Перечень учебников

Учебники онлайн

XII
Познание мира как объект философского анализа

  1. Субъект и объект познания.
  2. Гносеологическое отношение к бытию.
  3. Принципы гносеологии. 4. Истина и заблуждение, ложь и правда, специфика социального познания. 5. Основные методы познания бытия.
  4. Специфика вненаучного познания. Знание и вера.

Ключевые понятия:

  • Адекватный — характеристика соответствия образа объекту.
  • Априори — знание, предшествующее опыту и не зависимое от него,
  • Вера в гносеологии — позиция, признающая суждения, истинность которых не доказана, но кажется достаточно очевидной.
  • Гносеология — учение о познании, или теория познания.
  • Знание — результат процесса познания, отражающий действительность в форме представлений, понятий, суждений, теорий.
  • Интерес — форма выражения потребности. Различается по основаниям.
  • Истина — адекватное отражение объекта познающим субъектом, процесс движения от приблизительного знания к полному.
  • Логическое — отражение действительности в абстрактной, но теоретически последовательной форме.
  • Медитация — особая форма духовной практики, направленная на приведение психики человека в состояние углубленной сосредоточенности и изоляции от внешнего мира.
  • Метод — путь исследования, ориентированный на истину.
  • Оккультное познание — вид инонаучного познания сверхъестественных явлений, «аномальных» сил космоса, человека.
  • Парадигма — совокупность принципов, обеспечивающих канон постановки и решения проблемной ситуации или исследовательской задачи. Способ видения бытия в мире.
  • Паранормальное познание — вид вненаучного получения информации о необъяснимых в данное время явлениях мира или человека.
  • Потребность человека — внутренний побудитель активности человека, условие его жизнедеятельности.
  • Принцип — основополагающее положение, обеспечивающее положительное решение поставленной задачи познания.
  • Эпистемология — теория научного знания, в отличие от гносеологии как общей теории познания.

Рассмотрев природу сознания, его истоки и эволюцию, определив поле его возможностей, можно рассмотреть механизм познания (освоения) бытия в мире. Гносеология — особый раздел философии, в котором определяются предпосылки познания, исследуются его возможности, выявляется степень его достоверности.

В историко-философской традиции сложились две гносеологические парадигмы: локковская в гегелевская. Первая отдает приоритет чувственному освоению мира, вторая — рациональному.

Современная гносеология соединила эти крайние варианты познания бытия, не вникая в глубину их противоречия. Дело в том, что познавательный процесс не ограничивается способностью сознания отражать мир. Этот процесс включает и творчески созидательный потенциал, основанный на продуктивном воображении, интуиции фантазии, обусловленной социокультурным опытом, как индивидуальным, так и коллективным. Отмеченная возможность реализуется в представлениях и понятиях, получаемых на основе выдвижения гипотез, их интерпретации, а также в условиях определенного конвенционализма, включения элементов веры, допущений и т.д.

Поэтому, рассматривая механизм освоения бытия в мире, следует принимать во внимание его социокультурную обусловленность, помня о принципе конкретности истины и абстрактном характере познания, тяготеющего к определенному схематизму и формализации.

Кроме того, следует учитывать также традиционную рациональную направленность гносеологии. Из ее поля зрения выпадают так называемые сферы внерационального или инонаучного знания (практическое знание обыденного, мифологического и религиозного сознания). В результате сложилась проблемная ситуация. Поскольку гносеология закрывает глаза на внерациональную реальность, то на ее поле вырастают ложные спекуляции, включая оккультное постижение бытия, паранормальное и медитативное познание, приумножающие такие недуги «больного разума», как крайний эмпиризм, панрационализм, эклектику, механицизм, софистику и т.д. (См.: Природа и дух: мир философских проблем. Кн. 2.: Виды и формы освоения бытия. СПб., 1995). Из этого вовсе не следует необходимость объявить внерациональное знание вне «закона» или повесить на него ярлыки неполноценности. Есть направления инонаучного освоения бытия, их надо не клеймить, а изучать, не поворачиваясь к ним спиной и не делая вид, что их нет, ибо «их не должно быть». В противном случае существенно сократится гносеологическое пространство философии, а в сфере инонаучного, внерационального знания бал будут править невежество и эмоции.

1. Субъект и объект познания

Человек не может существовать в мире, не научившись в нем ориентироваться. Ориентация зависит от способности людей адекватно постигать мир, соотнося знания о мире и знания о себе. Поэтому вопрос познания является одним из самых философских.

Гносеология (теория познания) исследует условия, механизм, принципы, формы и методы познавательной деятельности человека. Познание в первом приближении можно определить как совокупность процессов, обеспечивающих человеку возможность получать, перерабатывать и использовать информацию о мире и о себе.

Те явления или процессы, на которые направлена познавательная активность людей, принято называть объектом познания. Тот, кто осуществляет познавательную деятельность, обретает статус субъекта познания. Субъектом познания может быть индивид, группа, общество в целом.

Таким образом, познание — это специфическая форма взаимодействия субъекта и объекта познания, конечной целью которого является получение истины, обеспечивающей освоение объекта с учетом потребностей субъекта.

Гносеологическое отношение включает три составляющих; субъект, объект и знание как результат познания. Отсюда необходимость исследовать механизм взаимосвязи, который возникает между получающим знание субъектом и объектом как источником знания, между субъектом и знанием, между знание» и объектом.

В первом случае возникает необходимость уяснить, каким образом осуществляется переход от источника знания к его потребителю, выяснить характер опосредования, понять, как объект становится достоянием субъекта. Другими словами, дать объяснение тому, как объективное содержание познаваемого явления переносится в голову человека и преобразуется в ней, становится знанием.

В истории философии сложилось несколько моделей гносеологического отношения субъекта к объекту. Одна из первых моделей отношения субъекта и объекта принадлежит древнегреческому мыслителю Демокриту. По его версии, субъект фиксирует не объект познания, а его образ.

Образ — тончайшая оболочка тела, материальная копия объекта. Оторвавшись от тела, образ обретает самостоятельность, существует сам по себе. Образы исходят от всех вещей, от растений, но более всего от живых существ, вследствие их энергичного движения и их теплоты. «Слепок» тела, его образ, достигая органов чувств человека, вызывает соответствующее ощущение.

Что касается представителей философии объективного идеализма, то они исходили из посылки о «непосредственной данности» объекта в мысли субъекта.

Чувственному миру, возникающему на время, а исчезающему насовсем, древнегреческий философ Платон противопоставляет идеальный мир как действительный и реальный.

Идеальный мир как объект познания сохраняет свою вечность, неизменность, а стало быть, и ценность для познания. Чувственный мир поставляет мнения, а идеальный мир — знание. Поскольку душа бессмертна, то, приобщаясь к миру вечности, она несет в себе его отраженный свет (информацию). Анамнезис (припоминание) — это метод восхождения души субъекта к идеям, к общему не путем обобщения частного и единичного, а путем пробуждения в душе забытого знания, нахождение его в ней. Найти знание в самом себе — это значит припомнить.

В своей философии Г. Лейбниц отрицает субстанциальную пропасть между Богом и миром, утверждая принцип «предустановленной гармонии» как логического развития взаимосвязи всех вещей мира, непрерывности их развития и совместимости.

Поскольку предустановленная гармония имеет онтологическую укорененность, то она и выступает в качестве непосредственного объекта познания. Поскольку человек как субъект познания есть часть мира, часть предустановленной гармонии, то через него мир «смотрит на себя, смотрится в себя, как в зеркало, и видит только себя».

Посредством смутных восприятий человек «прислушивается» к миру, осваивает его.

Смутные перцепции (восприятие действительности органами чувств) связывают воедино информацию о мире, обеспечивают «смутное знание» на уровне относительной истины, как предпосылку подлинной истины на уровне интуитивного познания.

Если Лейбниц гносеологическое отношение к миру выводит из принципа «предустановленной гармонии», то Г. Гегель свое гносеологическое отношение к миру выстраивает на базе принципа «тождества мышления и бытия», «тождества логического и исторического». Логическое развитие мира как саморазвивающейся Абсолютной идеи сопровождается и ее самопознанием на уровне индивидуального сознания, истории общества и в формах общественного сознания. Абсолютная идея и формы ее инобытия предстают как единство, где исчезают границы между объектом и субъектом, где бал правит некое тождество. С помощью разума человек раскрывает свое тождество с духовной субстанцией мира, «распредмечивает» объективный мир.

В условиях тождества бытия и мышления взаимосвязь субъекта с окружающим миром сводится к чистой духовной активности субъекта. Что касается объекта, то он превращается в проявление, форму этой активности. Познание рассматривается как процесс конструирования объекта усилиями человеческого ума (субъекта), вне рамок чувственной деятельности субъекта.

В развитии гносеологического отношения далеко не продвинулись и те представители философии материализма, которые рассматривали связь субъекта и объекта как чисто физическое отношение. Познавательное отношение в этом случае рассматривается как результат одностороннего воздействия объекта на субъект. Д. Дидро писал: «Мы — инструменты, одаренные способностью ощущать и памятью. Наши чувства — клавиши, по которым ударяет окружающая нас природа и которые часто сами по себе ударяют».

Уподобление субъекта познания музыкальному инструменту исключало гносеологическую активность субъекта, ставило его в зависимость от объекта. Не выявив роли действительной активности субъекта, нельзя вскрыть и подлинный характер взаимодействия в системе «субъект - объект». Поэтому К. Маркс имел все основания, чтобы подвергнуть критике эту форму материализма. «Главный недостаток всего предшествующего материализма, включая фейербаховский, — говорит Маркс, — заключается в том, что предмет, действительность, чувственность берется только в форме объекта или в форме созерцания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика, не субъективно». А далее Маркс отмечает, что и «...идеализм, конечно, не знает действительной, чувственной деятельности как таковой». (Маркс К. Тезисы о Фейербахе // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 7).

Критика и материалистов, и идеалистов вполне справедлива, если бы не одно обстоятельство. Сама практика несет в себе неопределенность, ибо еще никому не удавалось провести демаркационную линию между практическим и непрактическим в деятельности человека. И в этом смысле вопрос взаимосвязи между получающим знание субъектом и объектом, как источником знания, остается открытым.

При рассмотрении проблемы взаимосвязи между субъектом и знанием возникает комплекс вопросов. Отчасти они возникают в связи с освоением субъектом уже наработанного знания (монографии, схемы, формулы, таблицы и т.п.). Освоение готового знания имеет свою специфику, и последняя задает субъекту познания свои «правила игры».

Кроме того, в отношении между субъектом и знанием возникает проблема оценки знаний со стороны субъекта, определения их адекватности, полноты, достаточности для решения конкретной проблемной ситуации.

И наконец, есть свои проблемы и в отношении между знанием и объектом, как источником этого знания. Это вопросы истины знания, ее критерия. Всякое знание всегда есть знание о конкретном объекте, оно всегда интенционально, т. е. направлено на свой объект. В связи с этим возникает вопрос о достаточности оснований для осуществления перехода от «смутного» восприятия объекта к рациональным выводам относительно объекта, переход от субъективного к объективному.

Вопрос о соотношении образа и предмета, знания и реальности является основным вопросом гносеологии. Является ли субъективное восприятие объекта его подобием или оно всего лишь символ, знак? Какая реальность кроется за такими абстракциями, как «точка» в геометрии, «температура» в физике и т.д.? Эти и другие вопросы заставляют обращаться к гносеологии как объекту философского анализа.

2. Гносеологическое отношение к бытию

Рассматривая проблему гносеологического отношения к миру, следует исходить из того факта, что гносеологическая ситуация не тождественна онтологической реальности, она несет в себе меру субъективности. Ученые ломают головы над решением собственно гносеологических проблем, выстраивают свои удачные или не очень удачные версии, перспективные или тупиковые концепции, а реальность как природного мира, так и социального вершится по своим законам, поощряя поиск в страну неведомого или наказывая за самонадеянность и невежество.

