Перечень учебников

Учебники онлайн

24.6. Специфические особенности российских революций

История свидетельствует, что политические смуты, революции, глобальные конфликты потрясали не только Россию, но другие страны. Они возникали в переломные эпохи, когда рушились прежние социально-экономические, политические, национальные, духовные ценности, когда объективный ход истории выбрасывал на общественную арену огромные массы людей с разнонаправленными политическими и социальными интересами, а политические лидеры вели их к отстаиванию этих интересов с оружием в руках.
Но в странах Европы революции никогда не были столь ожесточенными и обвальными, ставившими под угрозу само существование нации. Более того, по мере прохождения европейскими государствами основных этапов цивилизационного развития, постепенного становления гражданского общества и формирования новых конституционно-демократических механизмов регулирования общественной жизни, извлечения уроков из истории, идет процесс снижения радикальности в целях, методах, темпах преобразований. Так как ошибки становятся все более дорогостоящими, а нередко — недопустимыми. И не случайно революции в Европе сошли на нет.
Россия также двигалась в общем цивилизационном развитии в том же направлении, что и другие страны Европы. Но она исстари осуществляла его иными путями. В результате каждая крупная политическая смута, революция, глобальный конфликт приобретали для страны поистине катастрофический характер. В чем заключаются причины этого явления?
Катастрофичный характер российского исторического процесса, как правило, объясняют теорией «догоняющего развития», идеалы и ориентиры которого задавались ушедшими вперед в технико-технологическом отношении странами Запада, или идеально сконструированными моделями желаемого устройства общества. А Россия — страна «второго эшелона» развития со слабой социальной стратификацией общества, высоким удельным весом маргинальных слоев и соответственно их особой отзывчивостью на популистские призывы.
Но при поиске истоков революционности важно выяснить особенности России как социально-исторической системы и культурной общности, породившие специфику ее революционного процесса.
Российская империя — это уникальной сложности организованная этносоциальная и территориально-хозяйственная система патерналистского типа, имперская иерархия которой закреплялась на вере «низов» в «свою власть». Характерной чертой российского государства была известная слабость сцепления и цементирования частей, составляющих этот сложный социальный организм. С политической точки зрения эта особенность отличала организацию и взаимодействия верховной власти с подданными.
В течение столетий государственная власть в России существовала как бы отдельно от народа, который оказывал ей послушание в меру получаемой от него пользы. При существовании примитивной и неразвитой системы управления, характеризующейся разбросанностью исполнительных органов власти, центральное правительство было просто не в состоянии добраться до каждого отдельного подданного. В течение долгого времени власть осуществлялась через общину, поскольку для создания системы управления по западным образцам требовались большие затраты, а население было слишком бедным.
Политическое развитие и процесс расширения русского государства постоянно опережали экономическое развитие страны, поэтому государство вынуждено было вымогать от своих малосостоятельных подданных больше, чем они могли дать. Возникала необходимость, прибегать к силе. Опасаясь применения силы со стороны государства, население обнаруживало склонность к пассивному, ставшему традиционным повиновению власти. Этим во многом объясняются анархизм сельского населения, необходимость проводить преобразования «сверху» и уверенность каждого нового правительства в пассив-ном повиновении народа при условии, что оно не слишком его грабит. При такой системе управления практически отсутствовала обратная связь «народ — власть».
Недостаток сцепления обнаруживался и среди социальных элементов русского общества. В социальной истории России не было достаточно действенных, сконцентрированных сил, способных ограничить правительственную власть.
В истории России прослеживается слабость интеллектуального сцепления между социальными верхами и низами русского общества. Бесспорно, существует единство национального способа мыслить и чувствовать, характерного для всех социальных слоев, российский менталитет. Но история развела верхи и низы и помешала их непрерывному взаимодействию. Причем расхождение между интеллигенцией и народными массами увеличивалось к концу XIX в. Дворянская интеллигенция из-за своего социального происхождения, воспитания, правительственной политики была отрезана от общения с народом. Хрестоматийным стало утверждение Г. Федотова из статьи «Россия и свобода» о «двух культурных этажах» в дореволюционной Российской Империи, о ее социокультурном расколе: «Резкая грань отделяла тонкий верхний слой, живущий западной культурой, от народных масс, оставшихся духовно и социально в Московии». Следствием такого отчуждения стал интеллектуальный максимализм российской интеллигенции, оторванной от политической практики.
Народные массы, «низы» жили в тяжелых условиях, озабоченные извечными жизненными проблемами, адской повседневной работой, борьбой за выживание, не имея ни средств, ни времени для получения образования. Именно во время кризисов, когда резко ухудшалось положение «низов», возникала угроза голода, эпидемий и т. д., накопившееся недовольство приводило к революционному взрыву.
Еще один недостаток сцепления Российской империи проявлялся в центробежных стремлениях населявших ее национальностей.
С одной стороны, в России разные национальности были связаны общими интересами, складывавшимися веками, вытекавшими из географического единства территорий, их взаимной экономической зависимости, что порождало центростремительную тенденцию. С другой стороны, система крайней централизации и подавления со стороны самодержавия возмущала национальное чувство, особенно уси-лившееся в конце XIX—начале XX вв. из-за политики насильственной русификации инородцев. Уже к концу XIX в. стало очевидным, что при первом толчке, которое переживет государство, национальная элита, пробудившаяся к национальному самосознанию, будет бороться против бюрократической централизации и русского национализма.
Таким образом, специфические особенности российских революций, определивших ее катастрофичность, имели следующие причины:
- самобытный анархизм масс, удерживаемых режимом насилия в состоянии пассивного подчинения;
- упадок правящего класса, осужденного историей на гибель, но надеявшегося на спасение с помощью пошатнувшегося самодержавия;
- теоретический максимализм революционной интеллигенции, склонной к утопическим решениям и лишенной политического опыта;
- психологические особенности национального генотипа, склонного к замедленной реакции на внешние раздражители, а потому конденсирующего в себе взрывоопасный заряд психической энергии, прорывающийся в виде революционных взрывов;
- сепаратистские устремления национальных элит.
Кроме того, слияние этих особенностей породило специфический русский продукт исторического развития — большевизм, прямым продолжением которого стал тоталитаризм, разрушенный в России на рубеже 1980-1990-х гг.

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com