Перечень учебников

Учебники онлайн

24.3. Переход к рынку

Экономическое и социальное положение. Организационные условия рынка и их реализация. Финансовый и инвестиционный потенциал. Межбюджетные отношения. Привлекательность района для предпринимательства.

В силу большой отдаленности, малой заселенности и недостатка капиталов Дальний Восток испытал особенно тяжелые последствия кризиса 90-х годов, имеет худшие стартовые условия реформ по сравнению с другими районами и заметно задерживается с их проведением.

Сложилась крайне неблагоприятная экономическая ситуация, существенное преодоление которой в короткий срок не просматривается. Спад производства в промышленности (на 60%) и в сельском хозяйстве (на 55%) был гораздо ощутимее, чем по стране в целом. Главная причина - резкое обострение неплатежей предприятий, обвальное сокращение инвестиций, отсутствие заказов, дефицит энергии и сырья. Хотя по индексам уровня экономического развития Дальний Восток имеет средние и вышесредние душевые показатели валового регионального продукта.

Сильное отрицательное воздействие на экономику оказывают удорожающие факторы, в первую очередь, энергетический и транспортный. Выравнивание внутренних цен в России на энергоносители с мировыми привело к необходимости больших дотаций из федерального бюджета на энергоснабжение регионов Дальнего Востока. Доставка кузнецкого угля и сибирских нефтепродуктов удорожает их в несколько раз. Завоз импортных товаров из Японии обходится в 3—5 раз дешевле, чем продукция из Центральной России. Это толкает Дальний Восток на переориентацию с внутрироссийского на внешний рынок, правда, пока без заметных успехов.

Уровень рентабельности в промышленности района снизился за 1995-1998 гг. с 4,2 до - 1,4% (в стране - с 7,4 до - 0,2). Удельный вес убыточных предприятий значительно выше, чем в среднем по стране, и возрос с 49% до 60%. Депрессивность экономики затронула почти все ранее развитые регионы, а в других усилилась сла-боразвитость. При этом в лучшем положении (вопреки всем рыночным правилам) оказались регионы с моноспециализацией.

Сложившаяся ситуация затруднила структурную перестройку, которая фактически здесь не начиналась. Экономическая жизнь оживляется лишь в немногих «точках» сверхприбыльного освоения природных богатств — нефти, газа, алмазов и т. п., но и там по-настоящему не задействованы крупные проекты. Хотя объем иностранных инвестиций на одного жителя примерно на 1/3 превышает среднероссийский показатель.

Парадокс: по доле экспорта в России (4—4,5%) район, соседствующий с крупными потенциальными потребителями его продукции, все еще уступает доле по населению. Правда, за 1992-1997 гг. в результате тенденции замены дорогих внутрироссийских связей выгодными внешними объем экспорта возрос почти в 1,5 раза (древесина, нефтепродукты, рыба, вооружения и др.). Но это должно происходить наряду с ростом поставок на наш внутренний рынок. Одновременно наблюдается засилие иностранных товаров (доля импорта почти вдвое превышает экспортную). Более высокие показатели внешнеторгового баланса в расчете на 1 жителя (в сравнении со среднероссийским) имеют Хабаровский край, Сахалинская и Магаданская области, причем в двух первых экспорт промышленной продукции интенсивнее, чем по стране.

Пока еще открытость Дальнего Востока в экономических связях с соседями не принесла ему существенных выгод. Во внешнеторговой сфере велико присутствие криминальных элементов, распространены бросовые цены, при отсутствии строгого валютного контроля идет большая утечка капиталов за границу. Внешняя торговля именно теперь все больше приобретает колониачь-но-сырьевой характер. Частный капитал, особенно иностранный, допускает расхищение природных богатств, в прибрежных морских водах наблюдается широкое браконьерство.

Поэтому возникла тяжелая социальная обстановка. В 7 регионах из 10 уровень общей безработицы выше, в том числе в 5 — значительно выше, чем в целом по стране. Так, в Еврейской автономной области она составляет почти 24%, Магаданской, Камчатской, Сахалинской, Амурской областях — 17-18%.

Хотя душевые доходы в месяц на 12% выше общероссийских (средняя номинальная заработная плага — на 55%), но превышение потребительских цен на средства жизнеобеспечения, включая продовольственные товары, гораздо значительнее. Дискомфортные природные условия проживания не только не компенсируются доходами и ценами, но последние сами стали фактором дискомфорта для населения, значительно утяжеляя их жизнь.

