Перечень учебников

Учебники онлайн

Глава 15
« Отказы рынка » и государство

Abstulerat totam temerarius institor urbem, Inque suo nullum limine limen erat. Jussisti tenues, Germanice, cresere vicos, Et modo quae fuerat semita, facta via est. Nulla catenatis pila est praecincta lagenis: Nee praetor medio cogitur ire luto. Stringitur in densa nee caeca novacula turba: Ocupat aut totas nigra popina vias. Tonsor, caupo, coquus, lanius sua limina servant. Nunc Roma est, nuper magna taberna fuit.

Всю столицу себе захватил было ла­ вочник наглый,
Так что нельзя и пройти было нам к нашим домам.
Ты же, Германик, велел расширить все переулки:
Вместо тропинок теперь всюду доро­ ги ведут.
Нет уж больше столбов, увенчанных цепью бутылок,
И не приходится лезть претору в са­ мую грязь.
Стиснутый всюду толпой, не бреет цирюльник вслепую, Не занимает теперь улицы грязный кабак.
Повар, мясник, брадобрей, трактир­ щик сидят по порогам. Рим возродился и стал Римом из рынка он вновь.

Марк Валерий Марциал (40104) Перевод Ф. А. Петровского (18901978)

Ключевые понятия

  • Отказы (провалы) рынка
  • Внешние эффекты (экстерналии)
  • Общественные блага
  • Асимметричность информации
  • Налог
  • Лигу
  • Субсидия
  • Пигу
  • Интернализация
  • Асимметричность информации
  • Теорема Коуза
  • Неконкурентность
  • Неисключаемость
  • Неделимость потребления
  • Чисто общественное благо
  • Чисто частное благо
  • Проблема безбилетника

В данной, завершающей главе рассматриваются обстоятельства, препятствую­щие рыночному механизму обеспечивать оптимальное по Парето использование производственных возможностей общества, т. е. отказы рынка.

Отказы ( провалы , фиаско ) рынка ( market failures ) — неспособность рыночного механизма в определенных условиях обеспечивать эффективность по Парето .

Отказы рынка ставят вопрос о необходимости воздействия государства на эко­номическую сферу, и степень этого воздействия зависит от чрезвычайно большо­го количества факторов: как от состояния рыночной экономики в целом, так и от стратегии государственного экономического развития. Роль государства в эко­номике — это наиболее спорная и деликатная проблема экономической науки (в связи с тем, что она затрагивает политику — инстинкты тех или иных классов и сфер общества в самом обнаженном виде). Кроме того, это лакмусовая бумаж­ка эффективности политики управления того или иного государства (а значит, критерий адекватности конкретных политических фигур). Феноменальные эко­номические успехи в XX в. Японии, Южной Кореи и Китая объясняются в пер­вую очередь именно выбором оптимальной экономической стратегии государства. Бестолковость «перестройки», унизительный демонтаж СССР и последующие конвульсии российской экономики — нравоучительные примеры совсем иного рода.

В курсе макроэкономики 1 мы выясним, что существующие экономические школы поразному обосновывают степень государственного экономического воздействия. При этом следует различать государственную экономическую по­литику на микро, макро и мезоуровне. В данной главе мы ограничиваемся рассмотрением причин отказов рынка и особенностей государственного вме­шательства с точки зрения микроэкономики. Основные причины сводятся к следующему.

  • Монопольная власть. В главе 14 (параграф 14.1) мы выяснили, что Паретоэффективное равновесие в производстве и потреблении может возник­нуть только на рынке совершенной конкуренции. Однако реальные рынки весьма далеки от подобного состояния. В связи с этим нам необходимо рассмотреть проблему монополии и выбор адекватной реакции государ­ства.
  • Внешние эффекты. Второй проблемой являются так называемые «внешние эффекты». До сих пор мы рассматривали рыночные события лишь с точки зрения продавцов и покупателей. Однако, как правило, рыночная деятель­ность контрагентов этим не ограничивается. Взять, к примеру, проблему окружающей среды.
  • Общественные блага. Большинство экономических благ является частны­ми. Они покупаются частными лицами и потребляются частным обще­ством. Однако имеются и многочисленные и очень важные общественные блага, которые не ограничиваются лишь сферой частных интересов (оборо­на государства, коммуникации, поддержание общественного правопорядка и многое другое).
  • Асимметричность информации. Достижение Паретоэффективности под­разумевает абсолютную информированность покупателей и продавцов о свойствах приобретаемых благ. Но на практике подобная информирован­ность недостижима.
  • 1 См.: Селищев А. С. Макроэкономика. 2е изд. СПб.: Питер, 2001. Глава 1,18.

15.1. Монопольная власть и Парето эффективность

Коль запрет прикрывает наживу И прикрыт на наживу запрет, То любому благому порыву Государя везения нет. Будь прежде в чести негодяи, А достойные в сраме — небось, Самому императору Яо Развести бы руками пришлось.
Хань Фэйцзы (272233 гг. до н.э.)

Вернемся к рис. 14.10 в главе 14. На нем изображена ситуация равновесия в производстве и потреблении: наклон кривой производственной возможности (ли­ ния Ь) в точке ?(5) равен наклону кривой относительных цен (Р / Р ) в точке Е* (линия а). Однако, как мы упоминали, такое равновесие возможно лишь в услови­ ях совершенной конкуренции. Если, например, производство товара X монополи­ зировано ( a Y нет), то в данном случае одновременно выполняются условия:

Р Х >МС Х и

P Y = MC T

а значит наклон линии b больше наклона линии а.

Данная ситуация изображена на рис. 15.1. Цель государства в данном случае может заключаться в ликвидации или ограничении этого расхождения методом осуществления определенных антимонопольных мероприятий.

 

 

А

 

 

 

 

Т

а

 

 

 

sb

 

^(Д)

 

 

 

м

 

 

 

U B^

/р\

 

( а \

 

 

Г

>

0(A) X* X

Рис . 15.1. Монополия и Парето эффективность

Подобные искажения могут возникнуть и в случае совершенной конкуренции при политике налогообложения или государственных субсидий.

15.2. Внешние эффекты

Целую ночь распевая с кифарой, убил всех соседей Пеньем Симил — кифарист. Жив лишь один Ориген: Он от рождения глух. Так природа, лишив его слуха, В вознагражденье дала более долгую жизнь.
Лукиллий ( I в. н. э.)

Теория чистой конкуренции является основой не только для позитивного ана­ лиза функционирования рынков, но и обеспечивает базу для нормативной оценки эффективности рыночных процессов. Дело в том, что кривые спроса и предложе­ ния отражают оптимальное поведение на рынке множества индивидов. Так, кривая рыночного спроса является результирующей множества индивидуальных кривых спроса на данном рынке. Каждая индивидуальная кривая спроса основана на прин­ ципе максимизации полезности: потребитель совершает свои покупки, исходя из принципа равенства его предельной оценки блага цене. 1 Аналогично кривые пред­ ложения отражают предельные издержки производителей. 2 В связи с этим рыноч­ное равновесие следует понимать как условие эффективности рыночной экономи­ ки: на рынке произведено и потреблено оптимальное количество благ, так как предельные оценки покупателей равны предельным издержкам продавцов. Всякое отклонение от этого равновесия нарушает достигнутую эффективность.

