Перечень учебников

Учебники онлайн

Глава XIX. Способ распределения труда и капитала между отраслями хозяйства

Распределение богатства. Джон Бейтс Кларк



Содержание

Мы теперь подготовлены к изложению закона, посредством которого весь общественный капитал в каждом пункте своего роста распределяется в известных естественных количествах между различными группами и подгруппами. То понимание общественного капитала, которого мы придерживаемся на протяжении всего нашего исследования, требует именно подобного распределения; дело в том, что капитал не действует в качестве вполне обобществленного фактора, если общество так или иначе не контролирует его целиком и не располагает им так, чтобы обеспечить наилучшие результаты. Для этого требуется, чтобы некая экономическая сила поместила в каждую подгруппу системы определенную и нормальную долю всего капитала, которым обладает общество подобно тому, как физическая сила уравнивает поверхность пруда, помещая в каждую часть его определенную долю всей содержащейся в нем воды.

Ясно, что существует какое-то нормальное распределение. В статическом обществе должно быть данное число единиц капитала в А, определенное число в А', определенное число в В и т. д. во всей системе. Что же делает эти числа нормальными? Мы сказали, что - как общее правило - это распределение является нормальным, когда и труд, и капитал отличаются равномерной производительностью во всех пунктах в пределах системы, иначе говоря, когда одна единица труда производит в одной подгруппе столько же, сколько и в другой, а единица капитала повсюду обладает одной и той же производительностью. Рабочая сила передвигается туда и сюда в поисках пунктов, где она может, работая, получить максимум дохода. То, что может получить капитал в различных точках системы, не влияет на рабочую силу, так как все, чего добиваются работники, - это заработная плата. Капитал аналогичным образом передвигается взад и вперед по системе групп, отыскивая точки, где он может получить наибольший процент. В отношении мотивов каждый из этих агентов является независимым от другого.

Однако ни один из этих агентов не может передвигаться, не оказывая влияния на производительность другого. Если часть рабочей силы уходит из подгруппы А', то капитал, остающийся здесь, утратит часть своей производительности - станет производить меньше благ на единицу, чем прежде. Мы пока не касаемся ценностей, хотя они образуют второй момент, который необходимо будет вскоре подвергнуть рассмотрению. Первый вопрос гласит: какою производительностью обладает, с одной стороны, единица труда и, с другой, - единица капитала? Если труд уходит из одной группы, то способность капитала производить товары в этой группе уменьшается; и постольку здесь возникает агент, имеющий тенденцию заставить капитал также прийти в движение. В сущности ни один из этих агентов производства не может передвинуться из группы в группу, не оказывая влияния, имеющего тенденцию заставить другого агента переменить места. Действия этих влияний и действительной жизни носят чрезвычайно сложный характер ввиду того, что взаимоотношения различных отраслей хозяйства весьма сложны и детализированы. Однако принцип, управляющий этими передвижениями, по природе своей прост.

Нетрудно понять, какая доля всего общественного капитала является нормальной для группы А, В или С. В том случае, когда в одном из этих пунктов оказывается ненормальное количество капитала, выявляется влияние, которое нетрудно обнаружить и которое начинает действовать в направлении передвижения капитала туда или сюда в зависимости от данной обстановки.

Капитал передвигается из группы в группу с помощью того же механизма, который вызывает его качественное преобразование. Оба вида изменений требуют вмешательства группы Н. Если в группе А имеется орудие производства, которое не подлежит замене, и если оно заработало свой амортизационный фонд путем создания достаточного количества А'" для оплаты своей замены, то в таком случае это А'" идет на оплату другого орудия производства, которое может быть использовано, скажем в группе В. Люди в группе Н производят, например, станок для производства одежды вместо станка для производства пищи. Предприниматель в группе А тем самым утрачивает некоторое количество капитала, а предприниматель в группе В получает его. Механизм, с помощью которого осуществляется этот перенос, мы только что выяснили, так как амортизационный фонд, создаваемый одним орудием производства, был использован на оплату производства орудия другого вида. Бывают, конечно, случаи, когда станки могут быть физически изъяты из одной отрасли и перенесены в другую, во лишь в редких случаях это возможно без некоторого ущерба для капитала. Обычный метод передвижения капитала без ущерба для него описан нами выше. Одновременно с этим передвижением основного капитала, конечно, происходят местные изменения в размерах используемого сырья, которые равносильны передвижению оборотного капитала.

Необходимо отметить, что труд передвигается таким же способом. Люди могут быть взяты из одной отрасли производства и направлены в другую с еще большей легкостью нежели материальные орудия, так как люди более приспособляемы; однако лишь в немногих случаях работник может изменить свою профессию без малейшего ущерба для его производительности. Если он научился работать по одной специальности, то требуется некоторое время, прежде чем он сможет работать по другой специальности с таким же совершенством. Старые работники высокой квалификации, как правило, никогда не могут в новой профессии развить искусство, которым они обладали прежде. Обычный способ передвижения труда без какого-либо ущерба для него заключается в обучении сына работника иному ремеслу, чем то, которым занимается его отец. Перманентная масса рабочей силы поддерживается в своем состоянии совершенно аналогичным образом, как и общественный капитал. Помимо того, чтобы зарабатывать себе на жизнь, люди вынуждены заботиться подготовкой себе заместителей, которые займут их места в производственном процессе. Передвижение труда из одной группы в другую означает, таким образом, что заместители некоторых работников выполняют новый вид работы. Труд - как перманентная сила - обладает, если можно так выразиться, совершенной подвижностью, и тем не менее эти перенесения, если они не сокращают размеров рабочей силы, должны производиться так, чтобы люди фактически не меняли своих мест.