Если, например, в Западной Сибири есть два богатых региона — с доходами около 4 прожиточных минимумов на человека и три благополучных - с 2-3 минимумами, то на Дальнем Востоке нет ни тех, ни других. Все его субъекты Федерации относятся к бедным регионам - не более 1,5-2 прожиточных минимумов. В Еврейской автономной области и Сахалинской области на одного жителя приходится менее 1,5, а в Чукотском и Корякском автономных округах — менее 1 минимума. В 6 регионах — Республике

Саха (Якутия), Приморском крае, Амурской, Камчатской, Магаданской и Сахалинской областях - более 30% населения имеют денежные доходы ниже величины прожиточного минимума.

Регионы Дальнего Востока отличаются повышенной криминогенной ситуацией. Сложившаяся экономическая и социальная обстановка в стратегически важном районе является крайне ненормальной, чреватой угрозой национальной безопасности и должна быть переломлена в кратчайший срок при активном содействии государства. Важную роль в этом может сыграть полномочное представительство Президента России в Дальневосточном федеральном округе.

По сравнению с Сибирью район отличается более благоприятной экологией. Здесь почти нет промышленных предприятий с высокими вредными выбросами и стоками. Однако требуются мероприятия по предотвращению и ослаблению действия стихийных природных сил (защита почвы от вымывания наводнениями и т. д.). На Дальнем Востоке экономическая реформа протекает явно замедленно, особенно в части институциональных преобразований и управления освоением территории, что, однако, нельзя во всех случаях считать неоправданным.

Доля района в России по числу приватизированных предприятий и объектов (3%) вдвое уступает доле по валовому региональному продукту (6%). Это — самый «государственно собственный» макрорегион. Здесь наибольшее количество занятых (46,5%) в государственном и муниципальном секторе, чем где-либо в стране (РФ — 38%). Наряду с Европейским Севером наблюдается сдержанное развитие частных предприятий (35% занятых против средних 43%). Это вполне закономерно и вызвано необходимостью государственного воздействия на экономику осваиваемого окраинного района. Ибо создание ряда предпосылок рынка, например, его мощной инфраструктуры, неподъемно для «частника» (иное дело - обустроенный европейский регион). По данным ДВНИИ рынка, государственные предприятия по ряду показателей (производительность труда, удельные затраты, рентабельность и др.) превосходят смешанные и частные. Но, с другой стороны, недооценивается значение корпоративных коммерческих структур, в том числе на государственном уровне. Удельный вес акционерных обществ в основных фондах экономики Дальнего Востока — менее 45% (низшая группа регионов), тогда как в Сибири - гораздо больше (высшая группа).

Все же рыночная инфраструктура постепенно расширяется. Действуют 460 кредитных организаций (с филиалами), или 5,7% в России, — это больше, чем в таких районах, как Европейский Север, Северо-Запад, Волго-Вятский район, хотя меньше доли района по валовому региональному продукту.

На Дальнем Востоке не проявляются явно позитивные рыночные факторы, прежде всего конкуренция на рынке из-за широкого распространения препятствующих ей региональных и местных форм монополизма в производстве и обращении товаров. Деструктивных собственников здесь относительно больше, чем в других регионах, а конструктивных — меньше. Усугубляет положение попытка внедрить «стандартную» модель рынка без должного учета региональной специфики. Например, усиленное стремление провести конверсию ВПК силами самих предприятий не дает положительных результатов из-за отмеченной выше их тесной зависимости от научно-технической базы западных районов (где создаются образцы выпускаемых изделий).

За рубежом на малоосвоенных территориях особенно велика роль прямого государственного регулирования. Так, государственная корпорация долины реки Теннесси (США) создала там крупнейший энергопромышленный комплекс, что служит примером и для хозяйствования на Дальнем Востоке. При ограниченности частных капиталов, в том числе иностранных, государство могло бы с большим эффектом участвовать в реализации федеральных социально-экономических программ стратегически важного, перспективного и ныне бедствующего района. Целесообразно создавать государственные корпорации в горнорудной, лесной, рыбной промышленности, на транспорте, в строительстве (типа прежнего главка — Дальстроя) и др.

Повышенная доля государства в пакетах акций совместных предприятий послужит и эффективным средством государственного контроля за положением важнейших отраслей.