Тем не менее даже в условиях чистой конкуренции некоторые рынки могут оказаться по сути неэффективными, так как традиционные кривые спроса и пред­ ложения могут не учесть ряд издержек или выгод. Речь идет здесь о такой дея­ тельности продавцов и (или) покупателей, которая создает издержки или выгоды для третьих лиц, непосредственно не участвующих в данных рыночных процес­сах. В связи с этим возникает проблема внешних эффектов.

Внешние эффекты или экстерналии ( externalities ) — прямые воздействия одного экономического контрагента на результаты деятельности другого , либо на третье лицо , непосредственно не включенное в рынок данного блага , т . е . не являющееся ни продавцом , ни покупателем .

Внешние эффекты могут производиться как при производстве, так и при по­ треблении благ. При этом внешние эффекты могут быть как отрицательными ( costs — издержки), так и положительными ( benefits — выгоды). Примером отри­ цательных внешних эффектов в производстве и потреблении является загрязне­ние среды обитания от деятельности предприятий и туризма; примеры положи­ тельных внешних эффектов — дизайн промышленных и жилых зданий и т. п.

Внешние эффекты показывают разность между общественными (социальны­ ми) издержками (или выгодами) и частными издержками (или выгодами):

MSC = MC + MEC, (15.1)

MSB = MB + MEB, (15.2)

  • 1 Все это достаточно подробно анализировалось в главе 4 «Теория индивидуального потребления».
  • 2 Этому была посвящена глава 6 «Издержки производства».

где MSC предельные общественные издержки ( marginal social costs );

МС — предельные (частные) издержки;

МЕС — предельные внешние издержки ( marginal external costs .);

MSB — предельные общественные выгоды ( marginal social benefits );

MB — предельные (частные) выгоды ( marginal benefits );

MEB — предельные внешние выгоды (marginal external benefits).

Ситуации внешних эффектов проиллюстрированы на рис. 15.2. На рис. 15.2, а рыночному равновесию соответствует объем выпуска (У, а эффективному объему производства, учитывающему отрицательный внешний эффект, — выпуск Q *. Это произошло потому, что к предельным издержкам производителя (МС) добави­ лись предельные внешние издержки (МЕС), вызванные, например, загрязнением окружающей среды. Итоговая линия предложения имеет вид MSC . Равновесие системы переместилось из точки В в точку А. Ущерб (например, от загрязнения) равен площади треугольника ABG .

Субсидия Пигу

а о Q ' Q *

Рис . 15.2. Внешние эффекты

Для нейтрализации отрицательных внешних эффектов общество может пред­ принять следующие меры:

  • административнозаконодательный контроль (запрещение курения, уста­ новление стандартов загрязнения среды, закрытие предприятий и т. д.);
  • создание стимулов для ограничения нежелательной деятельности (налоги, субсидии, компенсации за причиненный ущерб и т. п.);
  • косвенное вмешательство государства.

Рассмотрим такой способ решения проблемы отрицательных внешних эффек­тов, как установление налога на каждую единицу продукции предприятия, созда­ ющего отрицательные внешние эффекты. Налог такого типа получил название налога Пигу.

Налог Пигу — налог , призванный отвратить от производства ( или потребления ) благ , создающих внешние издержки .

Ставка налога Пигу ( t ) равна внешним издержкам при общественно оптималь­ном объеме выпуска ( Q *). Введение налога на предприятия приводит к сдвигу ис­ ходной кривой предложения 5 в положение МС +1. Этот налог побудит предприятие учитывать внешние издержки {МЕС) и ограничивать прибылемаксимизирующий выпуск общественно оптимальным уровнем. Однако на практике это сделать бывает непросто: внешние издержки изменяются с объемом выпуска (линия MSCm парал­ лельна линии S ). Общая величина налога равна площади треугольника ABG .

Мы изобразили налог Пигу на производителя. Но он может налагаться и на потребителя. В таком случае линия спроса D сместится соответственно влево и вниз (на рис. 15.2 не показано).

На рис. 15.2, б изображена субсидия Пигу в ситуации положительного внешне­ го эффекта. В данном случае субсидия выплачивается потребителю.

Субсидия Пигу — субсидия , призванная стимулировать производство ( или потреб­ление ) благ , приносящее внешние выгоды .

В случае если субсидия выплачивается производителю, линия предложения (5) смещается соответственно вправо и вниз (на рис. 15.2 не показано).

Налоги и субсидии Пигу интернализуют внешние эффекты, делая их частью процесса индивидуального выбора.

Интернализация ( internalization ) — создание ситуации , при которой внешний эф­фект входит в процесс индивидуального выбора производителя или потребителя .

К преимуществам налогов и субсидий Пигу следует отнести их гибкость и универсальность. Отрицательные моменты уже упоминались — это сложность практической оценки внешних издержек и выгод. Другими словами — не так лег­ ко определить размер оптимального налога и субсидии.

15.3. Теорема Коуза

С древнегреческого
Мне задолжал Поликтет взятые в разное время
Семьдесят мин серебра. Ну а с отдачею — медлил.
Дома его навестив, выгреб я все до монетки
И написал на дверях красной охрой: «Мин — нет!» (2000)

Валерий Гвоздей

Мечтой либеральных экономистов всегда было сведение роли государства в хозяйственной сфере общества к минимуму. Возможность решения проблем, свя­ занных с внешними воздействиями посредством добровольных соглашений уча­ стников рынка, впервые было исследовано Рональдом Коузом. 1

Коуз доказал, что возможно интернализировать внешние эффекты посред­ ством переговоров между двумя заинтересованными сторонами без всякого вме­ шательства государства в случае, если издержками на переговоры по решению взаимных проблем можно пренебречь. Результат, полученный этим экономистом, получил наименование теоремы Коуза.

  • 1 См .: Coase R. H. The problem of social cost //Journal of Law and Economics. Oct . 1960.

Теорема Коуза : если две стороны , связанные внешними обстоятельствами , могут осуществлять взаимные переговоры на безвозмездной основе ( либо когда трансак ционные издержки незначительны ), то это приводит к достижению эффективного ре­зультата независимо от того , кто несет ответственность в соответствии с законом за причиненный ущерб ( независимо оттого , как распределены права собственности ).

Рассмотрим данную теорему на конкретном примере. По соседству друг с дру­ гом проживают: фермерземледелец, выращивающий пшеницу, и фермерското­вод. Проблема заключается в том, что скот постоянно вытаптывает пшеницу, ко­ торая принадлежит фермеруземледельцу. Если скотовод отвечает по закону за ущерб (издержки), которые несет земледелец от выпаса скота, то данные затраты будут внесены в калькуляцию расходов каждой стороны и перестанут быть «экстернальными». Однако если такой административной ответственности скотово­ да не существует, то земледелец должен решить проблему путем взаимных пере­ говоров (предложить скотоводу определенную сумму денег). С точки зрения скотовода, полученная сумма денег представит вмененные издержки, которые бу­ дут учтены при исчислении прибыли.