Будучи, таким образом, вполне уверены, что передвижение как труда, так и капитала, без риска частичной растраты того или другого, вполне возможно, мы можем вообразить общество, которое удовлетворяет условиям статического состояния. Составные элементы его отличаются полной текучестью, но они не движутся. Обстановка напоминает пруд, где падение камня в воду, в конечном счете, приведет в движение каждую частицу ее, и, тем не менее, ни одна частица не шевелится. Статическая групповая система именно такова, что в ней легкий сдвиг вызовет множество переходов труда и капитала из одной группы в другую, и, тем не менее, ни одного перемещения не происходит. Иными словами, в, каждой группе и подгруппе рядов наблюдается совершенно нормальное количество труда и капитала. Каким образом так получилось? Поверхность пруда приводится к одному уровню благодаря равенству давления; и статическое урегулирование труда и капитала в системе групп создается уравненными побуждениями.

В одной из предыдущих глав мы описали закон, контролирующий распределение труда и капитала между всеми группами, и назвали его всеобщим законом экономического изменения. Он функционирует в области потребления и, воздействуя на определенное число лиц, он приводит к тому, что по мере увеличения размеров потребительского богатства уменьшается его специфическая полезность. Этот закон, таким образом, регулирует ценности; все цены на товары уменьшаются по мере роста их количества. Этот закон действует также и в области производства, вызывая уменьшение производительности на единицу одного агента производства при его росте, в то время как размеры другого агента производства остаются неизменными. Например, труд при неизменности размеров капитала, дает на единицу рабочей силы все меньшее количество продукции по мере возрастания числа единиц труда. Закон действует в обоих этих направлениях в целях распределения труда и капитала в естественных количествах по всей системе производства. Общий закон, который, с одной стороны, определяет ценности, а, с другой, - способность производства блага, обладает, таким образом, двояким действием; в результате всего этого единица труда в условиях полной конкуренции имеет тенденцию обладать такою же способностью производить ценность в одной части системы, как и в другой. Ту же тенденцию обнаруживает и единица капитала.

Распределим труд и капитал произвольно по системе групп. В одних местах мы будем иметь больше обоих агентов производства, чем то требуется статическим регулированием, а в других местах - меньше. В некоторых подгруппах мы будем иметь одного агента больше, а другого меньше, чем при нормальном регулировании. Если соотношение труда и капитала в группе является нормальным, и если в подгруппе оказывается избыток обоих упомянутых агентов, то в результате цена на продукт этой отрасли понизится. Соответствующие продукты труда и капитала, измеряемые в натуре, будут иметь нормальные размеры. В пределах группы каждый агент создает надлежащее количество благ.

С другой стороны, там, где имеется слишком много одного агента и слишком мало другого, единица агента, имеющегося в избытке, создаст меньше благ, а единица агента, имеющегося в недостатке, создаст больше благ, чем в нормальном случае. В этих условиях возможно, что цена на товары останется нормальной, ввиду того, что какова бы ни была их сравнительная производительность, оба эти агента вместе могут произвести нормальное количество благ. При распределение труда и капитала по различным назначениям мы редко можем обеспечить группе в целом как раз те размеры производительности, которые требуются статическим законом; и еще меньше можно надеяться на то, чтобы обеспечить труду и капиталу, поступающим в каждую подгруппу, надлежащие размеры специфической способности производить продукты данного вида. Почти каждая подгруппа будет, таким образом, производить либо слишком много, либо слишком мало своего продукта; и цена на ее продукт будет либо слишком низка, либо слишком высока. Почти в каждой группе будет либо слишком много рабочей силы по сравнению с размерами капитала, либо слишком мало. Специфическая производительность одного из этих агентов будет больше, а другого - меньше, чем то требуется статическим законом. При таких обстоятельствах начнутся движения в нескольких направлениях совершенно так же, как в пруду, если бы воду налили в различных частях его так же произвольно. Тем не менее принцип, управляющий возникающими при этом потоками воды, отличается простотой, хотя сами потоки, возможно, окажутся слишком сложными, чтобы их можно было проследить; то же самое можно сказать о движениях труда и капитала.

Труд и капитал передвигаются под действием особых импульсов, поскольку каждый агент ищет осуществления своих собственных интересов, а не интересов другого агента. Мотивы их передвижений независимы друг от друга; но их движения зависят друг от друга ввиду того, что ни один из них не может передвинуться, не изменяя производительности другого. В результате всего этого каждый из них направляется туда, где он может дать максимальную производительность. Всякий раз, когда тот или иной фактор помещен в такое положение, что всякое передвижение уменьшило бы его производительность, он испытывает побуждение остаться на своем месте. Подобный фактор, однако, может в данную минуту обладать ненормально большой производительностью, и в таком случае он вынужден будет утратить этот излишек производительности ввиду передвижения других факторов. Мы увидим, как это происходит.

Ограничим, прежде всего, наше внимание передвижениями, происходящими между общими группами, доходы которых имеют своим несомненным источником продажу законченных продуктов. Если, скажем, цена А'" стоит на высоком уровне, то положение всей производящей ее группы улучшается, а при падении цены положение всей группы в целом ухудшается. Эти сдвиги отражаются на продукции и доходе группы в целом. Но бывают изменения иного рода, которые отражаются на продукции и оплате труда в пределах данной группы, а таким, как мы видели, является уменьшение количества труда или рост количества капитала, употребляемого в связи с последним. В общем, доходы одного агента производства зависят, во-первых, от отношения группы, в которой он работает, к другим группам, и, во-вторых, от отношения этого агента к другим агентам в рамках его собственной группы. Агент, обладающий наибольшей производительностью вообще, находится в группе, общая продукция которой неестественно мала; и далее - этот агент находится в этой группе в ненормально ничтожном количестве. Труд обладал бы максимальной производительностью, если бы он применялся для производства предмета, спрос на который превышал бы предложение, так что ценность предмета была бы высока, и если бы он имел место на фабриках, обладающих чрезмерным изобилием капитала, так что часть продукта, вменяемая единице труда, была бы велика. Отдельный работник мог бы сделать в течение года много пар обуви, благодаря избытку орудий, находящихся в его распоряжении; тем не менее цена на обувь могла бы быть высокой ввиду недостатка общего предложения. Здесь, таким образом, налицо условия неестественно высокой производительности для этого вида труда.

