Перечень учебников

Учебники онлайн

О «разрыве ценностей» между Россией и Америкой

Несколько лет назад американскими официальными лицами был введен в оборот вопрос о «ценностном разрыве» между Россией и Америкой как первопричины взаимного недоверия. Это для нас особенно неприятно, поскольку к теме ценностей очень чувствительно сознание русского интеллигента, прежде всего «западника». Но, к сожалению, совершенно не чувствительно политическое руководство РФ. Тема «ценностного разрыва» между Россией и Америкой, которой придается большое значение американским политическим классом и которая, конечно же, была запущена Госдепом не случайно, к сожалению, не стала вопросом повестки дня российско-американских отношений. Более того: ни МИД РФ, ни Кремль, ни даже сам Президент, похоже, просто не понимают, что за этим стоит очень серьезная проблема.

Сам термин «ценностной разрыв» был впервые озвучен бывшим послом США в Москве А.Вершбоу в ноябре 2003 г. Затем в ряде своих интервью он развил эту тему, пояснив, что конкретно имеет в виду американский политический класс. В январе 2004 г. он прочитал специальную лекцию в Фонде Карнеги в Вашингтоне: там уже «ценностной разрыв» был упомянут как главное препятствие на пути формирования подлинного партнерства между Россией и Америкой, а тем более на пути формирования и становления стратегического союза между ними. Естественно, что на все эти интеллектуальные и политические «пробросы» наложились наши выборы 2003-2004 и 2007-2008 гг., которые, к сожалению, усугубили убеждение Вашингтона в том, что «ценностной разрыв», действительно, существует. С тех пор эта тема стала озвучиваться не только американцами, но и европейцами. Более того, ее подхватили многие наши бывшие сателлиты и даже бывшие республики СССР. Например, лидеры Грузии и Украины постоянно подчеркивают, что между их странами и Америкой существует союз, потому что он «основан на общих ценностях». Это, конечно, «камешек и в наш огород». По крайней мере, так это многие восприняли.

С 2004 года Госдепартамент США постоянно твердит о том, что «созвучие ценностей» - это непременная предпосылка стратегического партнерства между Россией и Америкой. В своей недавней статье в «Форин афферз» К.Райс вновь выразила сожаление, что отношения США с Россией не основаны на общих ценностях, «особенно, если учесть, что в 2000 г. мы надеялись: в плане ценностей она сближается снами». «Серьезному испытанию наши отношения с Россией, - отмечает К.Райс, - подвергает риторика Москвы, ее склонность относиться к соседним странам как к утраченной «сфере влияния», и ее энергетическая политика, имеющая явный политический контекст. Немалое разочарование вызывает и направленность внутриполитического развития России».

Если вдуматься, то «ценностной разрыв» - это не просто интеллектуальный и политический «проброс», но и, безусловно, диагноз российско-американских отношений, их нынешнего состояния. И диагноз, честно говоря, убийственный, который граничит со смертным приговором. Ведь речь здесь идет не о том, что не совпадают национальные интересы. Это, в общем-то, нормально в единой семье христианских европейских народов. Дело куда более серьезно: Россию начинают воспринимать в этой семье как некоторое инородное тело. И это инородное тело начинает этой семьей европейских народов, куда входят, безусловно, и США, отторгаться. Если перевести на политический язык, то это значит, что путь России в Большую Европу, в трансатлантическое сообщество в целом (а именно эта цель провозглашена в качестве одной из приоритетных целей нашей внешней политики), отныне, если не окончательно закрыт, то, по крайней мере, временно перекрыт.

Вероятно, именно поэтому Д.Медведев в своем выступлении 5 июня 2008 г. в Берлине столь настойчиво подчеркивал идею общности российских и европейских ценностей и призывал к «равноправному сотрудничеству между Россией, Евросоюзом и Северной Америкой как тремя ветвями европейской цивилизации». Что ж, эти идеи абсолютно верные. Осталось лишь малое: «уговорить персидскую принцессу», т.е. убедить в этом наших западных партнеров, что пока, к сожалению, нам не удалось.