Проиллюстрируем данную ситуацию графически. 1 На рис. 15.3, а изображе­ ны кривые прибылей владельца скота (я г ) и владельца пшеницы (я,). Принцип получения кривых прибылей нами уже рассмотрен в главе 8 (см. параграф 8.1.2, рис. 8.4, а). Оба фермера намерены продавать свой скот (С) и пшеницу ( W ) на чисто конкурентных рынках.

Получение прибыли владельцем скота не зависит от деятельности владельца пшеницы. Для скотовода величине максимума прибыли соответствует количество скота С. При этом дела земледельца его не интересуют. Однако благосостояние земледельца, напротив, очень зависит от деятельности животновода: при увели­чении количества скота прибыль земледельца уменьшается, так как скот вытап­ тывает пшеницу (отрицательный наклон кривой прибыли я,на рис. 15.3, а). При­ быль земледельца будет максимальной, если животновод лишится всего своего скота (максимум на кривой я.на рис. 15.3, а).

На рис. 15.3, б изображена линия роста прибыли земледельца в зависимости от количества скота скотовода[я *( С)]. Если скотовод лишится своего скота, то кривая прибыли земледельца получит вид я/0). Этому соответствует урожай пшеницы W (0) по оси абсцисс рис. 15.3, б. Если скотовод достигнет максимума возможной для себя прибыли (количество скота С на рис. 15.3, а), то прибыль земледельца резко сократится и он получит урожай W (на рис. 15.3, б).

Эффективному решению проблемы соответствует количество скота С , при котором суммарная прибыль двух фермеров достигает максимума. Если количе­ ство скота составит С, то земледелец получит урожай пшеницы W (рис. 15.3, б). Компромисс заключается в том, что владелец скота сократит свой выпуск (с С до С ), в то время как выпуск фермера вырастет (с W до W ).

  • 1 См .: DeSerpa А . С . The Coase theorem: A Diagrammmatic Presentation //Economic Inquiry. October 1977.

W (0) W

Рис . 15.3. Экстернальные издержки между конкурентными производителями в двух различных отраслях

Способы максимизации совокупной прибыли. Существует несколько путей достижения максимума совокупной прибыли.

  • Создание совместного предприятия. Две фирмы могут договориться о сли­ янии, и тогда единое предприятие будет заботиться о максимуме дохода.
  • Решение проблемы посредством выплат (вознаграждений). Если фирмы остаются независимыми, то проблема достижения максимума совокупной прибыли решается посредством выплат или денежных вознаграждений (рис. 15.4). В соответствии с теоремой Коуза достижение результата (мак­ симизации совокупной прибыли) совершенно не зависит от того, какая из сторон ответственна за ущерб. Рассмотрим это более подробно.

А. Владелец скота не несет ответственности за ущерб. В таком случае земле­ делец должен решать проблему путем выплаты вознаграждения скотоводу за то, чтобы тот сократил свой выпуск (поголовье скота) соответствующим образом. От величины вознаграждения зависит и снижение выпуска скотовода. Например, зем­ леделец получит прибыль в объеме л *(0), если владелец скота прекратит выпуск (рис. 15.4, б). Если же выпуск животновода составит величину С (рис. 15.4, а), то объем прибыли земледельца будет равен длине отрезка АС. Таким образом, объем вознаграждения В может быть представлен в виде.

При постоянном вознаграждении кривая В на рис. 15.4, а получена в результа­ те сдвига кривой л * вниз на величину АС. Для скотовода это вознаграждение является потенциальным источником дохода.

Таким образом, владелец скота будет стремиться к максимуму суммы обыч­ ной прибыли и вознаграждения. На рис. 15.4, а эта сумма представлена в виде кривой п г + В, достигающей максимума при объеме выпуска С.

В = п*АС.

 

71/(0)

йС^ L = тс/(0) п /*

Рис . 15.4. Теорема Коуза

В. Владелец скота несет ответственность за ущерб. В данном случае земледе­ лец имеет право (подтвержденное его правом собственности) на получение при­были я?(0). Но это возможно только в том случае, если скотовод полностью пре­ кратит свою деятельность, так как, сколько бы не производил теперь скотовод, — прибыль земледельца уменьшится. А закон требует, чтобы скотовод компенсиро­ вал земледельцу потери его прибыли. Таким образом, плата скотовода ( L ):

L = n *(0) n *. (15.4)

На рис. 15.4,6 она представлена пунктирной линией. Линия поведения скотово­ да (и его конечной прибыли) представлена кривой я L . Итак, объем совокупной прибыли достигнет максимума в точке С (как и в предыдущем случае).

Таким образом, и в случае А, и в случае В оптимум совокупной прибыли бу­ дет достигнут при выпуске С. Однако распределение этой совокупной прибыли зависит от права собственности: выиграет та сторона, права собственности кото­ рой более существенны.

Вернемся еще раз к определению теоремы Коуза. Обратим внимание на то, что в ней присутствует оговорка о незначительности трансакционных издержек на ведение переговоров. В состав данных издержек входит стоимость информации, затраты на переговоры, затраты на взаимные выплаты и т. п. При увеличении ко­ личества заинтересованных сторон (например в случае загрязнения окружающей среды) трансакционные издержки могут существенно возрасти и потребовать го­ сударственного вмешательства.

15.4. Производство общественных благ

Попал я в толчею. Качнулась.
Со всех сторон Мне сказали: «Ваше место».
Спешили к площади. Я втиснулся, хотя не знал зачем.
Пожар или потоп там? Все шли вперед,
Вгляделся: вывеска. И я спросил соседа:
Мерцающий неон: — Продажа там светильников?
«Продажа света в розницу и оптом». Свечей?
Я света никогда не покупал, А может ...
Я думал, он дается безвозмездно. Он отрезал:
Быть может, это шутка? Толпа — Просто света ... ( 1989)

А. В. Лизунов

Существование внешних эффектов является причиной необходимости госу­ дарственного вмешательства в экономику. Кроме того, несовместимы с рыночной системой такие свойства благ, как неконкурентность, неисключаемостъ и недели­ мость потребления.

Неконкурентность — свойство блага , потребление которого одним потребителем не уменьшает его количества , доступного для потребления другими потребителями .

Например, телевизионную программу по национальному телевидению могут смотреть одновременно миллионы домашних хозяйств. Если производство и пе­ редача программы требуют определенных издержек, то размер аудитории может быть увеличен практически без дополнительных затрат. Это относится и к нацио­ нальной обороне — экономическому благу, которое предоставляет безопасность и защиту всем и каждому: если защищен один гражданин, то равным образом защи­ щено все общество. И телевидение, и национальная оборона обладают одинако­ выми свойствами: они неконкурентны. В отличие от этого большинство товаров и услуг конкурентны. Рассмотрим второе свойство благ — неисключаемость.

