Перечень учебников

Учебники онлайн

Глава 9. МОТИВАЦИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ РЕЧИ

От многой мудрости много скорби,
и умножающий знанье умножает скорбь.

Царь Соломон

Один и тот же текст реально является результатом целой серии внутренних психологических целевых установок, а не одной какой-то цели. Людям дано умение поставить перед собой множество задач и одним действием (т.е. одновременно) все их решить, что является замечательной способностью человеческого интеллекта.

Для примера лучше всего выбрать речь профессиональную. Какие профессии впрямую связаны с речевой деятельностью и ораторским мастерством? Таких профессий довольно много. Скажем, адвокат или прокурор. Безусловно, они достигают своих профессиональных целей через речь (все прочее есть лишь подготовка к ней), которую выигрывают или не выигрывают на процессе. Это профессиональная ораторская деятельность. Попытки найти истинных судебных ораторов, как правило, возвращают нас к прошлому веку — к таким знаменитым именам российского пореформенного суда, как А.Ф. Кони, Ф.Н. Плевако, К.К. Арсеньев, В.Д. Спасович и др. В суде, претендующем на объективность, прокурору приходится доказывать обоснованность обвинения, а у адвоката есть реальная возможность убедить судей в справедливости своих доводов. В речах как обвинения, так и защиты должно быть нравственное обоснование своей позиции, демонстрация спо собов анализа и оценки доказательств, а сама речь должна быть образной и волнующей, прямой и достаточно лаконичной и одновременно благоразумной и осторожной. Это требует мастерства, ведь в судах решаются судьбы людей, а потому общий уровень судебного красноречия есть показатель степени уважения к человеческой личности в обществе в целом.

Деятельность политика тоже является профессиональной ораторской деятельностью, связанной с приобщением людей к определенной идеологии и социальным концепциям, которые политик излагает. К огромному сожалению, многие современные отечественные политики не владеют ораторским искусством и поэтому свои непосредственные задачи как политиков решают малоэффективно. Редкий политический деятель способен сегодня в письменной или устной форме обратиться к своим согражданам и в чем-нибудь их убедить или к чему-то призвать. А ведь еще Платон писал: "Я утверждаю, что если бы в какой угодно город прибыли оратор и врач и если бы в Народном собрании или в любом ином собрании зашел спор, кого из двоих выбрать врачом, то на врача никто бы и смотреть не стал, а выбрали бы того, кто владеет словом, — стоило бы ему только пожелать... Оратор способен выступать против любого противника и по любому поводу так, что убедит толпу скорее всякого другого..."

Те же политические деятели, которые обладают врожденными ораторскими данными и к тому же в отличие от всех остальных получили специальное образование, подчас, несмотря на неоднозначность и даже скандальность поведения, имеют немалую популярность среди людей. Как профессиональные ораторы, эти политики делают постоянно одно и то же: говорят людям то, что те хотят от них услышать, чего ждут, и поэтому разным людям говорят, как правило, разные вещи, ориентируясь на менталитет конкретных слушателей, что соответствует ораторскому принципу уместности речи. "В самом деле, самое трудное в речи, как и в жизни, — это понять, что в каком случае уместно... Об этом-то в философии немало есть прекрасных наставлений, и предмет этот весьма достоин познания; не зная его, сплошь и рядом допускаешь ошибки... Оратор к тому же должен заботиться об уместности не только в мыслях, но и в словах. Ведь не всякое положение, не всякий сан, не всякий авторитет, не всякий возраст и подавно не всякое место, время и публика допускают держаться одного для всех случаев рода мыслей и выражений. Нет, всегда и во всякой части речи, как и в жизни, следует соблюдать уместность по отношению и к предмету, о котором идет речь, и к лицам как говорящего, так и слушающих" (Цицерон).

Священник — тоже профессиональный оратор, его задача — через речь нести Слово Божье своей пастве и добиваться нравственного совершенствования людей, которые его слушают.

