Перечень учебников

Учебники онлайн

12.3. Внерегиональное сотрудничество стран ЛКА

Характерной чертой латиноамериканской интеграции является резкая активизация внерегиональных связей. В декабре 1995 г. в Мадриде было подписано Рамочное межрегиональное соглашение о сотрудничестве между МЕРКОСУР и ЕС, которое предполагало постепенную либерализацию внешней торговли на пути к созданию межконтинентальной зоны свободной торговли между двумя интеграционными объединениями. Это отражало заметно возросший интерес западноевропейских стран к открывающимся перспективным латиноамериканским рынкам, а также стремление в рамках стратегического партнерства с южноамериканскими гигантами расширить свои внешнеполитические возможности. Такое партнерство не только в целом способствовало бы наращиванию переговорного потенциала стран — членов МЕРКОСУР, но и существенно укрепляло их позиции в диалоге с США.

Первый саммит глав правительств МЕРКОСУР — ЕС состоялся в 1999 г. Выдвигаемая схема интеграции предусматривала поэтапное сближение на основе соглашений ЕС как с отдельными странами, так и с субрегиональными экономическими блоками, заключительной фазой которого должно было стать проведение постепенного снижения таможенных барьеров на поставляемую продукцию. Однако ЕС и МЕРКОСУР на пути создания ЗСТ недооценили трудности переговорного процесса, который стал принимать затяжной характер.

Ход переговорного процесса между двумя экономическими блоками заслуживает особого внимания, так как от него во многом зависит успех сотрудничества между ЕС и ЛКА в целом. Активная фаза отношений, которая приходилась на 1990-е гг., сменилась некой паузой к началу XXI в. Расширение ЕС на Восток и связанные с ним проблемы несколько притормозили диалог и развитие сотрудничества со странами ЛКА. Одним из самых больших препятствий на пути кооперации регионов стала сельскохозяйственная политика ЕС, которая ограничивает доступ агроэкспортеров из ЛКА на рынки Евросоюза. Сельхозпроизводители Франции, Ирландии, Польши и еще ряда стран Европы всерьез опасаются конкуренции со стороны южноамериканцев. Эти опасения нельзя назвать беспочвенными, ведь страны МЕРКОСУР (в первую очередь Аргентина и Бразилия) по таким позициям, как мясо, зерновые и бобовые, сахар, этанол, занимают верхние строки в рейтингах крупнейших мировых производителей. Со своей стороны, южноамериканцы также не в восторге от перспективы столкнуться на внутренних рынках с продукцией европейских фермеров, пользующихся масштабными государственными дотациями.

Переговоры по поводу соглашения о свободной торговле между ЕС и МЕРКОСУР были возобновлены по инициативе европейцев в мае 2010 г. после того, как в течение шести лет фактически была заморожена работа над этим масштабным межрегиональным интеграционным проектом. Бразилия и ЕС на двустороннем саммите в столице Бразилии подтвердили взаимное стремление заключить соглашение о свободной торговле между ЕС и Южноамериканским общим рынком. Однако достичь такого соглашения будет непросто, камнем преткновения по-прежнему остается сельскохозяйственная политика ЕС. Помимо этого у европейцев до сих пор нет единого мнения по поводу выгод торгового союза с южноамериканским экономическим блоком. Кроме того, на динамике переговорного процесса неизбежно сказывается острый финансово-экономический кризис, переживаемый странами, входящими в зону евро. В принципе соглашение могло бы стать основой самой крупной в мире зоны свободной торговли, которая насчитывает в общей сложности более 800 миллионов потребителей.

Помимо европейского вектора, МЕРКОСУР активно сотрудничает и по другим направлениям. Особенно зримо это стало проявляться с начала XXI в. В 2004 г. было заключено соглашение о преференциальной торговле с Индией, рамочные соглашения с Египтом и Марокко; в 2006-м — с Пакистаном; в 2007 г. — меморандум о взаимопонимании в области торгового и инвестиционного сотрудничества с Сингапуром, соглашение о свободной торговле с Израилем. Подписаны соглашения и с интеграционными группировками — Южноафриканским таможенным союзом (2004) и Советом сотрудничества арабских государств Персидского залива (2005). В декабре 2010 г. подписан Меморандум о взаимопонимании, предусматривающий создание политического диалога и механизма сотрудничества с Турцией. Особо стоит отметить Меморандум о взаимопонимании относительно создания механизма политического диалога и сотрудничества с Россией (декабрь 2006). В декабре 2010 г. аналогичный Меморандум МЕРКОСУР подписал с Турцией.