Неисключаемость — свойство блага , заключающееся в невозможности воспре­пятствовать его потреблению всеми потребителями .

Национальная оборона подразумевает, что если один гражданин общества за­ щищен, то равным образом защищены все прочие граждане. В отличие от оборо­ ны программы телевидения являются исключаемыми благами: технологии кабельного и спутникового телевидения позволяют обеспечивать услуги только для определенной категории зрителей за отдельную плату. Хотя были времена, когда все телевидение являлось неисключаемым благом.

Сопоставление национальной обороны и телевидения предполагает наличие еще одного свойства благ: неделимость потребления.

Неделимость потребления — свойство блага , заключающееся в невозможности его потребления по частям .

Оборона — неделимое благо. Будучи гражданином страны, находясь на терри­ тории этой страны, вы потребляете полный набор блага «оборона». Вы не можете потреблять данное благо «по частям», но можете смотреть телевидение и выби­рать при этом разные каналы. Это — делимость потребления.

Если какойто товар (или услуга) обладает всеми тремя свойствами одновре­ менно, то он называется чисто общественным благом.

Чисто общественное благо : абстрактная категория , служащая для определения и моделирования существенных черт , выделяющих общественные блага из всех ос­тальных . Характеристиками чисто общественного блага являются неконкурент­ность , неисключаемосиь и неделимость .

Антиподом чисто общественного блага является чисто частное благо — такое бла­го , каждая единица которого может быть продана за отдельную плату .

Абсолютно чисто общественного блага, т. е. товара, который соответствовал бы на сто процентов всем трем упомянутым свойствам, вероятно, не существует. Кро­ ме национальной обороны и телевидения, к общественным благам относятся ох­ рана общественного порядка, пожарная охрана, прогноз погоды, уличное освеще­ ние, большинство видов общественного транспорта, автострады, система образования, правосудие, медицинское обслуживание, наука, национальные биб, лиотеки и многое другое. 1

Рис. 15.5 иллюстрирует проблему чисто общественного блага. По оси абсцисс изображено произведенное количество общественного блага ( X ), которое потреб­ ляется первым ( X ,) и вторым (Х 2 ) индивидом. Кривые индивидуального спроса ( d t и d 2 ) и кривая предельных издержек (МС) ничем не отличаются от частных благ.

Одно из существенных отличий общественного блага от частного заключается в том, что какое бы ни было количество общественного блага, оно будет потреб­ ляться обоими индивидами:

1 Каждый из приведенных примеров отклоняется от понятия «чисто общественного бла­га» в том или ином смысле. Оборона, полиция и пожарная охрана становятся менее эффек­ тивными при увеличении круга лиц, который они защищают. Кабельное телевидение ис­ключаемо, и даже телевизионная сеть программ делима, хотя неисключаема. Автострады также делимы в том смысле, что индивидам не нужно ехать по всей длине дороги. Автостра­ ды и теннисные клубы также в определенном смысле соперничают друг с другом.

P i + P 2 Pi

МС

D (вертикальная сумма d \ и d 2 )

d 2

< h ______________________

О Xi = Х 2 = X * X

Рис . 15.5. Эффективное снабжение чисто общественном благом

Ж. Ж., Л ? .

На этом основывается принципиальное отличие линии совокупного спроса час­тного и общественного блага. Мы знаем, что кривая совокупного (рыночного) спроса частного блага определяется путем суммирования кривых индивидуаль­ного спроса по горизонтали. В случае же с общественным благом такое суммирова­ние производится по вертикали: каждый индивид потребляет одно и то же коли­чество общественного блага, но оценивает его поразному.

Точка Е демонстрирует эффективное потребление общественного блага, но не рыночное равновесие. Причина заключается в неисключаемости обществен­ного блага: если бы частные предприниматели попытались предложить чисто об­щественное благо на продажу, то неизбежно столкнулись бы с непреодолимыми трудностями: потенциальные покупатели отказались бы платить. Рациональное поведение таких потенциальных покупателей сводилось бы к демонстрирова­нию «ненужности» для него данного блага — «зачем платить, если можно полу­чить бесплатно». Потребители получают выгоды от чисто общественного блага независимо от того, платят они за него или нет. Подобное поведение потребите­ля получило название проблемы безбилетника ( free riderproblem ).

Проблема безбилетника ( «зайца» ): условие , связанное с неисключаемостью бла­га , когда индивид рационально утаивает свое желание платить за общественное благо , ожидая получать выгоду без ее оплаты .

Проблема безбилетника чаще возникает в больших, нежели в малых группах потребителей, так как в больших группах труднее получить необходимую инфор­мацию о положении плательщиков. Рынок в данном случае не в состоянии спра­виться с проблемой. Исправить «провалы» рынка может государственное вмеша­тельство.

15.5. Неэффективность рыночного ценообразования

Они заставили нас За землю платить и небо За хлеб платить и за сон За жизнь убогую нашу.
Поль Элюар (18951952)

Проблема безбилетника и неспособность производителя получить доход за предлагаемое благо объясняется неисключаемостью чисто общественного блага. Если снять данное свойство, то можно ожидать возникновения обычной рыноч­ ной активности, даже если товар неконкурентен.

К примеру, мост (рис. 15.6) неконкурентен (по крайней мере, при его использо­ вании ниже эксплуатационной мощности), но исключаем (если построить будки для оплаты за проезд). Следовательно, если мост уже создан, его можно использо­ вать вновь и вновь при нулевых предельных издержках производства. Это свой­ ство исключает возможность чистой конкуренции, так как при МС = Р = 0 произ­ водители получат отрицательную прибыль.

Может ли этот мост себя окупить? Допустим, спрос на переход моста выражает­ ся формулой: Р = 20 0,2Х Средние издержки (АС) выражаются формулой 375/Х, где X — количество пешеходов. Если установить цену за переход в 5 р. для одного пешехода, то мост перейдут 75 человек в день, которые заплатят 375 р. Если бы пе­ реход был бесплатным, мост перешло бы 100 человек в день. Потери благосостоя­ ния общества составят 62,5 р. (площадь заштрихованного треугольника).

Оптимальная цена для владельца моста соответствует единичной ценовой эла­ стичности, т. е. 10 р. за переход. В таком случае мост перейдут 50 человек и владе­ лец моста получит 500 р. в день.

Если же ежедневные издержки на содержание данного моста будут превышать данную сумму, то мост вообще не будет построен. Это — наглядный пример неэф­ фективности рыночного ценообразования для общественных благ.

Эта безобидная на первый взгляд иллюстрация весьма актуальна для совре­ менной России. «Погоня за рынком» привела к сворачиванию важнейших куль­ турных, научных, образовательных, спортивных, медицинских и прочих государ­ ственных программ, без которых невозможно развитое цивилизованное общество: Россия «уходит» из космоса, из Антарктиды, из современной науки. В то время, когда пишутся эти строки, городские власти Петербурга заявили о необходимос­ ти приватизации знаменитого Дома книги на Невском проспекте с последующим его перепрофилированием. Аргумент выдвигается в духе первобытного рыночно­ го капитализма: «Дом Книги не способен дать необходимые суммы городской каз­ не в виде арендной платы». На глазах умирают крупнейшие библиотеки страны, закрываются школы, больницы и детские сады. Недавно один мой коллегапрепо­ даватель (вполне либерал) заявил со всей серьезностью, что нищенскую заработ­ ную плату преподавателей вузов следовало бы, конечно, увеличить раз в 10, но для этого надо сократить в 10 раз количество отечественных вузов! Именно к та­ ким парадоксам приводит абсолютизация рынка. И подобные парадоксы наши со­ граждане все чувствительнее испытывают на себе.