Народная мудрость гласит: дорогу осилит идущий. История гносеологии — это история поиска людьми истины бытия, с тем чтобы выстроить оптимальное отношение в системе «человек — мир». Древние мыслители постоянно призывают современника соблюдать меру. Но для этого надо владеть истиной о мире и о себе.

Античность подарила нам первые образцы поиска истины, заложила основания гносеологии. Каждая последующая эпоха вносила свой вклад, решая вопросы познания бытия в мире. Ретроспективный анализ высвечивает весь драматизм поиска оптимальных форм познания, вызывая чувство уважения и признательности к первопроходцам гносеологии. Познание возникает одновременно с развитием навыков к труду и общению. От элементарного освоения природы человек пришел к познанию, перерастающему в гносеологию. Это был довольно сложный и противоречивый путь от неосознанного познания к стихийному, а от него — к сознательно осуществляемому, но обусловленному социокультурным фактором своей эпохи. Поэтому не стоит изображать «Иванов, не помнящих родства» или пренебрежительно относиться к наследию. Нужно работать с тем, что у нас есть, не забывая, что сегодняшний день в гносеологии не последний. Можно и нужно принимать во внимание, что принцип практики и творческой активности субъекта несет в себе долю неопределенности в решении гносеологических проблем, но нужно понять и принять, что именно практика и фактическая активность позволяют лучше понять природу субъекта и объекта познания и выявить механизм их когерентности и взаимодействия.

Сегодняшний гносеологический субъект — это больше чем система получения, хранения и переработки информации. Это социально-историческое существо, способное к целеполагающей, творческой деятельности. Свои образы мира он вырабатывает на базе сложившейся культуры.

Культура задает каноны, в соответствии с которыми гносеологический субъект познает и оценивает объект интереса. Независимо от того, создает ли субъект свои способы проникновения в область познаваемой реальности, конструирует ли он свои формы объяснения этой реальности или сознательно (бессознательно) перенимает наработанный опыт, в любом случае он действует на основе культуры, задающей смысл его деятельности, форму практики и меру творческой активности.

Современная гносеология по-иному рассматривает и объект познания, учитывая его многокачественный, многомерный и многоуровневый характер. Такой подход обеспечивает направленный процесс освоения природы как объекта, сложного в своем многообразии, неисчерпаемого в своих свойствах и отношениях. Расширяющийся спектр освоения природы в познавательном отношении обеспечивает полноту раскрытия сущности природы, что значительно углубляет процесс согласования в системе «природа-общество-человек». Это косвенно свидетельствует об историческом характере познания. От эпохи к эпохе изменяется субъект и объект познания, дальнейшее развитие получает гносеология. Сегодня она нуждается в такой модели субъекта, где он (субъект познания) предстает в своей целостности как микрокосмос, органически вписанный в макрокосмос, несущий в себе не только логико-гносеологические, но и личностные культурно-исторические параметры в их понятийно-абстрактном содержании. Только такому субъекту открывается бездна бытия, подлинное его существование, только такому субъекту под силу освоить качественную определенность бытия в мире. (См.: Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 12-20).

Субъект и объект образуют отношение, предполагающее своих посредников. В качестве посредников субъекта познания выступают орудия труда (инструментарий, средства). Механизм воздействия объекта на субъект также предполагает свою систему посредников. Это чувственно воспринимаемая информация, различные знаковые системы, и прежде всего язык содержательного знания.

В целом же субъектно-объектное отношение носит противоречивый характер. Это противоречие между социокультурной ограниченностью возможностей нашего познания и неисчерпаемостью вечно развивающейся действительности бытия в мире. В каждое историческое время отмеченное противоречие разрешается, чтобы тут же возродиться новым содержанием.

Формой, связующей отношение субъекта и объекта, является образ. Образ субъективный по восприятию, но объективный по содержанию. В субъективном аспекте образа отражается объективное, не зависящее от субъекта содержание. К этому выводу философия пришла не сразу.

В истории философии сложилось три варианта связи образа и объекта:

  • образ есть совокупность наших ощущений (позиция субъективного идеализма);
  • образ есть достижение разумом объективно существующих идей (позиция объективного идеализма);
  • образ есть субъективное освоение объективной действительности, существующей независимо от сознания субъекта (позиция материализма).

По отношению к субъекту образы подразделяются на чувственные и рациональные. Первые — наглядные, вторые — абстрактные. В наглядных образах фиксируются признаки, доступные чувственному созерцанию; в абстрактном образе выражаются общие признаки.

По отношению к объекту образы делятся на информационные и проективные. Первый несет информацию на основе отражения объекта в сознании субъекта. Второй представляет собой объект на уровне желаемого. Он представлен мысленной конструкцией объекта, который может быть воплощен в практике.

Из этого следует, что познание бытия в мире есть достаточно сложный процесс, включающий различные формы субъективного освоения объективной действительности. Он включает чувственный уровень познания (непосредственное восприятие мира), рациональный уровень (опосредованное восприятие мира в форме понятий, суждений и умозаключений) и апробацию полученных результатов — знания на практике.

А. Чувственный уровень познания

Чувственное познание осуществляется в трех основных формах: ощущение, восприятие и представление.

Ощущение — отображение отдельных свойств объекта, возникающее при его воздействии на органы чувств: зрение, слух, обоняние, осязание, вкус субъекта. Зрение отражает световые волны, слух — звуковые колебания, обоняние и вкус — химические свойства, а осязание — механические и тепловые свойства объекта.

Все органы чувств имеют свои пределы. Но это не столько недостаток, сколько их достоинство. Если бы глаз человека фиксировал все лучи, а его ухо улавливало все звуки, то жизнь человека была бы невыносимой, а его познание мира было бы сомнительно.

Единичное ощущение представляет собой фрагмент сложного комплекса общего ощущения объекта как предпосылки восприятия источника первичной информации.

Восприятие — целостный образ объекта, непосредственно воздействующего на органы чувств субъекта. Но целостность особая. Этот образ не подлежит квантованию на его составляющие. Кроме того, на формирование этого образа существенное влияние оказывает накопленный опыт субъекта, его психический настрой, психологическая установка. Например, следователь со стажем при осмотре места происшествия «считывает» больше информации, чем его молодой коллега, хотя последний может превосходить первого по биологической остроте зрения.

Чувственное восприятие является конкретным образом единичного объекта со стороны его внешнего проявления. Иными словами, восприятие — это образ формы объекта, хранящего тайну своего содержания, своей сущности.

Восприятие как непосредственный чувственный образ подготавливает представление.

Представление — это тот чувственный, целостный образ объекта, который возникает вследствие опосредованного воздействия объекта на органы чувств субъекта. В его формировании принимают участие два фактора: опыт прошлого восприятия и способность субъекта к воображению.

В отличие от восприятия образ представления менее отчетливый, в нем упущен ряд деталей, но зато он более обобщенный. Главное, этот образ несет в себе возможность субъекту проявить свою меру воображения и фантазии, «дорисовать» образ, сделав его более устойчивым и привычным для себя. В этом смысле представление есть тот наглядный и целостный образ, который рождается силой воображения на основе прошлого чувственного опыта.

Представление, преобразованное силой воображения, удаляется от конкретной наглядности объекта, приближаясь к его обобщенным характеристикам. Высших форм своего выражения представление достигает в процессе научного и художественного освоения бытия. Но достоинство воображения таит в себе и недостаток, суть которого заключается в «дорисовке» образа, а стало быть, и ухода от его адекватности с объектом этого образа.

Образ теряет свое сходство с объектом и трансформируется в знак, замещающий объект.

Возможная инверсия образа в знак заставляет обратить внимание на существенное различие образа и знака. Образ имеет сходство с объектом, знак не имеет ничего общего с тем, что он обозначает. Знак имеет условное значение признака, сигнала, символа, формального обозначения.

Чувственный уровень познания не является изначально заданным. Он имеет свою социокультурную обусловленность.

Мощным фактором развития чувственного уровня является жизнедеятельность человека, совершенствование навыков его руки, специализация языка и появление орудий как посредника в системе «субъект-объект». Социализация человека привела к тому, что его чувственное восприятие обрело сознательный и осмысленный характер. Например, животное смотрит, а человек может и видеть.

Субъект, объект и их информационный посредник образуют исходную гносеологическую ситуацию, формируют образ как предпосылку и условие рационального уровня познания.

Б. Рациональный уровень познания

Чувственное восприятие объекта и его представление в качестве образа внешней формы недостаточно для познания, ибо общие закономерные связи объекта не схватываются на чувственном уровне. Это прерогатива мышления как рационального познания.

Благодаря мышлению осуществляется переход от чувственного познания внешних характеристик единичного объекта к рациональному (логическому) познанию внутренних, общих характеристик определенности, обусловленности и целостности объекта, исследованию закономерностей его развития.

Мышление — это функция мозга, обеспечивающая отвлеченное и обобщенное освоение бытия в мире на уровне вскрытия его существенных сторон, свойств, связей и отношений.

Мышление является отвлеченным познанием, ибо ориентировано на познание существенных признаков объекта, отвлекаясь от несущественных.

Мышление является обобщенным познанием, ибо знание общих признаков (свойств, связей) позволяет обобщать множество родственных явлений в единый логический класс. Например, книга, ручка, стол и т.д.

Мышление является опосредованным познанием, ибо между мыслью и объектом в качестве посредника и источника познания выступает чувственный образ.

Мышление является активным познанием, ибо направлено на проблемы, решение которых выходит за границы чувственного опыта.

Рассматривая мышление как процесс познания, следует выделять объект мысли, содержание мысли и форму мысли. Объект мысли — это реальность, существующая независимо от сознания субъекта. Содержание мысли — это мысленное отражение объекта. И наконец, форма мысли — это форма этого отражения.

Основными формами мышления являются понятие, суждение и умозаключение.

Понятие — есть мыслимое отражение объекта в его общих и существенных признаках. Понятие является рациональным отражением действительности, формой концентрированного знания.

Объект в понятии характеризуется обобщенно. Эта обобщенность достигается средствами абстракции, идеализации, сравнения, определения и т.д.

В каждом понятии различают его содержание и объем. Содержание понятия — это совокупность существенных признаков объекта, отраженных в понятии. Объем понятия — это определенная общность предметов с родственными признаками.

Так, в объем понятия «преступление» входит множество, состоящее из различного рода больших и малых отдельных преступлений против личности и имущества. Между содержанием и объемом понятия существует определенная связь. Чем больше содержание понятия, тем меньше его объем, Так, понятие «преступление» имеет один объем, а понятие «преступление против личности» имеет уже меньший объем, ибо содержание исходного понятия увеличилось за счет уточнения — «против личности».

По мере накопления опыта содержание понятий обогащается, что свидетельствует об исторической обусловленности человеческого понятия. Но отдельными понятиями люди не мыслят.

Другой формой мышления является суждение. Суждение, как и понятие, есть отражение связей и отношений познаваемого объекта с другими объектами, а также их оценка. Мыслить на этом уровне — значит судить о чем-либо конкретно.

Суждение — это такая форма рационального уровня познания, в которой посредством связи понятий что-либо утверждается или отрицается. Язык является средством общения между людьми. Логически это высказывание типа «S» суть «Р». Иванов — судья. В этом суждении заложена конкретизирующая информация об Иванове. Как решение определенной познавательной ситуации, суждение есть акт мысли в форме логической операции.

Если содержащаяся в суждении связь понятий соответствует действительности, то суждение является истинным. Если не соответствует — ложным.

Суждение имеет свою структуру. В нем в той или иной форме отражается отношение между единичным и общим. В суждении: «Иванов есть судья» — единичное (Иванов) относится к общему (судья).

Познание осуществляется в процессе перехода от единичного к общему, с возвратом к единичному, чтобы установить (определить) особенное. И формой осуществления этого перехода является суждение.

Третьей формой логического мышления является умозаключение. Оно позволяет из исходного знания логическим путем получать новое знание.

Умозаключение — это такая форма рационального уровня познания, которая обеспечивает возможность из суждений, именуемых «посылками», вывести суждение (заключение).

