Перечень учебников

Учебники онлайн

Глава IX. Земельная рента

Принципы экономической науки. Альфред Маршалл. Книга шестая



Содержание

§ 1. В кн. V утверждалось, что земельная рента не представляет собой ничего уникального, а просто является основным видом широкой группы экономических явлений; и что теория земельной ренты не есть изолированная экономическая доктрина, а лишь одна из основных сфер применения частных выводов из общей теории спроса и предложения; и что существует непрерывный переход от собственно ренты за те бесплатные дары, которые были присвоены человеком, через доход, полученный от постоянного улучшения земли, к тому, что дают строения ферм и фабрик, паровые машины и менее долговечные товары. В данной и в последующих главах мы должны провести специальное исследование чистого дохода от земли. Это исследование состоит из двух частей. Одна часть относится к общему чистому доходу, или производительскому избытку, получаемому от земли, другая часть касается способа, посредством которого этот доход распределяется между теми, кто имеет отношение к земле. Первая часть носит общий характер независимо от формы собственности на землю. Мы начнем с нее и предположим, что возделывание земли осуществляется ее владельцем.

Мы можем припомнить, что земля имеет естественный приток тепла и света, воздуха и дождя, на который человек не способен оказать существенного воздействия, многие преимущества по местоположению находятся вне сферы человеческого контроля, в то же время некоторые из оставшихся качеств являются прямым результатом вложений капитала и усилий в землю, осуществленных ее отдельными владельцами. Таковы самые главные свойства земли, наличие которых не зависит от человеческих усилий и которые поэтому не будут улучшены в результате дополнительного вознаграждения за такие усилия; налог же на эти свойства будет всегда падать исключительно на владельца. [Ср. кн. V, гл. XI, § 2 - исключения из правил, касающиеся ренты по местоположению.]

С другой стороны, те химические или механические свойства почвы, от которых в основном зависит плодородие, могут быть модифицированы, а в крайних случаях - изменены коренным образом в результате человеческой деятельности. Но налог на доход, полученный от улучшений, которые хотя и могут быть применены повсеместно, однако осуществляются медленно и их результаты сказываются в течение значительного времени, не приведет в краткосрочном плане к существенному воздействию на количество таких улучшений, а следовательно, и на предложение продукта в связи с их осуществлением. Этот налог падет главным образом на владельца; арендатор будет рассматриваться для данного времени при наличии ипотечного кредита в качестве владельца. Однако в долгосрочном плане он приведет к снижению количества улучшений, к повышению нормальной цены предложения продукта и падет на потребителя.

§ 2. Теперь вернемся к нашему рассмотрению тенденции убывающей отдачи в сельском хозяйстве, которое было сделано в кн. IV, мы все еще предполагаем, что владелец земли осуществляет ее обработку, таким образом, наши рассуждения могут иметь общий характер и не зависеть от специфики конкретных форм земельной собственности.

Мы видели, как доход от вложений последовательных доз капитала и труда, хотя и может увеличиваться при нескольких первых дозах, начнет уменьшаться, когда земля уже хорошо обработана. Тот, кто занимается обработкой земли, продолжает применять дополнительное количество капитала и труда до тех пор, пока не достигнет точки, при которой поступления будут как раз достаточны для того, чтобы возместить его затраты и вознаградить за его собственную работу. Это будет доза на пределе возделывания земли независимо от того, будет ли она применяться к богатой или бедной земле; необходима будет сумма, эквивалентная доходу от нее, которая будет достаточна для возмещения ему каждой из предшествующих доз вложений. Избыток валового продукта сверх этой суммы будет являться избытком производителя.