Максимальный доход

Потери благосостояния 62,5 р.

50 75

Рис . 15.6. Проблема моста

15.6. Асимметричность информации

Aoxpuq ( iev tt | voi ; 7 tpcoctv (кеуоцес, npcoav navxa ) vicov Kai фико cmv amvou ; ayopaScov , Hv 8 e akac , a ( i ( iw , av 4 p трюксабекасогцсис;. XcofiOi ; xauxa у e % ei , фворос; apyupico , AioKA . ei 8 ai ; Есотабродасо; KuvaSai ;, yeaiav apyupico , AioicXeiSai ; nevxe ЛОКШ1; eXa ^ ix 8 ei ;, anav pucooi ;, epyov eco Epyco .
Феокрит (310245 гг. до н. э.)

Давеча папочка этот (для насто все «давеча», впрочем) Соды и трав для приправы пошел мне купить на базаре, Соли принес! А верзила — тринадцать локтей вышиною! То же у нас. Диоклид мой — деньгам перевод, да и только: Взял он овчинок пяток за семь драхм — словно шкуры собачьи
Или обрывки мешков. Сколько же будет над ними работы!

Перевод М. Е. ГрабаряПассека

До сих пор мы исходили из посылки, что участники рынка при принятии своих решений полностью информированы о качестве благ и факторов производства. На самом деле это далеко не так. Получение информации о качестве товара стоит дорого, поэтому чаще всего продавцы знают о характеристиках блага гораздо больше, чем покупатели. Ситуации асимметричной рыночной информации встречаются в реальной жизни повсеместно. Мы рассмотрим здесь только один пример, связанный с неопределенностью качества.

Допустим, имеется определенный товар. Покупатели из личного опыта знают, что данный товар может быть хорошим или плохим. Однако только по внешнему виду невозможно определить качество товара.

Покупатели согласны платить 30 р. за хороший товар и 15 р. за плохой. В свою очередь, продавцы готовы продать хороший товар за 24 р., а плохой — за 12 р.

Если бы качество товаров можно было бы установить, то возникло бы два рын­ка: на первом продавался бы хороший товар по цене от 24 до 30 р., на втором — плохой товар по цене от 12 до 15 р. Но товары неразличимы. Поэтому в такой ситуации цена спроса устанавливается в интервале от 15 до 30 р.

Если цена упадет ниже 24 р., то хороший товар исчезнет с рынка. Тогда цена установится от 12 до 15 р. Таким образом, сложилось неэффективное состояние экономики: имеются продавцы и покупатели, которые хотели бы покупать и про­давать хороший товар по цене от 24 до 30 р., но сделка не может быть осуществле­на. Это — наглядный пример отказа рынка, вызванного дезинформацией покупа­телей о качестве товара.

Чтобы обладать полной и точной информацией, одной из сторон часто требу­ется нести крупные расходы по сбору и обработке данных, контролю над честным исполнением другой стороной условий контракта. Определенную позитивную роль в данной сфере могут играть общества защиты потребителей, независимые экспертизы, широкая информированность населения в СМИ и специальной лите­ратуре. Но, тем не менее, и этого часто оказывается недостаточно. Основную забо­ту по устранению нежелательных внешних воздействий должно взять на себя го­сударство. Прежде всего это касается законодательной области: преследование мошенничества по закону, регулирование трудовых отношений и юридических споров и т. п.

15.7. Россия в «провале рынка»

На горке дом большой
Стоял который век.
Но к дому подошел
Какойто человек.
Он, заложивши тол,
Поджег бикфордов шнур.
Сказал: «Процесс пошел...»
И рядышком заснул. ( 1995)

Владимир Ширяев

В последние 1015 лет с нашей страной происходит нечто иррациональное. Мы живем в какомто трансе и не способны оценить последствия калейдоскопа. Все рухнуло, но что возникло вновь? Вот он, фантом, перед которым стоит оше­ломленное, униженное и обнищавшее большинство. Мы жили в великой державе — ее нет, мы были обеспечены и беззаботны — все улетучилось без следа. Что будет завтра — не знаем не только мы, не знает правительство, знает только Господь.

Целевой функцией всякого живого и социального организма является максими­ зация полезности. Из этой установки исходят в своем поведении домашние хозяй­ ства. Фирмы максимизируют прибыль. Государство заботится об оптимальном функционировании общества в целом, о максимизации полезности нации. Но кто определяет стратегию поведения государства? Народ, нация? Отнюдь. Это — забо­ та социальной элиты каждого отдельно взятого государства. Образно выражаясь, социальная элита является «регулировщиком дорожного движения», устанавлива­ ет «правила игры», выявляет нарушителей, поощряет лидеров. От личных качеств и поведения этого «регулировщика» в конечном счете зависит судьба всего обще­ства, ибо заданные элитой «правила игры» могут способствовать как процветанию всего общества, так и отбросить социум на обочину мировой истории.

В каждом государстве элита не превышает 1,52,0% населения (сверхэлита — около 0,5%), все остальное население страны — это «массы», те самые «водители» и «пешеходы», которыми управляет «регулировщик». В состав элиты входят ру­ководители политических органов управления, крупнейшего бизнеса, верхушки военной, полицейской, административной, идеологической, научной и информа­ ционной машины.

Для сохранения и расширения своего влияния каждое государство использует экономические, политические (дипломатические и военные) и идеологические средства.

Современный этап развития международной системы сосуществования наци­ ональных государств начался с конца XVIII в. с развертывания промышленной революции в Британии. Отличительной чертой этого этапа явилось резкое воз­ растание роли экономического фактора в международном соперничестве. Те национальные элиты, которые раньше сделали ставку на экономическое разви­ тие, достигли в международном соперничестве особых успехов, и, напротив, эли­ ты, игнорирующие значение промышленной революции, полагающиеся преиму­щественно на военную мощь, обрекли свои государства на утрату лидирующих позиций.

Первый мощный прорыв в области соперничества за мировое влияние совер­ шили Испания и Португалия. Однако методы достижения цели не оправдали себя: погоня за золотом как воплощением богатства и колониальная экспансия осуще­ ствлялись в ущерб экономическому прогрессу. Гибель испанской армады в 1588 г. в морской битве с англичанами стала наглядной иллюстрацией заката цивилиза­ ции Иберийского полуострова на мировой арене.