Заключение логически вытекает из посылок, но не по желанию субъекта познания, а в соответствии с реальностью. Например, шарообразные тела отбрасывают тень в форме диска. Земля в период лунных затмений отбрасывает тень в форме диска. Следовательно, Земля имеет форму шара.

Благодаря этой форме рационального познания нет необходимости каждое суждение получать из чувственного опыта, обращаться к эмпирическим фактам. Нужно лишь соблюдать определенные логические правила.

Чтобы новое суждение (заключение) было истинным, необходимо соблюдать два условия. Во-первых, исходные суждения (посылки) должны быть истинными, и эта истина должна иметь социокультурное подтверждение. Во-вторых, форма умозаключения должна соблюдать правила связи суждений (посылок).

Истинные умозаключения являются инструментом обоснования идей субъекта. Все его гипотезы и теории относительно объекта познания в сущности являются умозаключениями.

Чувственное и рациональное познание вместе обеспечивают единство человеческого познания. Люди формируют задачи познания, интерпретируют его результаты на рациональном уровне, а получают необходимую рабочую информацию на чувственном уровне. Проникнув на уровни реальности, недоступной чувственному познанию, абстрактное мышление создает образы — проекты, которые после их опредмечивания приумножают поле чувственного опыта.

Чувственное и рациональное познание выступают необходимыми моментами целостного процесса познания, где чувственное обеспечивает эмпирический этап познания, а рациональное — теоретический. Первый служит предпосылкой второго, ибо на эмпирическом этапе осуществляется познание объекта как явления, а на теоретическом — объясняется его сущность.

И все же во взаимосвязи чувственного и рационального есть свои проблемы. Чувственное познание представляет собой совокупность ощущений отраженной реальности, но эти ощущения сугубо индивидуальны. Они зависят от устройства сенсорного аппарата конкретного субъекта. Кроме того, чувственные данные исключают возможность разграничить в образе объективную реальность и субъективную иллюзию, что заведомо ставит под сомнение чувственный образ как образ познания.

Данные чувственного уровня — это всего лишь материал, в которой субъект получает информацию для последующей переработки, включая способы неотражательного характера: категоризацию, фактуализацию, построение гипотезы, ее интерпретацию.

Что касается рационального познания, то оно оперирует понятиями, имеющими всеобщий характер. А логические правила мышления одинаковы для всех людей и не зависят от особенностей индивидуального восприятия. Но и на уровне рационального познания есть свои проблемы. И одна из них состоит в отрыве мысли от реального объекта. Сила абстракции обретает свою противоположность, когда общее теряет свою онтологическую укорененность, и попадает в сети необоснованных экстраполяций.

На уровне рационального познания возможны свои логические, гносеологические и психологические трудности, особенно когда в качестве объекта познания выступают феномен смысла жизни, счастья, любви или другой человек. При рассмотрении этих явлений всегда существует тенденция недооценивать объект и переоценивать представление субъекта, обильно сдобренное его воображением. Когда субъект оценивает свое поведение, он склонен объяснять его объективными обстоятельствами. И наоборот, когда он рассматривает чужое поведение, то проявляет склонность объяснить его не объективными, а личными качествами рассматриваемого человека.

Несколько особняком от чувственного и рационального уровней познания стоит интуиция как способность субъекта прямо и непосредственно постигать истину.

Интуиция не есть нечто неразумное или сверхразумное. Это особый тип мышления, сохраняющий в скрытом виде как сам процесс мышления, так и его подготовительный период.

Феномен интуиции рассматривается уже в античности. Свои соображения по вопросу об интуиции оставили Платон, Декарт, Спиноза, Гегель, Фейербах, Бергсон, Фрейд и др. Все они понимали интуицию субъективно, соглашаясь с тем, что ее механизм остается загадкой.

Интуиции достаточно для усмотрения истины, но ее не всегда бывает достаточно, чтобы убедить в этой истине других и даже себя. Для этого необходимы доказательства, практика.

Таким образом, познание не является простым актом «фотографирования», копирования действительности, а предстает как сложнейший многофазовый процесс, где взаимосвязь чувственного и логического (рационального) существенно дополняется субъективными предположениями. Последнее находится в зависимости от личностных и социокультурных предпосылок, а также психологических установок и ценностных ориентаций субъекта.

Вывод о том, что познание в системе «субъект-объект» представляет собой сложный многоступенчатый процесс, где реализуется взаимосвязь субъективного и объективного, опредмечивания и распредмечивания, не исключает, а предполагает выход на практику. Практика выступает и источником чувственных данных, и условием формирования рационального мышления.

В. Практика

Способом «бытия мира» является движение в его абсолютной характеристике. Способом «бытия в мире» является конкретная форма движения. Способом бытия человека является его жизнедеятельность. В процессе деятельности человек осваивает мир с учетом своих потребностей-интересов, делает себя, обеспечивая свою определенность. Поскольку человек существо общественное, то его жизнедеятельность предполагает жизнедеятельность других людей, сливается в общественной практике.

Практика — это целенаправленная деятельность людей по освоению природных и социальных объектов в границах среды обитания.

По своему содержанию и способу осуществления практика носит общественный характер. Она обусловлена опытом человечества в его историческом развитии. Будучи основным способом бытия человека, условием его самореализации и самоутверждения в мире, практика воплощает потребности, цель, мотив, проект деятельности человека, а также акт деятельности и ее результат.

Общественная практика находится в единстве с познавательной деятельностью человека. Она является источником познания, источником первичной информации и его движущей силой, ибо задает цель познанию и обеспечивает его необходимой информацией, подлежащей обработке, систематизации и обобщению; формирует субъект познания, ориентирует его направленность; реализует активное отношение человека к действительности и на уровне ее осознания, и на уровне ее освоения.

Характер и направленность отношения субъекта к объекту определяется прежде всего реальными потребностями и интересами субъекта. Потребность, как внутренний побудительный импульс, обуславливает активное отношение субъекта к объекту (человека к миру). Через призму потребностей субъект осознает и осваивает объект его интереса, формирует свое практическое отношение. Практика выступает как всеобщий способ его бытия, как воплощенное единство мотива, цели и результата, как органическая связь настоящего, прошлого и желаемого, должного и возможного.

Богатство возможностей обеспечивает практике статус подтверждать объективное содержание знания, быть критерием истины бытия в мире.

Существует много претензий относительно критерия истины. Это принцип «экономии мышления» у эмпириокритиков (истинно то, что мыслится экономно); принцип полезности у представителей школы прагматизма (истинная такая теория, которая полезна, выгодна); принцип конвенционализма (истинно то, что соответствует условному соглашению); принцип общезначимости (истинно то, что соответствует мнению большинства) и т.д.

В действительности та или другая теория истинна не потому, что она полезна, удобна, а потому что она соответствует реальности. А это соответствие проверяется и подтверждается только практикой.

Выписав кредит доверия практике, следует помнить и о ее собственных проблемах. Это проблема соотношения индивидуальной и общественной практики.

Индивидуальная практика ограничена личным опытом, а общественная практика имеет социокультурную обусловленность, ее возможности также ограничены исторически определенным уровнем развития общества. Кроме того, взаимосвязь индивидуального и общественного в практике не устраняет ее субъективность, не снимает различие между практическим и непрактическим в деятельности человека. А поэтому практика, сохраняя свою собственную неопределенность, не может быть абсолютным критерием истины, что не исключает ее активного использования в процессе освоения бытия в мире, не забывая о принципе конкретности истины.

3. Принципы гносеологии

Гносеология имеет свою историю, которая свидетельствует о сложном пути ее становления и развития. Нередко формирование гносеологии заводило ее либо в туник крайнего эмпиризма, либо некритического рационализма.

Длительный путь развития гносеологии позволил вычленить следующие ее основания:

  • человеческое познание есть отражение людьми объективно существующего мира и самих себя как части этого мира;
  • процесс познания есть процесс снятия неопределенности, движение от непознанного к познанному;
  • познание — многофазовый процесс, включающий возможности чувственного и рационального освоения мира;
  • основанием, целью и средством познания выступает практика, она претендует быть критерием истины полученного знания;
  • процесс познания — это процесс расширения и углубления людьми своих знаний о мире и о себе, в том числе и о формах познания и самопознания. Основания гносеологии определили необходимость целого комплекса базовых гносеологических принципов, среди которых выделяются принципы объективности, познаваемости, отражения, определяющей роли практики, творческой активности субъекта, абстрагирования и обобщения, восхождения от абстрактного к конкретному, конкретности истины.

Л. Принцип объективности

Этот основополагающий принцип гносеологии утверждает, что объект познания существует вне и независимо от субъекта и самого процесса познания. Из этого принципа следует методологическое требование — любой объект исследования надо принимать таковым, как он есть. Полученный результат исследования должен исключать любое проявление субъективности, чтобы не выдать желаемое за действительное.

Требование объективности — это одно из важнейших правил исследовательской этики, уходящее своими корнями в философию Гегеля. Рассматривая гносеологическое отношение субъекта к объекту, Г. Гегель отмечал: «Когда я мыслю, я отказываюсь от моей субъективной особенности, углубляясь в предмет, представляю мышлению действовать самостоятельно, и я мыслю плохо, если я прибавляю что-нибудь от себя». (Гегель Г. // Энциклопедия философских наук. М., 1974. Т. 1. С. 124).

Субъект должен воздерживаться от своих пристрастий в адрес объекта познания. Одновременно субъект познания не должен в угоду каким бы то ни было соображениям отступать от полученной истины относительно объекта познания.

Кроме того, принцип объективности познания ориентирован на учет используемых субъектом познания средств исследования, способов кодирования звания и различение кода и содержания знания.

И наконец, принцип объективности требует фиксировать не только существующую форму объекта, но и его возможные проекции в других ситуациях.

Только таким образом можно обеспечить чистоту гносеологического отношения в системе «субъект-объект».

Б. Принцип познаваемости

Если принцип объективности требует познания реальности такой, как она есть, то принцип познаваемости утверждает, что объект реальности можно познать только таким, как он есть. Для субъекта познания не существует барьеров на пути освоения объекта, а если и существуют какие-либо границы, то только между тем, что познано и еще не познано. Но такой оптимизм не разделяется представителями агностицизма. Свою позицию они аргументируют тем, что объект познания неизбежно преломляется сквозь призму наших чувств и категорий мышления, а посему мы получаем о нем информацию лишь в том виде, какой он приобрел в результате такого преломления. Каков же объект в действительности, этот вопрос остается открытым.

Однако логика агностицизма опровергается развитием познания, общественной исторической практикой.

Сомнение в разумных пределах необходимо. Нет познания без проблемы. Нет проблемы без сомнения. Если субъект в процессе познания не подвергает все сомнению, стало быть, он остановился в своем движении к объекту. Но сомнение, возведенное в абсолют, исключает возможность развития гносеологического отношения в системе «субъект-объект».

В. Принцип отражения

Принцип отражения ориентирует исследователя на тот факт, что познание объекта есть процесс отражения его возможностями субъекта.

Отражение можно рассматривать как отображение оригинала с помощью образа. Соответствие образа оригиналу возможно, если каждому элементу образа однозначно (гомоморфно) соответствует элемент оригинала и каждому отношению между элементами образа соответствует отношение между элементами оригинала.

Гомоморфное отображение — это только первый шаг в становлении гносеологического отношения в системе «субъект-объект», ибо оно приблизительно учитывает форму объекта. Последнее позволяет говорить не столько об образе оригинала, сколько о его прообразе.

Следующий шаг в развитии гносеологического отношения связан с изоморфизмом. На этом уровне отображение обеспечивает адекватность представления о форме объекта. Если гомоморфизм выражает уподобление образа объекту (оригиналу), то изоморфизм утверждает их одинаковость.

Изоморфизм фиксирует отражение формы, оставляя открытым вопрос о содержании объекта.