Разумеется, труд ринется в этот пункт из групп, где налицо противоположные условия. Этот приток труда будет иметь два результата: прежде всего, он снизит специфическую производительность труда, ибо, как только число работников на фабриках увеличится, предполагая, что капитал формы свои приспособит к потребностям увеличенного числа работников, отдельный работник сможет давать продукции меньше, чем в то время, когда работников было меньше. Более того, приток труда означал бы рост общей массы этих продуктов для продажи, в связи с чем цена их упадет. Количество продуктов, приходящееся на единицу труда, уже снизилось, а теперь снизится на них цена. Специфический продукт труда в ценностном выражении, таким образом, уменьшится в двух направлениях. Каждый человек будет производить меньше товаров по сравнению с прежним, а каждая единица товаров будет продаваться дешевле.

Каково же влияние подобного прилива труда на производительность капитала в этой группе? С одной стороны, он уменьшает ее, тогда как, с другой, он ее увеличивает; в конечном счете она может остаться без значительных изменений. Чем больше труда в группе, тем больше специфическая производительность капитала. В этом отношении капитал при приливе труда неизменно выигрывает. С другой стороны, этот прилив означает расширение общей продукции этой отрасли производства и снижение цены на ее продукт. В этом отношении капитал теряет. В то время как количество продуктов, происхождение которых связано с единицей капитала, увеличивается, продукты эти продаются дешевле прежнего: капитал теряет на падении цены своего продукта, хотя он выигрывает в количестве своего специфического продукта, измеряемого в натуре.

Возможно, что после прилива труда капитал данной подгруппы слегка увеличивает или слегка уменьшает свою производительность по сравнению с другими отраслями. Отклонение от нормальной производительности будет, однако, по всей вероятности, гораздо меньше, чем это имело место в отношении труда. Согласно первоначальной гипотезе, предполагалось, что капитал в этой группе имеется в изобилии, а цена продукта высока в связи с общими незначительными размерами производства. При этих первоначальных условиях единица капитала производила бы мало продуктов, но ввиду высокой цены товара возможно, что способность единицы капитала производить ценность не слишком бы отклонялась от нормальной. При приливе нового труда в группу способность капитала создавать ценность может не подвергнуться крупным изменениям, так как благодаря одному влиянию она уменьшится и благодаря другому - увеличится. Увеличение производительности может, поэтому, дать возможность единице капитала в конечном счете создавать столько же ценности, как и первоначально.

Способность труда создавать ценность была бы, таким образом, уменьшена благодаря влиянию двух факторов, действующих совместно ввиду того, что единица труда создавала бы меньше продуктов, в то время как цена на них уменьшилась бы. Специфическая способность капитала создавать ценность, напротив, была бы уменьшена одним путем и повышена - другим. Если бы способность капитала производить ценность после перемещения труда оказалась либо большей, либо меньшей, чем где-либо в другом месте, а мы уже сказали, что и то и другое возможно, то началось бы небольшое движение капитала в эту группу или из нее. Это движение быстро привело бы производительность, капитала к нормальному уровню. Если бы произошел прилив капитала в эту подгруппу, то это движение уменьшило бы производительность капитала описанными выше двумя путями - путем уменьшения его способности производить блага и путем снижения цены на продукты. Это изменение, однако, оказало бы чрезвычайно ничтожное влияние на труд, ибо, слегка увеличив общую продукцию и снизив цены, оно увеличило бы количество продуктов, происхождение которых может быть приписано именно труду.

Ясно, что движения этого рода обладают способностью исправлять диспропорции в количествах труда и капитала, находящихся в группах. Мы избрали для исследования такую отрасль, в которой производительная сила труда находилась в высшей точке, где труд производил много товаров, и на товары стояла высокая цена. Подобная группа обладает для труда максимальной притягательной силой. Группой, от которой труд будет с наибольшей интенсивностью отталкиваться, была бы такая группа, в которой эти условия носят совершенно обратный характер, а именно: в ней сравнительно с капиталом много труда, производится большое количество товаров, а цена на них низка. Здесь один человек производил бы мало товаров, а последние были бы дешевы; таким образом, люди испытывали бы сильнейший стимул к уходу из этой группы.

Описывая способ, с помощью которого потревоженный пруд снова принимает ровную поверхность, мы не исказим истины, предположив, что части воды, составляющие самую высокую волну, падая, заполняют самую большую глубину. Точно так же в отношении потревоженных подгрупп мы можем предположить, что труд ринулся из точки, где она обладает наименьшей производительностью, в точку наибольшей его производительности. Если некоторая часть этого вида труда по причинам местного характера останавливается на своем пути, то это неизбежно приведет к тому, что равное количество труда из другого места передвинется в ту точку, где ощущался значительный его недостаток; результат совершенно такой, какой имел бы место, если бы именно люди из той группы, в которой труд обладает наименьшей производительной силой; направились прямо в группу с максимальной производительностью.

