Перечень учебников

Учебники онлайн

Перспективы большой войны

Регион ускоренными темпами движется к большой войне. Неизбежность ее обусловлена сочетанием факторов, главным из которых является состояние дел в Иране. После разгрома альянсом религиозных «неоконсерваторов» и силовиков «зеленого движения» – либералов и прагматиков, объединенных скандальными президентскими выборами лета 2009 г., в Иране началось напоминающее описанную Черчиллем советскую «борьбу бульдогов под ковром» противостояние президента, Махмуда Ахмади Нежада, и верховного аятоллы – рахбара Хаменеи. Симптомом его стало назначение президентом в сентябре 2010 г., вопреки воле рахбара, шести советников по внешней политике, отвечающих за Ближний Восток, Азию, Афганистан, Каспий, Африку и Латинскую Америку. Этот удар по главе МИД Ирана Манучеру Моттаки ослабил позиции Хаменеи и поддерживающих его соперников президента в консервативном лагере, в первую очередь спикера иранского парламента и экс кандидата в президенты ИРИ Али Лариджани. Активная внешняя политика в «шиитском поясе», поддержка террористических движений в арабском мире и декларирующих необходимость противостояния Западу режимов за его пределами, гонка вооружений и конфликты с соседями в Персидском заливе, силовое противостояние с Израилем, экспансия во внешней торговле – следствие соревнования иранских властных элит за контроль над страной. Иранский национализм имеет все шансы на доминирование над идеологией исламской революции, лозунги которой он освоил, как это было в предшествующие эпохи с имперской великодержавностью, сменившей революционные идеи во Франции, Германии, России и Китае. Война – единственная возможная развязка иранского внутриполитического кризиса. Прямой конфликт с Израилем позволяет руководству ИРИ претендовать на статус лидера исламского мира, нейтрализуя враждебные ему арабские режимы за счет поддержки арабской улицы. По данным института Brookings, если в 2009 г. 29?% арабов Египта, Марокко, Ливана, Иордании, Саудовской Аравии и ОАЭ считали, что ядерное оружие Ирана позитивно скажется на обстановке на Ближнем Востоке, в 2010 г. это мнение разделяли 57?%.

Следствием освоения Ираном ядерных технологий стал эффект ближневосточного атомного домино. Десятилетия пассивного наблюдения стран региона за развитием ядерных программ Израиля, Индии и Пакистана завершились. Развитие ядерной сферы стало национальным приоритетом Турции, Саудовской Аравии, ОАЭ, Египта и Алжира. Активность в этом вопросе демонстрируют Иордания, Сирия, Кувейт, Ливия, Тунис и Марокко. Намерение развивать атомную энергетику выразили Бахрейн, Ирак, Йемен и Ливан. Даже если все они в настоящий момент и намерены развивать именно «мирный атом», появление в перспективе у Ирана ядерного оружия может спровоцировать работы над ним целого ряда стран. Ядерные арсеналы их будут невелики и примитивны, однако обеспечат им иммунитет против вмешательства извне, которым в настоящее время обладает Северная Корея и, не исключено, будет вскоре обладать Иран, а вероятность применения оружия массового уничтожения в конфликтах между ними значительно повысится. Ситуация эта противоречит интересам ядерной «пятерки», включая Россию и Китай. США, инициатива которых по «глобальному ядерному нулю» не вдохновила страны, в отношении которых она должна была действовать, находятся перед выбором: распространение ядерных технологий в мировых масштабах – в том числе в таких странах, близких ИРИ, как Венесуэла, или силовое ограничение иранской ядерной программы. При всем, что говорилось о возможности удара по Ирану во времена Буша младшего и его «неоконов», перспективы атаки на иранские ядерные объекты «неолиберальной» администрации Обамы не меньше, чем у его предшественника. Президент США проиграл войну в Ираке и Афганистане, ввязался в военную авантюру НАТО в Ливии, провалил палестино израильское урегулирование, демонстрирует непоследовательность в борьбе с «Аль Каидой» и ее многочисленными последователями, не справился с проблемами экономики и экологии. Провал режима нераспространения сделает позиции США в сфере безопасности чрезвычайно уязвимыми и ограничит возможность их влияния на мировую политику до уровня позапрошлого века. Иран, успешно развивая урановую и плутониевую программы, в настоящее время накопил, по мнению экспертов, достаточно расщепляющих материалов для создания 5 ядерных зарядов. Однако его ракеты носители нуждаются в совершенствовании, а изготовление боеголовок займет, по мнению израильтян, 1–2 года, а по данным американцев – до 4–5 лет.