Конечно, все это накладывается на российско-американские отношения. Не будем драматизировать ситуацию, но сегодня только слепой не видит, что эти отношения в очередной раз вступают в период определенного кризиса. Достаточно вспомнить лишь некоторые известные факты последнего года. Россия все меньше и меньше упоминается в американских официальных документах, даже в таких знаковых, как ежегодные послания президента США конгрессу, что означает, как минимум, настороженность администрации в отношении нашей страны. В 2008 году политическое руководство США выразило «недоумение» (именно такое слово было употреблено) в отношении как внешней, так и внутренней политики России. Еще в 2004 году была озвучена тема об «исключении» России из «Восьмерки». Сначала, как известно, это сделал бывший заместитель главы Пентагона Р.Перл, затем уже сенаторы Т.Лантон, К.Кокс, Дж.Либерман и Дж.Маккейн (как демократы, так и республиканцы) – подготовили проект соответствующей резолюции конгресса. Чуть позже уже другие сенаторы вновь поставили этот вопрос в повестку дня российско-американских отношений, добившись принятия комитетом конгресса по международным делам резолюции № 336, призывающей «приостановить членство РФ в «восьмерке» пока она не продемонстрирует приверженность демократическим принципам. Эта тема наверняка теперь будет постоянно маячить в виде американского кнута. Вряд ли, конечно, эта резолюция пройдет через конгресс. Но сама по себе она очень неприятна. Нельзя не вспомнить и об очень жесткой оценке как американцами, так и европейцами наших выборов – и парламентских, и президентских. Они были оценены как «свободные, но несправедливые». И даже «нечестные». Здесь также для России мало приятного. В 2004-2008 гг. произошло явное обострение российско-американского геополитического соперничества на постсоветском пространстве (особенно в Закавказье и на Украине). Наконец, термин «стратегическое партнерство», которым мы гордились, как-то незаметно, без лишнего шума, постепенно исчез из политической и дипломатической переписки России и Америки, на что обратили внимание многие обозреватели.

Значит ли все это, что так называемый «ценностной разрыв» между новой Россией, которую мы называем «демократической», и США стал больше, чем был в свое время между СССР и США? Конечно, нет. В чем же здесь дело? А в том, что Америка, по всей вероятности, действительно, начинает всерьез разочаровываться в современной России. Как известно, в начале 90-х годов американцы полагали (может быть, наивно), что Россия, которая покончила с коммунизмом, с богоборческой идеологией марксизма-ленинизма, вернулась в демократическую семью европейских народов. И вернулась к тем ценностям, которые исповедует эта семья. И все, кто знает Америку, наверное, согласятся, что практически все 90-е гг. прошли там под знаком этого убеждения. Причем речь идет об американском политическом классе в целом – и демократах, и республиканцах. В начале XXI века, как известно, произошли события 11 сентября 2001 г., когда Россия заняла однозначную позицию в поддержку США. Это был сигнал для американцев, что Россия разделяет с Америкой одни и те же интересы и имеет с ней однородные ценности. По крайней мере, так восприняли это политики США.

Почему же там заговорили о «ценностном разрыве» в последние четыре года? Горько сознавать, но перелом произошел именно в эти годы, убедившие американцев в том, что политическое руководство РФ строит у нас не демократическое государство, а некую «уменьшенную копию» СССР, добровольно урезавшую свою территорию и поменявшую плановую экономику на экономику «дикого рынка». К сожалению, Россия продемонстрировала немало свидетельств в пользу такого вывода. Рубежным событием в этом отношении, как представляется, был арест М.Ходорковского, стилистика и характер судебного разбирательства в России по его делу, которые небезосновательно были квалифицированы на Западе как пример «неизбирательного правосудия».

Здесь возникает вопрос: действительно ли «ценностной разрыв», о котором говорят американцы, носит драматический характер? Или они все-таки ведут речь о разнице в формальных институтах демократии? Если речь идет об институтах, то это еще полбеды. Но если речь идет о ценностях, то это очень серьезно. Поскольку ценности во всех странах того мира, в который жаждет вступить (или вернуться) Россия, это ценности христианские, и других там нет.