В группе, из которой труд уходит, результат этого передвижения, конечно, прямо противоположен тому, что мы обнаруживаем в группе, в которую он направляется. Мы говорили, что первоначально та группа, где труд был в избытке, создавала значительную массу продуктов и получала за них низкие цены. Однако производительность отдельной единицы труда была низка ввиду того, что она производила мало продуктов, и продавались они плохо. Всякий раз, когда из этой группы уходит единица труда, остающийся в ней труд становится производительнее, а продажа продуктов, улучшается. Таким образом, труд вдвойне выигрывает в своей специфической способности производить ценность. Капитал этой группы уменьшает свою способность производить блага, но последние выигрывают в ценности; и хотя эти факторы не могут в точности количественно компенсировать друг друга, и кое-какое незначительное передвижение капитала в эту подгруппу или из нее может все же иметь место, размеры этого передвижения незначительны по сравнению с передвижением труда. Изменения, происходящие в этой подгруппе, короче говоря, прямо противоположны изменениям в группе, описанной нами вначале.

Таким образом, специфическая производительность труда и капитала в группе определяется двумя факторами. Одни из них - это цена продукта, которая зависит от общего его количества, другой - это доля продукта, которая может быть отнесена к единице труда или единице капитала, а эта доля зависит от соответствующих количеств труда и капитала в группе. Там, где в избытке один агент - именно труд, оба эти фактора действуют в сторону сокращения ее размеров; тогда как в случае избытка другого агента - капитала - оба упомянутые фактора действуют в противоположных направлениях.

Три возможных условия определяют сравнительную непродуктивность агента в группе, в которую он помещен: 1) он может обладать низкой производительностью, в то время как продукты обладают нормальной ценностью; 2) он может обладать нормальной производительностью, в то время как продукты неестественно дешевы, или 3) он может обладать низкой производительностью, причем продукты обладают низкой ценностью. В первом случае корректив вносится изменением относительных размерив труда и капитала в группе при неизменной валовой продукции товара. Если плохо оплачиваемым агентом оказывается труд, то некоторая часть его может уйти из этой группы, а некоторое количество капитала войдет в нее. Во втором случае корректив вносится изменением абсолютного количества производимых товаров при неизменности относительных размеров труда и капитала. Как труд, так и капитал могут частично уйти из группы, и цена продукта может повыситься. В третьем случае, корректив вносится изменением относительных размеров труда и капитала, а также общей продукции товаров. Если плохо оплачивается агент - труд, то часть его может перейти из этой отрасли в другие, причем, однако, капитал отнюдь не переходит в нее. Общая продукция данной отрасли в таком случае уменьшится, цена продукта повысится и соответствующая доля единицы труда по сравнению с долей единицы капитала вырастет:

Исключительная производительность того или иного агента определяется тремя противоположными условиями: 1) он может обладать большой производительностью при нормальной ценности товаров; 2) он может обладать нормальной производительностью при нормальной дороговизне продуктов или 3) он может обладать исключительно большой производительностью в то время, как продукты необычайно дороги. Эти условия получают корректив в виде движений, противоположных только что описанным. В том случае, когда цена продуктов нормальна, при чрезвычайной производительности одного агента другой агент неизбежно должен быть чрезвычайно непроизводительным. Один агент станет, поэтому, передвигаться в эту группу, а другой одновременно передвигаться из нее. Один агент имеет тенденцию повысить цену продуктов, а другой - понизить ее. Эти факторы со временем нейтрализуют друг друга, и единственное реальное изменение происходит в специфической способности каждого из этих агентов производить блага. В этом и заключается урегулирование, требуемое данными условиями, и оно заканчивается тем, что делает производительность обоих агентов нормальной. Там, где необходимо изменить ценность продуктов, не изменяя сравнительной производительности труда и капитала, урегулирование осуществляется приливом или отливом труда и капитала, двигающихся совместно. Там, где необходимо изменить как ценность, так и относительную производительность, для того чтобы привести к нормальному уровню способность труда и капитала производить ценности, урегулирование осуществляется путем процесса, описанного нами в начале. Один агент передвигается в группу или из нее под влиянием двух сил, действующих совместно, тогда как другой агент проделывает то же самое под влиянием двух сил, противодействующих друг другу. Если обе эта силы действуют совместно в отношении труда, то их сумма выражает размеры силы, заставляющей труд передвигаться в группу или из нее. Если же обе они действуют друг против друга в отношении капитала, то разница между ними определяет результирующую силу, воздействующую на этот элемент.

Если бы мы действительно произвольно распределили труд и капитал между различными отраслями, то мало оказалось бы таких отраслей, куда труд и капитал прилили бы в приблизительно одинаковых количествах. Очень немного оказалось бы отраслей, отлив из которых труда и капитала носил бы однообразный характер; немного оказалось бы и таких отраслей, куда лишь один агент направлялся бы, и таких, из которых лишь один агент уходил бы. Значительное большинство отраслей потребовало бы некоторого сочетания этих способов урегулирования, потребовало бы, чтобы один агент поступил в них или ушел бы из них в больших количествах, тогда, как другой, -в небольших. Каждое происшедшее, таким образом, передвижение было бы вызвано действием описанного нами выше универсального закона изменения. Чем больше размеры одного агента, кооперирующего с другим, тем меньше производительная способность его единицы; и чем выше производимое количество продуктов, тем меньше их ценность. Агенты, обладающие совершенной подвижностью, под воздействием этих влияний быстро достигли бы одинаковой производительности во всех отраслях.

Мы говорили о передвижениях труда и капитала так, как если бы они носили спонтанный характер, и труд, например, по собственному побуждению уходил из того пункта, где его производительность незначительна, туда, где эта последняя выше. Но в действительности эти передвижения производятся предпринимателями, и заставляет их это делать конкуренция. Наше теоретическое предположение делает конкуренцию между предпринимателями активной и неизбежной, и неотвратимы, поэтому, переходы рабочей силы и капитала, являющиеся результатом этой конкуренции. В каждой группе, где производительная сила труда незначительна, может уплачиваться лишь низкая заработная плата; и труд можно переманить из этой группы, предложив незначительную надбавку по сравнению с получаемой им ставкой. В нашем идеальном гипотетическом случае не приходится преодолевать каких-либо трений: надбавка в пять центов в день переведет рабочую силу из одной профессии в другую, и одна десятая процента вызовет передвижение капитала.