Следствием всех этих расчетов и являются расхождения участников конфликта в выборе стратегии. США, добившись введения ООН против Ирана экономических санкций, призванных ослабить его экономику, затормозить ядерную программу и ослабить поддержку населением властей, работают над ужесточением санкций и активизируют вывод американских войск из Ирака и Афганистана, который должен снизить уязвимость расквартированного в регионе экспедиционного корпуса. Сдерживая Израиль, нанесение которым в ближайшем будущем удара по Ирану противоречит интересам Пентагона, Барак Обама, попытки давления которого на правительство Нетаньяху не привели к успеху, сделал ставку на широкомасштабные поставки в регион вооружений и военной техники. В сентябре 2010 г. было объявлено о поставках американского оружия странам Аравийского полуострова, в первую очередь Саудовской Аравии, на общую сумму более $ 120 млрд. 8 октября в Нью Йорке подписано соглашение о покупке Израилем у США эскадрильи стелс истребителей F 35 на $ 2,75 млрд, поставка которых намечена на 2015–2017 годы. Установленный США радар в Негеве дает Пентагону информацию о ситуации в иранском воздушном пространстве и позволяет избежать сюрпризов со стороны Израиля. Это же касается американского радара, устанавливаемого на территории Турции. Постановка на боевое дежурство системы противоракетной обороны на территории Болгарии и Румынии прикрывает с юго востока Европу и позволяет проводить мониторинг ситуации в России. Рассчитывая прорабатывать планы военных действий против Ирана в течение 4–5 лет, которые, по ее убеждению, предоставило США введение экономических санкций, действующая администрация, при всей антииранской риторике, как представляется, не до конца уверена в необходимости силового сценария.

Экономические санкции, введенные в отношении Ирана ЕС и ОАЭ, присоединение к санкциям Китая и России, включая отказ Москвы от поставок в ИРИ систем противовоздушной обороны С 300, ослабили Тегеран. Переориентация КНР и Японии, основных потребителей иранских углеводородов, на других поставщиков минимизирует будущие риски для их экономик от проведения в отношении Ирана силовой акции. Подписанный президентом России Дмитрием Медведевым 22 сентября 2010 г. указ «О мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН № 1929 от 9 июня 2010 г.» законодательно обосновал снижение уровня военно технического сотрудничества России с Ираном. Завершив, вопреки внешнеполитическому давлению, строительство АЭС в Бушере и сохранив экономические отношения с ИРИ, Россия в отношении Ирана заняла позицию позитивного нейтралитета, характерную и для китайской дипломатии.

Реализация военного сценария в отношении Ирана превращает Россию в альтернативного поставщика энергоносителей на мировой рынок, попутно торпедируя претензии Ирана на 20?% каспийского бассейна, выдвигаемые ИРИ России, Казахстану и Азербайджану. Угроза поддержки ИРИ терроризма на Северном Кавказе, озвученная рядом представителей иранского истеблишмента, невелика. Маловероятно, что Иран готов превратить нейтральную Россию в противника, тем более что сам он уязвим: как заявил командующий погранвойсками ИРИ генерал Хосейн Зульфугари, Иран контролирует только 60?% своих границ, причем наиболее проблемными являются восточные, северо западные и западные.

Большинство ведущих стран арабского мира заинтересованы в поражении Ирана, желательно в ходе его столкновения с Израилем, одновременное ослабление которого для них является оптимальным сценарием. В войне с Израилем Тегеран может рассчитывать на ХАМАС, «Хизболлу» и ослабленную внутренними конфликтами Сирию при возможной, но не гарантированной дипломатической поддержке Турции. Ирак, Афганистан и Пакистан заинтересованы в США, а опасающиеся идеологической экспансии и политического давления Ирана постсоветские республики Центральной Азии и Закавказья – в США и Израиле.

Ожидание столкновения с Ираном для Израиля не является пассивным. Армия перевооружается и проводит тренировки. Для наблюдения за Ираном выведен на орбиту спутник Ofek 9. Ранее с космодрома Пальмахим были запущены 3 спутника – в 1988, 2007 и 2008 годах. По мнению специалистов, частота запусков израильских спутников будет расти: министр обороны Израиля Эхуд Барак добился выделения на космическую разведку $ 300 млн, а новый центр управления полетом базы Пальмахим не уступает центру NASA. В июле 2010 г. было сообщено о реорганизации службы тыла, реконструкции и строительстве бомбоубежищ. В августе того же года поступили сообщения, что военно воздушные силы Израиля ведут в Румынии тренировочные полеты для отработки возможной атаки на Иран, по пути проводя дозаправку в воздушном пространстве Греции. В сентябре 2010 г., в преддверии будущих боев с ХАМАСом и «Хизболлой», компания Israel Aerospace Industries завершила разработку принципиально нового боевого БПЛА – винтокрыла K 80, обладающего возможностью вертикального взлета и посадки, который может нести до 60 кг оборудования и находиться в воздухе до 6 часов. 12 октября 2010 г. серия из 3 взрывов уничтожила часть баллистических ракет «Шихаб 3», пусковых установок, боеголовок и тоннелей на крупнейшей подземной ракетной базе на Ближнем Востоке и в Европе – секретной иранской базе КСИР имени имама Али у города Хорремабад, предназначенной для удара по Израилю. В том же месяце было сообщено об успешной компьютерной атаке с применением сверхсложного вируса на иранских ядерных объектах, включая АЭС в Бушере. Ряд аналитиков полагает, что признаком приближения удара по ИРИ служит завоз в Израиль из США авиационного топлива и дизельного топлива для танков на $ 2 млрд. В ноябре 2011 г. взрыв на иранском объекте военного назначения уничтожил руководство иранской ракетной программы.