Отражение эволюционирует от гомоморфизма через изоморфизм, раздражимость, психику до сознания. Сознание выступает высшей формой отражения, формируя чувственный, л затем и рациональный образ действительности в виде таких форм, как понятие, суждение, умозаключение.

На этом уровне развития гносеологического отношения в системе «субъект-объект» оформляется образ действительности. Этот образ является абстрактным и обобщенным, но главная его ценность, что это уже не образ формы, а образ содержания. Ключевой ценностью этого образа является информация.

Г. Принцип определяющей роли практики в познании

Этот принцип является отправной точкой отсчета в формировании гносеологического отношения в системе «субъект-объект» познания.

Движение является способом бытия мира, активность — условием жизни, а деятельность человека — способ его существования и осуществления. Жизнедеятельность человека есть непрерывный процесс удовлетворения, воспроизводства и рождения новых потребностей, осуществляющихся на базе материального производства, в котором производство орудий труда становится потребностью. Эта потребность превращается в предпосылку самой жизнедеятельности. Последняя проявляется в самых различных формах, в том числе и как потребность познания.

Процесс познания (отражения объективной действительности в сознании людей) осуществляется не зеркально, а через призму интересов людей, как форму выражения их потребностей. Стало быть, практика выступает основой познания, его конечной целью и критерием истинности.

Практика является основой познания в том смысле, что обеспечивает познанию заказ. Более того, она представляет рабочую информацию, определяет набор и характер средств познания. Нельзя понять сущность и смысл познания (познавательной деятельности), не уяснив природы человеческой деятельности вообще, существенным аспектом которой она является. Практика не только основа познания, но и конечная цель познания, сфера приложения полученных знаний.

В процессе практики человек поднимается до осознания объективных законов, тенденций развития мира, необходимости познания сущности мира и своей собственной сущности. Поэтому можно сказать, что человеческое познание есть особое функциональное единство чувственного и рационального освоения мира и человека на основе практики.

Д. Принцип творческой активности субъекта познания

Субъект познания больше чем система, извлекающая информацию о внешних явлениях природы и общественной жизни. Он (субъект) органически включен в систему общественных отношений, которые определяют направленность познания и его меру активности.

Активность задает основание гносеологического отношения, предопределяет инициативу субъекта. В процессе «превращения» материального в идеальное, объективного в субъективное можно выделить три этапа:

  • активный зондаж объекта и последующее снятие копии с объекта, его моделирование, формирование образа;
  • превращение внешнего состояния объекта во внутреннее состояние субъекта, готовность оперировать не реальным объектом, а его образом;
  • процесс творческого конструктивного отношения субъекта к объекту, его идеальное преобразование. От субъекта зависит направленность его отношения к объекту, вычленение того содержания, которое так или иначе связано с деятельностью субъекта, его целями и потребностями. Избирательность субъекта — это одна из форм выражения его активности.

Другой формой выражения активности является способность субъекта к созданию целостного образа объекта. Последний обеспечивает возможность проникновения внутрь объекта и преодоление своей субъективности.

В историко-философской традиции осмысление гносеологического отношения в системе «субъект-объект» складывается в философии французского философа Р. Декарта, где противостояние субъекта и объекта стало исходным пунктом анализа познания. Следующий шаг сделал И. Кант, раскрыв возможности субъекта познания на уровне чувственности и разума, выявив меру активности субъекта на каждом уровне познания.

В разработку принципа активности субъекта познания внесли свой вклад И. Фихте и Г. Гегель. Не обошла этот вопрос и философия марксизма. Последняя рассматривает творческую активность субъекта как норму и правило гносеологического отношения.

Е. Принцип обобщения и абстрагирования

Этот принцип предполагает методологический ориентир на получение обобщенного образа объекта различной степени активности.

Абстрагирование является мысленным отвлечением от всех признаков объекта, кроме того признака, который представляет особый интерес для исследователя. Акцентированное внимание на этом признаке позволяет совершить операцию обобщения, мысленного перехода от единичного объекта к классу объектов, родственных (однородных) по данному признаку.

И абстрагирование, и обобщение предполагают определенную меру огрубления, упрощения, идеализации отображаемого объекта. Но этот шаг абсолютно необходим, чтобы обеспечить переход от конкретного к абстрактному. Этот переход предполагает особого рода правила: абстракции, анализа, синтеза, сравнения.

Только соблюдение этих правил обеспечивает мышлению возможность приблизиться к истине, а не уйти от нее.

Ж. Принцип восхождения от абстрактного к конкретному

Этот принцип характеризует направленность процесса познания, развитие гносеологического отношения от менее содержательного к более содержательному и совершенному знанию. Он ориентирует на необходимость построения идеализированного объекта как предпосылки (отправной точки отсчета) движения мысли субъекта от абстрактного к конкретному.

Идеализированный объект — это мысленная познавательная конструкция объекта, позволяющая устанавливать существенные связи и закономерности, недоступные при изучении реальных объектов, взятых во всем многообразии их эмпирических свойств и отношений.

По своему содержанию идеализированный объект представляет собой целостную, хотя и абстрактную модель воспроизводимого объекта.

Принцип восхождения от абстрактного к конкретному предполагает, что между реальной конкретностью и ее мысленным воспроизведением находится особое промежуточное пространство, позволяющее редактировать мысленную конкретность на базе новых эмпирических данных, объяснять, а подчас и разрешать несоответствие, возникающее между абстрактным образом и конкретной реальностью объекта, демонстрировать «открытость» обобщенного образа по отношению к новой информации.

3. Принцип конкретности истины

Этот принцип требует определенной гносеологической культуры, требующей рассматривать истинность того или иного суждения только с учетом конкретных гносеологических предпосылок. Посему истинность суждения будет сомнительна, если не будут известны условия места, времени осуществления гносеологического отношения в системе «субъект-объект». Суждение, верно отражающее объект в одних условиях, становится ложным по отношению к тому же объекту в других условиях (обстоятельствах). Например, суждение «вода кипит при 100 градусах по Цельсию» истинно лишь при условии, что речь идет о нормальной, чистой воде и нормальном давлении. Это суждение теряет свою истинность, если изменить давление или взять т. н. тяжелую воду. Основные положения классической механики истинны применительно к макротелам. За пределами макромира они теряют свою истинность.

Заявленный принцип ориентирует исследователя на тот факт, что нет и не может быть абстрактной истины. Она всегда конкретна. И любая попытка распространить конкретную истину «за пределы ее действительной применимости* носит характер абсурда. Попытки реализовать в странах тропической Африки модель политической организации общества, зарекомендовавшей себя в Европе, имели отрицательные последствия, ибо в этом случае игнорировался принцип конкретности истины.

Все отмеченные принципы задают комплекс требований осуществления гносеологического отношения в системе «субъект—объект», ориентированного на постижение истины. Последнее влечет за собой необходимость рассмотреть вопрос, что есть истина, заблуждение, ложь, выявить специфику социального познания, где к проблеме истины добавляется еще и проблема правды.

4. Истина и заблуждение, ложь и правдв, специфика социального познания

В процессе освоения мира, той или иной проблемной ситуации индивид в статусе субъекта познания может ориентироваться не только на свой опыт, но принимать во внимание и чужой опыт как чувственного, так и рационального познания, выходить на уровень освоения проблемной ситуации, используя наработанные понятия.

В процессе познания субъект пользуется не изолированными, а взаимосвязанными понятиями. Эта взаимосвязь осуществляется с помощью суждений я умозаключений. Благодаря этим логическим конструкциям, субъект познания, рассматривая проблемную ситуацию в качестве объекта познания, выстраивает свое гносеологическое отношение, что-либо утверждая относительно объекта или отрицая. Отдельное понятие «происшествие» ничего не говорит ни о месте, ни о времени, ни о содержании. Напротив, суждение «дорожно-транспортное происшествие имело место на пересечении Невского и Садовой» несет в себе ориентированную информацию, требующую дополнительных сведений о времени и о содержании происшествия. Дополнительная информация позволяет выстроить умозаключение как цепочку суждений. Зная время и содержание происшествия, оперативный дежурный выстраивает умозаключение, на основе которого принимает решение срочно выслать на место происшествия «скорую помощь» и ремонтную бригаду специалистов.

Умозаключение строится по формуле «если.», то...». Однако суждения и умозаключения, при помощи которых принимается решение о практическом действии, могут отражать ситуацию правильно и неправильно. Для того чтобы отличать суждения, правильно отражающие объект познания, от тех, которые отражают его неверно, пользуются особыми понятиями: «истина», «заблуждение», «ложь», «правда». Что же такое истина?

Вопрос об истине является основным вопросом гносеологии. Все человеческое познание ориентировано на достижение истины.

В первом приближении вопрос об истине кажется предельно простым, но простота эта обманчива.

Еще Аристотель полагал, что истина — это знание, в котором содержится верное суждение о конкретной действительности. Иными словами, истина — соответствие мысли с действительностью. Но «соответствие мысли с действительностью» можно понимать по-разному.

Для Платона истина заключается в соответствии знаний вечным и неизменным идеям, ибо для него идеи — первореальность. Что касается чувственного материального мира, то знания о нем не могут быть истинами, так как этот мир изменчив. В него, как и в реку, нельзя войти дважды. Он возникает на время, а исчезает насовсем.

Материалисты, напротив, считали, что истина есть соответствие полученных знаний объективному материальному миру. Но одно дело считать так, а другое — установить это соответствие. Ощущение не самый лучший свидетель этого соответствия, да и разум может допускать ошибки.

И тем не менее, только разум имеет необходимые, хотя и недостаточные основания для установления истины, ибо только он обеспечивает принцип гносеологического совпадения мышления и бытия, только он воплощает творческую направленную активность гносеологического отношения в системе «субъект-объект».

Поскольку истина есть адекватная информация относительно объекта познания, получаемая средствами чувственного или интеллектуального усилия, то она существует не как объективная, а как особая реальность. Истина есть свойство знания, а не свойство объекта познания. Она не является и чистой субъективностью. Истина есть воплощение взаимодействия субъекта и объекта познания. Это взаимодействие обеспечивает процесс субъектирования объективного и объективирования субъективного.

В результате, истина несет объективное содержание (информацию объекта) и ценностную ориентированность субъекта. Ценность знания определяется мерой его истинности.

Таким образом, истину можно определить как философскую категорию для обозначения меры отражения объекта познающим субъектом. И эта мера проверяется практикой.

Истину нельзя представить как нечто устоявшееся и неизменное. Она есть установление совпадения мысли субъекта с объектом познания; есть процесс все более точного отражения сознанием объективного мира. Поэтому не существует раз и навсегда установленной грани между истиной и заблуждением.

Поиск истины, в силу ее особого статуса и двойной обусловленности объектом и субъектом, далеко не всегда венчается успехом. История демонстрирует, что в течение столетий за истину принимались заблуждения. Напряженное противостояние нового и старого, поиск на пути проб и ошибок, попытка новые проблемы решать старыми методами свидетельствуют, что заблуждения нежелательная, но неизбежная плата за истину.

Заблуждение — это содержание знания субъекта, не соответствующее реальности объекта, но принимаемое за истину.

Заблуждение не является абсолютным вымыслом, игрой воображения, плодом фантазии. Как правило, это одностороннее отражение объективной реальности субъектом, который предал забвению методологические замечания Ф. Бэкона о так называемых призраках (идолах) сознания. Кроме того, заблуждения — это своеобразная плата за попытку узнать больше, чем позволяет уровень теоретической мысли и возможности практики, это плата за ситуацию неполной информации. Гносеологическое отношение на уровне недостаточного знания относительно объекта и самого себя неизбежно приводит субъект к заблуждению, ибо он не в состоянии решить проблему сознания, как соотнесения знания о себе и знания об объекте. Нарушение правила сознания обеспечивает субъекту путь к идолу, то есть к заблуждению.

Источником заблуждения могут быть погрешности, связанные с переходом от чувственного уровня познания объекта к рациональному. Кроме того, заблуждения могут быть результатом некорректной экстраполяции чужого опыта без учета конкретной проблемной ситуации.