Любой педагог также является профессиональным оратором, поскольку его работа состоит в обращении с речью к своим ученикам. Остановимся подробнее именно на профессиональной речи преподавателя, которая больше других известна всем, кто когда-либо учился или учил. Профессор университета входит в аудиторию, где его ждут студенты в определенное расписанием время, и, как правило, если это лекция, а не семинар, произносит монолог. Для чего? Безусловно, существует совокупность целей, которые он ставит прежде, чем начинает говорить. Конечно, он хочет передать знания, т.е. информацию, но любая речевая ситуация связана с передачей информации. Целевая установка речи — это внутренняя мотивация человеческой личности. Если профессор передает знания студентам, значит, у него есть более глубокая, чем просто передача информации, цель, в соответствии с которой ему нужно, чтобы студенты этой информацией владели. На чем основано это желание поделиться знаниями? Хочется иметь в жизни интеллектуальных единомышленников, что свойственно любому мыслящему существу. Итак, первая целевая установка — создание единомышленников. Безусловно, круг интеллектуальных единомышленников формируется не только в студенческой аудитории, но также и, скажем, на научных конференциях и симпозиумах, где, делая доклад и излагая свою концепцию решения некоторой проблемы, человек стремится, чтобы коллеги согласились с тем, что его концепция заслуживает внимания. Чем отличается создание единомышленников в научной среде от создания единомышленников в студенческом коллективе, и почему именно в студенческой аудитории это получается особенно удачно? Здесь заложена важнейшая мотивация человеческой личности, на которой следует остановиться подробнее.

Человеку создание единомышленников, которые его минимум на 20 лет моложе, чрезвычайно важно. Каждый из нас, приходя в этот мир, ведет себя так, как будто собирается жить вечно. Обратите внимание на то, как живет человек. Он набирает на протяжении всей жизни материальные ценности, он сложным образом формирует свои взаимоотношения с людьми и старается их сделать как можно более благополучными, он массу усилий прилагает для достижения конкретных целей, хотя в одночасье ему суждено уйти из жизни, ничего с собой не взяв. Но внутренне у человека есть ощущение бесконечности своего земного пути (это иллюзия, конечно), он стремится приобщиться к вечному, и поэтому, в частности, ему не дано знать дату своей смерти. Представьте себе, что человек доподлинно знает, что ровно в 50 лет 3 месяца и 4 дня его не станет. Будет ли он так стараться получить то, что в этот день навсегда потеряет? Он пытается иметь как можно больше вовсе не для того, чтобы счастливо прожить жизнь (ведь радуется человек достаточно редко), на самом деле он не верит в свою конечность, так устроена психика человека. Но он бывает на похоронах... Какие же у человека есть способы продлить себя в пространстве и во времени? Таких способов два: биологическое продление себя в окружающем мире и духовное (интеллектуальное) продление. Биологическое продление человека — это его дети. На этом основан инстинкт продолжения рода. Именно поэтому (см. выше) воздействие на ребенка оказывается часто более значимым для человека, чем воздействие на него самого: если он погибает сам, но у него остается потомство, то он как бы оказывается перенесенным в будущее и тем самым уже становится неконечным созданием на этой земле.

Каким образом можно духовно перенести себя в будущее? Только через людей, которые будут нести вашу точку зрения и ваш взгляд на вещи, причем эти люди должны быть моложе, чем вы. Человек надеется, что его духовное и интеллектуальное "я", переданное ученикам, будет перенесено ими вперед по оси времени. Интеллект учеников в этой ситуации выступает как аналог письменных памятников, сохраняющихся надолго в человеческой цивилизации. Итак, создание единомышленников внутренне необходимо каждому человеку для пролонгации, т.е. продления во времени и пространстве его интеллектуальной сущности. Научный симпозиум дает продление только в пространстве, студенческая аудитория — еще и во времени.

Следует еще раз подчеркнуть, что в любой речи реализуются целевые установки конкретной человеческой личности, речь мотивирована и целесообразна только в отношении этой личности: говорить — поведение эгоцентрическое, человек в этой ситуации делает только то, что он считает для себя необходимым.

Рассмотрим теперь вторую причину: человек говорит потому, что его хотят слушать. Для студенческой аудитории это особенно верно, учитывая расхожую фразу: "Студенты голосуют ногами"; на лекции присутствуют, как правило, только те студенты, которые этого хотят.