В отрасли, где производительная сила труда велика, фактическая заработная плата, получаемая людьми, зависит, однако, от производительной силы труда не в этой группе, но в обществе в целом. Существует общая ставка заработной платы, и предприниматели этой группы могут иметь работников, оплатив расходы по переманиванию их из других групп, где их производительная сила ниже. Поступая так, они могут получить прибыль. На некоторое время они могут сохранить разницу между оплатой труда на общем рынке и его доходностью в отрасли, в которую они его переносят. Эта разница, однако, носит преходящий характер; ибо в связи с действием конкуренции она ускользает сквозь пальцы предпринимателя. Стремление различных предпринимателей получить долю этой прибыли заставляет их стремиться предупредить своих конкурентов путем расширения размеров своей рабочей силы; и это расширение происходит до тех пор, пока местный продукт труда не станет равным его оплате, и из этого источника уже нельзя будет получить добавочной прибыли.

Передвижение капитала происходит таким же образом, благодаря деятельности предпринимателей. Все это производится конкуренцией; прибыль является универсальной приманкой, приводящей в движение механизм конкуренции; и в конечном счете все приходит в состояние, не дающее прибыли. В процессе этих передвижений каждая частица предпринимательской прибыли превращается в нуль. Статическое состояние не дает стимула для дальнейшего движения; это означает, что оно не дает прибыли, ибо поводом для подобных передвижений всегда служат прибыли [Ясно, что одна группа не может сохранить свое привилегированное положение в системе, если предприниматели, не получающие подобной чистой прибыли, могут свободно вступать в эту группу. Но не могут ли все предприниматели получать ту же норму чистой прибыли и получать ее одновременно? Разве невозможно положение, когда все получают одинаковую прибыль? Разумеется, нет ибо это означало бы приглашение ко всем собственникам капитала стать предпринимателями и-как таковым - конкурировать друг с другом из-за труда и капитала до тех пор, пока прибыль повсюду не исчезнет, перейдя к работникам и владельцам капитала в форме надбавок к заработной плате и проценту. Оплата каждого из этих агентов, таким образом, при вполне свободной конкуренции должна стоять на уровне производительности.]. Таким образом, когда мы говорим, что производительность труда в одной отрасли высока и что в нее приливают другие работники, то мы подразумеваем под этим, что предприниматели в этой подгруппе пользуются преимуществом высокой производительности. Они получают прибыль; и конкуренция других предпринимателей толкает рабочую силу в эту подгруппу до тех пор, пока рабочая сила не станет производить здесь не больше того, что она получает, иначе говоря, пока прибыль не будет уничтожена.

Любое несбалансированное состояние системы групп дает кому-либо прибыль. Чрезмерное количество труда здесь и слишком незначительное там или наличие какого-либо другого из ненормальных условий, описанных нами выше, означает, что где-либо труд производит больше, чем он получает в данный момент. Его оплата определяется его общей или специальной производительностью, но то тут, то там его производительность выше этой общей нормы. Получаемая здесь прибыль служит приманкой для передвижения труда, которое приближает местную производительность труда к общей норме [Может показаться, что возникает трудность в связи с тем, что отдельный предприниматель, изменяя количество труда или капитала в своем предприятии, лишь слабо затрагивается тем незначительным изменением ценности продукта, которое может возникнуть в связи с его действиями. Одновременный рост капитала всей подгруппы понизил бы ценность его продукта, но прирост капитала одного предпринимателя не мог бы вызвать этого эффекта в ощутимой степени. Может случиться, что весь капитал подгруппы будет иметь нормальные размеры и ряд предпринимателей будет обладать им в слишком небольшом размере, а другие, наоборот, - в чрезмерном количестве. Предприниматель, у которого слишком мало капитала по сравнению с применяемым трудом, не побоится сохранить всех своих работников и занять больше капитала из-за того, что тем самым он удешевит свой продукт, а предпринимателя, у которого слишком много капитала и слишком мало труда, не отпугнет такое же соображение от сохранения всего своего капитала и найма дополнительных работников. Если бы это происходило часто, то вся подгруппа страдала бы от пониженных цен и сократила бы свою рабочую силу и капитал по всей линии. Ясно, однако, что это не произойдет, ввиду того, что при нормальных ценах предприниматель, обладающий относительным избытком труда, обнаружил бы, что применяемый им предельный труд не стоит оплаты, и уволил бы часть своей рабочей силы; и предприниматель, обладающий избытком капитала, по аналогичной причине отказался бы от части капитала. Работники, уволенные первым предпринимателем, теоретически должны были бы пойти ко второму предпринимателю, а капитал, освобожденный вторым предпринимателем, пошел бы к первому. Подобные сдвиги в пределах подгруппы происходят с большей легкостью и уверенностью, чем сдвиги между различными группами и подгруппами. В действительности, каждая подгруппа на опыте получает представление о нормальном соотношении труда и капитала, которое в ее специфической отрасли дает наилучшие результаты. Это соотношение, поэтому, имеет тенденцию оставаться более или менее постоянным. Расширение и сокращение продукции производится уже после этого путем совместного увеличения или сокращения труда и капитала, причем мотивом этого увеличения или сокращения служит состояние пень В том случае, когда продукт данной подгруппы дорог, ее средства для производства и действующая рабочая сила расширяются совместно ].