Земледелец пытается заглянуть в будущее как можно дальше, однако только в редких случаях удается составить картину отдаленного будущего. В любой же данный момент он исходит как из достоверного факта, что все плодородие земли, являющееся результатом постоянного ее улучшения, и доход (или квазирента), полученный от такого улучшения, в сумме с тем, что дают исходные качества земли, составляют причитающийся ему избыток производителя, или ренту. Отсюда только доход, полученный от новых капиталовложений, представляется в качестве дохода и прибыли: он осуществляет эти новые вложения вплоть до предела прибыльности; его же излишек производителя, или рента, есть избыток валового дохода от улучшенной земли сверх того, что требуется для его вознаграждения за затрачиваемые им ежегодно новые дозы капитала и труда.

Этот избыток зависит, во-первых, от плодородия почвы и, во-вторых, от относительной стоимости тех вещей, которые он должен продавать, и тех вещей, которые ему приходится покупать. Плодородие, или урожайность, земли, как мы видели, не может измеряться в абсолютных показателях, поскольку оно изменяется в зависимости от выращиваемых культур, методов и степени интенсивности обработки. Два участка земли, даже обрабатываемые одним человеком при одинаковых затратах капитала и труда, принося одинаковый урожай ячменя, могут дать неодинаковый урожай пшеницы; если при слабой или примитивной обработке урожай пшеницы на них окажется одинаковым, то существует возможность получения различных результатов при интенсивной обработке или при применении современных методов. Далее, цены, по которым приобретается различный сельскохозяйственный инвентарь и продаются различные сельскохозяйственные продукты, зависят от состояния отрасли; изменения же в ней постоянно приводят к изменению относительной стоимости различных продуктов растениеводства и поэтому — относительной стоимости земли в различных ситуациях.

Наконец, мы предполагаем, что земледелец обладает нормальными способностями для выполнения поставленной им перед собой задачи, соответствующей данным условиям времени и места. Если его способности окажутся ниже, полученный им в действительности валовой продукт будет меньше, чем тот, который должен быть нормальным с данной земли, она принесет ему более низкий производительский избыток по сравнению с реальным избытком. Если же, напротив, его способности превышают обычную норму, он в дополнение к избытку производителя, получаемому за счет земли, будет иметь некоторый избыток производителя за счет редких способностей.

§ З. Мы уже довольно детально рассмотрели, каким путем рост стоимости сельскохозяйственной продукции приводит к увеличению выраженного в продукте избытка производителя со всех участков земли, но особенно с тех участков, где тенденция к уменьшению отдачи проявляется слабо [См. кн. IV, гл. III, § 3. Так, мы видим, если стоимость продукта возрастает с ОН' до ОН (рис 12 - 14) таким образом, что, в то время как количество продукта ОН требовалось для вознаграждения вложения капитала и труда до повышения, количество ОН' окажется достаточным после повышения, тогда излишек производителя возрастет незначительно при использовании земель той категории, которая представлена на рис. 12, где тенденция к уменьшению отдачи проявляется наиболее быстро; он возрастет гораздо больше на землях второй категории (см. рис. 13) и в наибольшей мере - третьей категории (см. рис.14).]. Мы видели, что в общем он увеличивает стоимость бедных участков земли по сравнению с плодородными; или, другими словами, если человек ожидает увеличения стоимости продукта, он может в будущем ожидать большего дохода от вложения данной суммы денег в бедную землю при существующих ценах, чем от вложения в богатую землю [Там же, § 4. Сравнивая два участка земли (рис. 16, 17), в отношении которых тенденция к уменьшению отдачи действует аналогичным образом, но из которых первый является плодородным, а второй - бедным, мы обнаруживаем, что рост избытка производителя от АНС до AH'C', вызванный повышением цены продукта в соотношении ОН к ОН' , был гораздо выше во втором случае.].

Далее, реальная стоимость избытка производителя, т. е. его стоимость, измеренная с точки зрения общей покупательной способности, возрастет относительно стоимости его продукта в такой же пропорции, как и измеренная аналогичным образом стоимость продукта; это означает, что увеличение стоимости продукта вызывает двойное увеличение стоимости избытка производителя.