Вслед за этим соперничество развернулось между Британией и Голландией. Примечательно, что элиты обоих государств осознавали особую важность рыноч­ ных факторов в игре за мировое влияние. Более того, нидерландская элита прида­ вала рынку гипертрофированное значение, создав, по сути, первый в истории «провал рынка» в национальном масштабе: голландская буржуазия препятствова­ ла созданию мощного государственного механизма. В результате голландский бизнес соперничал с английским без государственной поддержки. С другой сто­роны, английская буржуазия опиралась на мощь своего государства. Именно это предопределило исход англоголландской борьбы во второй половине XVII в.

Еще К. Маркс справедливо отмечал, что в англоголландском соперничестве про­ мышленность Британии одолела торговую мануфактуру Нидерландов. Извест­ ный немецкий историк Бааш писал, что главная слабость Нидерландов состояла в торгашеском эгоизме голландского бизнеса, сведшего роль государства к нулю.

Промышленная революция — вот основа победы англосакской цивилизации над французской. Наполеоновские войны явились последней, судорожной по­ пыткой Франции сохранить мировое могущество. После 1815 г. Британия при­ обрела статус «мастерской мира», и весь цивилизованный мир заговорил поан­ глийски.

В России промышленная революция развернулась в полном масштабе лишь в конце XIX в., однако скоро процесс был прерван первой мировой войной и пере­ воротом 1917 г. Русское общество не вынесло тягот военного времени, произошел надлом, в результате которого старая элита была сметена новой, пролетарской, избравшей для достижения мирового влияния марксистскую доктрину. Элита новой России (СССР) сделала ставку на рост национального производства, но на антирыночной, социалистической (или квазифеодальной) основе. Пролетарская революция во всемирном масштабе и уничтожение рыночной экономики — тако­ ва была цель пролетарской советской элиты.

Первое поколение пролетарской элиты (19171953 гг.) осуществляло доста­ точно эффективное управление системой. Сталин сделал верную ставку на инду­ стриализацию страны, т. е. на перевод экономики на производство продукции вы­ сокоэластичной по доходу} В результате этого советская экономика достигла наивысших темпов экономического развития, а СССР за годы правления велико­ го деспота передвинулся с 6го на 2е место в мире по объему валового националь­ ного продукта (ВНП).

Однако Сталин осуществлял свои преобразования на антирыночной основе, что резко снижало эффективность экономической политики. В то же время была создана система планирования, главным координирующим звеном которой был Госплан (1921—1991гг.). 2 Ныне принято полностью отрицать значение советской системы планирования. Однако она оказала огромное влияние на теорию и прак­ тику развития экономики во многих странах. Достаточно сказать, что в начале 1930х гг. опыту советского планирования в эпоху первой пятилетки приезжали учиться японские экономисты. В настоящее время планирование экономики на государственном уровне довольно активно осуществляется в Южной Корее, Япо­ нии, Франции и ряде других стран (не говоря о социалистическом Китае и Вьет­ наме). Послевоенные успехи экономического планирования в Южной Корее и Японии достигнуты во многом именно благодаря эффективной системе макро­ экономического планирования.

  • 1 Важность этого обосновывалась в главе 3 (параграфы 3.5 и 3.6). Вспомните, какое влияние на темпы экономического развития страны оказывает специализация экономики на высокоэластичной или низкоэластичной по доходу продукции. По меткому выражению немецкого профессора Габиша, частого гостя нашего СанктПетербургского государственного университета экономики и финансов: «Специализироваться на добывающей промышленности означает цементировать собственную нищету».
  • 2 Ныне в здании бывшего Госплана в Москве располагается Государственная Дума.

После смерти Сталина с политической сцены ушло первое поколение элиты (марксистсколенинские ортодоксы) с их лидерами: Берией, Кагановичем, Ма­ ленковым и т. п.

Пролетарская элита второго поколения (19531985 гг.), не оставив идеи ми­ ровой пролетарской революции, отказалась от наиболее одиозных антирыночных методов: репрессий и внеэкономического принуждения к труду, но не посмела вернуться к рыночным принципам развития экономики. К тому же, со второй по­ловины 1970х гг. была сделана губительная ставка на развитие низкоэластичной по доходу продукции (добыча и экспорт нефти и газа и т. п.). Элита второго поко­ ления не сумела генерировать новых идей развития социалистической экономи­ ки. Во многом это объяснялось догматизмом в области разработки основ эконо­мической теории. Марксистская политическая экономика перестала развиваться. Советская экономическая наука не смогла сформировать стратегию эффективно­ го экономического развития.

Результаты всего этого не заставили себя ждать: страна неумолимо теряла тем­ пы экономического роста, особенно после пагубного «нефтяного» выбора. Неук­люжие попытки встроить рыночные элементы в плановую социалистическую си­ стему (реформы 1958, 1965 и 1985 гг.) бесславно провалились.

Торможение экономического роста сопровождалось усилением уравнительного распределения дохода. Элита Хрущева начала, а элита Брежнева довела до крайних форм политику эгалитарных принципов. Данные табл. 15.1 отражают динамику коэффициента дифференциации соотношения доходов 10% наиболее оплачивае­ мых и 10% наименее оплачиваемых групп советского населения в период правле­ ния пролетарской элиты второго поколения. 1

Таблица 15.1 Коэффициент дифференциации доходов 10% наиболее оплачиваемых и 10% наименее оплачиваемых групп советского населения 2

Годы 1956 1959 1961 1964 1966 1968 1972 1976 1981 1986

Коэффициент 4,4 4,2 4,0 3,7 3,3 2,8 3,1 3,3 3,4 3,3

Снижение дифференциации в оплате труда происходило под централизован­ ным государственным давлением, направленным в основном на повышение мини­мальной заработной платы. Результатом было разрушение принципов распределе­ ния, развращение работников, падение эффективности производства и, что очень важно, дискредитация социального статуса научного и инженернотехнического персонала — проводника научнотехнического прогресса.

Несмотря на этот губительный курс, к концу правления пролетарской эли­ ты второго поколения (1985 г.) СССР входил в группу стран, величина нацио­ нального дохода на душу населения которых находилась в границах от 7000 до 13 ООО долл. в год, что примерно соответствовало уровню Нидерландов, Австрии, Британии, Италии и т. п. 1

  • 1 Эта проблема рассматривалась в главе 14 (параграф 14.2.2).
  • 2 См.: Римашевская Н. М., Римашевский А, А. Равенство или справедливость. М., 1991. С. 57.

В 1985 г. положение СССР на мировой экономической арене не было катаст­рофическим. Страна делила с США первое место по военным расходам, устойчи­во занимала второе место по объему промышленного производства и ВВП. Уро­вень жизни советских людей, правда, примерно втрое уступал американскому. 2 Даже если бы СССР продолжал придерживаться прежней экономической страте­гии, то и в 2000 г. (по мнению американских аналитиков) существенно не утратил бы своих позиций в мире. По прогнозу американских специалистов, произведен­ному в 1980 г., с 1980 по 2000 гг. ежегодные темпы прироста ВНП в СССР должны были составить 3,1%, сельского хозяйства — 2,5, промышленности — 3,7, потреб­ления на душу населения — 2,0%. 3 Эти данные не рисуют радужной картины ди­намичного развития советского общества, но ничего не говорят о якобы надвига­ющейся катастрофе, всеобщем упадке, как это было принято утверждать для обоснования курса «шоковой терапии», начатого в 1992 г. 4

К середине 1980х гг. советская элита, определяющая стратегию развития страны, имела три варианта выбора.