Активный интерес к странам региона проявляет к Китаю. На регулярных встречах по линии МЕРКОСУР — КНР была определена стратегия долгосрочного сотрудничества, предполагающая постепенную либерализацию торговли товарами и услугами. В последние годы сотрудничество Китая с членами МЕРКОСУР в торгово-экономической области с каждым днем углубляется, и страна становится одним из главных торговых партнеров южноамериканского общего рынка. Китай серьезно заинтересован в импорте латиноамериканской нефти и железной руды, цветных металлов, пищевых продуктов, автомобилей. В свою очередь, он является одним из ведущих экспортеров в страны этого региона электротехнических приборов, продукции машиностроения, товаров швейной и текстильной промышленности. В связи с большой взаимодополняемостью экономических структур и торговых товаров потенциал расширения двустороннего торгово-экономического взаимодействия вызывает оптимизм. Однако речь о создании полноценной ЗСТ ведется очень осторожно, так как в странах Южного конуса опасаются возможного наплыва китайских товаров.

Многосторонняя деятельность МЕРКОСУР, учреждение в 2004 г. Южно-американского сообщества наций позволяет говорить о то, что интеграция XXI в. является конкретным воплощением феномена глобализации и выходит далеко за пределы экономической области, когда изначально традиционные интеграционные образования начинают выполнять политические функции, а первоначально политические объединения все больше выходят на решение экономических задач. Интеграция нового времени перестает быть географически замкнутой, и пример современной Латинской Америки, связанной соглашениями о свободной торговле с самыми отдаленными государствами, достаточно красноречив. Все это позволяет говорить о смене вех, об экспансии интеграционных процессов в новые сферы, что создает реальную необходимость для понимания интеграции как многовекторного процесса.

Отмеченная тенденция к расширению активности латиноамериканских государств на западноевропейском направлении обрела к середине 1990-х гг. и такую своеобразную форму, как расширение политического диалога с бывшими метрополиями — Испанией и Португалией. С 1991 г. началось формирование нового актора мировой политики — Иберо-американского сообщества наций (ИСН) — межрегионального объединения близких по своим историко-культурным параметрам стран, расположенных по обе стороны Атлантики, которое включило в себя 19 латиноамериканских и 2 иберийских государства — Испанию и Португалию.

Механизм функционирования ИСН заключается, прежде всего, в ежегодном проведении Иберо-американских встречах в верхах, которые консолидировались как одна из наиболее адекватных эпохе глобализации форм обеспечения многостороннего международного сотрудничества.

История ИСН началась с Иберо-американской конференции, состоявшейся в Гвадалахаре (Мексика) в июле 1991 г. Она была созвана в результате соответствующей внешнеполитической инициативы Мексики, активно поддержанной в первую очередь Испанией. Мехико и Мадрид выдвинули идею укрепления исторического взаимодействия иберо-американских народов с помощью особого политического форума, позволяющего на высшем уровне в регулярном режиме обсуждать актуальные проблемы развития стран-участниц. Важную роль в создании Сообщества сыграло стремление латиноамериканских государств придать новый импульс своему экономическому и социальному развитию после «потерянного десятилетия» 1980-х гг., когда многие страны региона пережили серьезные хозяйственные потрясения. В связи с этим существенно активизировались дальнейшие поиски новых форм международного сотрудничества, в том числе с иберийскими государствами, которые традиционно рассматривались многими латиноамериканскими лидерами в качестве естественных союзников и партнеров на мировой арене. Существенным элементом иберо-американских встреч ИСН стало участие в них Кубы.

На первых четырех конференциях (1991–1994) обсуждались главным образом вопросы экономического развития. Отдавая приоритет либерализации торговли и инвестиционных потоков, участники форумов видели в этом решающий фактор стимулирования хозяйственного развития и обеспечения социальной справедливости.