Таким образом, заблуждения имеют свои социальные, психологические и гносеологические основания.

Ложь, в отличие от заблуждения, является сознательным искажением образа объекта (познаваемой ситуации) в угоду конъюнктурным соображениям субъекта.

Ложью может быть как измышление о том, чего не было, так и сокрытие того, что имело или имеет место. К примеру, фирма «Иванов и компания» рекламирует средство, поражающее болезнетворные бактерии, но при этом умалчивает о противопоказаниях этого средства. В результате, вред от приема этого лекарства превышает пользу; проектировщики АЭС сокрыли возможность чернобыльского эффекта, и уже страдают не единицы, а сотни тысяч людей.

В отличие от заблуждения, ложь является нравственно-правовым феноменом, а посему и отношение ко лжи должно быть иным, чем к заблуждению. Поскольку ложь является сознательным извращением гносеологического отношения в системе «субъект-объект», то любой факт лжи, в зависимости от ее вероятностных последствий, может рассматриваться как преступление, за которым должно последовать уголовное дело и определение меры наказания.

Что касается заблуждения, то, как показала практика человечества, это неотъемлемый элемент поиска истины. Пока один откроет истину, сто пребудут в заблуждении. И в этом смысле заблуждение представляет собой нежелательные, во правомерные издержки на пути к достижению истины.

Сказанное верно в основном по отношению к естественнонаучному познанию. Гораздо сложнее обстоит дело в социальном познании, где категория истины обретает форму «правды».

Правда — это соответствие высказываний субъекта его мыслям, основание взаимного доверия в пределах диалога, целесообразность которого ставится под сомнение, когда место правды занимает ложь.

Но я правда далеко не всегда является адекватным выражением всей истины. Она может выступать как частный случай истины. Правда не столько гносеологический, сколько нравственно-психологический феномен.

Говорят, Соломон, выслушав стороны, участвующие в споре, заявил о том, что каждый из них прав. Прав как носитель своей правды.

Проблема соотношения правды и истины решается через определение меры истины. Так, с точки зрения солдата или офицера федеральных войск, война в Чечне есть защита целостности России. И это правда. С точки зрения чеченца, война в Чечне есть защита его дома. И это тоже правда. Но и в том и в другом случае это часть истины. Что касается полной истины, то чеченский феномен противостояния есть коммерческая война наживы одних и обнищания других, сомнительного счастья одних и безутешного горя других.

Специфика социального познания проявляется в том, что общество есть результат деятельности человека, преследующего свои цели. Но и сам человек есть продукт общества, носитель определенных общественных отношений. Отсюда следует, что гносеологическое отношение в системе «субъект—объект» обретает иную конфигурацию, чем в рамках естественнонаучного познания, ибо в процессе социального познания не только осваивается общество как особая социальная реальность в форме процесса и результата, но и осуществляется самопознание человека. Гносеологическое отношение ориентировано не только на субъектно-объектную взаимосвязь, но и на субъектно-объектное взаимодействие. А это предполагает, что в границах социального познания следует принимать во внимание как объективную, так и субъективную обусловленность.

Специфика социального познания проявляется и в том, что в гносеологическом отношении субъект имеет онтологическую укорененность в объекте. Он сам является частью социального объекта, а посему не может избежать ни своей субъективности, ни своего пристрастия.

Познавая социальную реальность, субъект сознательно или бессознательно пропускает ее через себя, и в этом случае возникает возможность погрешностей, нарушение чистоты процесса познания.

  • Во-первых, у исследователя может возникнуть преувеличенное представление о прошлом. Оно может казаться более представительным и более безупречным, чем было в действительности. Неслучайно многие мыслители связывали золотой век с прошлым.
  • Во-вторых, исследователь, будучи представителем своего народа, склонен изобразить его историю в благожелательном виде.
  • В-третьих, в стремлении уяснить природу совершенного поступка исследователь невольно замыкает проблемную ситуацию на себя, ставит себя на место тех, кто совершил поступок, и судит о мотивах их поведения через себя, пытаясь оправдать или заклеймить того, кто совершил конкретный поступок.
  • В-четвертых, существует предрассудок необоснованного доверия. Считается, что люди прошлого лучше информированы о своем времени. Это далеко не так. Большое видится на расстоянии, особенно если оно подкреплено более надежными источниками, чем люди, наблюдавшие исследуемые события, но не избежавшие определенной аберрации их.

Проблему аберрации (искажения) рассматривает известный русский ученый Л. Н. Гумилев. Он обращает внимание на ее возможные варианты:

  • преувеличение недавних событий по сравнению с далеким прошлым (аберрация близости);
  • ложное впечатление незначительности событий прошлого по сравнению с настоящим (аберрация дальности);
  • долговременно протекающий процесс воспринимается как неизменное состояние (аберрация состояния).

Кроме того, необходимо помнить о том, что особенностью социального познания является непрерывное изменение объекта познания, как и непрерывное изменение знания о нем.

И наконец, в процессе социального познания особенно важна исходная мировоззренческая и методологическая установка исследователя. Она может способствовать, а может и препятствовать установлению истины.

Из этого следует, что при изменении социальных явлений необходимо в качестве объекта познания брать не отдельные факты, а всю совокупность фактов проблемной ситуации, только тогда можно надеяться на раскрытие подлинной взаимосвязи и взаимозависимости фактов исследуемой ситуации. Последнее поможет избежать очередных заблуждений, блокировать конъюнктурную ложь, маскирующуюся под правду, и приблизиться к истине.

Истина всегда субъективна по своей форме, однако по своему содержанию, т. е. по тому, что содержится в знании, она объективна. Содержание этого знания не зависит от сознания людей. Оно соответствует действительности, законам, явлениям природы и общества. К примеру, законы механического движения были открыты и сформулированы И. Ньютоном. Но эти законы существуют независимо от основателя классической механики.

Итак, объективная истина есть такое содержание человеческих знаний, которое не зависит от субъекта познания, не зависит ни от человека, ни от человечества.

Истина исторична. Она изменяется вместе с объектом познания, несущего печать гераклитовского «panta rei». Знание в системе «субъект-объект» всегда имеет относительный характер. И в этом смысле истина относительна, ибо она не отражает объект ни полностью, ни целиком, ни исчерпывающим образом, а только в известных пределах, условиях, отношениях, которые постоянно изменяются. Это положение подтверждается рассмотрением проблемы истины в нормах права, о чем свидетельствуют незатухающие споры правоведов. (См.: Баранов В. М. Истинность норм советского права. Саратов, 1989; Баранов В. М., Кронекий В. С., Сальников В. П. Социальная справедливость и истинность советского права как ценностные ориентиры деятельности органов внутренних дел. Л., 1989).

Итак, относительная истина есть такое знание, которое, будучи в основном верным отражением действительности, отличается некоторой неполнотой совпадения образа с объектом.

Говоря об относительном характере истины, не следует забывать о наличии так называемых абсолютно достоверных фактов, имевших место в истории объекта познания. К примеру, город на Неве основан Петром I. Наличие абсолютно достоверных фактов имеет важное значение в деятельности людей. Так, судья не имеет права рассуждать: «Неизвестно, совершил ли подсудимый преступление, но на всякий случай давайте его накажем». Абсолютные истины не имеют доказательных возражений, они являются демонстрацией тождества мышления и бытия.

Итак, абсолютная истина — это полное, безусловное, исчерпывающее совпадение образа с объектом. Это такое знание, которое не может быть опровергнуто ни при каких обстоятельствах.

К абсолютным истинам относятся достоверно установленные факты, даты событий, дни рождения, смерти, т. е. те знания, которые имеют ретроспективный характер, а посему они не претерпевают изменения по мере изменения самого объекта познания. Над ними уже не властвует время. Они есть, ибо они были.

Таким образом, рабочим инструментом гносеологического отношения в системе «субъект-объект» является относительная истина. Но этот вывод не является подтверждением концепция релятивизма, абсолютизирующего относительность и условность содержания знания.

Знания действительно относительны, но не в смысле отрицания объективной истины, а в смысле признания исторической ограниченности достигнутого уровня. Познание осуществляется в направлении от неполного знания к более полному, но и то и другое имеет объективное содержание, не зависящее ни от сознания отдельного исследователя, ни от сознания всего человечества. Поэтому правомерно сделать вывод, что на этой «оси» объективности идет наращивание абсолютного знания и последнее свидетельствует о развитии истины, которая всегда конкретна.

Рассмотрев уровни, формы гносеологического отношения, выявив с позиции основополагающих принципов механизм взаимосвязи в системе «субъект—объект» и его ориентированность на истину, можно познакомиться с характерными методами познания.

5. Основные методы познания бытия

Проблема метода познания актуальна, ибо она не только определяет, но в некоторой мере и предопределяет путь познания. Путь познания имеет свою собственную эволюцию от «способа отражения» через «способ познания» к «научному методу». Эта эволюция принимает во внимание, что средства элементарного отражения в основном одинаковы у человека и животного и различаются по степени развития. Осознание человеком способа познания добавляет к его структуре новые элементы: понятийный аппарат, систему общелогических приемов познания, категориальный каркас познания и его регулятор в виде системы принципов и логики познания. Сложившаяся «архитектоника» обретает статус научного метода.

Особый раздел философии, который непосредственно рассматривает методы познания, их специфику, называется методологией. Методология — это еще один вид исторического знания о производстве нового знания. Методология тесно связана с гносеологией и мировоззрением. Ее эвристический потенциал зависит от уровня развития гносеологии и той качественной определенности мировоззрения, которое ориентировано на идеальное (оптимальное) отношение к миру.

Несмотря на свои возможности, методология не исключает наличие проблем в процессе производства нового знания. Гносеологическое отношение в системе «субъект-объект» предполагает наличие своего посредника (систему средств познания). Субъект востребует этого посредника, но он не уверен в его эффективности, ибо возможности посредника определяются не только субъектом, но и объектом. А объект для субъекта является новой реальностью с печатью качественной неопределенности, а посему субъект не имеет полной уверенности, что объект раскроет свою неизвестность возможностями примененного посредника.

Вот и получается, что субъект познания планирует стратегию познания, создает идеальный образ способа познания и получения результата познания, но это не исключает в практическом осуществлении «диалога» с объектом непредсказуемости, заблуждений, догадок и интуитивных предположений.

Таким образом, как познание вообще, так и познание самого познания никогда не завершится. И в этом его не только недостаток, но и величайшее достоинство. Познание никогда не станет репродуктивной деятельностью. Оно всегда будет творческим, ибо и познание, и познание познания всегда конкретно в новой ситуации. А новая проблемная ситуация всегда будет манить исследователя своей загадочностью и неопределенностью.

Метод познания — это творческая лаборатория субъекта познания, ориентированная на способы самодвижения и саморазвития объекта познания. Метод определяется природой объекта и уровнем его освоения. Посему можно выделить общелогические приемы познания, методы чувственного и рационального уровней познания.

А. Общелогические приемы познания

Традиционно к общелогическим приемам познания относят: анализ и синтез; абстрагирование; обобщение; индукцию и дедукцию; аналогию и моделирование. Это приемы, присущие человеческому познанию в целом. На их базе осуществляется производство нового научного знания. Они успешно применяются и на уровне обыденного сознания.

1. Анализ и синтез

Первоначально у субъекта познания складывается общая картина исследуемого объекта с нулевым представлением о его внутренней структуре, составляющих его элементах и связях между ними. Хотя именно знание внутренней структуры является предпосылкой раскрытия сущности объекта.

Постепенно гносеологическое отношение обогащается конкретизацией представлений о существенных признаках объекта, связи элементов его структуры. Чтобы получить эти конкретные представления, субъект познания мысленно или практически расчленяет объект на его составляющие, а затем изучает их, выделяя признаки и свойства, связи и отношения, выявляя их роль в системе целостного объекта. После выполнения этой процедуры части сводятся в единое целое, а субъект получает конкретно-общее представление сущности объекта. Эта задача решается с помощью анализа и синтеза.