Иран заинтересован в ударе на опережение. В составе ливанского «Исламского сопротивления» около 5 тысяч боевиков в регулярных подразделениях и свыше 30 тысяч резервистов, в том числе 20 тысяч – на юге. Основу их вооружения составляют около 40 тысяч ракет класса «земля–земля» и реактивных снарядов, в том числе примерно 30 тысяч на юге Ливана. Среди них несколько сот твердотопливных ракет М600 с дальностью пуска до 300 км, весом боевого заряда до 500 кг, которые могут достичь Тель Авива, до 2000 ракет с дальностью пуска от 43 до 200 км и реактивные снаряды с дальностью стрельбы до 21 км, в основном типа «Град». В сутки с юга Ливана может быть запущено по Израилю до 800 ракет и реактивных снарядов. Позиции «Хизболлы» представляют собой сеть укрепрайонов с эшелонированной обороной. Противотанковые ракетные комплексы включают современные ракетные комплексы типа «Метис» и «Корнет Э». Противовоздушная оборона боевиков базируется на ПЗРК «Стрела» и «Игла». Подразделения «Хизболлы» оснащены современными средствами связи, имеют на вооружении БПЛА, хорошо обучены и высокомотивированы. Основу сил ХАМАСа составляют бригады «Изеддин аль Кассам» численностью до 40 тысяч человек, имеющие на вооружении бронебойные пули, управляемые высокоточные ракеты типа «земля – земля», а также ручные противотанковые гранатометы иранского производства. Удар по Израилю со стороны Сирии может быть нанесен тактическими ракетами «Зелзаль» дальностью пуска до 300 км или ракетными комплексами «Скад» вооруженных сил Сирии.

В случае атаки территории Ирана ракетные бригады аэрокосмических сил КСИР нанесут ракетный удар по Израилю, используя до 150 баллистических ракет средней дальности «Шехаб 3» и «Шехаб 3М», дальностью пуска до 2000 км. Командные пункты, базы военно воздушных сил и военно морского флота США в Афганистане, Ираке, Катаре и на Бахрейне будут обстреляны ракетными комплексами «Шехаб 1» дальностью пуска до 330 км, «Шехаб 2» дальностью пуска до 700 км, а также тактическими ракетами «Назеат» и «Зелзаль» дальностью пуска от 80 до 300 км. Планируется использование летчиков камикадзе, массовые атаки террористов смертников в Ираке («армия Махди») и Афганистане, теракты против американских и израильских объектов по всему миру. Оснащение ракетных бригад военно морских сил КСИР противокорабельными ракетами дальностью пуска от 45 до 300 км позволяет им простреливать весь Персидский залив. В акватории Персидского и Оманского заливов корабли США будут атакованы около 2000 малоразмерными и до 150 быстроходными катерами с противокорабельными ракетами дальностью пуска 25–190 км, а базы военно морского флота США – 1500 группами спецназа военно морских сил иранской армии и КСИР. Наконец, в рамках «асимметричной войны», планируется заминировать Ормузский пролив и заблокировать его фарватер, затопив там крупные танкеры.

Возможности США по ведению военных действий против Ирана, в случае принятия соответствующего решения политическим руководством страны, состоят в нанесении по ИРИ ракетно бомбовых ударов 3 уровней с применением крылатых ракет и бомбардировщиков В 2 «стелс». Первый сценарий ограничивает военные действия разрушением объектов, связанных с ядерной и ракетной программами и прикрывающей их системы противовоздушной обороны, включая комплексы в Натанзе, Араке, Исфахане, АЭС в Бушере и завод «Форду», отодвигая реализацию иранской ядерной программы на 10–15 лет. Второй охватывает несколько сотен объектов, включая базы КСИР, аэродромы, систему ПВО, объекты ВВС и ВМФ, центры военного, идеологического и политического управления, заморозив ядерные программы ИРИ на 20–25 лет. Третий включает в сферу атаки районы нефте– и газодобычи, несколько тысяч производственных комплексов, электростанций, портов и других объектов инфраструктуры, транспортную систему и госучреждения, ликвидировав промышленный потенциал и систему управления Ирана и похоронив его ядерную программу на 40–50 лет. Второй и третий сценарии, реализуемые на протяжении длительного времени, могут включать спецоперации по оккупации и отделению от ИРИ нефтепромыслов арабоязычного Хузестана. Последующее разблокирование 195 километрового Ормузского пролива, ширина которого в самом узком месте составляет 54 км, через который с учетом нефтепродуктов проходит до 40?% мирового экспорта нефти по морю и до 80?% всей добываемой в регионе нефти, по оценкам экспертов, займет не более 3–4 месяцев.

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com