучения. Способности человека к государственному управлению определяются его деловыми качествами – желанием служить простолюдинам, усердием в делах: «Если человек имеет способности, то его нужно выдвигать, хотя бы он был простым земледельцем или ремесленником».
В противовес конфуцианскому принципу человеколюбия Моцзы выдвинул принцип всеобщей любви. Истинное человеколюбие подразумевает одинаково справедливые отношения ко всем людям без различия родства или сословий. В этой части концепция опиралась на бытовавшие в общинах представления о взаимовыручке и имущественных переделах. Наряду с этим всеобщая любовь была истолкована Моцзы как взаимная выгода, что придавало его концепции совершенно иной смысл. Применительно к отношениям внутри правящего сословия взаимная любовь означала, например, что советники и чиновники из любви к государю проявляют усердие по службе, не раздумывая повнуются ему, а он платит им ответной любовью – назначает высокое жалованье, награждает рангами знатности и наделами земли, даёт в подчинение людей. Как мы видим, подобное понимание добродетели уже не оставляло никакого места для равенства и действительной любви к людям
Идеальной организацией власти Моцзы считал государство с мудрым правителем во главе и отлаженной исполнительской службой. В единообразном исполнении чиновниками воли государя он видел залог и основу прочности власти. Для установления же полного единства государства предлагалось насаждать единомыслие, искоренять вредные учения и поощрять доносы. «Услышав о хорошем или плохом, каждый должен сообщить об этом вышестоящему, и то, что вышестоящий находит правильным, все должны признать правильным, а то, что вышестоящий находит неправильным, все должны признать неправильным». Поддерживать данный порядок следовало при помощи наказаний, и наград, соразмерных совершаемым поступкам.
Таким образом, в концепции моизма идеи равенства были фактически отброшены; концепция завершалась восхвалением деспотически-бюрократического государства, исключавшего всякую возможность не только участия народа в управлении, но и обсуждения им государственных дел. Взгляды Моцзы на государственное единство приближались к идее централизации власти.
В истории эволюции китайской социально-политической мысли концепция Моцзы занимает промежуточную ступень между конфуцианством, выдержанным в духе патриархальной морали, и практико-прикладной теорией легистов. Моизм отражал результаты перерастания патриархальной общины в территориальную, развития отношений, построенных на расчёте и соображениях выгоды, но воспроизводил идеологию слоёв, которые не способны были преодолеть общинные связи.
Интересы имущественной и служащей знати отстаивали легисты. Крупнейший представитель раннего легизма – Шан Ян (390-338 гг. до н.э.), инициатор знаменитых реформ, узаконивших в стране частную собственность на землю. Составленные им проекты реформ и указов вошли в трактат «Шан цзюнь шу» («Книга правителя области Шан»). Шан Ян руководствовался устремлениями служилой знати и зажиточных общинников, добивавшихся ликвидации патриархальных порядков. Ещё одну особенность легизма составили элементы исторического подхода к общественным явлениям. Поскольку частнособственнические интересы новой аристократии противоречили архаическим устоям общинной жизни, постольку её идеологам приходилось апеллировать не к авторитету традиций, а к изменению социальных условий по сравнению с прошлым. В противоположность даосам, конфуцианцам и моистам, призывавшим восстановить древние порядки, легисты доказывали невозможность возврата к старине. «Для того, чтобы принести пользу государству, не обязательно подражать древности». Их исторические взгляды способствовали преодолению традиционалистских воззрений, расшатывали религиозные предрассудки и подготавливали тем самым условия для создания светской политической теории.
Идеологи легизма намечали провести обширный комплекс социально-политических реформ. В области управления предлагалось сосредоточить всю полноту власти в руках верховного правителя, лишить наместников властных полномочий и превратить их в обыкновенных чиновников. Умный правитель, говорится в трактате «Шан цзюнь шу», «не потворствует смуте, а берёт власть в свои руки, устанавливает закон и с помощью законов наводит порядок». Намечалось также упразднить передачу должностей по наследству. На административные посты Шан Ян рекомендовал выдвигать в первую очередь тех, кто доказал свою преданность государю на службе в войске. Чтобы обеспечить представительство зажиточных слоёв в государственном аппарате, предусматривалась продажа чиновничьих должностей. «Если в народе есть люди, обладающие излишками зерна, пусть им за сдачу зерна предоставляются чиновничьи должности и ранги знатности». Деловые качества при этом не учитывались. Шан Ян предъявлял к чиновникам лишь одно требование – слепо повиноваться государю.
Легисты считали необходимым ограничить общинное самоуправление, подчинить семейные кланы и патронимии местной администрации. Не отрицая общинного самоуправления в принципе, Шан Ян выступал с проектами реформ (районирования страны, службы чиновничества на местах), которые преследовали цель поставить граждан под непосредственный контроль государственной власти. Реализация этих проектов положила начало территориальному подразделению граждан в Китае.
Предлагалось также установить единые для всего государства законы. Под законом Шан Ян понимал репрессивную политику и административные распоряжения правительства.
Отношения между властью и народом Шан Ян рассматривал как противоборство враждующих сторон, «Когда народ сильнее своих властей – государство слабое; когда власти сильнее своего народа – армия могущественна». В образцовом государстве власть правителя опирается на силу и никаким законом не связана. Шан Яну не известны представления о правах граждан, их законных гарантиях. Закон выступает у него средством устрашающего превентивного террора. За малейший проступок, убеждал Шан Ян, следует карать смертной казнью. Эту карательную практику должна была дополнить политика, направленная на искоренение инакомыслия и оглупление народа.
Практическое применение легистских концепций сопровождалось усилением деспотизма, эксплуатации народа, внедрением в сознание подданных животного страха перед правителем и всеобщей подозрительности. Учитывая недовольство широких масс легистскими порядками, последователи Шан Яна отказались от наиболее одиозных положений и, наполняя легизм моральным содержанием, сближали его с даосизмом либо конфуцианством.
Во II-I вв. до н.э. конфуцианство, дополненное идеями легизма, утвердилось в качестве государственной религии Китая. Даосизм, переплетаясь с буддизмом и местными верованиями, приобрёл черты магии и со временем утратил влияние на развитие социально-политической и правовой идеологии.
Таким образом, древнейшие цивилизации при всей их примитивности социального, политического и правового устройства по сравнению с современными критериями содержали в себе некоторые элементы демократического базиса, который был уже развит и теоретически обоснован в Древней Греции. Естественно, нельзя считать преобразования в тех обществах чисто демократическими, но на том этапе развития человечества невозможно было создать не только демократическое, но даже либеральное общество, а следовательно, мы должны рассматривать и оценивать микрошаги к народному правлению хотя бы на региональном или местном уровне как квазидемократическими, то есть подобными.

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com