Особое место занял V-й Иберо-американский саммит, состоявшийся в октябре 1995 г. Аргентине. Впервые на нем был поставлен вопрос о создании постоянных органов сообщества. Была учреждена система сотрудничества, нацеленного на осуществление программ в области науки и техники, образования, проблем мегаполисов. Повестка для форумов постоянно расширялась и включала в себя практически весь спектр проблем международных отношений. Во второй половине 90-х гг. в деятельности этого организма наступил определенный спад. Связано это было и с не совсем актуальными темами дискуссий, и с изменившейся геополитической конъюнктурой в связи с возможным созданием АЛКА. Встречи стали проходить по сокращенной программе, состав участников сузился. Неоднократно вставал вопрос о проведении саммитов раз в два года. В целом ИСН к середине первого десятилетия XXI в. так и не превратилось в полноценную международную организацию и стало походить, скорее, на «клуб президентов».

Новое дыхание Сообщество обрело после прихода к власти в Испании правительства Х. Сапатеро в 2003 г., которое резко активизировало политику в Латинской Америке. Дискуссии на форумах и их итоговые документы стали носить более конкретный характер без уже привычной риторики. Единодушное одобрение получило предложение о создании Генерального иберо-американского секретариата (ГИС), который стал постоянно действующим органом ИСН, координирующим деятельность сообщества. Кроме того, в члены ИСН было принято еще одно государство — Андорра.

Принятые решения были закреплены в ходе юбилейной XV-й Иберо-американской конференции, прошедшей в Испании в октябре 2005 г. и подтвердившей курс на дальнейшую трансформацию Иберо-американского сообщества в направлении его превращения в полноценную международную организацию.

В заключительных декларациях Иберо-американских саммитов постоянно присутствовали положения, отвечающие взглядам латиноамериканских стран на устройство многополярного мира. Среди них — признание принципов невмешательства, самоопределения и государственного суверенитета при безусловном уважении демократических норм и прав человека, непринятие гегемонизма и попыток «гуманитарных интервенций» без санкции Совета Безопасности ООН, экономического диктата, усиления торгового протекционизма и т. д.

ХХ-й Иберо-американский саммит, состоявшийся в декабре 2010 г. в аргентинском городе Мар-дель-Плата, учредил Совет иберо-американских организаций — новый орган, призванный координировать работу Генерального иберо-американского секретариата и специализированных учреждений ИСН (Иберо-американской организации молодежи, Конференции министров юстиции, Секретариата иберо-американских стран по вопросам образования, науки и культуры, Иберо-американской организации социального обеспечения). Там же впервые за всю историю саммитов ИСН, был принят политический документ — «Специальная декларация о защите в Иберо-Америке демократии и конституционного порядка». Поводом для принятия документа послужил государственный переворот в Гондурасе в 2009 г. Впервые на этом форуме присутствовали представители четырех «ассоциированных наблюдателей» (Нидерландов, Марокко, Филиппин, Франции), а также «консультативных наблюдателей»: Андской корпорации развития, Всемирной продовольственной программы и Межамериканского банка развития.

Таким образом, можно говорить о формировании нового международного сообщества, которое начинает оказывать заметное влияние на политическую ситуацию в регионе. В то же время в ходе проведения саммита в Мар-дель-Плата наметилось размежевание иберо-американских стран, возникновение внутри сообщества группировок с разными геополитическими пристрастиями. Это обстоятельство может стать миной замедленного действия, помешать превращению ИСН в один из полюсов нового миропорядка.

Особое место в регионе и на международной арене занимает Бразилия. Эта «страна-континент» по своим человеческим и природным ресурсам, по уровню и темпам развития экономики, науки и техники, по «удельному весу» в региональных и глобальных делах предстает в качестве одного из ведущих государств новой мировой системы, складывающейся в XXI в. Внешняя политика Бразилии значительно активизировались после того, как в 2003 г. пост президента занял Луис Инасио да Силва (Лула). Особенностью внешнеполитической стратегии при Луле да Силва стало всестороннее расширение внешних связей, их многовекторность. Одна из ключевых геополитических задач Бразилии, выдвинутых новым президентом, — сплочение южноамериканских государств, углубление двусторонних отношений с соседними странами и формирование эффективных региональных институтов, способных усилить центростремительные тенденции, придать новый импульс интеграционным процессам и повысить влияние Латинской Америки на мировой арене. Лула ориентировал министерство иностранных дел и другие государственные учреждения на реализацию конкретных проектов латиноамериканского сотрудничества и достижение ясных и ощутимых результатов. Бразильской дипломатии в последние годы удалось поднять взаимодействие со своим историческим конкурентом Аргентиной до уровня стратегического партнерства. Между двумя странами регулярно проводятся политические консультации, растет товарооборот и межотраслевая производственная кооперации, расширяется научно-техническое сотрудничество, осуществляется координации позиций в международных организациях и т. д. Именно бразильско-аргентинское сотрудничество стало несущей опорой МЕРКОСУР и всего процесса латиноамериканского сближения. Бразилия стала инициатором создания Банка Юга и Южноамериканского сообщества наций, при ее активном участии удалось расширить рамки регионального сотрудничества, подключив к нему Мексику, а также страны Центральной Америки и Карибского бассейна.