Урегулированием, которое определяет, сколько единиц капитала может быть применено в одной общей группе в связи с данным числом единиц труда, дело не исчерпывается, так как каждая подгруппа должна еще получить свою нормальную долю труда и капитала общей группы, к которой она принадлежит. Это вторичное урегулирование производится той же игрой сил, что и более общее распределение между группами в целом. В каждом законченном продукте существует определенный элемент, который образует специфический продукт каждой из подгрупп, участвовавших в его производстве. Продукт подгруппы А', конечно, растворен и погашен в законченном продукте А'"; но он является определенным элементом в этом законченном продукте. Он есть разница между А и А'. Само А является продуктом низшей подгруппы этого ряда; и продукт второй подгруппы является полезностью, которую она сообщает предмету А, превращая его в А'. Также и специфический продукт подгруппы А" представляет не весь продукт А" в целом, но отдельную полезность, которая будучи сообщена А', превращает его в А". При подобном понимании характера специфических продуктов различных подгрупп мы можем применить к ним все те соображения, которые были нами изложены в отношении более общих групп. Термин подгруппа может в сущности заменить термин группа во всем предшествовавшем рассуждении [Передвижение рабочий силы и капитала в данную подгруппу или из нее необязательно происходит в другую или из другой подгруппы того же ряда. Ничто не препятствует рабочей силе и капиталу передвинуться из А' в В" или в С'"; и в этом случае они находятся под двойным влиянием способности ценообразования и производства благ, описанных выше.].

В передвижениях, происходящих в пределах одной общей группы, некоторый стабилизирующий эффект обеспечивается необходимостью поддерживать однообразный поток пассивных капитальных благ, созревающих в законченные продукты. Поддержание пропорций между количествами сырого материала на различных ступенях производственного процесса всегда необходимо. Необходимо поддерживать определенные соотношения между количествами продукта А и продукта А' и, в свою очередь, между последними и А". Вместо каждого А"', покидающего производственный рад в течение дня, одно A" должно превратиться в течение дня в А"'; в свою очередь одно А' должно превратиться в А", одно А должно превратиться в А', и, наконец, надо создать одно новое А. Это не значит, что в производственном ряду должно быть непременно столько же А, сколько и А', и столько же А", сколько А"', и т. д. Напротив, если только для приготовления А не требуется того же количества часов, что и для превращения A в A', количество единиц этих различных пассивных продуктов, постоянно находящихся в производственном ряду, будет неодинаково. Если для производства А требуется 10 дней, а для превращения А в А' - 20 дней, то в таком случае однообразие темпа общего потока требует, чтобы А' всегда было в два раза больше, чём А. Пусть у нас будет десять А, причем ежедневно добавляется одно новое; и пусть А, созревающее в течение 10 дней, перейдет, в группу А'. Здесь для его дальнейшего созревания до того, как оно сможет перейти в группу А", требуется 20 дней. Если мы всегда имеем в запасе 20 А', то одно из них ежедневно может в форме А' переходить в следующую группу; но если их имеется всего 10, то ежедневный переход одного из них в другую группу происходит в незаконченном виде.

Если, например, деревья в лесу требуют для своего созревания для рубки 20 лет, и если ежегодно сажается один ряд, а другой срубается, то в лесу должно быть 20 рядов. Такое же количество леса могло бы быть получено в лесу, состоящем из 10 рядов, если бы деревья созревали в десятилетний срок; это возможно было бы даже при наличии одного ряда, если бы на созревание требовался всего лишь один год. Возьмем другой пример. Вдоль течения реки, обладающей вполне равномерным течением, ежеминутно через данную точку проходит одно и то же количество воды; пусть там, где движение воды стремительно, русло узко и мелко; тогда там, где течение замедляется, русло, для того, чтобы поток воды не изменялся, должно быть широким и глубоким.

Ясно, стало быть, что, если для превращения А в А' требуется 10 недель, а для превращения А' в А" - 20 недель, то для того, чтобы производство готовых изделий не прерывалось, в группе А" должно подвергаться обработке в два раза больше единиц, чем в группе А'.

Самое существование оборотного капитала или такого капитала, который имеет форму пассивных капитальных благ, является в строжайшем смысле слова результатом всего лишь того времени, которое требуется на преобразование материи. Если бы мы могли вообразить, что эти преобразования происходят мгновенно, то этого капитала вообще не было бы. Если бы в тот момент, когда работник прикасается к необработанному природному элементу, последний проходил через все стадии своего созревания и появлялся в готовом виде, то иметь под рукой пассивные капитальные блага было бы невозможно. Если бы это созревание, не будучи мгновенным, было бы весьма стремительным, то таких благ было бы очень мало, но при медленном вызревании их имеется много.

Итак, экономное пользование капиталом требует тщательного регулирования пропорциональных количеств пассивных капитальных благ в различных группах каждого ряда; и это регулирование в первую очередь определяется сравнительной быстротой, с которой происходит процесс созревания продуктов в различных подгруппах. Если соотношение правильно, то весь труд и капитал в каждой группе в целом точно заполняет расход ткани оборотного капитала, происходящий в тот момент, когда законченный продукт, скажем, какое либо А'" - выходит из рук организованного общества и направляется в руки того или иного индивидуума для потребления. В таком случае не приходится тратить труда на образование запаса чего бы то ни было, так как А" произведено как раз в таком количестве, которое необходимо для запаса А'", взятых для потребления.