Если человек совершает поступок, нужный другим людям, значит, за его действиями стоит целевая установка — сделать добро. Целевая установка "сделать добро" бескорыстна: отдавая то, что у него просят, человек совершает добрый поступок. Безусловно, бескорыстное принесение добра свойственно человеку, однако философские и психологические трактовки этого феномена неоднозначны. Первая концепция свя зана со следующим толкованием: в момент, когда человек совершает бескорыстный, добрый поступок, он начинает испытывать необыкновенное уважение к себе и ощущать свой духовный приоритет над другими людьми, что является одним из способов реализации воли к власти (см. выше). Таким образом, добрый поступок рассматривается как производная от реализации воли к власти через духовное. Существует еще более жесткое суждение: "Хотя все считают милосердие добродетелью, оно порождено иногда тщеславием, нередко ленью, часто страхом, а почти всегда — и тем, и другим, и третьим" (Ф. де Ларошфуко).

Безотносительно к категории добра воля к власти обязательно реализуется в речи профессора университета, так как он постоянно убеждает студентов в истинности своих идей. Профессор университета — интеллектуальный кумир студентов.

В соответствии с другой концепцией человек иногда начинает выступать в роли медиума, передающего мысли и волю Бога людям. Воля самого человека при этом не задействована, а его устами говорит Господь. Это минуты душевного озарения, когда человек реализует не свою волю, а волю Господа. А так как воля Господня бескорыстна и гуманна, то и уста человека произносят, и руки его делают бескорыстное и гуманное. Это очень распространенная точка зрения.

В соответствии с третьей концепцией (разновидностью "теории разумного эгоизма") человек совершает добро и не совершает зла, потому что на зло ему ответят злом, а на добро могут ответить добром и, конечно, будут к нему лучше относиться.

Каждый человек, основываясь на собственном мировоззрении, выбирает ту трактовку, которая ему ближе. Но то, что люди действительно способны совершать бескорыстные поступки — это факт, который трудно опровергнуть.

Другой реализацией желания сделать добро является передача знаний. Этот постулат требует отдельного рассмотрения. Существует известное изречение царя Соломона: "От многой мудрости много скорби, и умножающий знанье умножает скорбь", поэтому истинность тезиса "знание — это благо" неочевидна. Есть информация, которая пагубна для человека, а вовсе не желанна. Но следует помнить, что мы говорим не об абстрактном человеке, а о конкретном. И этот конкретный человек — университетский профессор. Он принадлежит к особому типу людей, для которых интеллектуальная деятельность есть единственно возможная добронаправленная деятельность на Земле, потому что сами эти люди интеллектуальную деятельность и накопление знаний выбрали для себя в качестве основного занятия в жизни. Иначе каким бы образом человек стал университетским профессором? Он когда-то понял, что знание само по себе — это прекрасно, и на том построил свою судьбу. Выбор у него был индивидуальный. Перед нами тип людей, которые искренне считают, что знание есть благо. Это очень важно понять. Если человек тезис "знание есть благо" не принимает, он не может быть преподавателем, поскольку пропадает внутренняя психологическая мотивировка его профессиональной деятельности, которая, как уже было сказано, носит эгоцентрический характер, а чужие цели человек реализует только потому, что они ему самому представляются необходимыми. Настоящая, хорошо прочитанная лекция обязательно заставляет людей думать, она стимулирует размышления, т.е. осуществляет "интеллектуальный штурм". С точки зрения человека, для которого размышление есть норма, провокация интеллектуальной деятельности есть принесение блага. Если профессор замечает, что студенты во время лекции действительно начинают активно мыслить, то он считает, что совершает доброе дело.