Термин "реальная стоимость" продукта в действительности является нечетким. Исторически он чаще всего использовался для обозначения реальной стоимости с точки зрения потребителя. Такое применение таит в себе определенную опасность, поскольку для некоторых целей предпочтительнее рассматривать реальную стоимость с точки зрения производителя. Но с этой оговоркой мы можем использовать термин "трудовая стоимость" для выражения количества труда определенного вида, которое будет приобретено за продукт, а "реальная стоимость" — для выражения количества необходимых вещей, источников комфорта и роскоши, которое за данное количество продукта можно приобрести. Увеличение трудовой стоимости сырьевого продукта может подразумевать увеличивающееся давление со стороны населения на средства существования; а увеличение производительского избытка, получаемого от земли, происходит одновременно с деградацией населения и является какой-то мерой этой деградации. Но если, с другой стороны, возрастание реальной стоимости сырьевого продукта было вызвано совершенствованием производства, сюда не входит сельскохозяйственное производство, оно, возможно, будет сопровождаться повышением покупательной способности заработной платы.

§ 4. Из всего сказанного ясно, что избыток, получаемый производителем от земли, не является доказательством великой щедрости природы, как это утверждали физиократы и в более измененном виде — Адам Смит; это — доказательство ограниченности такой щедрости. Но следует помнить, что неравенство местоположения по отношению к лучшим рынкам является столь же сильным фактором возникновения неравенства в избытке производителя, как и неравенство в абсолютной производительности. [Англия настолько мала и настолько густо населена, что даже молоко и овощи, которые должны быть быстро доставлены на рынок, и даже сено, несмотря на его объем, могут быть отправлены через всю страну без чрезмерных затрат, в то время как за текстильное сырье, зерно и живой скот производитель может получить почти ту же самую чистую цену, в какой бы части Англии он ни находился. В силу этой причины английские экономисты приписывали плодородию ведущую роль среди факторов, которые определяют стоимость сельскохозяйственной земли, и считали, что ее расположение имеет второстепенное значение. Поэтому они часто рассматривали избыток производителя, или рентную стоимость, земли в качестве излишка приносимого ею продукта сверх того, что составляет прибыль на равный капитал и равный труд (примененный с равной степенью умения), вложенные в землю настолько малоплодородную, что она находится на пределе возделывания, не беря на себя труд четко определить, что любой из двух участков земли должен находиться в одинаковом окружении или что необходимо отдельно учитывать различия в издержках доставки на рынок. Однако подобный метод изложения не свойствен экономистам в новых странах, где самые богатые земли могут оставаться невозделанными, поскольку отсутствуют хорошие пути доставки продукции на рынки. Для этих экономистов местоположение представлялось по крайней мере столь же существенным при определении стоимости земли, как и плодородие. В их представлении земля на пределе возделывания была той землей, которая была удалена от рынков и особенно от железных дорог, ведущих к крупным рынкам; излишек же производителя представлялся им как избыток стоимости продукта хорошо расположенной земли над стоимостью продукта, который при равном капитале, труде (и навыках) будет получен с наихудшим образом расположенной земли; конечно, в случае необходимости учитывались различия в плодородии. В этом смысле Соединенные Штаты не могут более рассматриваться как новая страна, поскольку все лучшие земли были заняты и почти все эти земли получили доступ через дешевые железные дороги к рынкам продовольствия.]

Эта истина, как и ее основные следствия, многие из которых кажутся ныне столь очевидными, впервые была четко продемонстрирована Д. Рикардо. Он горячо доказывал, что никакого излишка нельзя получить от обладания теми природными дарами, наличие которых повсеместно практически неограниченно, и, в частности, не могло бы быть излишка от земли, если бы ее количество не было ограниченно и она была бы вся одинаково плодородной и одинаково доступной. Он развил этот довод и показал, что совершенствование искусства возделывания земли, в равной мере применимого ко всем почвам (что эквивалентно общему увеличению естественного плодородия почвы), почти наверняка приведет к снижению совокупного избытка в зерне и совершенно определенно — к уменьшению совокупного реального избытка, получаемого от земли, которая обеспечивает данное население сырьевым продуктом. Он также отмечал, что, если улучшение затронуло главным образом те земли, которые уже были самыми плодородными, это может увеличить совокупный излишек, но, если бы оно затрагивало главным образом наиболее бедную категорию земель, произошло бы очень значительное его уменьшение.