Анализ — это расчленение целостного объекта исследования на его составляющие с целью их всестороннего изучения.

Синтез — это восстановление целостности объекта посредством соединения ранее выделенных признаков, свойств, сторон, отношений в единое целое.

Объективной предпосылкой аналитико-синтетической деятельности человеческого познания является структурность природы, ее способность к процессам объединения и разъединения, созидания и разрушения. Природа давала человеку наглядные уроки анализа и синтеза, а человек усваивал их в процессе практического освоения мира. В этом смысле анализ и синтез являются самыми простыми приемами познания и в то же время самыми универсальными. Они успешно применяются на всех уровнях и во всех формах гносеологического отношения в системе «субъект-объект».

Анализ и синтез как элементарные приемы гносеологического отношения, взаимосвязаны. Они взаимно предполагают друг друга. Эффективность еще более усиливается, если анализ и синтез увязываются с другими приемами познания, в частности с абстрагированием, индукцией, дедукций, обобщением.

И наконец, анализ и синтез как приемы познания, могут использоваться на всех уровнях и во всех формах познания. Но в каждом случае технологическая «матрица» этой познавательной операции будет нести на себе печать объекта познания, его значимость.

2. Абстрагирование

Абстрагирование — это особый прием, мысленное отвлечение от тех или других сторон, свойств, связей объекта исследования с целью выделить те существенные признаки, которые интересуют исследователя.

Процесс абстрагирования включает два этапа: установление относительной самостоятельности отдельных свойств, отношений; выделение этих свойств в качестве самостоятельного объекта исследования, замещая их особыми знаками. Абстрагирование — универсальный прием, без которого немыслимы как обыденное, так и научное познание. Этот прием в большей или меньшей мере позволяет сфокусировать внимание исследователя на том, что его предельно интересует, и даже пройти сквозь феноменальный уровень бытия объекта к его сущности. Как правило, объект исследования находится в различных формах взаимосвязи и взаимодействия с окружающим миром. А поскольку исследователь заинтересован в конкретном отношении, то он может «закрыть глаза» на все остальные связи, кроме той, которая его интересует.

Абстрагирование позволяет осуществить переход от единичного к общему, превратить объект исследования в логическую категорию. Этот переход чреват возможностями заблуждений, но если он осуществляется по правилам логики и под контролем практики, то он только обеспечит кратчайшую дорогу к истине.

3. Обобщение

Обобщение как прием познания продолжает операцию абстрагирования. Когда в рамках гносеологического отношения абстрагируется какой-то существенный признак, то возникает основание для объединения объектов, носителей этого признака в единый класс.

Обобщение — это такой прием познания, в ходе которого устанавливаются общие свойства и признаки родственных объектов, устанавливается их общность.

Обобщение позволяет осуществить переход от менее общего понятия или суждения к более общему понятию или суждению. Например, от суждения «медь электропроводная к суждению «все металлы электропроводны»; от понятия «береза» к более общему понятию «лиственное дерево».

Расширяя общность в направлении формирования более общих понятий, можно выйти на уровень предельно общих понятий, Операциональная значимость которых на несколько порядков выше единичных понятий. Так, многочисленные исследования подготовили эмпирический материал, который после обобщения был положен в основу теории клеточного строения. Понятие клетка стало отправной точкой отсчета исследования живых организмов.

Установление факта сходства обеспечивает возможность перехода от частного к общему и экстраполяции знания общего на единичное.

4. Индукция и дедукция

Переход от известного к неизвестному осуществляется с помощью таких приемов, как индукция и дедукция.

Индукция (от лат. inductio — наведение) — это логический прием построения общего вывода на основе частных посылок.

Данные опыта «наводят» на общее, или индуцируют общее, поэтому полученные обобщения обычно рассматривают как опытные (эмпирические) истины.

Дедукция (от лат. deductio — выведение) — это прием, обеспечивающий переход от общего к частному, когда из общих посылок с необходимостью следует заключение частного характера.

Индукция и дедукция взаимосвязаны столь же необходимым образом, как анализ и синтез. Только в рамках принципа дополнительности эти логические приемы выполняют свое назначение в процессе познания субъектом объекта.

Основой индукции является опыт, эксперимент, наблюдение, в ходе которых накапливаются отдельные факты. Изучение и анализ этих фактов приводит к установлению сходных, повторяющихся признаков. Выявление сходства позволяет построить индуктивное умозаключение, получив суждение общего характера. Так, изучая различные виды преступления, можно сделать вывод о том, что всем им присуща антисоциальная направленность, то есть они являются аномалией развития общества. Стало быть, проблема конкретного единичного преступления должна решаться не только с позиции единичного факта, а с учетом интересов общества, его программы отношения к преступности вообще.

Чтобы усилить достоверность, исследователь, применяя индукцию в качестве логического приема познания, должен ответственно относиться к анализу фактов, как их качественной, так и количественной определенности, к установлению и исследованию причинно-следственных связей, не обольщаясь выводом и не абсолютизируя его, помня, что источником вывода является эмпирический опыт, который характеризуется своей ограниченностью и незавершенностью.

Поэтому обоснование знаний, полученных с помощью индукции, предполагает их проверку через движение от индуктивных обобщений к частному случаю. Такое движение представляет собой дедуктивное умозаключение. Его цель заключается в том, чтобы вероятностное, индуктивное знание сделать более достоверным. Ценность дедукции состоит в том, что субъект познания, опираясь на достоверное общее знание, может сделать вывод частного характера. Последний можно сопоставить с эмпирическим фактом. Полученное сходство косвенно подтверждает достоверность и общего, и единичного. Но это возможно, если субъект познания применяет оба приема логического познания в их взаимосвязи и дополнительности. Творческую взаимосвязь обозначаемых приемов блестяще продемонстрировал Д. И. Менделеев.

Изучая различные химические элементы, ученый делал акцент на выделение их свойств. На этом этапе он использует прием индукции. Сравнивая различные элементы, Менделеев подметил зависимость их свойств от величины атомных весов, что позволило ему вывести основной закон химии.

Опираясь на этот закон и следуя дедукции, Д. И. Менделеев делает ряд открытий, предсказывая еще неизвестные химические элементы.

5. Аналогия и моделирование

Изучая свойства объекта, субъект познания может обнаружить, что они совпадают со свойствами уже известной реальности. Установив сходство и определив, что число совпадающих признаков достаточно большое, субъект познания вправе сделать предположение о том, что и другие свойства сходных объектов совпадают. Рассуждения такого рода составляют основание еще одного логического приема — аналогии.

Аналогия — это такой прием, при котором на основе сходства объектов по одним признакам делают вывод об их сходстве и по другим, еще не исследованным признакам.

При умозаключении по аналогии знание, полученное ранее, переносится на объект, хранящий свою качественную неопределенность. Расшифровка неопределенности объекта познания средствами аналогии носит всего лишь правдоподобный характер и, как правило, является основанием построения версии, гипотезы, требующих дополнительной проверки и подтверждения. В противном случае субъект познания рискует впасть в заблуждение. Так, в XIX веке на основании сходства некоторых признаков Земли и Марса было сделано неверное предположение о существовании разумной жизни на Марсе. Но по аналогии с искусственным отбором пород домашних животных Ч. Дарвин открыл закон естественного отбора в биологии, а аналогия с движением жидкости в трубке обеспечила создание теории электрического тока.

Умозаключения по аналогии имеют право на существование, особенно когда исследуемый объект исключает доступность для прямого исследования или представляет собой уникальную ценность. В этих случаях перенос информации с одного объекта на другой составляет гносеологическое основание еще одного приема познания. Имя его — моделирование.

Моделирование — это прием познания объекта (оригинала) через создание и исследование его копии (модели), замещающей оригинал по тем позициям, которые представляют исследовательский интерес.

Модели могут быть предметными и знаковыми, структурными и функциональными. Главная их ценность заключается в способности воспроизвести оригинал, предоставить возможность провести любой эксперимент, а также многократно повторить те или иные свойства исследуемого объекта в отсутствие... самого объекта.

Б. Методы чувственного (эмпирического) уровня познания

Для эмпирического познания характерна фактофиксирующая деятельность в системе гносеологического отношения «субъект-объект». Основная задача эмпирического познания — собрать, описать, накопить факты, произвести их первичную обработку, ответить на вопросы: что есть что? что и как происходит?

Факт — основное понятие эмпирического познания. Он обозначает, фиксирует реальность в статусе объекта исследования. Факт может быть действительно «упрямой вещью», но только во всей своей полноте. Непроверенные факты, факты с большей долей фантазии, надуманные факты и т.д. могут стать основанием для спекуляций, сомнительных выводов, заблуждений и даже лжи. Все это заставляет исследователя рассматривать факт не как цель, а как отправную точку отсчета в познании. В то же время без фактофиксирующей деятельности подлинное познание не может осуществиться.

Эту деятельность обеспечивают: наблюдение, описание, измерение, эксперимент.

1. Наблюдение

Наблюдение — это преднамеренное и направленное восприятие объекта познания с целью получить информацию о его форме, свойствах и отношениях.

Процесс наблюдения не является пассивным созерцанием. Это активная, направленная форма гносеологического отношения субъекта по отношению к объекту, усиленная дополнительными средствами наблюдения, фиксации информации и ее трансляции.

К наблюдению предъявляются достаточно четкие требования: цель наблюдения; выбор методики; план наблюдения; контроль за корректностью и надежностью полученных результатов; обработка, осмысление и интерпретация полученной информации. Последнее требует особого внимания. С одной стороны, фактофиксирующая деятельность претендует на поставку достоверной информации. С другой стороны, эта информация несет на себе печать субъективности (см.: Ф. Бэкон об идолах «рода» и «пещеры»). Иногда исследователь сам себя загоняет в угол, стараясь увидеть то, чего нет в действительности, или же наоборот, не замечает того, что очевидно всем, кроме него, ибо «это» противоречит принятой им идее объекта. Элементарное по своей природе наблюдение оказывается далеко не простым. Будучи первичным генератором фактов, наблюдение может быть дорогой к истине, а может проложить путь к заблуждению. Отсюда необходимость особого внимания к наблюдению, четкое выполнение всех требований этой операции познания, а кроме того, осуществление контрольного наблюдения.

2. Описание

Описание как бы продолжает наблюдение, оно является формой фиксации информации наблюдения, его завершающим этапом.

С помощью описания информация органов чувств переводится на язык знаков, понятий, схем, графиков, обретая форму, удобную для последующей рациональной обработки (систематизации, классификации, обобщения и т.д.).

Описание осуществляется не на базе естественного языка с его аморфностью, амбивалентностью, полисемантикой, а на базе искусственного языка, который отличается логической строгостью и однозначностью.

Описание может быть ориентировано на качественную или на количественную определенность. Количественное описание требует фиксированных измерительных процедур, что обусловливает необходимость расширения фактофиксирующей деятельности субъекта познания за счет включения такой операции познания, как измерение.

3. Измерение

Качественные характеристики объекта, как правило, фиксируются приборами, количественная специфика объекта устанавливается с помощью измерений.

Измерение — это прием в познании, с помощью которого осуществляется количественное сравнение величин одного и того же качества.

Измерение отнюдь не второстепенный прием, это некая система обеспечения познания. На его значимость указал Д. И. Менделеев, заметив, что знание меры и веса — это единственный путь к открытию законов. В процессе измерения субъект познания, устанавливая количественные отношения между явлениями, открывает некоторые общие связи между ними. Измеряя те или иные физические величины массы, заряда, силы тока, субъект познания вскрывает качественную определенность исследуемого объекта, его существенные свойства.

4. Эксперимент

В отличие от обычного наблюдения, в эксперименте исследователь активно вмешивается в протекание изучаемого процесса с целью получить дополнительные знания.

Эксперимент — это особый прием (метод) познания, представляющий системное и многократно воспроизводимое наблюдение объекта в процессе преднамеренных и контролируемых пробных воздействий субъекта на объект исследования.