Изложенное до сих пор касается только различных количеств оборотного капитала в разных подгруппах одной общей группы; но, кроме того, в каждой точке должно быть столь же тщательное приспособление основного капитала к оборотному. Нерационально стругать два куска дерева одновременно одним ножом, и столь же нелепо пользоваться одновременно двумя ножами для обработки одного куска. Увеличьте количество оборотного капитала при данном количестве основного капитала, и вы будете получать все меньше и меньше продукта на единицу. При обилии орудий производства и отсутствии материала для обработки, мы не получим никакого продукта. При незначительном количестве материала и обилии орудий производства, материал будет обработан очень быстро, но общая годовая продукция будет незначительна. Каждая часть этого небольшого запаса сырья имеет в подобных условиях большое значение. Уменьшите запас на одну десятую и вы отнимете много от ежедневного продукта данной отрасли в целом; увеличьте запас на одну десятую и вы значительно увеличите общую продукцию. Специфическая производительность небольшого оборотного капитала, используемого, таким образом, в связи с большим основным капиталом, весьма велика. Возможно, очевидно, что фабрика имеет в своем распоряжении слишком мало сырья для полной загрузки своего оборудования; в таком случае машины производят слишком мало, тогда как сырье производит сравнительно слишком много.

Продукция оборотного капитала на единицу по мере роста его размеров растет уменьшающимися темпами. Прежде всего, создается положение, как если бы одно бревно выжидало разделки его топорами дюжины работников, которые работают с большими затруднениями, ввиду отсутствия возможности полностью использовать свои инструменты. Второе бревно, над которым работает шесть работников, даст весьма значительный прирост продукции. Хотя шесть человек не могут расколоть одно бревно совершенно так же быстро, как это могут сделать 12 человек, однако, они это могут сделать почти столь же быстро; таким образом, поступление второй единицы сырья, второго бревна, может почти удвоить продукцию всей отрасли. Этот прирост продукции является огромным - несколько тысяч процентов в год - по сравнению с размерами капитала, воплощенного в одном бревне.

В этих условиях всякий прирост общего капитала, если хотят добиться наилучшего эффекта, должен принимать форму увеличения количества используемых пассивных капитальных благ. Удвоив их количество во второй раз, мы значительно увеличим общую продукцию, хотя, естественно, вряд ли она увеличится в том же размере, как при первом удвоении. Действующие орудия производства получают теперь больше возможностей их использования; но, продолжая увеличивать количество сырья, мы, несомненно, придем к такому моменту, когда дальнейшее увеличение скажется в увеличении продукции в меньшей степени, чем некоторое расширение и улучшение действующих орудий производства. Это означает, что специфическая производительность капитала, воплощенного в пассивных благах, с одной стороны, и капитала, воплощенного в активных благах, с другой, уравняется. Единица оборотного капитала в таком случае будет для предпринимателя обладать такой же ценностью, как и единица основного капитала. В левой руке должно быть не больше сырья, чем может быть с выгодой обработано инструментом, находящимся в правой руке, и в правой руке должно быть не больше инструментов, чем может быть с выгодой использовано для обработки сырья в левой руке, - таковы принципы планирования. Устанавливая размеры обоих видов капитала, организованный работник - общество - следует принципам здравого смысла так же, как и отдельный человек, но в том случае, когда мы имеем дело с обществом, это предполагает тщательное и подробное. согласование всех мельчайших деталей производства каждого предмета. Руда и горное оборудование, шерсть и перерабатывающие ее фабрики, бревна и пилы для их распиловки - все должно быть количественно пропорционально, и это лишь немногие простейшие случаи координации, которая распространяется на все отрасли, и на более подробных и тонких деталях которой мы не можем останавливаться. В различных подгруппах каждого производственного ряда оборотный капитал, в форме сырья в различных стадиях обработки, должен обладать определенными тщательно отмеренными пропорциями, и основной капитал также должен сохранять определенные отношения к оборотному капиталу. Наполняя мастерские в А' орудиями производства и оголяя от них мастерские в А" мы явно действовали бы нерационально. Но в пределах групп эти процессы распределения легко осуществимы.

Одним из активных благ является земля, которую необходимо количественно приспосабливать к другим благам того же общего класса. Ни в одной отрасли не должно быть столько земли, чтобы ее нельзя было рационально использовать совместно со зданиями, инструментами, машинами, которые здесь сочетаются с землей. Допустим, например, что в производстве А в нашей таблице имеется сравнительно с другими капитальными благами слишком много земли, тогда как в подгруппе А' ее сравнительно мало. Специфическая производительность самой земли будет в таком случае больше в А, чем и возникает стимул к использованию в производстве А меньшего количества земли, а в процессе превращения А в А' - большего.

Естественным и точным выражением метода, с помощью которого земля распределяется между различными группами и подгруппами экономической системы, является тот факт, что земля сама переходит свободно из одной точки системы в другую до тех пор, пока она не достигнет равной производительности. Смысл этого термина "равная производительность" потребует специального нашего внимания, когда мы дойдем до того пункта, где мы подвергнем изучению земельную ренту. Это не означает, что один акр земли столь же производителен, как и другой, или что один человек будет производить столько же, сколько и другой, ибо как между людьми, так и между акрами земли существуют определенные различия. Однако существует нечто, именуемое единицей земли, совершенно так же, как и так называемая единица труда. Подобно тому, как распределение труда между группами и подгруппами хозяйствующего общества дает одинаковую производительность на единицу, так и распределение земли приводит к одинаковой производительности на единицу земли. Мы со временем увидим, что собственно это означает в случае приспособления земли к различным факторам производства. Здесь нам необходимо лишь отметить, что земля является экономически движимым элементом. Она служит исключением из правила, согласно которому капитальные блага как таковые не могут быть изъяты из одной отрасли и беспрепятственно помещены в другие. Капитал, как мы видели, обладает абсолютной подвижностью, в то время как капитальные блага обычно таковой не обладают. Земля, однако, подвижна; и то, что мы сказали относительно нее, показывает, что она не может развернуть полностью свою производительность, если она не передвигается беспрепятственно из одной отрасли в другую до тех нор, пока в каждой из них окажется совершенно одинаковое количество земли. Полного и нормального количества перманентного капитала в форме этого капитального блага - земли - мы не будем иметь до тех пор, пока одна производственная группа имеет ее больше, а другая меньше, чем следует. В подлинно научном исследовании земли и ее ренты необходимо рассматривать этот фактор производства как универсальный производитель, способствующий, таким образом, созданию каждого вида благ. Оно рассматривает землю как нечто, само собой распределяющееся с помощью точного механизма между всеми подгруппами, производящего общества. Ненаучна и ограниченна точка зрения, которая при изучении ренты в поле своего зрения держит лишь столько земли, сколько каким-то таинственным образом передано для производства какого-либо частного вица продукта. Земельная рента не является результатом цены пшеницы: это результат способности земли создавать богатство в тысячах различных форм.