Большая убыточность экономики пагубно сказалась на состоянии региональных финансов и межбюджетных отношений. Снизив с 3,4 до 0,4% удельный вес по прибыли в стране, Дальний Восток в 1998 г. понес уже 9% общероссийских убытков. Не считая Северного Кавказа, он имеет наименьшую величину прибыли на одного жителя. Поэтому его доля в России и по налоговым поступлениям, и по инвестициям (4—5%) — одна из минимальных, значительно уступая (первый показатель) доле по населению. То же

относится к привлечению банками финансовых ресурсов и выдаче кредитов. Таким образом, на Дальнем Востоке бедны не только его население, но и экономика.

Из-за больших социальных, энергетических, транспортных и других затрат макрорегиону требуется внушительная финансовая помощь федерального центра. Поэтому поступления из федерального бюджета в бюджетных доходах регионов здесь весьма

значительны.

В Магаданской, Амурской, Сахалинской, Камчатской областях они составляют от 25 до 35% (группа нижесредняя), а в Чукотском, Корякском автономных округах и Еврейской автономной области — более 35% (низшая группа). Только Приморский и Хабаровский края имеют среднюю бюджетную обеспеченность (от 15 до 25% поступлений из федерального бюджета), а Республика Саха (Якутия) — даже выше средней (5—15%). Но эта республика находится на особом режиме бюджетных взаимоотношений с центром (например, добилась очень большой доли от экспортной выручки за алмазы), и если бы не льготы, она оказалась бы как минимум в группе нижесредней обеспеченности.

Идет поиск источников самофинансирования экономики и стимулов инвестирования. Так, для реализации региональных программ по Дальнему Востоку, Забайкалью и Якутии образованы специальные фонды регионального развития, пополняемые по мере осуществления самих программных мероприятий. С целью обеспечения гарантий иностранным и отечественным инвесторам создан залоговый фонд природных ресурсов, объектами которого являются лесные массивы, месторождения золота, железной руды, угля, облицовочного камня.

Существенно пополнить казну может прибыль упомянутых выше государственных отраслевых корпораций, которая прежде всего инвестировалась бы в приоритетные программы развития района (ныне почти все бюджетные инвестиции идут только в социальную сферу).

В переходный период Дальний Восток испытывает проблемы

с предпринимательским климатом.

Половину его регионов можно отнести к категории средней привлекательности для инвесторов и предпринимателей. Это -Сахалинская и Камчатская области, Приморский и Хабаровский края. В группе высокого и очень высокого рангов нет ни одного региона, а в группе вышесреднего - находится лишь Республика Саха (Якутия). Зато нижесреднюю и низкую привлекательность имеют 3 региона — Магаданская и Амурская области и Еврейская автономная область. Таким образом, в настоящее время Дальний Восток в целом характеризуется средней степенью благоприятности инвестиционно-товаропроизводительного климата.

При этом основным позитивным фактором выступает природно-ресурсный потенциал, прежде всего для Якутии, Сахалина, Приморья, Хабаровского края, Амурской области и Еврейской автономной области. Неблагоприятное воздействие оказывают низкий экономический и финансовый потенциал (особенно Сахалинская, Камчатская, Магаданская области и Еврейская автономная область) и ход реформ (Якутия, Хабаровский край, Амурская область и др.).

К сожалению, активно не задействован даже такой механизм привлечения инвестиций, как соглашения о разделе продукции при эксплуатации недр; заключены только 2 соглашения — по нефтяным проектам «Сахалин-1» и «Сахалин-2», не вступившие в действие к концу 2000 года.

Повышение рейтинга дальневосточных регионов в предпринимательском климате зависит от общего оздоровления экономической и социальной обстановки. Для этого прежде всего требуется решить такие острые проблемы, как:

• стимулирование притока капиталов на Дальний Восток в ближайшие годы;

• создание хозяйственно-рыночного «плацдарма» (формирование корпораций, инфраструктуры рынка и т. д.) прежде всего в госсекторе;

• активизация потребительского спроса населения путем существенного повышения личных доходов;

• задействование законодательных основ освоения территории (закон о соглашениях о разделе продукции и др.);

• введение государственного регулирования уровня транспортных и энергетических тарифов;

• уточнение категорий нуждающихся и особенно нуждающихся в государственной поддержке регионов для правильного территориального распределения трансфертов и другой финансовой помощи центра;

• ориентация на оптимизацию участия макрорегиона во внутрироссийских и внешних экономических связях

< Назад   Вперед >

Содержание
 
© uchebnik-online.com