"Интеллектуальный штурм" требует особого ораторского умения и, вообще говоря, специального дара. Можно с уверенностью сказать, что этим даром обладает замечательный русский лингвист академик А.А. Зализняк, в течение многих лет с одинаковым блеском читающий лекции на филологическом факультете МГУ. На этих лекциях студенты порою доходят до интеллектуального шока. Принцип, на котором строится его лекция, это принцип классического детектива. Конечной целью развития сюжета является достижение истины; только если в детективе раскрывается имя убийцы, то на лекции открывается понимание некоторой научной проблемы ( Х или определяется сложное (иногда — неопределяемое) понятие ( У ) или категория ( Z ). Лектор почти ничего не рассказывает. Он начинает лекцию словами: "Займемся сегодня понятием Х . Кто что думает по этому поводу?" Кто-то из студентов рискует высказаться первым, в ответ на что Зализняк в нескольких словах объясняет, что сказанное на истину не очень похоже по следующим соображениям (и перечисляет их). Тогда другой студент, поразмышляв, уточняет определение первого в нужном направлении. Зализняк говорит, что это определение несколько лучше, однако оно не удовлетворяет тому-то и тому-то. Третий студент, пытаясь дать определение, удовлетворяющее перечисленным требованиям, значительно продвигается в точности, но попадает в новую проблемную или логическую ловушку, на которую ему тут же указывает лектор, и т.д. Аудитория совместными усилиями медленно приближается к адекватному определению понятия. И за несколько секунд до звонка кем-то из наиболее догадливых студентов (но никогда — самим Зализняком) произносится истинное определение, — то, ради которо го лекция была прочитана. Работа в поисках истины необыкновенно захватывает, вы уже не читатель детективной истории, а следователь, раскрывающий тайну, только тайну не криминальную, а научную. Интеллектуальное потрясение от открытия бывает настолько сильным, что забываются ссора с любимым человеком, неприятности, финансовые проблемы и т.д. — все забывается, и человек, долго сохраняя это состояние, продолжает "раскручивать" тему вплоть до того момента, когда заснет ночью (если ему удается заснуть). В МГУ знают, что лекция А.А. Зализняка может стоять в расписании только последней, потому что ни на какую другую интеллектуальную деятельность в этот день студенты не способны: в голове только одна тема. Свидания, как правило, на этот вечер не назначаются. Состояние интеллектуальной завороженности, почти гипнотическое, как правило, ослабевает только к следующему утру. Все, кто слышали лекции Зализняка, навсегда поняли, что человеку ничего нельзя объяснять, его можно только заставлять догадываться самого. Человек должен до всего доходить собственными мыслительными усилиями, а задача педагога — только стимулировать размышления, т.е. осуществлять интеллектуальный штурм. Рассмотренный принцип построения лекции является частным случаем так называемого концентрического метода, состоящего в том, что изложение строится вокруг единого центра, которым является поставленная проблема. В ходе изложения лектор все время удерживает в поле зрения эту проблему; возвращается к ней, постепенно углубляя и развивая выдвинутое положение. Концентрическому методу противопоставлен ступенчатый метод, рассчитанный на последовательное изложение проблематики, когда лектор как бы шаг за шагом переходит от одной ступени темы к другой. Ступенчатый метод может быть основан на хронологическом (историческом) или пространственном принципах. Хронологический принцип наиболее удобен и естествен на лекции, посвященной истории вопроса, пространственный метод помогает передать факты наглядно, зримо, в их динамике и взаимодействии.

Категория добра в рассматриваемой профессиональной речи реализуется и еще одним способом. Люди, которые пришли в высшее учебное заведение, как правило, хотят получить сертификат о его окончании. Если не лукавить, становится очевидно, что в университет приходят не только за знаниями, но и за дипломом, который позволяет его обладателю в будущем занять определенное место в обществе. В принципе для этого необязательно посещать лекционные занятия, можно готовиться экстерном в библиотеке. Однако научное мышление эффективнее всего формируется в аудитории, и сами лекции экономят сту денту время и облегчают подготовку к сдаче экзаменов и зачетов, что является основой для получения сертификата, т.е. для достижения той цели, которую студенты перед собой поставили.

Профессор университета читает лекции студентам еще и потому, что это его работа в соответствии с трудовым договором, который заключается между преподавателем и администрацией университета. Преподаватель обязуется читать лекции, вести семинары и т.д. (т.е. заниматься профессиональной речевой деятельностью), а администрация обязуется ему за этот труд платить деньги, которые позволяют ему сохранять достойный уровень жизни. В основе трудового договора лежат финансовые отношения.