В эксперименте субъект познания изучает проблемную ситуацию, чтобы получить исчерпывающую информацию. Исследуемый объект наблюдения контролируется в специально заданных условиях, что обеспечивает возможность фиксировать все свойства, связи, отношения, меняя параметры условий. Иными словами, эксперимент — это наиболее активная форма гносеологического отношения в системе «субъект-объект» на уровне чувственного познания.

Обеспечение доступности и воспроизводимости делает эксперимент одним из наиболее эффективных средств проверки гипотез и теоретических выводов. Особая активность субъекта познания в эксперименте не ставит под сомнение объективное содержание знаний, ибо эксперимент не «создает» объект познания, а только работает с ним, вступая в состояние «диалога», а не ограничиваясь односторонним «монологом».

И тем не менее, поскольку экспериментатор задает условия, то эксперимент таит в себе опасность «перекоса», переоценки одних свойств и отношений и недооценки других. Все это требует от исследователя особой технологической дисциплины. Последняя включает: формулировку проблемы и выдвижение рабочей гипотезы ее решения; определение параметров эксперимента и создание экспериментальной установки (обстановки); обеспечение контроля за условиями эксперимента и возможности повторного контроля; фактофиксирующую деятельность субъекта познания и описание полученного результата.

Учитывая особые возможности эксперимента, его часто применяют для проверки научных гипотез, и в этом смысле эксперимент является одной из форм практики, выполняет функцию критерия истинности теоретического знания.

Современная наука использует в основном качественный и количественный эксперименты. Качественный устанавливает наличие или отсутствие предполагаемого свойства, признака исследуемого объекта. Количественный эксперимент более сложный, ибо его процедуры ориентированы на измерение тех величин, которые выражают качественную определенность ббъекта, его сущность.

В области теоретического знания зарекомендовал себя мысленный эксперимент. Он представляет собой систему продуманных процедур над идеализированными объектами.

В практику социальной действительности широко внедряется социальный эксперимент, ориентированный на обеспечение новых форм социальной организации и оптимизации общественного регламента. Специфика социального эксперимента заключается в том, что субъект познания имеет дело с особым объектом. В качестве объекта познания выступают люди. Это обстоятельство накладывает на экспериментатора повышенную ответственность. Содержание и процедуры социального эксперимента предполагают обусловленность их не только моральными, но и правовыми нормами.

В. Методы рационального (теоретического) уровня познания

Характерной чертой теоретического познания является то, что субъект познания имеет дело с абстрактными объектами. Поскольку теоретическое знание отражает общие и существенные стороны множества явлений, составляющих абстрактный объект, лишенный наглядности и других чувственных характеристик, то теоретическое знание нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть отдельно взятыми опытными данными. Эмпирический опыт может посеять только сомнение или усилить уверенность исследователя, обеспечить его ориентированность и направленность, предоставить отправную точку отсчета познания.

Теоретическое знание характеризуется системностью. Если отдельные эмнирические факты могут быть приняты или опровергнуты без изменения всей совокупности эмпирического знания, то в теоретическом знании изменение отдельных элементов знания влечет за собой изменение всей системы знания.

Теоретическое знание, отражая сущность абстрактного объекта, замещающего определенную совокупность явлений, дает более глубокую картину познаваемой реальности, чем чувственный образ эмпирического знания.

И наконец, теоретическое знание связано не с данными эмпирического опыта, а с определенными философскими принципами и идеями. Общность, системность и абстрактность теоретического знания сближают его с философским знанием. Вместе с тем теоретическое знание отличается от философского большей конкретизацией, что позволяет ему ориентироваться на философское знание и подпитываться эмпирическим знанием.

Теоретическое знание требует и своих приемов (методов) познания, ориентированных на проверку гипотез, обоснование принципов, построение теории. В решении этих вопросов хорошо себя зарекомендовали: идеализация и формализация; аксиоматический метод; гипотетико-дедуктивный метод; единство исторического и логического, а также многие другие специальные методы построения логических и математических систем.

1. Идеализация

Идеализация представляет собой особое гносеологическое отношение, где субъект мысленно конструирует объект, прообраз которого имеется в реальном мире.

Процесс идеализации характеризуется введением в конструируемый объект таких признаков, которые отсутствуют в его реальном прообразе, и исключением свойств, присущих этому прообразу. В результате этих операций были выработаны такие понятия, как «точка», «окружность», «прямая линия», «идеальный газ», «абсолютно черное тело» и т.д.

Эти понятия являются идеализированными объектами. Образовав с помощью приема идеализации идеализированный объект, субъект получает возможность оперировать с ним как с реально существующим объектом. Это означает, что с помощью такого объекта он может строить абстрактные схемы реальных процессов, находить пути проникновения в их сущность.

Идеализация, как особый прием познания, имеет большое значение в теоретическом исследовании. Но она имеет и предел своих возможностей.

Каждая идеализация создается для решения конкретной задачи. Метод идеализированных объектов без привязки к конкретной проблеме обеспечит прямую дорогу к заблуждению. Кроме того, далеко не всегда можно обеспечить переход от идеализированного объекта к эмпирическому объекту.

2. Формализация

Этот прием заключается в построении абстрактных моделей, с помощью которых исследуются реальные объекты.

Формализация обеспечивает возможность оперировать знаками, формулами. Вывод одних формул из других но правилам логики и математики позволяет установить такие теоретические закономерности, которые не могли быть открыты эмпирическим путем.

Формализация играет существенную роль в анализе и уточнении научных понятий. В научном познании подчас нельзя не только разрешить, но даже сформулировать проблему, пока не будут уточнены относящиеся к ней понятия.

3. Аксиоматический метод

Это способ производства нового знания, когда в основу его закладываются аксиомы, из которых все остальные утверждения выводятся чисто логическим путем с последующим описанием этого вывода.

Основное требование аксиоматического метода — непротиворечивость, полнота, независимость аксиом.

При аксиоматическом построении теоретического знания сначала задается набор исходных положений, не требующих доказательства. Затем из них по определенным правилам выстраивается система выводов-заключений. Совокупность аксиом (постулатов) и выведенных на их основе заключений образует аксиоматическую теорию.

Примерами успешного применения аксиоматического метода производства нового теоретического знания могут быть геометрия Эвклида, классическая механика И. Ньютона.

«Начала» Ньютона представляют типичный образец аксиоматически построенной теории, где различные элементы (понятия, законы) организованы в единую систему. И связь их внутри системы такова, что одни понятия выводились и обосновывались другими. За счет интерпретации выводов (заключений) аксиоматическая система превращается в конкретную теорию реального объекта.

4. Гипотетико-дедуктивный метод

Это особый прием производства нового, но вероятного знания.

Он основан на выведении заключений из... гипотез, истинное значение которых сохраняет свою неопределенность.

Гипотетико-дедуктивные рассуждения впервые заявляют о себе в диалогах Платона, в ходе которых решалась задача убедить оппонента либо отказаться от своего тезиса, либо уточнить его посредством вывода из него следствий, противоречащих фактам.

В научном познании этот метод получил свое развитие в ХУII—ХVШ вв. «Математические начала натуральной философии» Ньютона можно рассматривать как модель гипотетико-дедуктивной системы, аксиомами которой служат основные принципы движения.

Гипотетико-дедуктивный метод в состоянии добротно описать формальную структуру теорий. Однако у него есть своя «ахиллесова пята». Он не учитывает генезис гипотез и тех законов, которые рассматриваются в качестве аксиоматических предпосылок.

5. Метод мысленного эксперимента

Мысленный эксперимент — это система мысленных процедур, проводимых над идеализированными объектами.

Построение абстрактных объектов как теоретических образов реальной действительности и оперирование ими с целью изучения существенных характеристик реального объекта познания составляют основную задачу мысленного эксперимента.

В процессе мысленного эксперимента осуществляется перекомпоновка идеализированных образов исследуемого объекта, проработка их в реальных и нереальных ситуациях. Поэтому мысленный эксперимент практически ничего общего не имеет с экспериментом эмпирического познания. За исключением того, что и тот и другой начинается с продумывания практически осуществимых операций.

До Галилея бытовало мнение, что движущееся тело останавливается, как только сила, толкающая его, прекращает свое действие. Опровергнуть это положение позволил мысленный эксперимент с тележкой, на пути которой устранены все виды трения. Идеализированный объект «тележки», однажды получив толчок, обретает способность двигаться вечно. Практически такой эксперимент не может быть осуществлен, но осуществление мысленного эксперимента позволило определить основания механики движения.

В современном естествознании мысленный эксперимент стал одним из основных средств интерпретации нового теоретического знания.

6. Единство исторического и логического

Любой процесс действительности распадается на явление и сущность, на его эмпирическую историю и основную линию развития.

Исторический метод прослеживает историю развития данного явления во всей полноте и многообразии. Систематизируя и обобщая этот эмпирический материал, можно установить общую историческую закономерность.

Но эту же закономерность развития можно выявить, обращаясь не к реальной эмпирической истории, а исследуя основные фазы развития на сущностном уровне, т. е. на уровне абстракции, очищенной от исторической формы. Эта задача решается усилиями логического метода.

В единстве исторического и логического историческое прослеживает процесс становления и развития объекта, а логическое обеспечивает теоретическое воспроизведение развивающегося объекта во всех его закономерных связях и отношениях.

Отражение исторического в логическом не сводится к простому воспроизведению временной последовательности исторического развития объекта. Оно связано с рассмотрением процесса становления объекта и результата его развития.

Логическое переводит отражение исторического развития в абстрактную форму, освобожденную от эмпирической истории, от ее случайностей. Ход абстрактного мышления, восходящего от простого к сложному, соответствует действительному историческому процессу развития исследуемого объекта.

Таким образом, единство исторического и логического усиливает возможности гносеологического отношения в системе «субъект—объект», особенно в условиях, когда в качестве объекта выступает та социальная реальность, которая сплошь и рядом подтверждает гераклитовское замечание о том, что «в одну и ту же реку нельзя войти дважды». Она одна и уже другая.

Только единство исторического и логического позволяет иметь относительно адекватное представление об обществе как объекте социальной реальности.

Только это единство позволяет выстраивать теории развивающегося объекта, ибо научное воспроизведение исследуемого объекта предполагает взаимосвязь анализа структуры объекта и его генезиса.

6. Специфика вненаучного познания. Знание и вера

Чем выше роль науки в жизни общества, тем меньше внимания получает так называемое вненаучное познание. Оно проходит по реестру как неразвитое, поверхностное, а подчас и ложное познание. Но человечество в своем развитии упрямо демонстрирует, что наука может многое, но далеко не все, что человеческая цивилизация развивается не только на базе научного знания, но и на основе обыденного познания, этического и эстетического, правового и политического, религиозного и философского видения мира. В «зеркале» этих форм освоения мир отражается далеко не так, как с позиции науки. Налицо как бы две проекции действительности. И каждая из них необходима людям на своем месте и в свое время, а посему нужно вести речь не о противопоставлении научного и вненаучного познания, а об их дополнительности с учетом принципа конкретности познания.

Проблема разных видов познания заключается не в том, чтобы провести демаркационную линию между наукой и другими формами освоения мира, а в том, чтобы выявить поле возможностей каждой формы, включая и науку, в контексте структуры общественного сознания, помня, что в каждую историческую эпоху общественное сознание имело свою организационную структуру и его «олимп» венчала одна из форм сознания, выступая законодателем «моды» для всех остальных. В античности бал правила «философия», в эпоху Средневековья — «религия», в Новое время — «философия — наука», в Новейшее — «политика».

Все формы сознания имеют нечто общее и свое особенное, что позволяет поставить вопрос и выявить общее и особенное в характеристике научного и вненаучного познания.