Данное положение дает все основания утверждать, что улучшение искусства обработки земли в Англии привело бы к увеличению совокупного избытка от земли, поскольку это увеличило бы продукт без материального снижения его цены, если бы только это не сопровождалось подобным улучшением в тех странах, откуда Англия импортирует сырьевые продукты, либо, что в данном случае имеет одинаковое значение, улучшением транспортного сообщения с ними. И как утверждает сам Рикардо, улучшения, касающиеся в равной мере всей земли, обеспечивающей один и тот же рынок, "дают великий стимул населению, гак как в то же самое время они представляют нам возможность обрабатывать худшие земли с меньшими трудовыми затратами и в конечном счете с огромным преимуществом для их владельцев" [Д. Рикардо, примечание к гл. III. ].

Имеет смысл попытаться различать ту часть стоимости земли, которая является результатом человеческого труда, и ту часть стоимости, которая является результатом первоначальной щедрости природы. Часть стоимости земли обусловлена созданием шоссейных дорог и другими усовершенствованиями, предпринятыми в интересах всей страны и неоплачиваемыми только за счет ее сельского хозяйства. Включая их в стоимость земли, Лист, Кэри, Бастиа и другие авторы утверждали, что затраты на ее трансформацию из первоначального в современное состояние будут превышать ее стоимость в настоящее время, и поэтому, как отмечали они, вся ее стоимость есть результат человеческого труда. Приводимые ими факты можно оспаривать, однако в действительности они не имеют отношения к их выводам. Чего не хватает в их аргументации, так это того, что современная стоимость земли не должна превышать затрат в той мере, в какой они могут быть должным образом отнесены на счет сельского хозяйства, т. е. затраты на преобразование земли из ее первоначального состояния в то состояние, при котором она будет настолько же плодородной и в целом полезной для сельского хозяйства, насколько она является таковой в настоящее время. Многие из осуществленных на ней изменений должны были соответствовать сельскохозяйственным методам, которые уже давно устарели, и некоторые из них означали изъятие из стоимости земли, а не добавление к ней. Кроме того, затраты на осуществление изменений должны представлять собой чистые затраты с учетом фактического процента на их постепенную компенсацию и за вычетом совокупной стоимости дополнительного продукта, который с самого начала и до конца можно считать полученным за счет улучшения. Стоимость земли в густонаселенном районе в целом значительно выше таких затрат, притом часто превышает их во много раз.

§ 5. Существо рассуждений, изложенных в настоящей главе, применимо ко всем системам земельной собственности, в которых в какой бы то ни было форме признается частное владение землей, поскольку эти рассуждения касаются избытка производителя, достающегося производителю, если он сам занимается возделыванием земли; если же он этого не делает, то этот избыток достается ему и его арендаторам, рассматриваемым в качестве фирмы, занимающейся возделыванием земли в коммерческих целях. Это остается справедливым, каково бы ни было то распределение между ними индивидуальных долей затрат на возделывание земли, с одной стороны, и получаемых результатов — с другой, которое устанавливается в соответствии с обычаями, законом или контрактом. В основном приведенные рассуждения оказываются также независимыми от достигнутого уровня экономического развития, и они остаются в силе, даже если на рынке реализуется небольшое количество продукта или он совершенно не попадает на рынок, а арендная плата вносится в натуральной форме и т. д. [Известная формулировка Петти закона ренты ("Taxes and Contributions", IV. 13) изложена таким образом, чтобы она могла относиться ко всем формам земельной собственности и ко всем стадиям развития цивилизации: "Предположим, человек может собственными руками засадить зерновыми определенный участок, т.е. он может его вскопать или вспахать, забороновать, прополоть, скосить, доставить урожай домой, обмолотить и провеять, как того требует данная земля, к тому же он обладает семенами для посева на ней. Я считаю, что когда этот человек вычел из всего урожая требующиеся ему семена, то, что ему необходимо для пропитания и обмена на одежду и другие необходимые вещи, то остающаяся часть зерна есть естественная и истинная земельная рента за этот год; средняя же величина за семь лет или, скорее, за столько лет, в пределах которых произойдет цикл смены голода изобилием, и наоборот, даст обычную земельную ренту в зерне".]