Вариант первый: не делать ничего и развиваться как прежде (этот вариант был просчитан американскими аналитиками в 1980 г.).

Вариант второй: инициировать институциональную экономическую реформу по аналогии с современной китайской. 5

Вариант третий: «шоковая терапия» под руководством МВФ и дальнейшие реформы по радикальнолиберальному сценарию. В конце концов советская эли­та избрала последний вариант, и это было не случайно.

В 1985 г. к власти пришла пролетарская элита третьего поколения, возглавля­емая М. С. Горбачевым. По многим своим характеристикам она мало чем отлича­лась от элиты второго поколения эпохи Хрущева и Брежнева. Весьма квалифицированный портрет советской элиты был выполнен одним из ее прежних предста­вителей, перебежчиком на Запад в 1970е гг. М. С. Восленским в его монографии «Номенклатура: господствующий класс Советского Союза». Восленский опреде­лил высшее звено советского общества в лице партаппаратчиков, руководителей госбезопасности, вооруженных сил и дипломатов в количестве 100 тыс. человек, плюс низшее — еще 150 тыс. чел. К элитным слоям были также отнесены руково­дители крупных предприятий (около 30 тыс. чел.), плюс 150 тыс. высших пред­ставителей науки и культуры, всего 750 тыс. чел., а с учетом ближайших родствен­ников — около 3 млн человек, или менее 1,5% населения страны. 1

  • 1 См. Римашевская Н. М., Римашевский А. А. Указ. соч. С. 116.
  • 2 Но сейчас — в 812 раз.
  • 3 См .: The Soviet economy. Toward the year 2000 /Ed. by. T. Inoguchi & D.I. Okimoto. Stanford . 1988. P . 87.
  • 4 Добавим к этому, что разрушения постсоветской экономики в результате реформ за период 19922002 гг. оказались столь сокрушительными, что уже в середине 1990х гг. в ведущих журналах страны появилась целая серия экономических статей, в которых апологеты «шоковой терапии» пытались подвергнуть сомнению все экономические достижения СССР. Так, если по данным советской статистики, доля СССР в 1985 г. в мировом продукте составляла примерно 20%, по американским данным — 1315%, то российские апологеты радикальнолиберальных реформ стремились убедить общественное мнение, что на самом деле эта цифра не превышала 8%.
  • 5 Успехи китайской реформы демонстрируют разительный контраст. Китай продвинулся с восьмого места в мире по ВВП (1980 г.) на второе (2000 г.). По мнению многих влиятельных экспертов, к 2010 г. Китай выйдет на первое место в мире ио объему ВВП, а к 2050 г. превысит уровень США в 3,54 раза. Более подробно об этом см.: 19962050 нянь. Чжунго цзинцзи шэхуэй фачжан чжаньлюэ цзосян цзинцзи сянь дайхуадэ гоусян (1996 2050 годы. Стратегия социальноэкономического развития Китая — на пути к модернизации). Пекин. 1997 (на кит. языке).

Не отличаясь от элиты первого и второго поколения количественно, третье поколение (в основном — дети и внуки первого и второго поколения) в качествен­ном смысле было совершенно им чуждо. Элита первого поколения (19171953 гг.) воспитывалась в непримиримо антибуржуазном духе эпохи «железного занаве­са», обладала сравнительно низкой социальной культурой, ненавидела Запад, чу­ралась роскоши (по крайней мере, демонстративно). Путеводной звездой для этой элиты являлась всемирная пролетарская революция. Именно она и определяла их общую стратегию поведения.

Пролетарская элита второго поколения (19531985 гг.) была более рафиниро­ванной, образованной; антизападные и антибуржуазные церемонии исполняла чисто ритуально. Дети элиты второго поколения эпохи «оттепели» и «соревнова­ния двух систем» получили возможность учиться в лучших университетах Евро­пы и Америки и, в отличие от других слоев советского общества, имели доступ к запрещенной «тлетворной» буржуазной культуре, не чурались роскоши, кулуар­но поругивая «совок». Образ жизни элиты второго поколения принципиально от­личался от первого, но, в силу действия социалистического табу, не афишировал­ся. Доход высших звеньев пролетарской элиты второго поколения, по подсчетам того же Восленского, превосходил средний уровень трудящихся примерно в де­сять раз, 2 однако не во многие сотни, как на Западе. И именно такое положение элиту начало угнетать.

Пролетарская элита третьего поколения являлась уже полной противополож­ностью, антитезой поколения первого. Произошла переоценка «пролетарских идеалов», и продолжать прежний образ жизни элите третьего поколения стало невыносимо. Оставалось либо бежать на Запад (а многие так и делали), либо пре­образовать советское общество. Третье поколение элиты еще могло смириться с тем, что по величине среднедушевого дохода советское общество в 24 раза усту­пало западному. Невыносимым для элиты был то, что разрыв между отечествен­ным и зарубежным элитарным уровнем жизни отличался в сотни раз. Каждый раз, выезжая за рубеж и общаясь с представителями западной элиты, советская номенклатура чувствовала себя некими юными пионерами по сравнению со свет­скими львами передовых держав.

Ситуация осложнялась тем, что отсутствовала экономическая теория, с помо­щью которой можно было бы разработать стратегию реформирования. Марксистекая политическая экономия не могла претендовать на эту роль. Парадокс заклю­чался в том, что стараниями самой советской элиты политэкономия давно утрати­ла черты живой науки, превратившись в своеобразный ритуал. Специалистов по политической экономии готовила лишь горстка центральных университетов. По­ступить на эти факультеты выходцы из простых слоев не имели никакой возмож­ности. 1

  • 1 См.: Восленский М. С. Номенклатура: господствующий класс Советского Союза. М., 1991. С. 153.
  • 2 Восленский М. С. Цит. соч. С. 276.

Во второй половине 1970х гг. советская экономика начала демонстрировать на­растающее отставание от западной. Во многом это было вызвано глубоко ошибоч­ной стратегией приоритетного развития низкоэластичных по доходу добывающих отраслей промышленности (особенно нефтяной и газовой). Страна на глазах забо­левала «голландской болезнью» в самой тяжелой форме. Тяжелыми путами явля­лись антирыночность, подавление деловой активности и эгалитаризм.

Советская элита третьего поколения постепенно утвердилась во мнении, что «больше так жить нельзя»: эмиграция в полном составе за рубеж была нереальна. Оставалось реформировать экономику либо «покитайски», эволюционно и осто­рожно, либо по рецептам «шоковой терапии» МВФ, радикальнолиберальными методами.

К 19871989му гг. советская элита сделала окончательный выбор в пользу «шоковой терапии». Причины этого заключались в следующем.