Другим рычагом, который бразильская дипломатия намеревается использовать для ускорения региональной интеграции, является целенаправленное укрепление международного престижа и авторитета страны, обеспечение ее заявок на подключение к процессам глобального регулирования в XXI в. На международной арене Бразилия традиционно отстаивает такие основополагающие принципы международного права, как суверенитет, равенство, невмешательство во внутренние дела и территориальная целостность.

Бразилия первой из латиноамериканских стран установила отношения Стратегической ассоциации с Европейским Союзом и придала контактам с лидерами ЕС характер регулярных консультаций на высшем уровне по важнейшим международным вопросам (3-й саммит Бразилия — ЕС прошел в октябре 2009).

Особое место в глобальной стратегии правительства Лулы заняло участие в группе БРИК. Очередная встреча лидеров четырех стран (апрель 2010, город Бразилиа) стала подтверждением решимости бразильской стороны повышать свой международный вес, в том числе и посредством всестороннего взаимодействия с другими восходящими странами-гигантами. Это ощутимо меняет расклад сил в Западном полушарии, суживая геополитические возможности Вашингтона, и сказывается на процессе формирования нового миропорядка.

Знаковые изменения произошли и в географии внешнеэкономических связей Бразилии. Наряду с традиционными торговыми партнерами на бразильском рынке появились новые сильные игроки. В первую очередь обращает на себя внимание Китай, который превратился во второго после США поставщика товаров в Бразилию и третьего по значимости покупателя бразильской продукции. Причем отношения с Китаем вышли за рамки внешней торговли и охватили инвестиционное сотрудничество, в том числе в высокотехнологичных областях. С 2003 г. на основе совместного предприятия осуществляется производство китайских модификаций самолетов «Эмбраер». В рамках двусторонней космической программы китайскими ракетами на орбиту регулярно выводятся бразильские спутники. В апреле 2010 г. на саммите БРИК был подписан новый пакет соглашений о развитии двусторонних бразильско-китайских партнерских отношений.

В середине 2000-х гг. Бразилия стала инициатором расширения сотрудничества Латинской Америки с государствами Африки, Азии и арабского Востока. Визиты Лулы в ряд стран Ближнего Востока и Северной Африки привели к заключению выгодных для Бразилии соглашений, увеличению товарооборота. В мае 2005 г. в столице Бразилии прошел саммит ЮСН и Лиги арабских стран. По утверждению Лулы, открывшего встречу, значимость события заключалась в том, что «обрисовались контуры новой международной политической, экономической и торговой географии, закладывается прочный фундамент моста между цивилизациями».

Бразилия проводит активную политику по вопросу о реформе ООН и как основы межгосударственных отношений. Она однозначно выступает против подмены ООН, как главного органа, ответственного за поддержание мира на планете, иными организациями, в том числе и НАТО. Бразилия стремится войти в состав обновленного Совета Безопасности на правах постоянного члена — представителя латиноамериканского региона. При этом она готова, как и претенденты от других регионов, в случае избрания их в состав новых постоянных членов, отказаться от использования права вето на 15 лет. Эта позиция помогла Бразилии обеспечить поддержку своей кандидатуры Россией, Великобританией, Францией и, условно, КНР.

Новый внешнеполитический вес Бразилии должно придать проведение в стране в 2014 г. чемпионата мира по футболу, а в 2016 г. — летних Олимпийских игр

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com