Еще одной внутренней целью профессора университета является сохранение его социального статуса. Университетским профессором быть, безусловно, очень престижно. Важно отметить, что в рассматриваемой профессиональной деятельности социальный статус важнее финансовых отношений, потому что во всем мире университетская профессура зарабатывает значительно меньше, чем, скажем, юристы, врачи и т.д., не говоря уже о бизнесменах. Консалтинговые услуги делают специалистов значительно более обеспеченными, чем деятельность, связанная с преподаванием. Но престиж огромен: это одна из самых престижных должностей, которые человек может занять. Люди значительно отличаются друг от друга по признаку того, что для них более приоритетно: деньги или положение в обществе. Рассматривая императивную категорию как реализацию воли к власти, мы установили, что она нередко реализуется через корысть, причем корысть как материальную, так и социальную. Социальная корысть часто оказывается для человека важнее, чем корысть материальная. Для человека, выбирающего должность университетского профессора, социальный статус приоритетнее, чем высокие заработки. И одновременно есть много прекрасных специалистов — выпускников лучших университетов мира, которые могли бы сделать блестящую научную или преподавательскую карьеру (у них были для этого все данные), но они выбрали другую сферу деятельности (скажем, предпринимательскую), поскольку приоритетными для них оказались деньги. Человек в первую очередь пытается решить те свои внутренние задачи, которые кажутся ему важнейшими. Это вопрос личного выбора.

Следующая целевая установка близка к категории социального статуса. Через речь, как известно, завоевывается авторитет, так необходимый любому человеку. "...Благодаря красноречию нас может пленить человек, на коего мы обычно не обращаем внимания. Разум не только одушевляет тело, но в некотором роде обновляет его; сменяющие друг друга чувства и мысли оживляют лицо и придают ему то одно, то дру гое выражение; разумная речь надолго приковывает внимание к одному и тому же человеку" (Жан Жак Руссо). Студенты — идеальное человеческое пространство для формирования категории авторитета. Сама коммуникативная ситуация ставит профессора интеллектуально и личностно выше своих слушателей.

Однако авторитет не следует путать с авторитарностью, представляющей собой особую поведенческую характеристику, которая обычно воспринимается как негативная. Педагог выполняет определенную функцию в обществе: эта функция — трансляция культуры. Одновременно с этим у некоторых педагогов возникает осознание себя как живого образца культуры. Такое представление о педагоге характерно для авторитарной культуры (наиболее яркий ее образец — средние века). Соответственно и общение так себя осознающего педагога оказывается возможным только в авторитарной форме. Педагогическая задача сводится к тому, чтобы воспитать ученика, похожего на учителя. Современную же европейскую культуру называют синкретической или диалогической (коммуникативной): есть много образцов, способов жизни и идей человека, и поэтому основная ценность состоит в диалоге и стремлении к пониманию. Центральными аспектами в синкретической культуре все более становятся индивидуальность и индивидуальное сознание. Это принципиально демократическая культура. И эти свойства современной культуры должны отражаться в педагогическом самосознании. Педагог — не есть образец, а есть индивидуальность, личность, которая стремится быть понятой и одновременно самой понять других людей, каждый из которых тоже есть личность, неотъемлемое право которой — слово и мысль. Авторитарность педагога в этой ситуации оказывается неуместной, а личностный авторитет возможен и естествен.

Университетский профессор — человек, для которого мыслительная деятельность, включая научную, норма. Педагогическая же деятельность есть производная от научной: профессор в первую очередь исследователь. Любой человек, для которого мыслительная деятельность норма, все время находится в состоянии интеллектуальной неудовлетворенности, что является типовым признаком размышления. Даже то положение, которое представляется ему разумным, в глубине сознания он подвергает сомнению. Сомнение есть нормальное состояние мыслящего человека: " Dubito е rqo sum " (лат.) ("Я сомневаюсь, следовательно, существую") — заповедь любого профессионального мыслителя. А преподаватель — это профессионально мыслящий человек, за размышления он получает заработную плату. Во многих странах в фирмах есть штатная единица, которая называется "думающий инженер". Думающий инженер ничего не чертит и, вообще говоря, ничего не делает, он занимается тем, что наблюдает за работой всех подразделений и анализирует. В его задачи входит оптимизация производства, но не на уровне конкретных расчетов, а на уровне наблюдений и размышления о целесообразности каждой операции (при этом внутренне он настроен на негативную оценку того, что видит; ему все должно не нравиться — такова психологическая установка). Это наиболее высокооплачиваемая инженерная (а подчас — и административная) должность в компании.

Человек действительно мыслит только до той поры, пока сомневается в истинности своих выводов. Это импульс к дальнейшему размышлению, потому что как только человек внутренне признал однозначность собственных заключений и идей, их можно больше не развивать.