  • Во-первых, все формы освоения мира обусловлены единым гносеологическим отношением в системе «субъект-объект», но каждая имеет свой предмет отражения, свои формы и способы познания.
  • Во-вторых, все формы освоения мира ориентированы на получение знания, обеспечивающего функционирование системы «природа-общество-человек».
  • В-третьих, результаты вненаучного и научного познания обеспечиваются на базе единства чувственных, рациональных и иррациональных структур, их взаимовлияния и взаимопроникновения. Можно говорить только о доминанте этого единства в каждом конкретном случае.
  • В-четвертых, вненаучное и научное познание различаются по методологии. Научное ориентировано подчас на чувственный и рациональный уровень освоения объективной реальности. Что касается вненаучного познания, то его ориентация выходит за пределы объективной реальности. Вненаучное познание включает не только объективную, но и субъективную, и трансцендентную реальность, не имеющую ни протяженности, ни длительности, а стало быть, не фиксируемую ни чувствами, ни логикой рассудка.

Научное познание «работает» на общество, вненаучное — замыкается на сущностные силы человека, претендует быть руководством к действию в тех или иных проблемных ситуациях.

И наконец, результаты вненаучного и научного познания равнозначимы для человека. Человек нуждается в истинах науки, знании добра, справедливости, свободы, красоты, гармонии и т.д.

Таким образом, нет основания для утверждения абсолютной ценности одной из форм освоения мира, а есть необходимость выявить грани соприкосновения, реализовать в полной мере принцип дополнительности, исключив альтернативу: научное или вненаучное.

Формы вненаучного познания можно классифицировать по разным основаниям: по той общественной потребности, которая вызвала их к жизни; по способам его хранения, трансляции и востребования; по степени близости к научному познанию.

Во вненаучном познании пересекаются все грани освоения бытия в мире; реализуется их непосредственное и опосредованное отношение к миру, субъективность и объективность, рациональность и иррациональность; знания, ценности и нормы. Интегративной формой вненаучного познания является обыденное познание. Его носителем выступает человек. Цель обыденного познания состоит в том, чтобы выработать знания о мире и о себе, сформировать психологическую установку на свое отношение к миру, найти оптимальную форму осуществления своих интересов (потребностей).

В котле обыденного познания провариваются такие ранние формы, как фетишизм, тотемизм, магия, анимизм, приметы. Там же представлены религия и философия, политика и право, мораль и искусство, а также в той или иной мере наука. Но наука представлена лишь как «одна из...», а посему не является определяющей для обыденного познания, если его носитель профессионально не представляет науку.

  1. Фетишизм — вера в сверхъестественные свойства предмета (вещи), способные предохранять человека от различных бед. За исключением предметов целебного свойства, все остальные фетиши основаны на вере.
  2. Тотемизм — вера в сверхъестественную связь и кровную близость родовой группы с каким-либо видом животных, растений. Это своеобразная форма сродности человека и природы.
  3. Магия — вера в способность человека определенным образом воздействовать на объекты и людей. Белая магия осуществляет колдовство с помощью небесных сил, а черная — колдовство с помощью дьявола. В целом магия воплощает веру в чудо.
  4. Анимизм — вера в существование духа, души у каждой вещи. Анимизм является следствием антропного принципа: я вижу мир сквозь призму своих представлений о себе (см.: Ф. Бэкон о призраке «рода»).
  5. Приметы — фиксированная форма часто повторяющихся событий. Некоторые из примет фиксируют причинно-следственную связь, улавливают их необходимый характер. Некоторые приметы носят случайный характер, но ошибочно принимаются за необходимое. И те и другие формируют стереотип поведения, закрепляются верой.

Из пяти ранних форм освоения мира все пять основаны на вере. Неслучайно вера является и основанием таких форм чувственно-абстрактного познания бытия в мире, как оккультное, паранормальное и медитативное познание.

Оккультное постижение мира. Оккультизм (от лат. occultus — тайный) представляет собой совокупность учений о скрытых, сверхъестественных силах космоса, земли, людей. К этому виду вненаучного постижения мира относят астрологию, алхимию, графологию, спиритизм, кабалистику и т.п.

В них либо неизвестное объясняется через знания науки (астрология использует знания астрономии, математики, искусства, философии), либо неопределенность приумножается неопределенностью (алхимия, спиритизм). Но и в том и в другом случае есть свои удачные находки, достижения, стимулирующие генерацию новых «безумных» идей, без которых иссякает воображение, фантазия, творчество и, стало быть, культура.

Оккультное дознание оставило след и в наработке методик познания, экспериментов, приемов, операций с числами и словами.

Паранормальное познание мира. Паранормальное познание (от греч. para — около) претендует поставлять информацию о необъяснимых с позиций науки физических явлениях и особых способностях некоторых индивидов воздействовать на других людей, объекты природы. К нему относят биолокацию, контактерство, левитацию, телекинез, телепатию, экстрасенсорное воздействие.

Попытки объяснить феномен паранормальности пока что остаются безуспешными, ибо наука не располагает на сегодня доступной фактической базой, достаточным экспериментальным материалом. Отсюда множество гипотез, версий, спекуляций по поводу способностей экстрасенсов, не укладывающихся в традиционные представления о типах взаимодействия: гравитационном, электромагнитном, слабом, сильном; неясна природа передачи мысли, чувств на расстоянии; остается тайной феномен особой чувствительности, феномен левитации, общения с иными мирами и т.д. Но они есть (если есть?) и демонстрируют безграничность духовного и физического потенциала человека.

Медитативное познание себя. Медитация (от лат. meditatio — мысленное созерцание, размышление) — это предельно глубокое духовное состояние, которое достигается либо волевой отрешенностью от внешнего мира при помощи определенных упражнений, молитв, танцев; либо в результате приема наркотических средств; либо в результате клинической смерти.

Медитация направлена на обретение нирваны, того покоя и блаженства, которое открывает возможность познать свою сущность и приобщиться к «Брахме» — священной силе.

Интерес к формам оккультного, паранормального и медитативного познания — явление не случайное. Оно обусловлено и ломкой общественных отношений, и духовным кризисом в нашей стране, ощущением тупика в развитии новоевропейской цивилизации, обострением глобальных проблем современности и неспособностью человечества их оптимально решать.

В этих условиях отмеченные формы вненаучного познания требуют не распятия, не иронии, не восторженности, а установки на познание непознанного, опираясь на методологический принцип сомнения, позволяющий пройти по «лезвию бритвы» между абсолютным отрицанием и абсолютной верой.

Проблема знания и веры неоднократно заявляла о себе в истории человечества.

Средневековье оставило три варианта решения этой проблемы:

  1. Знание и вера антиподы. Они несовместимы. Вере не нужно никакое знание, ибо у нее есть свое основание — откровение.
  2. Знание и вера имеют разные источники, а поэтому они обладают разными истинами. Истины разума и истины Бога не зависят друг от друга, а посему имеют равное право на свое существование.
  3. Знание и вера могут обрести единство. Однако суть этого «союза» понималась по-разному. «Понимаю, чтобы верить» (П. Абеляр) и «Верую, чтобы понимать» (Ансельм Кентерберийский).

Союз веры и знания не состоялся, но идея союза продолжает жить, если учесть психологическую установку на веру как субъективное доверие в рамках познавательной деятельности. Отсюда проблема уяснения конструктивного характера веры, ее статуса в качестве познания, где вера задает фазу предпонимания.

Знание и вера имеют разные основания. Знание получает свой статус в процессе осуществления гносеологического отношения в системе «субъект—объект» и последующей апробации, только тогда оно обретает социальную значимость.

Вера базируется на общезначимости того, во что верят. Носителем веры выступает человек, а посему она имеет в нем свою укорененность. Это прежде всего доверие к своим чувствам, доверие к собственным гипотезам, своей интуиции, принятие на веру накопленного социального опыта, традиций, обычаев.

В результате можно констатировать «встроенность» веры во многие процессы жизнедеятельности человека, где даже в научном познании соседствуют доверие и сомнение, а через это единство и реализуется познание, осуществляется производство эмпирического и теоретического знания.

Проблема веры, как эпистемологическая проблема, требует к себе внимания еще и потому, что человек в своей жизнедеятельности реализует обыденное познание, которое своими истоками уходит в оплодотворенные верой первые формы сознания: фетишизм, тотемизм, магию, анимизм, приметы.

Вера должна найти свое место в гносеологическом отношении системы «субъект-объект», как нашла она свое место в жизнедеятельности человека. Похоже, проблема взаимосвязи веры и знания требует нового прочтения и терпеливо ждет своих исследователей.

Исследовав гносеологическое отношение субъекта и объекта, рассмотрев уровни и формы познания, принципы, приемы и методы освоения мира, обратив внимание на взаимосвязь научного и вненаучного познания, на соотношение знания и веры, можно и нужно рассмотреть категории, отражающие наиболее общие свойства, отношения, связи познаваемого бытия в мире.

Контрольные вопросы и задания:

  1. Какова структура гносеологического отношения?
  2. Перечислите исходные принципы познания и дайте их краткую характеристику.
  3. От чего зависит познавательный образ, чем определяется его природа?
  4. Каковы гносеологические корни агностицизма и в чем Вы видите его несостоятельность.
  5. Дайте характеристику уровней познания и их форм.
  6. Раскройте взаимосвязь относительной и абсолютной истины.
  7. Установите статус понятий истина, заблуждение, ложь, правда.
  8. Что есть истина и каков ее критерий?
  9. Имеет ли практика достаточное основание быть критерием истины?
  10. Какие Вы знаете общелогические приемы познания?
  11. Перечислите основные методы эмпирического познания и дайте их характеристику.
  12. Какие методы зарекомендовали себя в производстве теоретического знания?
  13. Соотнесите научное и вненаучное познание, определите роль вне-научного познания в жизни общества и человека.
  14. Определите основные компоненты обыденного познания, вскройте взаимосвязь известных форм освоения бытия в мире на уровне человеческой жизнедеятельности.
  15. Имеются ли основания для оккультного, паранормального и медитативного познания?
  16. Имеет ли актуальную значимость проблема соотношения знания и веры?
  17. Как решалась проблема «союза» знания я веры в условиях средневековья?

Литература:

  1. Андреев И. Д. Методы и формы научного познания. М., 1975.
  2. Арефьева Г. С. Общество, познание, практика. М., 1988.
  3. Белодед В. Д. Категория в философской науке. Киев, 1987.
  4. Блок М. Апология истории. М., 1966.
  5. Взаимосвязь теории и практики. Киев, 1986.
  6. Вригт Г. X. Логико-философские исследования. М., 1986.
  7. Добронравова И. С Синергетика: становление нелинейного мышления. Киев, 1987.
  8. Ильенков Э. В. Диалектическая логика. Формы и методы познания. Алма-Ата, 1987.
  9. Как мы познаем? М., 1984.
  10. Коллингвуд Р.Дж. Идея истории. Автобиография. М., 1980.
  11. Кун Т. Структура научных революций. М., 1973.
  12. Лекторский В. А. Субъект, объект, познание. М., 1980.
  13. Методологические проблемы социального познания. Киев, 1987.
  14. Мостепаненко М. В. Философия и методы научного познания. Л., 1972.
  15. Поппер К. Нищета историцизма. М., 1993.
  16. Практика. Познание. Мировоззрение. Киев, 1980.
  17. Природа и дух: мир философских проблем. СПб., 1995.
  18. Ракитов А. И. Историческое познание. М., 1982.
  19. Ракитов А. И. Анатомия научного знание. М., 1969.
  20. Рузавин Г. Н. Методы научного исследования. М., 1974.
  21. Симонян Е.А. Единство теории и практики. М., 1980.
  22. Степин В. С, Елсуков А. Н. Методы научного познания. Минск, 1974.
  23. Теоретическое и эмпирическое в научном познании. М., 1984.
  24. Тулмин С. Человеческое познание. М., 1984.
  25. Чинакова Л. И. Социальный детерминизм. М., 1985.
  26. Чудиков Э. М. Природа научной истины. М., 1976.
  27. Швырев В. С. Научное познание как деятельность. М., 1984.
  28. Швырев В. С. Анализ научного познания. М., 1988.
  29. Штофф В. А. Проблемы методологии научного познания. М., 1978.
СодержаниеДальше
 
© uchebnik-online.com