В наши дни в тех частях Англии, где обычаи и чувства сказываются менее всего, а свободная конкуренция и предпринимательство имеют решающее значение в торге об использовании земли, повсеместно считают, что владелец обеспечивает и в определенной мере продолжает те улучшения земли, которые медленно реализуются и медленно истощаются. Когда это осуществляется, землевладелец требует от своего арендатора весь производительский излишек, который улучшенная подобным образом земля предположительно должна дать в год при нормальном урожае и при нормальных ценах, за вычетом количества, достаточного для возмещения нормальных затрат фермерского капитала и нормальной фермерской прибыли, при этом фермер терпит убытки в плохие годы и получает выигрыш в хорошие годы. При изложенной оценке подразумевается, что фермер обладает нормальными для данной категории арендованной земли способностями и предприимчивостью, и, таким образом, если его качества окажутся выше этого уровня, выгоды достанутся ему, а в случае, если он будет обладать более низкими способностями, ему придется рассчитываться за убытки, и, вероятно, в итоге он будет вынужден отказаться от фермы. Другими словами, та часть дохода от земли, которая достается землевладельцу, для всех периодов не очень большой продолжительности определяется главным образом состоянием рынка на данный продукт, но имеет небольшую связь с издержками различных посредников, требующихся для выращивания этого продукта, вот почему по своей природе эта часть является рентой. Та же часть, которую оставляет у себя арендатор, должна рассматриваться даже для коротких периодов в качестве прибылей, входящих непосредственно в нормальную цену продукта, поскольку продукт не производился бы, если бы не предполагалось, что он принесет эти прибыли.

Вот почему, чем более резко проявляются характерные для Англии черты землепользования, тем больше граница между долей землевладельца и долей арендатора совпадает с наиболее глубокой и наиболее важной разграничительной линией, существующей в экономической теории [Технически это - различие между квазирентой, которая не входит, и прибылью, которая непосредственным образом входит в нормальную цену предложения продукта для периодов не очень большой продолжительности.]. Этот факт, возможно, в большей мере, чем другие, явился причиной развития английской политической экономии в начале XIX в., которое позволило английским экономистам продвинуться настолько далеко вперед, что даже при нашем поколении, когда столько же интеллектуальных усилий было затрачено в других странах на экономические исследования, как и в Англии, почти все новые конструктивные идеи оказываются лишь развитием других идей, которые в скрытой форме могут быть выявлены в работах английских экономистов прошлого.

Сам по себе этот факт представляется случайным, но, возможно, и нет. Ибо подобный способ разграничения приводит к меньшим трениям, меньшим потерям времени и усилий на проверку и перепроверку, чем какой-либо другой. Могут возникнуть сомнения, что так называемая "английская система" сохранится. Ей присущи большие недостатки, и, может быть, на будущем этапе развития цивилизации она окажется не лучшей. Но когда мы сравниваем ее с другими системами, мы видим, что она принесла большие выгоды стране, проложившей миру путь к свободному предпринимательству и которая должна была давно принять все те изменения, что приносят свободу и энергию, гибкость и силу.

Содержание

 
© uchebnik-online.com