Если человек сомневается в своих мыслях, ему необходим арбитраж, т.е. необходимы люди, которые бы эти мысли опровергли или подтвердили. Еще одна внутренняя цель преподавателя определяется потребностью в арбитраже. Человеку необходимо донести свою точку зрения до других, чтобы самому проверить ее истинность. Для этого студенты прекрасно подходят. Во-первых, потому что они молодые, непредвзятые люди с ясным, свежим умом. Логическое несоответствие, которое человек уловит в 20 лет, в 60 он может не уловить, так как мозг уже не так восприимчив и медленнее работает. Во-вторых, потому что они критически настроены в силу существующей психологической оппозиции к тому, кто стоит к ним в аудитории лицом ("стенка на стенку"), а любая оппозиция есть стимул к раздражению. Студенческая группа никогда не простит глупости: при всей доброжелательности обстановки элемент агрессивности обязательно присутствует — такова психологическая расстановка ролей. Агрессивность провоцируется еще и тем, что преподаватель обладает правом официально оценивать знания студентов на экзамене и таким образом влиять на жизненную ситуацию тех, кого он учит. Оппозиция задана, и это очень полезно для преподавателя, так как позволяет ему каждую свою неудачу почувствовать довольно быстро. Особенно если группа большая, ведь в ней обязательно найдутся люди, которые продемонстрируют свою реакцию на любую оплошность преподавателя. Студенческая аудитория в этом отношении — аудитория безжалостная (и при этом — мыслящая), благодаря чему преподавателю обеспечивается истинный интеллектуальный арбитраж: по реакции аудитории он всегда понимает, удалось ли ему убедить своих слушателей, был ли он доказателен.

Когда человек вынужден говорить так, чтобы его поняли, он, оттачивая формулировки, на самом деле оттачивает свои мысли, что чрезвычайно важно для любого исследователя. Только точное знание дает точность выражения, поэтому слово является в определенной степени стимулом разума. "Хорошо говорить — значит просто хорошо думать вслух" (Э. Ренан). Для того чтобы сделать текст понятным другим, надо, в первую очередь, прекрасно понимать его самому. "Не может быть оратором и никогда им не был тот, кто, словно воин, вступающий во всеоружии в битву, не являлся на форум, вооруженный всеми знаниями" (Тацит). Понимание не статично и, тем более, не задано изначально — это процесс, иногда долгий. В момент передачи информации человек вынужден структурировать, упорядочивать свои мысли; только в этом случае он может сделать свою речь понятной. Еще одну целевую установку преподавателя можно, таким образом, назвать "уточнение мыслей".

Если профессор удачно прочитал лекцию, понял, что его внимательно слушали, у него значительно повышается эмоциональный тонус. Есть немало педагогов, которые с большим желанием ходят на собственные занятия, чем, скажем, в театр (при том, что театр они любят). Педагогическая деятельность приносит удовольствие и радость. Стремление же к удовольствию — внутренняя потребность человека.

Остановимся подробнее на этом важнейшем психологическом постулате, поскольку он имеет непреходящее значение для понимания основ человеческого общения (в частности, речевого).

История философии есть в известной степени история развития человеческого представления о счастье как о цели человеческого бытия, с одной стороны, и о нравственном критерии — с другой. Сократ считал, что истинно нравственным является то действие, которое дает истинную пользу, а вместе с тем и истинное блаженство. Эпикур, связывая причинно-следственной связью познание и достижение удовольствия, говорил о том, что познание природы есть не самоцель, оно освобождает человека от страха суеверий, а также от боязни смерти. Это освобождение необходимо для счастья и блаженства человека, сущность которых составляет удовольствие, но это не простое чувственное удовольствие, а духовное, хотя, вообще, всякого рода удовольствия сами по себе не являются дурными. Однако духовное удовольствие более устойчиво, ибо оно не зависит от внешних помех. Благодаря разуму (дару богов) стремления должны приводиться в согласие (симметрию), предполагающее удовольствие, причем одновременно достигается не нарушаемое неприятными переживаниями спокойствие, невозмутимость (атараксия), в которых и заключается истинное благочестие.