Вопервых, третье поколение элиты было воспитано «прозападно», и проведе­ние «шоковой терапии» под руководством Запада ее вполне устраивало.

Вовторых, пропагандисты рыночных реформ методом «шоковой терапии» обещали получение скорых результатов (буквально в течение 36 месяцев).

Втретьих, подкупала кажущаяся простота рыночной реформы шоковыми ме­тодами: стоило якобы лишь сломать систему планового управления, отпустить цены и предоставить экономику рыночному механизму, как «все образовалось бы само собой». Никто из элиты не захотел вспомнить, что непродуманные реформа­торские шараханья 19501970х гг. постоянно проваливались. Как тут не проци­тировать знаменитое высказывание одного из представителей советской элиты, В. С. Черномырдина: «Хотели как лучше, получилось как всегда».

Вчетвертых, тезис «Запад нам поможет» имел весьма конкретное значение, и в случае срыва либеральных реформ, озлобления населения страны элита вполне серьезно рассчитывала на благожелательную позицию и поддержку промышленноразвитых стран.

  • 1 Философия, политическая экономия, социология, история, юриспруденция, страно­ ведение и иностранные языки (кроме английского, немецкого, французского и испанско­го), дипломатия — эти и некоторое другие сферы гуманитарного образования являлись в советском обществе «закрытоэлитарными». Детям из простых семей получить образова­ние в центральных университетах страны по данным специальностям было практически невозможно. Для талантливой, но неэлитарной молодежи были открыты инженерные спе­ циальности, а также математика, физика, химия, биология и т. п. Все эти специальности «работали» на военнопромышленный комплекс, давали возможность получения относи­ тельно высоких доходов, по были чрезвычайно засекречены. Именно эта засекреченность позволяет в какойто мере понять причины «бунта Сахарова» против советской системы: быть «засекреченным академиком» для многих выдающихся и амбициозных лиц было просто невыносимо.

Впятых, эволюционный путь был менее желателен для элиты, так как в таком случае процесс «первоначального накопления капитала» растягивался бы на бо­лее длительный срок, в результате чего элите пришлось бы включиться в более жестокую и изнурительную борьбу с талантливыми выходцами неэлитарных сло­ев за сохранение общественного богатства и власти в своих руках. Механизм же стремительной «шоковой терапии» сводил к минимуму «временную фору» для конкурентов. 1

Но, естественно, что метод «шоковой терапии» также имел свои издержки. Чтобы заинтересовать Запад в осуществлении реформ в России, нужны были до­вольно существенные уступки (своеобразная плата). Прежде всего, следовало на деле ликвидировать жупел «советской угрозы». Для этого уже в конце 1980х гг. начался спешный демонтаж Варшавского договора, организации СЭВ, и, нако­нец, самого Советского Союза: «территориальная огромность» СССР уже сама по себе была нескромной и могла будить нежелательные подозрения Запада. Совет­ская элита должна была продемонстрировать Западу полное отсутствие полити­ческих и великодержавных амбиций, заявить конкретными поступками о своем выходе из борьбы за мировое влияние, согласиться на координацию экономиче­ской реформы мировым сообществом во главе с МВФ.

В целом, целей реформы 1992 г. элита достигла: решены две главные задачи, объявленные в начале реформ Е. Гайдаром, — создание класса богатых собствен­ников и рыночной экономики в рекордно сжатые сроки.

С начала либеральных рыночных реформ прошло уже более 10 лет. Что дали эти годы нашей стране и что она потеряла? Проиллюстрируем это при помощи обычного балансового метода: «издержкивыгоды» (табл. 15.2).

Как видно из табл. 15.2, список «издержек» (далеко, впрочем, не полный) значительно превышает список «выгод». Однако при более внимательном рас­смотрении «выгоды» не столь уж очевидны. Для сравнения обратимся к приме­ру Китая.

За годы реформ, начатых в конце 1978 г., Китай сумел достичь поистине пора­зительных успехов. Если в 1978 г. уровень жизни был примерно в 910 раз ниже советского, то уже после августовской катастрофы отечественной экономики в 1998 г. уровень жизни в Китае превысил российский. Впервые за много веков ки­тайский народ стал жить лучше народа российского. В конце 2001 г. Китай вошел в ВТО и стал полноправным членом мирового сообщества.

О преимуществах россиян в области политических свобод также можно поспо­рить, но это тема для особого и длительного разговора. Выгоды же пунктов с 4 по 7 также весьма сомнительны. Впрочем, пусть каждый оценит их самостоятельно.

Подводя итог, отметим, что ситуация, в которой оказалась современная Рос­сия, может быть определена как «глобальный провал рынка». И эта ситуация будет лишь обостряться, если общество не примет новый стратегический курс, главной чертой которого будет усиление роли государственного экономического регулирования. Иного пути просто не существует.

  • 1 Собственно говоря, экспроприация народной собственности советской элитой нача­лось до объявления «шокотерапевтического марафона» в январе 1992 г. Уже во второй половине 1980*х гг. партийная элита начала активно создавать различные фирмы под выс­ шую партийную и советскую номенклатуру. Представители военной элиты под видом вывода советских войск из Венгрии, Восточной Германии и т. п. наживались на санкцио­ нированном разграблении военной техники.

Таблица 15.2
Выгоды и издержки Российских рыночных реформ за 10 лет


Контрольные задания

Вопросы на повторение

  1. Когда внешние эффекты требуют государственного вмешательства и когда такое вмешательство не нужно?
  2. Можно ли считать рыночную экономику идеальной формой хозяйственной дея­тельности?
  3. Почему свободный доступ к благам, находящимся в общественной собственности, приводит к неэффективным исходам?
  4. Почему признание субъекта виновным за внешние факторы при незначительных издержках трансакций не приводит к эффективному результату?
  5. Уменьшаются ли трансакционпые издержки по мере развития общества?
  6. Имеет ли значение признание виновности при решении проблемы распределения?
  7. Поясните, что такое «чисто общественное благо». Какими свойствами оно должно обладать?
  8. Допускает ли теорема Коуза необходимость корректирующих налогов?
    Проблемы для обсуждения
  9. 9. Если бы вы были президентом России, какую программу развития экономики вы бы предложили для решения глобальных проблем «отказа рынка» в масштабах страны?
  10. Чем, на ваш взгляд, отличается экономическая стратегия стран Латинской Амери­ки и Восточной Азии?
  11. После обвала российской экономики в августе 1998 г. ряд политических деятелей страны (Б. Федоров, В. Черномырдин) призывали к развитию страны по аргентин­ской модели. Газетчики даже прозвали это «аргентинским танго». Что вы знаете об особенностях аргентинской реформы? Хотели бы вы, чтобы и Россия развивалась подобным образом?
  12. В конце 2001 г. один из лидеров СПС, Е. Гайдар, с удовлетворением отметил, что президент В. Путин в своей деятельности, по сути, реализует экономическую про­грамму СПС. Как, на ваш взгляд, СПС относится к проблеме «провалов рынка»?
СодержаниеДальше
 
© uchebnik-online.com