Общий закон изменения производительности, изложенный нами в одной из предыдущих глав, определяет, прежде всего, какое количество оборотного капитала следует сочетать с данным количеством основного капитала. При данном количестве основного капитала и росте числа единиц оборотного капитала продукция на единицу последнего будете уменьшаться, тогда как при данном количестве оборотного капитала и росте числа единиц основного капитала будет уменьшаться продукция на единицу последнего. Этот закон действует при распределении общего количества капитала между основным и оборотным его видами таким образом, что единица одного столь же продуктивна, как и единица другого. В рамках самого основного капитала в свою очередь необходимо произвести определенное распределение. Одной из форм этого капитала является земля; дело в том, что она содержит долю общего фонда, воплощенного в активных орудиях, и действует в направлении создания полезностей, а не получения их. Эта часть фонда подчинена закону изменяющейся доходности. Варьируя и непрерывно увеличивая количество земли при данных размерах основного капитала в других формах, мы будем получать все меньше продукции на единицу земли. Непрерывно увеличивая размеры основного капитала в других формах при данном количестве земли, вы станете получать меньше продукции на единицу этого другого капитала. Эти два принципа при полной их реализации приводят повсюду к сочетанию правильных относительных количеств земли и основного капитала в других конкретных формах.

При изучении общего количества капитала в одной отрасли по сравнению с общими его размерами в другой, мы располагаем тщательно разработанным методом урегулирования, который служит нам введением в область исследования ценности. Цена продукта определяет, сколько производит данный вид производства. Закон изменения производительности, на который мы только что указывали, первоначально, однако, не затрагивает вопросов ценности. При его рассмотрении мы говорили о способности различных видов капитала производить блага как таковые. При определенном количестве капитала в одной отрасли его необходимо распределить между различными видами, согласно закону производительности. Наличие слишком большого количества основного капитала в сочетании с данными размерами оборотного капитала означает, что способность единицы основного капитала производить блага меньше, чем в нормальных условиях. Если производитель обуви, например, неправильно распределил свои капитальные фонды, то он получит меньше обуви в год, чем мог бы получать, и, исправив свою ошибку, он сможет увеличить свое производство. Закон изменяющейся производительности во всех его применениях означает, в первую очередь, что если мы будем сочетать один фактор производства в увеличивающихся количествах с другим, то этот увеличивающийся фактор будет давать все меньше и меньше продуктов на единицу. Если, следовательно, в пределах какой-либо частной подгруппы - скажем А' - мы станем увеличивать количество земли единицу за единицей, то эта земля станет производить в форме конкретных продуктов на акр все меньше и меньше. Таким образом, -пока мы не вводим соображений относительно стоимости этих благ.

Мы сказали, однако, что земля распределяется между различными группами и подгруппами до тех пор, пока она не станет обладать одинаковой производительностью как в одной, так и в другой группе. Она беспрепятственно должна передвигаться из одной подгруппы в другую до тех пор, пока не будет достигнуто это равенство; то же самое относится и к искусственному капиталу, и труду. Изучая сочетание этих агентов в пределах подгруппы, мы должны выяснить лишь один факт, а именно, какая часть продукта этой подгруппы - исчисляя этот продукт только в натуре - может быть отнесена за счет того или другого агента. Например, предпринимателю в обувном производстве приходится выяснить, во-первых, насколько он может увеличить годовую выработку обуви, если, не увеличивая своего капитала, он наймет на свою фабрику еще несколько человек. Далее, ему придется узнать, насколько увеличится его годичное производство обуви, если он увеличит свой общий капитал на несколько тысяч долларов. Ему нужно также узнать, может ли он максимально увеличить размеры своего производства (по-прежнему считая свою продукцию в натуре), применяя больше основного капитала и не увеличивая оборотного, или же наоборот. В том случае, если следует увеличить основной капитал, ему нужно выяснить, выработает ли он большее количество обуви за год, используя больше земли, но не расширяя одновременно своих зданий, оборудования и т. д., или же, наоборот, - если он при неизменном количестве земли расширит свою фабрику. В пределах подгрупп или отдельных отраслей производства агенты производства должны быть координированы - необходимо определить количество каждого их вида; и первое, что определяет эту координацию, - это специфическая способность каждого агента производить блага.

Наконец, весь общественный запас различных агентов производства следует распределить между различными отраслями так, чтобы в каждую подгруппу вошло надлежащее количество каждого из них. В этот процесс координирования далее входит момент ценности; ибо ценность ботинок, которую следует отнести за счет предельной единицы земли, позволяет определить, сколько земли следует использовать в обувном производстве. Способность каждого агента производить какое-либо благо является одним фактором, а ценность этого блага - другим; тогда как совместные действия обоих определяют, какое количество каждого агента должно быть в каждой подгруппе. Каждый общий агент общественного производства, короче говоря, подчинен закону одинаковой конечной производительности - измеряя продукты в ценностях, а не только в натуре - во всех разнообразных формах его применения.

Содержание

 
© uchebnik-online.com