Этическое направление, рассматривающее блаженство, счастье как мотив и цель всех стремлений, называется эвдемонизмом (от греч. eudamonia — блаженство). Приверженцы эвдемонизма считали счастливым и в то же время добродетельным человека, духовные и телесные способности которого могут беспрепятственно развиваться, который благодаря всестороннему развитию этих способностей доставляет удовольствие себе и другим, так что ему обеспечены уважение современников и славная память потомков. Представителями эвдемонизма были, кроме Сократа и Эпикура, такие величайшие умы человечества, как Спиноза, Лейбниц, Шефтсбери, Фейербах, Зигварт, Дюринг, Спенсер и др. Получил распространение также социальный эвдемонизм, или утилитаризм (от лат. utilitas — польза). Основоположник утилитаризма — И. Бентам — считал, что "возможно большее число людей должно стремиться к возможно большему счастью". Все добродетели отдельного индивида точно так же, как государство, его институты и мероприятия, имеют смысл лишь постольку, поскольку они служат этой цели. Мораль и законодательство определяются как искусство регулировать человеческие поступки таким образом, чтобы они приносили как можно больше счастья (" The great is possible quantity of happiness "). Идеи Бентама нашли свое развитие в работах Д. Милля, Зидвика и др.

На фоне эвдемонизма развивалось другое философско-этическое направление — гедонизм (от греч. h e don? — удовольствие), рассматривающее радость, удовольствие и наслаждение как мотив, цель или доказательство всего нравственного поведения человека. Основателем гедонизма был Аристипп из Кирены. Добродетель — это способность наслаждаться, но только образованный, проницательный, мудрый человек умеет правильно наслаждаться; он не следует слепо за каждой возникающей прихотью, и если наслаждается то не отдается наслаждению, а стоит над ним, владеет им. Гедонистами были Гельвеции, Ламетри и др.

И. Кант определил психологический, личностный аспект философско-этической категории счастья: "Высшее из возможных в мире и являющееся конечной целью наших стремлений физическое благо — это счастье, при объективном условии согласия человека с законами нравственности — это достоинство быть счастливым". Способность быть счастливым относится к ценности личности, так как способный быть счастливым благодаря своему примеру повышает ценность жизни и готовность признавать и осуществлять этические ценности как таковые.

Понятие удовольствия сливается с процессами сознания, это "окраска", или "акцент", процесса сознания. Стоики называли удовольствие разрешением, а также чувством ценности. Чувство удовольствия наступает при выполнении желания (часто неосознанного). Доля бессознательной мотивации в поведении человека, как уже говорилось, очень высока (некоторые ученые, например В.В. Аткинсон, считают, что она достигает 90%). Наше бессознательное "оно" (термин 3. Фрейда) подчиняется принципу удовольствия, т.е. удовольствие и счастье в психоаналитической теории также понимаются как главные цели жизни человека. Переход к выполнению желания — это то, что соответствует в действительности всякому удовольствию. Удовольствие относится к желанию как утверждающая форма сознания.

Если человек не получает удовольствия от педагогической деятельности, ему не надо ею заниматься. Люди по возможности должны делать в жизни то, что им нравится. Не следует себя ломать, занимаясь нелюбимым делом, — жизнь от этого становится безрадостной, бессмысленной, а учитывая этическую традицию, еще и безнравственной. Стремление к получению удовольствия — одна из целевых установок речи преподавателя.

Получение удовольствия от педагогической профессиональной речевой деятельности происходит не только за счет повышения эмоционального тонуса, но и за счет энергетической подпитки, которую преподаватель получает от студентов. Энергетика молодых людей, находящихся в замкнутом помещении (особенно если их много), чрезвычайно велика, она значительно улучшает психофизическое состояние говорящего человека, и этой подпитки иногда хватает на целые сутки. Если контакт между преподавателем и аудиторией установлен и аудитория относится доброжелательно к преподавателю и его речи, весь энергетический поток направляется на него. Кроме всего прочего, это способ продлить себе жизнь. Конечно, когда человек говорит, он теряет много энергии, но получает, если его внимательно слушают, значительно больше. Существует распространенное заблуждение, что легче вести семинар, на котором присутствует пять-шесть человек. Это неверно: легче читать публичную лекцию для большого количества людей. Другое дело, что это надо уметь. Если лекция получилась, то энергетический поток так интенсивен, что больной человек выздоравливает, у него спадает температура, проходит боль. Многие знают, что если у вас болит зуб, но вы, превозмогая боль, вынуждены в силу обстоятельств обратиться к кому-нибудь с 20-минутной эмоциональной речью, все проходит. Повышенная температура падает у преподавателя к концу лекции в среднем на два градуса. Конечно, она потом может опять подняться, это неполное излечение, а временное за счет энергетической подпитки. То же самое происходит с актером, играющим перед большим залом. Даже старый артист, человек физически слабый, которому очень трудно играть большую роль, выдерживает ее на сцене, потому что его энергетически питают зрители.