Возникает и еще один вопрос, требующий ответа: почему Запад предъявляет России более высокую «морально-нравственную «планку», «планку» «ценностных требований» по сравнению, скажем, с Китаем? Ведь известно, что в Китае нет не только ничего похожего на западные или христианские ценности, но даже никаких институтов демократии, даже отдаленно напоминающих западные. Во всяком случае, китайские ценности уж точно никак нельзя сопоставить с европейскими или американскими. Это просто разные цивилизации. Тем не менее, такой «ценностной разрыв» не считается в Америке трагедией, а тем более, препятствием для развития очень серьезных торгово-экономических отношений.

Ответ на этот вопрос, на наш взгляд, состоит в том, что американцы и европейцы по-прежнему считают китайцев «чужими», тогда как русские для них – «свои», принадлежащие по большому счету к той же евроатлантической цивилизации (что соответствует представлениям таких крупных западных мыслителей и историков, как О.Шпенглер, А.Тойнби, С.Хантингтон и др.). Вот и судят на Западе Россию «по гамбургскому счету», поскольку не считают ее в этом смысле безнадежной. Поэтому мы должны быть готовы к тому, что и в дальнейшем тема «ценностного разрыва» будет оставаться в повестке дня политического диалога между Россией и Западом. Понятно, что эта тема будет использоваться нашими партнерами и как средство политического давления на Россию.

Ясно, что свобода, например, - это ценность, которую разделяют и Америка, и Европа, и Россия. В нашей политической элите, немногие полагают, что русскому народу не нужна свобода и для него якобы гораздо важнее безопасность и стабильность. В конце концов все социальные революции в России, даже коммунистическая, совершались во имя свободы. Идея социальной справедливости была уже на втором месте. Для того, чтобы в этом убедиться, достаточно вспомнить хотя бы тексты песен времен революции и гражданской войны. Свобода – это неоспоримая ценность и российской цивилизации. Другой вопрос, что России был присущ больший патернализм по сравнению, например, с Западной Европой.

Вот в вопросе об отношении к человеческой жизни у нас с Европой и Америкой, действительно, имеется большой «ценностной разрыв». Мы в этом убедились хотя бы на примере террористических актов в Москве, в Северной Осетии и в Мадриде. В России во время терактов в метро, на улицах Москвы и даже в Беслане (а до этого – на Дубровке в 2002 г. и в Тушино в 2003 г.) общество в целом реагировало спокойно. А в Испании аналогичные события были восприняты крайне болезненно: люди вышли на улицы, «смели» правительство и потребовали вывода войск из Ирака. Кто-то сказал, что наше спокойствие свидетельствует о том, что «русские остались рабами». Но есть и другая точка зрения: мы не ударились, как европейцы, в панику и не пошли наповоду у террористов. Это тоже к вопросу о «ценностном разрыве», поскольку это говорит о различном «болевом пороге», т.е. о чувствительности различных обществ по отношению к катастрофам, в данном случае, к террористическим актам. Один «порог» есть в Европе, другой – в России. Здесь разное отношение к человеческой жизни и, соответственно, разная реакция на подобного рода акты.

Историческая реальность состоит в том, что «разрыв в ценностях» произошел у нас с Европой и Америкой после 1917 года, когда в России к власти пришли безбожники, и не только безбожники, но и богоборцы. С этого момента коммунистическая Россия стала восприниматься Западом, действительно, как инородное тело. И то, что американцы начали именно сейчас говорить о «ценностном разрыве», - несомненный признак того, что они чувствуют, что современная Россия в ряде случаев вновь скатывается в «советчину». К сожалению, сегодня Россия дает для такого вывода немало оснований. Поэтому, на наш взгляд, ее политическая элита должна быть чрезвычайно чувствительна к подобного рода заявлениям. К сожалению, наше руководство, как представляется, этого не понимает и не чувствует. И наши западные партнеры, конечно же, замечают, что оно этого не чувствует. Для них это подтверждает худшие подозрения насчет того, что между Россией и Западом существует не просто несовпадение национальных интересов и формальных признаков демократических институтов, а «разрыв в ценностях», «ценностной разрыв», что, с нашей точки зрения, действительно, является серьезнейшим препятствием, может быть, главным препятствием на пути строительства не только партнерских, но и союзнических отношений России как с Европой, так и с Америкой.

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com