Конечно, профессор университета испытывает ответственность за свою профессиональную деятельность, но еще больше он испытывает чувство удовольствия, несмотря на то, что это тяжелая работа, требующая постоянного интеллектуального и физического напряжения. Любят заниматься профессиональной речевой деятельностью, естественно, только те люди, у которых она хорошо получается. Кроме специального образования, для этого, безусловно, нужны врожденные данные. "Первое и важнейшее условие для оратора есть природное дарование... Ведь для красноречия необходима особенного рода живость ума и чувства, которая делает в речи нахождение всякого предмета быстрым, развитие и украшение — обильным, запоминание — верным и прочным. А наука может в лучшем случае разбудить или расшевелить эту живость ума, но вложить ее, даровать ее наука бессильна, так как все это дары природы... Я не хочу сказать, что наука вовсе неспособна несколько обтесать того или другого оратора. Но есть люди, у которых или язык так неповоротлив, или голос так фальшив, или выражение лица и телодвижения так нескладны и грубы, что никакие способности и знания не помогут им попасть в число ораторов. И напротив, иные бывают так щедро одарены природой, что кажется, будто не случайность рождения, а рука какого-то божества нарочно создала их для красноречия" (Цицерон). Быть университетским профессором под силу далеко не каждому человеку, это удел избранных.

Резюмируя, следует сказать, что целевое пространство лекционной речи профессора университета представляет собой систему, в состав которой входят следующие элементы:

1) создание единомышленников;

2) пролонгация духовного бытия;

3) реализация воли к власти;

4) принесение добра:

  • а) совершение желанного для других поступка,
  • б) передача знаний,
  • в) "мозговой штурм",
  • г) помощь в учебном процессе;

5) действие в соответствии с трудовым (финансовым) договором;

6) сохранение высокого социального статуса;

7) завоевание авторитета;

8) интеллектуальный арбитраж;

9) уточнение мыслей;

10) получение удовольствия:

  • а) повышение эмоционального тонуса,
  • б) энергетическая подпитка.

Как минимум десять разных целей ставит перед собой человек, который приходит читать лекцию. Это внутренние психологические цели человека. И они все реализуются в одном тексте. Разумно множество этих целей попытаться разделить на сознательные и бессознательные. Энергетическая подпитка может быть бессознательным мотивом. Иногда при отсутствии опыта может не осознаваться повышение эмоционального тонуса. Для некоторых людей бессознательной является цель создания единомышленников как производная от потребности в интеллектуальной "вечности". Но в общем виде ни про одну из перечисленных целевых установок нельзя однозначно утверждать, что она из зоны бессознательного. Практически все целевые установки рассмотренной профессиональной речи могут быть сознательными. Люди, конечно, отличаются друг от друга по соотношению сознательного и бессознательного в мотивации своих поступков. Чем в большей степени человек — мыслитель, тем шире зона его сознания и уже зона бессознательного. Потребность в анализе собственных мотивов поведения (в частности, речевого), связанная с адресованным к себе вопросом: "А почему я это делаю?", значительно расширяет зону сознательного. Университетский профессор — это мыслитель, причем профессиональный мыслитель, иначе он не смог бы работать в такой интеллектуально развитой и придирчивой аудитории, как студенческая. Поэтому большинство целевых установок его речи выведены из зоны бессознательного и имеют статус сознательной мотивации.

Все поставленные цели вместе редко могут быть достигнуты в речи, любая из них может оказаться нереализованной. Без всякого сомнения, один и тот же профессор на разных своих лекциях ставит разные цели. Что-то у него получается лучше, что-то — хуже. И, конечно, друг от друга преподаватели значительно отличаются тем, в какой мере они могут достигнуть определенных целей. Но целевое пространство — это то, что человек хочет реализовать в речевом поступке, в чем у него есть потребность, это та задача, которую он ставит перед собой. А уж насколько эта задача им решается — вопрос ораторского мастерства.

СодержаниеДальше
 
© uchebnik-online.com